В погоне за кудрями

Малфой-Мэнор возвышался над тёмным садом, его мраморные стены сияли в лунном свете, а хрустальные люстры отбрасывали холодные блики на полированные полы. Гермиона шагала рядом с Драко, её рука сжимала его, а серебряный браслет с кулоном-звездой, подаренный им накануне, мягко позвякивал на её запястье. Её кудри, уложенные в свободный пучок, слегка выбивались, обрамляя её лицо, и она чувствовала себя неуместной среди этой холодной роскоши. Ужин с Нарциссой уже был испытанием, но мысль о возможной встрече с Люциусом заставляла её сердце колотиться. "Ты в порядке?" — спросил Драко, его голос был тихим, но полным заботы. Он остановился у входа в столовую, его серые глаза внимательно изучали её лицо. Гермиона кивнула, хотя её пальцы нервно теребили край мантии. "Просто… это место. Оно напоминает мне о…" Она замолчала, её взгляд упал на мраморный пол, где годы назад она лежала под заклятием Беллатрикс. Её шрамы, давно зажившие, казалось, снова заныли. Драко сжал её руку, его большой палец погладил её запястье, касаясь браслета. "Я не позволю этому повториться," — сказал он, его голос был твёрдым, но в нём была уязвимость. — "Ты здесь со мной. И я не отойду от тебя ни на шаг." Она улыбнулась, её кудри качнулись, когда она посмотрела на него. "Спасибо," — прошептала она, и он наклонился, его губы мягко коснулись её лба, прогоняя часть её страхов. Столовая была такой же величественной, как и остальной Мэнор: длинный стол из тёмного дерева, серебряные канделябры, портреты предков, чьи взгляды, казалось, следили за каждым её движением. Нарцисса уже ждала их, её светлые волосы были уложены в идеальную причёску, а платье из тёмно-зелёного шёлка подчёркивало её утончённость. Она приветливо кивнула, но её улыбка была сдержанной, словно она всё ещё оценивала Гермиону. "Мисс Грейнджер," — сказала Нарцисса, её голос был ровным. — "Рада видеть вас снова. Прошу, садитесь." Гермиона села, её пальцы всё ещё сжимали руку Драко под столом. Она пыталась сосредоточиться на разговоре — Нарцисса спрашивала о её работе в Министерстве, о реформах для магических существ, — но её мысли то и дело возвращались к теням прошлого, которые, казалось, прятались в каждом углу этого дома. Внезапно двери столовой распахнулись, и в комнату вошёл Люциус Малфой. Его длинные белые волосы были собраны в аккуратный хвост, трость с серебряной рукоятью стучала по полу, а холодные серые глаза, так похожие на глаза Драко, но лишённые его тепла, остановились на Гермионе. Она почувствовала, как её сердце замерло. "Отец," — сказал Драко, его голос был напряжённым, но он выпрямился, его рука под столом сжала её сильнее. — "Я не знал, что ты будешь здесь." "Я решил присоединиться," — ответил Люциус, его тон был ледяным, с лёгкой насмешкой. Он сел во главе стола, его взгляд медленно переместился к Гермионе. — "Мисс Грейнджер. Неожиданный… гость в нашем доме." Гермиона сглотнула, её пальцы коснулись браслета, словно ища в нём опору. "Мистер Малфой," — сказала она, стараясь, чтобы её голос звучал уверенно. — "Спасибо за приглашение." Люциус поднял бровь, его губы изогнулись в презрительной улыбке. "Приглашение? Это слишком громко сказано. Скажите, мисс Грейнджер, что заставляет вас думать, что вы можете занять место за этим столом? Ваше… происхождение вряд ли соответствует традициям нашей семьи." Её щёки вспыхнули, но прежде чем она успела ответить, Драко вскочил, его стул с грохотом отодвинулся. "Хватит," — рявкнул он, его голос был полон яростной решимости. — "Гермиона здесь, потому что я её люблю. И если ты не можешь этого принять, это твоя проблема, а не её." Нарцисса ахнула, её рука замерла на бокале, но Люциус лишь прищурился, его взгляд стал ещё холоднее. "Любовь? Драко, ты позволяешь эмоциям затуманить разум. Эта… девушка не имеет места в нашем мире." Гермиона почувствовала, как её сердце сжалось, старые раны войны открылись, и она встала, её кудри дрожали, когда она повернулась к двери. "Я не останусь там, где меня не хотят," — сказала она, её голос был тихим, но твёрдым. Она вышла, её шаги эхом отдавались в коридоре, и она не остановилась, пока не оказалась в саду, где холодный ночной воздух охладил её пылающие щёки. "Гермиона!" — голос Драко догнал её, и она обернулась, увидев его, бегущего к ней. Его мантия развевалась, а глаза горели смесью гнева и отчаяния. Он остановился перед ней, его руки мягко коснулись её плеч. "Прости," — сказал он, его голос дрожал. — "Я должен был предвидеть это. Я не должен был приводить тебя сюда." Она покачала головой, её кудри упали на лицо, и она убрала их, её пальцы коснулись браслета. "Это не твоя вина," — прошептала она, её голос был хриплым от слёз, которые она сдерживала. — "Я просто… я думала, что готова к этому." Он притянул её к себе, его руки обняли её, и она прижалась к его груди, чувствуя тепло его тела и аромат сандала, смешанный с запахом роз из сада. Его пальцы запутались в её кудрях, и он поцеловал её макушку. "Ты не должна доказывать им ничего," — сказал он тихо. — "Ты уже доказала всё мне. Я люблю тебя, Гермиона, и мне плевать, что думает мой отец." Она подняла голову, её глаза блестели, но она улыбнулась, её рука сжала его мантию. "Я тоже тебя люблю," — прошептала она, и он наклонился, его губы нашли её в мягком, но глубоком поцелуе, полном обещания. Её кудри касались его щёк, и она почувствовала, как её боль отступает, заменяясь теплом его поддержки. Он отстранился, его рука всё ещё держала её кудри, и он достал из кармана маленький букет фиалок — тех же, что он оставил в её квартире утром. "Я прихватил их," — сказал он с лёгкой улыбкой. — "Для той, кто делает мои дни ярче." Гермиона засмеялась, её смех был слабым, но искренним, и она взяла фиалки, прижимая их к груди. "Ты невыносим," — сказала она, но её голос был полон тепла. "А ты всё ещё всезнайка," — ответил он, и они стояли в саду, окружённые павлинами и звёздами, их руки переплетены, а её кудри сияли в лунном свете. Гермиона знала, что, несмотря на тени Мэнора, с Драко рядом она могла встретить любой вызов.