SECRET-21-43-HAN

      В конце двадцать первого века всю Землю накрыла седьмая волна научно-технического прогресса. Темп появления всё новых достижений стремительно скакнул вверх.       Вот только каждый прорыв был вынужденным и имел свои чёткие, в буквальном смысле слова, дедлайны. В две тысячи восемьдесят седьмом году был зафиксирован первый мощнейший выброс корональной массы. Самый мощный за последние двести лет. Солнечные обсерватории, изучив данное явление, пришли к выводу, что были нарушены важные процессы внутри звезды и теперь она выделяла гораздо больше энергии, чем было необходимо человеку, и явно не собиралась останавливаться. В тот год стало ясно, что жизнь людей могла попасть под угрозу исчезновения. Учёные, инженеры, архитекторы, экологи и многие другие усиленно начали трудиться на благо общества, разрабатывая новые технологии.       В том числе и ныне обыденные купола «Sundust».       Эти купола защищали от солнечного излучения, которое во второй половине двадцать второго века уже успело сжечь всё, что находилось за пределами безопасных территорий. Некоторые из них были соединены похожими коридорами для ежедневного взаимодействия, а некоторые, как купол «Sundust-Starlight», открывали свои двери только для кратковременных визитов на различные концерты или выставки новых технологий.       Минхо прожил всю свою осознанную жизнь под этим угольно-чёрным куполом, как молодая восходящая звезда. Блёстки, искры и софиты были единственными источниками света в его жизни, не считая голограмм и неоновых квадратиков окон на соседних небоскрёбах, протыкающих искусственные облака у самой верхней части солнечной защиты.       Несмотря на всё, именно купол «Sundust-Starlight» считался самым безопасным на Земле. Преступность была низкой, технологии самые развитые, так как силы всех программистов, инженеров и прочих компьютерных гениев сосредоточились именно в местных офисах и мастерских.       Каждый, кто прорывался и получал здесь вид на жительство, чувствовал себя в безопасности.       Кроме Ли Минхо, восходящей звезды, полюбоваться на которую приезжали жители куполов не только соседних, но и заморских. Он сиял, как искорки огня, грел как некогда тёплые и приятные лучи Солнца, ослеплял, как вспышки, и являлся самым узнаваемым молодым исполнителем по всему земному шару.       У Минхо было всё.       Заоблачная квартира в центре на самом высоком этаже с новейшими технологиями и настройками безопасности, у него была своя роботизированная охрана, свой дорогой автомобиль-хамелеон, сливающийся с обстановкой, и даже построенная мэром купола статуя из синтетического мрамора с вкраплениями светодиодов.       Вот только у него не было чувства безопасности.       Один и тот же человек присылал ему сообщения совершенно непристойного характера, но, когда он обращался к менеджерам, те таинственным образом исчезали.       По ночам он слышал в своей квартире чужие шаги и как передвигались вещи в шкафу, а однажды даже увидел тёмную фигуру с охапкой его блузок. Но стоило ему моргнуть, как силуэт размывался в голубом свечении и густых тенях. Перед сном он проверял замки по несколько десятков раз, просил их менять ещё чаще, но ничто не спасало его от ощущения, что он был не один.       Не было и секунды, когда Минхо чувствовал себя наедине с собой. Зато он ярко ощущал взгляд чужой пары глаз на каждом изгибе своего тела, на каждом оголённом кусочке кожи и, казалось, даже где-то внутри себя, внутри своей головы и глубже.       Менеджеры убеждали его, что он всё выдумывал; компания твердила, что ему нечего бояться, что Минхо в полной безопасности.       Чан, старший брат Минхо, работавший по совместительству его продюсером, советовал сходить к психотерапевту, а лучше к психиатру. Провериться, так сказать, на паранойю. Парень пытался объяснить, что это не было плодом его фантазии, что он точно видел свои фотографии в чужой сперме в присланных сообщениях, что он точно видел целые поэмы, идеи которых были связаны только с Минхо и его телом, и многое другое, что не вписывалось в рамки адекватного поведения, но Чан лишь вздыхал и объяснял по новой, что специалисты не видели никаких сообщений, не видели, что те даже были отправлены, не могли отследить их. Не было ни единого доказательства существования этого сталкера.       Хёнджин, лучший друг Минхо из группы «Starxy», советовал найти себе соседа по комнате, объясняя навязчивые мысли парня тем, что он просто не переносил одиночество.       Но суть в том, что Минхо не нужна была компания. Ему нужно было это самое одиночество, приватность и безопасность, но он никак не мог даже приблизиться к своим целям и желаниям.       Когда он пытался сделать шаг ближе к достижению комфорта, ему казалось, что он только сильнее отдалялся.       В конце концов он начал верить, что сходил с ума. Закрылся в себе, больше никому не говорил про «сталкера», что стабильно и ежедневно присылал новые сообщения.       В одно утро Минхо проснулся от простых текстовых сообщений вульгарного содержания, а другим уже от яркого свечения экрана телевизора, проигрывающего сгенерированный передовой версией искусственного интеллекта порнофильм с ним в главной роли. Его собственный искаженный голос звенел в ушах, как сирена, а он только и мог, что пялиться на чёртово видео с широко распахнутыми от ужаса глазами. Его тело чуть ли не билось в судорогах от страха, а сердце стучало так, словно было готово вот-вот взорваться. Звуки вскоре стихли, по крайней мере пульс в ушах перебил их лучше, чем любое устройство с шумоподавлением, но картинка так и осталась перед глазами, пока Минхо не потянулся к выключателю.       Вот только его тело задвигалось тогда, когда дело дошло до самого откровенного, до чего-то совершенно вульгарного и неприличного. Только тогда Минхо трясущимися руками потянулся к пульту и выключил телевизор, закрыв рот рукой. Слёзы потекли по щекам.       Почему это происходило с ним? Это точно он сходил с ума? Разве его мозг мог так жестоко играть с ним каждый день?       Он был на грани поверить в то, что проблема была в нём, но именно в тот момент в соседнюю квартиру заселился стеснительный и такой же тревожный юноша.       Хан Джисон.       У него были те же «симптомы», что и у Минхо. Он боялся засыпать, выходить на улицу, не чувствовал себя в безопасности в обществе, не чувствовал себя в безопасности вообще. Его отец был главой компании высокой техники «Sundust», но Джисон не верил массовым технологиям, даже если они были спроектированы его отцом. Считал, что верить вещам, сделанными не собственными руками, слишком тревожно. И Минхо понимал его.       Минхо обожал его.       Обожал его тонкие очки в чёрной круглой оправе, что вечно съезжали на кончик носа, боготворил пухлые юношеские щёчки, был без ума от пушистых мягких светлых волос, привязался к едва слышному запаху электронных сигарет и морских благовоний на его одежде.       Минхо был безбожно и грязно влюблён в него. Только с ним он находил хотя бы толику комфорта. Но главная загвоздка заключалась в том, что у Джисона была девушка, застрявшая под соседним куполом. Он мог часами рассказывать Минхо про неё, как он мечтал, чтобы они познакомились, и даже иногда по секрету рассказывал небольшие невинные подробности их слащавых и милых отношений.       Минхо тошнило. Он надеялся, что она так и застрянет под соседним куполом навсегда и Джисону придётся смириться, что она больше не его. Может быть, тогда парень обратит внимание на, вообще-то, мировую звезду.       Иронично, Минхо только и грезил о пустоте. Мечтал, чтобы на нём не было этого чёртового ярлыка звезды, мечтал быть обычным, чтобы никто не обращал на него внимания, но рядом с Джисоном это всё куда-то улетучивалось. Он только и делал всё, чтобы привлечь чужое внимание, но каждый раз все его усилия проваливались с самым громким треском.       Джисон был совершенно не заинтересован в нём подобным образом.       Чего не сказать о сталкере Минхо. ***       Французское окно в пол открывало обзор на слегка затуманенный город. Улицы были заполнены людьми в сияющих голубых плащах, что сейчас были в моде, как и в принципе всё морское. Летающие машины разрезали голограммы медуз и рыб, парящих вокруг, а на огромных экранах сияли записи самых популярных людей купола «Sundust-Starlight».       Минхо сидел рядом с Джисоном на диване парня перед окном и пил розовый искрящийся чай, пытаясь не обжечь язык. Он обожал такие спокойные вечера. Никаких сообщений от сталкера. Никаких посторонних звуков. Только дыхание, запах чая и ничего лишнего. Минхо чувствовал себя в безопасности, если говорить совсем откровенно, и это чувство опьяняло. Он не хотел, чтобы оно хоть когда-нибудь проходило.       Джисон расслабленно наблюдал за плавным передвижением многометровых голограммных медуз, что колесили по куполу. Пшеничные волосы отливали синевой в лучах вывесок, неоновых окон и других источников света. Кожа сияла лазурью, словно откуда-то изнутри, а радужка глаз временами отражала стенд с Минхо.       В такие моменты Минхо казалось, что Джисон всё же испытывал к нему что-то подобное его собственным чувствам. Он зависал на мгновение на его изображении, облизывая нижнюю губу. Зрачки словно дрожали, но на деле просто быстро двигались по картинке.       В его глазах отражалось что-то густое, тёмное, и Минхо чувствовал себя бедным насекомым, севшим на воду. Вот только вместо страха, как обычно, он чувствовал возбуждение и жгучий интерес.       Он молился, чтобы это был не плод фантазии. Молился, чтобы Джисон хотел его в ответ.       Но всё оставалось на одном и том же месте.       Джисон проморгался и, мило поправив очки, повернулся к нему с застенчивой улыбкой.       — Люблю медуз. Скажи, они замечательные, верно? Плавают себе, могут ужалить. Хочу увидеть их вживую. Но меня вряд ли выпустят из-под этого купола, тем более в такой далёкий, как «Sundust-Ocean», — пожал он плечами и поднёс к губам чашку чая. Минхо ненароком завис на его губах, но тут же отвёл взгляд на запертую дверь в чужой квартире.       Дверь была неприметной и небольшой, в половину меньше роста Минхо. Она почти сливалась со стеной цвета индиго, и единственное, что выдавало её присутствие, — это мягкое голубое свечение в комнате за ней. Длинная блёклая полоска света растянулась по блестящему полу, и Минхо с интересом склонил голову.       Он пару раз просил Джисона показать эту комнату, но парень упорно скрывал, что за ней. Дошло до того, что он строго-настрого запретил туда входить под предлогом того, что там он хранил свои недоработанные опасные изобретения со встроенным искусственным интеллектом.       У них была одна фобия на двоих. Единственное, только Джисон мог создать что-то новое и уникальное для своей защиты, в то время как Минхо в технологиях совершенно не разбирался.       — Ты снова пялишься на эту дверь, Пикси, — с улыбкой прошептал Джисон, аккуратно разворачивая лицо Минхо на себя. Прозвище перекатывалось по ушным раковинам тёплыми гладкими жемчужинами. Сначала Джисон его звал «Пикселем», ведь он был таким же маленьким, но при этом, конечно же, древним, как и эта технология, но вскоре это переросло во что-то более нежное и менее шутливое. Во что-то волшебное и завораживающее, как «Пикси». — Ты же знаешь, что это опасно, Минхо. Если ты когда-нибудь зайдёшь за эту дверь, я не спасу тебя, — тихо пробормотал Джисон, но его слова пробежали по коже Минхо, как тонкие иглы, поднимая коротенькие волоски на его загривке. Парень взглянул в чужие глаза и прищурился.       Тон Джисона был незнакомым. Слова ощущались тяжёлыми, хриплыми и нагоняли ужас. Что разрабатывал Джисон? Был ли он в безопасности? Минхо очень сильно переживал. Парень ведь был почти хрустальным!       Минхо точно знал, что у него с детства были проблемы со здоровьем. Он перенёс операцию на ноге, и теперь вместо стопы у него был протез. Реалистичный, конечно, по самым последним разработкам, но всё равно не настоящая часть конечности. Он никогда не занимался спортом, и это было видно по тонким запястьям и ногам. Его иммунитет всегда был на самом дне, отчего кожа иногда казалась полупрозрачной и болезненно голубоватой с проблесками капилляров и вен в тонких местах.       — Ты боишься их? — спросил Минхо, на что Джисон склонил голову, и неоновый холодный свет пробился сквозь радужку левого глаза парня, придавая ему жуткий, эфемерный вид.       — Кого? — вопросом на вопрос ответил Джисон, и Минхо почувствовал, как мороз пробежал по его позвоночнику. Кончики пальцев дёрнулись и тут же сжались на диванной подушке между ними.       — Своих изобретений. Ты никогда их не пускаешь к нам. Или меня к ним, — пробормотал он, на что губы Джисона растянулись в очаровательной улыбке. Его глаза в последний раз сверкнули, когда он откинулся назад и скрылся в тени соседнего здания. Только на линзах были едва видимые изумрудные отблески.       — Конечно же нет, глупышка. Как я могу бояться того, что создал сам? — усмехнулся он и встал с дивана, чтобы потянуться. Длинный голубой вязаный свитер слегка приподнялся вместе с движением его рук, оголяя полоску смуглой медовой кожи живота. Домашние брюки в клеточку низко сидели на бёдрах, тонкая резинка боксеров выглядывала из-под них, плотно прилегая к коже. — Бояться нужно тебе. Я правда не советую встречаться хоть с кем-то из моих роботов неподготовленным к последствиям, — прошептал он, и Минхо замер, как взломанная голограмма.       — Ты меня пугаешь, — нервно хихикнул он, на что Джисон ухмыльнулся и снял очки, зачёсывая светлые волосы пятёрней.       — Мои изобретения, Пикси. Не я. ***       Минхо сидел в гримёрной, смотря в потолок, переливающийся разными оттенками голубого. На нём была узкая чёрная майка без рукавов, держащаяся только на воротнике, огромная надпись «Jellysta» сияла бирюзовым на груди. Руки усеяны аккуратными флуоресцентными рисунками медуз и звёзд.       Минхо, склонив голову, наблюдал за плавными переливами краски и думал о том, что Джисону бы понравился его новый альбом.       Понравился бы и сам Минхо.       Его ноги были закрыты только чёрными шортами до колен со множеством светящихся воздушных ленточек от пояса. К каждой была прикреплена искусственная звёздочка.       Минхо повернулся к зеркалу и с интересом уставился в собственное лицо. Макияж глаз в этот раз был не таким, как в прошлые концерты. Вместо привычных едва заметных чёрных стрелок красовались светящиеся четырехлистники в стиле ушастой аурелии. На щеках сияли маленькие звёздочки, напоминая Млечный путь через один глаз и до роста линии волос. Пряди из чёлки лезли в глаза, длинные серёжки-цепочки сияли в мочках ушей.       Если бы Джисон увидел его сейчас, то как бы он отреагировал? Ему бы понравилось? Он бы сказал, что Минхо красивый?       Минхо ненавидел то, как сильно он был зависим от внимания Джисона. Он хотел провести с ним каждое мгновение своей жизни, хотел запереть его девушку в соседнем куполе навечно, хотел сделать всё, чтобы быть с ним, чтобы ему понравиться.       Он так плотно задумался, что даже не заметил, как в гримёрку зашёл певец, с которым в этот раз заключила контракт компания Минхо. Ян Чонин был такого же роста, что и он, вот только он более поджарый и жилистый. Чонин был наряжен примерно в такую же одежду, только вместо широких лент до колен у него были светящиеся ниточки до пола, а лисьи глаза украшали не четырёхлистники, а кресты.       Он был полной противоположностью Минхо: опасной, жгучей и резкой, но при этом всё ещё завораживающей.       — Привет, Минхо. Хотел поболтать с тобой до выхода. Шикарно выглядишь, кстати, — улыбнулся Чонин и присел на соседний диванчик, играясь с силиконовыми ниточками. Парень стеснительно улыбнулся и кивнул. — Я тут выгундел у своей компании отпуск, и приколись, мне разрешили выехать в «Sundust-Ocean»! Типа исследовать морские глубины, представляешь? — Минхо распахнул рот и тут же захлопал в ладони, радостно улыбаясь. Чонин выглядел таким довольным и счастливым. Когда они работали над новым альбомом, парень только и разговаривал о подводном мире. В их куполе почти не было водоёмов, тем более морских.       — Поздравляю! Это так круто! — радостно прощебетал Минхо, когда Чонин покачал головой и прервал его движением руки.       — Я выгундел и тебе эту поездку! Помнишь, ты говорил про сталкера? Так вот, если он реально существует, то под другим куполом он тебя точно не достанет! Ты наконец-то сможешь расслабиться, Минхо! — вдохновлённо пробормотал парень, и у Минхо от умиления сжалось сердце. Этот малыш был таким хорошим, самым лучшим из всех соло певцов, с кем ему приходилось работать. — Тебе не обязательно отвечать сейчас, ты подумай, но я буду ждать, — улыбнулся Чонин, и Минхо лишь ответил кивком.       Как только дверь за парнем захлопнулась, его телефон агрессивно завибрировал несколько раз подряд. Тело застыло в полутьме гримёрной, руки задрожали. Минхо потянулся к телефону и громко сглотнул. Его затошнило, как только он взглянул на сообщения.

Издеваешься?

Не смей никуда ехать с ним.

Я всё равно буду знать про тебя абсолютно всё.

Как и сейчас~

Ты мой, Минхо.

Не забывай, кому ты принадлежишь.

Думай только обо мне.

Будь хорошим мальчиком.

Не играй на моих нервах.

Иначе я могу разозлиться.

Ты же не хочешь, чтобы я злился?

Уверен, ты не хочешь, чтобы я злился, маленькая миленькая аурелия.

Ненавижу то, что он назвал тебя шикарным.

Ты только мой.

      Минхо отбросил телефон и скривился, осматриваясь вокруг. За ним всё время наблюдали, это было ясно и некомфортно. Но как? Никаких камер не было, никто их не видел, гримёрку уже тысячи раз проверяли всеми известными способами.       Что это за чертовщина?! ***       — Этот сталкер опять за своё! Я уже не выдерживаю! — жаловался Минхо, лёжа на диване Джисона, пока тот заправлял постель в соседней комнате. — Мне срочно нужно что-то для защиты от него! Ты можешь что-то придумать? — парень его явно не услышал, и взгляд Минхо скользнул к плотно запертой двери, из замочной скважины которой торчал небольшой ключик с брелоком медузки.       Джисон всегда мучился с пододеяльниками, значит, у Минхо была пара минут, чтобы мельком заглянуть в комнату? Он не будет полностью заходить. Просто взглянет одним глазком, и Джисон даже не узнает.       Тем более он же создавал роботов-защитников! А Минхо был его лучшим другом. Значит, эти роботы могли защищать и его, верно?       Он тихонечко встал с места и подобрался к дверце, опять оборачиваясь на спальню Джисона, откуда доносилось недовольное фырканье под слоями ткани. Минхо ловко и беззвучно провернул ключ, после чего отворил дверь и прошаркал на коленях чуть глубже в комнату.       Стены и потолок пестрили фотографиями, сливающимися воедино. В дальних углах расположились чистая заправленная кровать и небольшой стол. По всему периметру куча разных роботов, но ни один не был похож на машину для убийств. Над кроватью парили медузы, а по полу стелились гладкие зелёные лианы, что блестели синевой в свете десятка мониторов. Минхо поднялся на ноги и прошагал внутрь, чтобы получше разглядеть фотографии и экраны.       Его челюсть в ужасе распахнулась, когда он понял, что все тысячи, а то и десятки тысяч фотографий были одного содержания.       Он сам в различных непристойных позах.       Где-то совершенно голый, где-то в обрывках одежды. Где-то он сидел на человеческом члене, где-то он был изображён с мутантами, где-то он рыдал, где-то истерически смеялся. Где-то он явно сопротивлялся, а где-то поддавался.       На мониторах в режиме реального времени можно было смотреть трансляции его квартиры, гримёрки и даже салона авто.       Дверь с грохотом захлопнулась, и Минхо почувствовал, как что-то обвилось вокруг его лодыжек, резко поднимая вверх. Он повис вниз головой в комнате своего сталкера.       Повис в комнате Джисона.       Джисон стоял у входа, облокотившись о стену. На его губах играла немного смущённая улыбка, но при этом не менее пугающая. Он притопнул ногой, после чего выражение его лица резко изменилось, даже расслабилось.       — Неловко получилось, принцесса. Я тебя предупреждал, чтобы ты не лез не в свои дела, не так ли? — устало пробормотал парень, снимая очки и ероша волосы. Его низкий голос отдавался ударами молотков под кожей. Большие круглые глаза сузились, и теперь он больше не казался таким уж невинным, как обычно. — Глупышка. Запретный плод сладок, не так ли?       — Какого чёрта, Хан Джисон! Я доверял тебе! Я думал, ты искренне понимаешь меня, а всё это время сталкером был ты! — кричал Минхо, стискивая кулаки и пытаясь высвободиться из сильной хватки лиан, на что Джисон лишь фыркнул и сел на кровать, запуская ещё дальше в воздух маленьких парящих медузок.       — Как мы заговорили, а? Всё это время ты как будто бы совершенно не думал, каково будет потрахаться со мной. Но как узнал о такой маленькой мелочи, так всё, «Хан Джисон, я доверял тебе, и сюси мусюси».       Парень закатил глаза и щёлкнул пальцами, после чего одна из лиан, что лежала на полу, медленно двинулась в сторону вопящего и ошарашенного Минхо, чтобы стянуть с него верх.       — Пикси, я знаю о тебе абсолютно всё. Каждую мелочь из твоей жизни, каждого человека, с кем ты разговаривал, каждый твой сон, каждый твой шаг. Я знаю даже то, чего ты сам не знаешь, — хмыкнул Джисон, после чего потянулся и лёг на кровать, смотря в глаза из-под ресниц. Минхо поёжился.       Джисон ведь был таким милым, таким нежным, таким безобидным. Как всё это могло оказаться маской?       У него же все эмоции на лице были написаны!       — Откуда? Почему я? — пробормотал Минхо, чувствуя, как от притока крови начала кружиться голова. Тяжесть в глазных яблоках пускала молнии перед зрачками, но он стойко держался, не умолял парня о пощаде. Хотел освободиться самостоятельно, не потеряв гордость. Джисон перевернулся на бок и хмыкнул.       — Ты правда не помнишь меня, да? Я был трейни в то же время с тобой, просто очень быстро оттуда свалил. Все звали меня Дживан, — Минхо на секунду задумался. Прозвище было знакомым, но он никак не мог вспомнить Джисона совсем молоденьким. Он перебирал всех, с кем был трейни четыре, а то и больше лет назад, когда одно конкретное угрюмое лицо сверкнуло в памяти.       В то время Джисон носил длинный угольный маллет, дрался абсолютно со всеми из ребят и быстро вылетел за своё отвратное поведение. Все говорили, что он был талантливым, но страшным человеком. Именно из-за того, что он был способен на многое, никто не знал его пределов. Все боялись неизвестности. Того, что могло взбрести в голову тогда ещё подростку Джисону.       Минхо никогда с ним не разговаривал и избегал любых встреч, прислушиваясь к чужим словам. Он помнил, что Дживан всегда косо посматривал на него, но обычно старался игнорировать это.       Неужели… аж с тех времён?       — Ты… ты же не следил за мной аж с того времени? — пробормотал он, когда Джисон пожал плечами.       — Я тогда ещё не успел вкурить за все эти технологии, так что я не слишком мог себе что-то позволить. Но за этот год я сильно продвинулся. Вот эти лианы созданы на самом деле не для того, чтобы удерживать тебя, но, как оказалось, они пригодны даже для этого. Можно было бы и не создавать паутину для обездвиживания, — пробормотал он, и у Минхо кровь застыла в жилах, но при этом в животе что-то скрутилось в опьяняющий узел.       Джисон ему так сильно нравился всё это время, и он не мог понять, что чувствовать по этому поводу.       Джисон был, чёрт возьми, его сталкером.       Но получается, что всё это время все дипфейки, все фотографии, все слова — всё было от него?       Джисон был одержим Минхо?       От этого сердце стучало быстрее, а в пах стреляли приятные молнии.       Вероятно, он действительно сошёл с ума, если радовался тому, насколько парень был им одержим.       — Джисон, почему ты не сказал раньше? — пробормотал он, на что парень вздёрнул бровь, а после рассмеялся, катаясь по матрасу. Его улыбка завернулась в привычное сердечко, и от этого узел возбуждения ещё сильнее завязался внизу живота.       — Пикси, я заметил, что умом ты не блещешь, но чтобы настолько! — прохихикал парень, вытирая выступившие в уголках глаз слёзы. — Я бы никогда ничего не рассказал тебе. Мне было интересно играть с тобой, пробовать на твоей квартире новые штучки для слежки, ещё секс игрушки благодаря тебе хорошо пошли. Но когда ты боишься, ты выглядишь сексуальнее всего. Это и причина, почему я был одержим тобой со времён трейни. Ты так мило шугался меня, и я хотел видеть на тебе страх чаще. Господи, ты выглядишь волшебно, когда твои глаза стекленеют, тело замирает, а пальчики дрожат, — он говорил об этом с таким восторгом, что Минхо ненароком задумался, а правда ли он был таким, когда боялся. Мысли крутились вокруг прошлого образа Джисона, он никак не мог начать воспринимать реальность, только думал о том, что наконец-то его мечта сбылась.       Даже если его мечта была совершенно другой.       Но Джисон ведь хотел его.       — Я бы никогда не подумал, что ты такой, — пробормотал Минхо и взмахнул руками, как бы пытаясь объяснить, какой такой был Джисон, но тот понял всё без слов и радостно кивнул.       — Никто и не думает. Плюсы быть милашкой от природы. Во времена трейни я не сразу понял прелести своей внешности, но когда я стал постарше, то придумал, как извлечь из этого выгоду. И ты повёлся. Это превосходно, — Джисон улыбнулся, и лианы медленно, но точно опутали тело Минхо, опуская его на кровать. Младший поднялся, освобождая место, после чего все роботы, что стояли в комнате, разом включились, освещая пространство едва видимыми голубыми искрами. — А теперь, как я и говорил, я не стану спасать тебя от своих изобретений. Я предупреждал, чтобы ты не входил в эту комнату. Всё это — лишь твоя вина, — ухмыльнулся парень и сел на рабочий стол, подтянув к себе одно колено.       Минхо изогнул бровь, когда лианы начали его раздевать. До него дошло, что все эти роботы были не более, чем секс игрушками.       — Но ты же говорил только про защитников! А это нихера не защитники! — пробормотал Минхо, пытаясь выгнуться, на что Джисон пожал плечами.       — Это ничего не меняет. Я тебя предупреждал. Ты меня не послушал, — прошелестел он, после чего старший замолк. Парень ведь был прав, Минхо сам ослушался. И вообще, всё это были изобретения Джисона. Он ведь не сделал бы ему больно? За всё это время он никогда не причинял ему физической боли, только писал пошлости, говорил, что Минхо был его.       И если сталкером был Джисон, то всё сходилось, все слова Джисона были правдой.       Минхо хотел его в ответ.       Но он знал, что это было неправильно, и пытался переубедить свой мозг подойти к этому рационально. Заставить себя поверить в то, что Джисон — чёртов псих.       Вот только ничего не вышло.       Он всё ещё хотел Джисона.       Лианы быстро разорвали футболку на нём, выбрасывая полоски лоскутов. Ткань сияла в голубом свете, но вскоре скрылась в тени кровати. Минхо грубо перевернули на спину, и из его груди выбился громкий вздох. Он повернул голову на Джисона, что спокойно сидел на своём месте, изучая взглядом сцену перед глазами. Одна из лиан напряглась и изогнулась, начав судорожно дрожать. Минхо боялся, что её замкнуло и сейчас его ударит током, но зелёная мягкая, как щупальце, машина только с шипением харкнула ему на руки жемчужной жидкостью с голубоватым свечением. Парень скривился и попытался поднять руки, чтобы обтереть их о простыни, но те уже прилипли, да так плотно, что даже оттянуть не получалось.       — Что это? — с отвращением пробормотал Минхо, на что Джисон пожал плечами и улыбнулся, ероша свои светлые, голубоватые в свечении комнаты волосы.       — Искусственная паутина. Абсолютно безопасная, если случайно попадёт на слизистые или во внутрь. Но вообще её главная идея заключается в том, чтобы обездвижить партнёра. Дело в том, что привычные бандажи, даже с чипами, которые реагируют на приложенную к ним силу, довольно устаревшие, на мой взгляд. Уже и неинтересно как-то. Ну связал. Прикольно, да, но в чём суть? А так, — парень мягко улыбнулся, склонив голову набок, завороженный сиянием паутины, — так гораздо интереснее. Как будто ты моя запутавшаяся в сетях жертва, — прошептал Джисон едва слышно. Если бы Минхо попытался поворочаться, чтобы вывернуться из крепкой хватки паутины, то точно бы не услышал его из-за трения ткани. — И я могу поглотить тебя полностью, — закончил парень дрожащим тоном, и по позвоночнику Минхо пробежала молния. Джисон замолк, с нетерпением облизывая губу. Он лишь больше погружался в какой-то свой собственный мир, его черты совсем расслабились: брови опустились на глаза, уголки губ устремились вниз, а тёмная радужка налилась чем-то ещё более густым и угольным. Он совершенно не был похож на старого Джисона.       Старый Джисон был милым, тёплым и безопасным.       Но старого Джисона не существовало. Никогда не было и никогда не будет, ведь это не более, чем придуманный образ.       И Минхо поймался.       Минхо чувствовал себя маленькой мушкой, случайно попавшей в паутину гигантского паука. Его руки были плотно приклеены к матрасу, по телу двигались склизкие и мягкие лианы, на кончиках которых выступила какая-то сияющая жидкость. Следы тянулись от его шеи до самого пояса штанов, но пока что роботы не пытались скользнуть ниже.       Только пока.       И только потому, что сейчас они игрались.       В воздухе над головой плавали маленькие медузы, переливающиеся самыми разными оттенками бирюзового. Их щупальца совсем короткие, но на вид очень мягкие, скользкие и едва ощутимые. Для чего они были Минхо не имел понятия.       У него никогда не было секс-игрушек и уж тем более таких, какие разрабатывал Джисон. Именно поэтому он не догадывался о предназначении ни одного робота в комнате. Ему было страшно удовлетворять себя, зная, что он всегда находился под чьим-то наблюдением.       Под наблюдением Джисона.       — Интересно выглядит? — с улыбкой спросил парень, пальцем указывая на парящую медузу. Искусственное тельце медленно начало спускаться ближе к телу Минхо, что извивался на матрасе, пока лианы массировали его соски. — Ты скоро узнаешь, для чего я их создал, принцесса, — пообещал Джисон и продолжил наблюдать. Минхо сглотнул и плотно сжал зубы, чтобы с губ не сорвалось и звука.       Лианы заострялись и тыкались ему в соски, затем обвивались вокруг и оставляли влажные следы и пикантный аромат на коже. Минхо зажмурился от стимуляции и попытался повернуться на бок, но Джисон тут же щёлкнул пальцами, и одна из лиан послушно обвила талию Минхо, вновь утягивая его на спину. Бусины сосков порозовели и разбухли, переливаясь тысячей голубых огоньков от света вокруг. Джисон с удовольствием промычал, внимательно пожирая взглядом Минхо, с чьих губ всё же сорвался громкий и плаксивый стон.       Одна из медуз опустилась прямо на разбухший шарик соска, и Минхо выгнулся в пояснице. Ступни плотно упёрлись в матрас, когда он попытался сбросить с себя ледяное, почти что водянистое тельце. Щупальца робота, однако, плотно вцепились в кожу груди, и через пару секунд, по мере того, как медуза наливалась ярким голубым светом, его тело пробил лёгкий ток.       Минхо широко распахнул глаза и вскрикнул. Он почувствовал, как ниточка слюны растянулась от верхней губы до нижней и на середине оборвалась. Его руки и ноги дрожали, а на второй сосок уже приземлилась новая медуза, что точно так же впилась в его тело и начала набирать свет. Лианы медленно скользили по телу, ближе к ремню брюк, чтобы стянуть ненужный элемент одежды, тем более что Минхо так благородно приподнял бёдра.       Обе медузы пожёвывали его соски, разогревали кожу под своими тонкими щупальцами, после чего по телу опять прошли слабые молнии тока. Минхо вновь запрокинул голову назад, срываясь на негромкие стоны. Его тело выгнулось почти неестественным образом, но он не обращал внимания.       Он должен был ненавидеть то, что происходило, но ему наоборот сносило крышу от возбуждения. Возможно, в смазку лиан было что-то подмешано, но его мозг совершенно не соображал. От стимуляции в голове была только одна мысль: «Что сделать, чтобы это продолжалось бесконечно?»       Это было неправильно. Это было унизительно. Это было отвратительно. Это было…       Невероятно.       Ощущения не похожи ни на какие другие, что он испытывал. Тело было натянуто как струна, и удовольствие не отказывалось от игры на нём. Страх перед неизвестным сталкером медленно начал отходить на второй план, ведь теперь всё было очевидно. Это уже был не неизвестный маньяк.       Это был Джисон.       Да, псих. Да, повёрнутый на сексе. Однако он был горячим, он был знакомым, и Минхо хотел его.       Тем более отныне он будет жить в спокойствии. Без сообщений сталкера, без очередных дипфейков и неверящих взглядов.       Удовольствие растеклось по телу, когда его член обвила лиана, медленно скользнувшая кончиком по головке. Минхо поперхнулся слюной и повернул голову к Джисону, жмурясь и вскрикивая на очередной разряд тока. Парень смотрел на него жадным взглядом, кончики его пальцев подёргивались в такт лиане на члене, нижняя губа была зажата между зубов. Его нога, что свисала со стола, нервно покачивалась в воздухе. И Минхо точно мог сказать, что Джисон хотел его.       До безумия хотел, но не делал ничего.       Только наблюдал.       Одна лиана с распустившимся цветком скользнула ко рту Минхо, и как только тот открыл рот, лепестки накрыли его губы, плотно прижимаясь, почти что присасываясь. Языка коснулось что-то длинное и достаточно толстое, со странным привкусом. Сначала жидкость на языке переливалась, как жемчужина, солёной карамелью, после чего превратилась в жгучую клубнику на губах и ледяную мяту на языке. Лепестки двигались мягко, но напористо, и Минхо только и мог, что закатывать глаза и сводить ноги вместе от нарастающего возбуждения. Вдруг его колечка мышц коснулась совсем тонкая лиана, которая пару раз мягко прошлась по ободку, а затем скользнула внутрь.       Минхо простонал в лепестки, содрогаясь ото всех ощущений. Губы пекло, слюна стекала по челюсти, смешиваясь с жидкостью цветка, соски пульсировали под массирующими их медузами, член дёргался в плотной хватке одной из лиан, так ещё теперь вторая растягивала его изнутри. Минхо чувствовал, как она давила на стеночки и тёрлась о простату. Как внутри становилось склизко и тепло. Жгучая боль разнеслась по всему его телу от того, как его раскрывали изнутри, но ему нравилось.       Хотя этого было уже чрезмерно много, и Минхо чувствовал, что вот-вот кончит. Вот только Джисон не собирался останавливаться. Он усмехнулся и затем хлопнул в ладоши. Матрас вдруг пошёл рябью и волнами. Минхо словно слегка погрузился в него. Затылок, лопатки и руки аккуратно массировались кроватью, заставляя парня стонать. Лепестки отцепились, и громкие звуки с губ отскочили эхом от стен, чтобы потом опять заглушиться цветком.       Секунда, и Минхо, выгнувшись всем телом, кончил себе на живот. Его ноги дрожали в воздухе, животик втянулся и сквозь кожу можно было легко заметить очертания лианы, что за это время слегка разбухла от возбуждения, почти достигая в обхвате размера обычного члена. Пальцы крепко сжались на простынях, но они то и дело убегали из хватки, перекатываясь волнами по матрасу.       Джисон возбуждённо выдохнул где-то рядом, прежде чем опуститься на колени и прильнуть губами к ушной раковине Минхо.       — Как тебе, принцесса? Нравится? Я так старался над каждым из этих изобретений! — дрожащим шёпотом пробормотал Джисон, когда лепестки полностью освободили разбухшие и алые губы Минхо, чтобы он мог ответить. Вот только с губ срывались только стоны.       Колени Минхо подогнулись, но лиана с цветком быстро подняла его таз и продолжила удерживать для той, что набухла внутри ещё сильнее. Парень опустил взгляд вниз, пытаясь заглянуть между медуз, и увидел, как лиана, что была внутри, натягивала его живот. Она уже была толстенькой, скользила мягко и так глубоко, как только могла. Её бархатистая поверхность тёрлась о простату, и Минхо хотелось рыдать от того, как этого было много.       — Эти малышки получились даже более манёвренными, чем я ожидал! — воскликнул с восхищением Джисон, через слой кожи накрывая головку лианы своей рукой. Минхо поджал губы, запрокидывая голову назад с лёгким стоном, когда почувствовал, как та стукнулась о чужую руку.       Он чувствовал, как колечко мышц растягивалось. Его жгло под давлением растущей тентакли, которая ещё и набирала скорость.       — Паутина должна растаять за считанные секунды. Хочу перевернуть тебя на живот, — пробормотал Джисон в самое ухо Минхо, заставив мурашки пробежать по коже.       Только сейчас Минхо обратил внимание на то, что его запястья уже свободно двигались под слоем клейкой паутины, а через пару мгновений и вовсе избавились от любого давления. Джисон щёлкнул пальцами, и медузы тут же взмыли к потолку, отпустив его истерзанные соски. Лиана внутри замерла, после чего медленно выскользнула из тепла тела с самым пошлым чмоком, который когда-либо слышал Минхо. Какая-то густая жидкость потекла вниз по бёдрам и ягодицам. Джисон аккуратно перевернул Минхо на живот, после чего лианы опять подхватили его тело под тазом, чтобы поставить на колени.       Дырочка сжалась вокруг пустоты, выплёвывая очередную дозу какой-то жидкости. Но теперь Минхо мог её разглядеть. Она была почти перламутровой, но такой же сияющей голубым, как и всё остальное.       — М-м, — промычал Джисон ему на ухо. — Думаю, позволю лианам поиграть с тобой ещё. Ты выглядишь невероятно сексуально, когда в тебя вбиваются мои изобретения. Особенно эти малышки, — пробормотал он и шлёпнул Минхо по ягодице, вырвав изо рта парня громкий стон. Его влажные от слюны губы разомкнулись, брови выгнулись, а пальцы вцепились в простыни.       Он должен был умолять остановиться.       Но он хотел умолять о большем.       Лиана скользнула вверх по его бедру, оставляя влажный след и пуская по телу дрожь. Джисон сел чуть поодаль, чтобы видеть картину целиком. Минхо видел очертания чужого возбуждённого члена в штанах, и он знал, что должен был чувствовать себя мерзко и грязно.       Но он чувствовал себя счастливым.       Ведь он так хотел, чтобы Джисон считал его сексуальным, чтобы Джисон хотел его. И даже если это не прежний Джисон…       В чём была суть?       Главное, что ему было хорошо.       Лиана раздулась ещё сильнее, после чего начала кружить по колечку мышц, и на секунду Минхо захлестнул страх, что такая махина в него напросто не влезет. Он крепко зажмурился, когда робот всё же медленно скользнул внутрь, почти мучительно расширяя его дырочку. Минхо плаксиво выдохнул, расставляя ноги шире, пока лиана входила глубже. В этой позе казалось, что она ползёт ему в глотку. Каждое движение пускало дрожь по телу, ведь изобретение Джисона давило на стенки и простату.       Минхо пытался держаться, но когда стоны начали срываться всё чаще, а сознание совсем затуманилось, он отпустил себя, выгибаясь ещё больше, чтобы лиана могла проскользнуть глубже. Он протянул руку вниз, чтобы опустить пальцы на живот, и громко выдохнул, когда в его ладонь ударилась широкая головка лианы.       Машина начала набирать скорость, отчего Минхо буквально проехался коленями по матрасу. Лиана его не жалела, специально надуваясь ещё сильнее, а в какой-то момент она ещё и начала вибрировать, заставив парня вскинуть голову и вскрикнуть. Колени дрожали, стенки, как и дырочка, пульсировали, пальцы отчаянно пытались ухватиться хоть за что-то, пока лиана быстро набирала скорость и вибрацию. Минхо не успевал вдыхать воздух, его стоны обрывались на середине и начинались вновь, так и не подходя к концу, слёзы текли по щекам, смешиваясь у подбородка со слюной, но всё это было от удовольствия.       Минхо чувствовал, как его собственное «я» терялось где-то в океане желания получить очередной оргазм, что накатывал, как лавина.       Хоть Минхо и ни разу не видел лавин.       На очередной мощный толчок он издал самый громкий стон за вечер, и его член содрогнулся вместе с ним, выпуская струйку спермы. Лиана надулась, после чего Минхо с удивлением опустил голову, чувствуя, как внутрь него стрельнуло ещё больше жидкости. Гораздо больше, чем в прошлый раз. Его животик слегка надулся под давлением…       Спермы лианы?       Он дрожаще выдохнул, наблюдая за тем, как лиана сползла с кровати. Густая жидкость стекала по бёдрам на и без того вымокшие простыни.       Всё тело Минхо вибрировало, хотя его больше ничто не касалось, кроме второй лианы, да и та выполняла только опорную функцию.       — Сука, — прошипел рядом Джисон, и Минхо резко повернул к нему голову, натыкаясь только на выпирающий из ткани джинсов член. — Господи, ты бесподобен. Даже искусственный интеллект не мог додуматься до этого, — пробормотал он, поворачиваясь на фотографии, расклеенные по всей комнате. — Блять! — выкрикнул он. — Бля-я-ять! — опять протянул он. — Мне придётся снять всё, что здесь есть. Абсолютно всё! Реальность в миллиарды раз лучше, сука! — пробормотал он, и Минхо отметил, что он с удовольствием слушал эти слова. Они напитывали его эго.       И он никак не мог себя заставить ненавидеть парня.       — Джисон, — почти со слезами на глазах пробормотал Минхо, и парень наконец-то опустил свой тяжёлый взгляд на него. — Что ты собираешься делать дальше?       — Насчёт? — выгнул бровь он и склонил голову набок. — Ты про сегодняшнее? Что ж, ничего страшного, у меня есть много возможностей избежать любого наказания. Я могу даже сбежать из-под купола, его всё равно поддерживает компания моего отца, так что, — он пожал плечами, на что Минхо покачал головой. Он имел в виду не это «дальше».       — Я про… — он сглотнул вязкую слюну, после чего неопределённо махнул головой в сторону возбуждённого члена Джисона. Парень моргнул, после чего его губы растянулись в улыбке. Можно было бы сказать, даже милой, если не знать контекста и не видеть глаз.       — Пикси, кто же знал, что ты настолько ненасытная принцесса, — пробормотал Джисон, после чего аккуратно провёл пальцами по чужим волосам, чтобы потом врезаться ногтями в затылок Минхо, вырвав из него полустон. — Расскажи мне, что ты хочешь? Хочешь, чтобы я трахнул твой нетронутый ротик? — сладко прошептал парень, дёргая бёдрами вперёд, отчего его возбуждённый член под тканью джинсов чуть ли не впечатался в щёку Минхо. — Или хочешь, чтобы я добавился к лианам? Любишь множественные оргазмы, м?       Минхо хотелось всего, но он не знал, как будет правильно выразить это всё словами. Именно поэтому он поджал губы и отвёл взгляд. Джисон пару секунд изучал его лицо, после чего забрался на кровать и встал коленями на матрас. Лиана, что поддерживала таз Минхо, соскользнула вниз и позволила парню найти свою удобную позу.       Джисон резво расстегнул ширинку и вытащил из боксеров не совсем длинный, но крепкий и широкий в обхвате член, головка которого поблёскивала в синем цвете. Минхо сглотнул и открыл рот, когда парень сделал шаг ближе и поднёс ствол к его губам.       — Чёрт, я так заигрался, нужно было сразу запихать тебя в эту комнату, — прошипел Джисон, надув губку в деланной обиде. Одним мягким движением он плавно вошёл в рот Минхо, что закатил глаза и расслабился. — И где же былой запал моей принцессы? Где же сопротивления? А? Ну же, где? — поддразнивал парень, медленно вбиваясь в рот Минхо. — Ты же… не трахался порядка года, да? Боялся, что за тобой следят. Наверняка хорошо сейчас получить то, что так хотелось, но было страшно брать? — Минхо кивнул, не задумываясь, пуская на губы Джисона ухмылку. — Сладкая, сладкая моя Пикси. Мне так жаль, я мог бы дать тебе всё гораздо раньше, — ворковал игриво он, ускоряя темп. Его брови выгнулись, и он запрокинул голову. — Блять, как же хорошо!       Минхо сжал ноги вместе и слезящимися глазами уставился на Джисона. При каждом толчке его набитая спермой лианы дырочка сокращалась и выплёвывала жидкость по ляжкам на простыни.       Бёдра Джисона начали заикаться, и Минхо понял, что надо было отстраниться, чтобы он мог получить его член не только во рту. Он с паникой в глазах уставился на парня, и тот всё же выскользнул. Его губы растянулись в почти насмешливой манере.       — Чёрт, какая же ты ненасытная. Так из принцессы можно и в свинку превратиться, не думаешь? — пробормотал он, пока Минхо застенчиво поворачивался к нему спиной. — Знаешь, о чём я думаю? — горячо прошептал младший, направляя головку к растянутой влажной дырочке. — Хочу создать для тебя какую-нибудь особую игрушку в память обо мне.       Минхо не понял, к чему были эти слова, лишь кивнул и помотал бёдрами в воздухе.       Джисон плавно вошёл внутрь и сразу же набрал скорость, чтобы побыстрее догнать отступивший оргазм. Минхо прошипел в простыни и зарылся в них лицом.       Член Джисона был ещё лучше, чем лианы, даже если он не упирался в живот, даже если он не был настолько широким. Однако он упирался в лучшие места, его ствол приятно тёрся о простату, а головка загоняла сперму лианы всё дальше.       Минхо настолько забылся, что перестал даже думать о том, чтобы контролировать свои стоны по громкости и частоте. Они просто срывались с его губ. Бёдра дрожали, плечи тоже, даже пальцы подрагивали, отчего зацепиться за простыни опять становилось невозможным.       — Бля-я, — протянул Джисон, ещё быстрее набирая темп. Его таз мягко бился о ягодицы Минхо, разнося шлепки тел друг о друга по всей комнате. — Я очень близко, Пикси.       И Минхо тоже был на грани. Он уже чувствовал, как узел туже затягивался внизу живота от безграничной стимуляции простаты. Стоило Джисону сделать ещё пару грубых толчков, как он опять выгнулся всем дрожащим телом, выплёскивая очередную слабую струйку спермы.       Джисон, однако, не остановился, лишь грубее продолжил догонять свой оргазм. Минхо упал грудью на матрас, представляя, как семя Джисона смешается с жидкостью из лианы, как животик наполнится ещё больше.       Джисон был психом. Это было очевидно. Вряд ли у него была эмпатия. Вряд ли он умел любить. Вряд ли он хотел остепениться.       Но Минхо, как оказалось, лучше не был. Любой нормальный человек чувствовал бы себя грязным, использованным, несчастным и разбитым.       Но он чувствовал себя прекрасно. И он не думал, что когда-либо сможет отказаться от такого умопомрачительного секса.       Бёдра Джисона в последний раз вздрогнули внутри, и Минхо почувствовал, как член выскользнул из него вместе с очередными ручейками спермы. ***       Минхо не стал никуда обращаться по поводу сложившейся ситуации, но и с Джисоном он не говорил тоже.       По крайней мере до сегодняшнего дня.       Когда он проснулся, то заметил небольшую коробку около своей кровати с припиской «Для Пикси». Внутри лежал странный прозрачный костюм и экранчик, который загорелся сразу же, как Минхо его коснулся. Его встретила пустая незнакомая комната, а через пару мгновений и лицо Джисона.       — О, доброе утро, принцесса! Я уж думал, ты никогда не откроешь эту коробку, — пробормотал он с хитрой улыбкой, поправляя очки на переносице.       — Что это? — спросил Минхо удивлённо, показывая экранчику костюм. Джисон закатил глаза, после чего показал идеально воссозданную куклу Минхо. Он ткнул роботу в рот, и Минхо заметил, как синим сиянием провалилась часть костюма.       — Если когда-нибудь соскучишься по мне, а я всё ещё не вернусь к нам в «Sundust-Starlight», чтобы славно тебя выебать, просто коснись экранчика и надень костюм, — ухмыльнулся он, проводя пальцами по тонкой идеальной коже робота. — Ты узнаешь, что всё это значит, — пообещал он. — Ну или приезжай с этим своим Ян Крестовиком ко мне в «Sundust-Ocean». Я найду тебя, Пикси.       Джисон был гениальным психом.       Минхо был готов позволить ему разрушить себя.       Именно поэтому он тут же подхватил телефон и ответил Чонину согласием на поездку.