Светлячки

***

— Альзи, желтый сигнал! — Успеем, не суетись, там уже никто не торопится, сам знаешь, — мужчина даже не повернулся на голос юного спутника, продолжая проверку систем энергоснабжения ворот портала перед заменой предохранителя. — Сколько ты уже со мной летаешь, Саш? Год? И не надоело тебе вопить каждый раз? — В обучающей программе было написано, что так положено, к тому же я уже закончил, — закинув на плечо швабру и удобнее перехватив ведро, парень подошел ближе, чтобы понаблюдать за процессом. Однако, рассмотреть что-то толком за широкой спиной товарища не представлялось возможным, оставалось только наблюдать за причудливыми бликами на седых волосах. Звезда, согревающая пояс астероидов, уже сместилась, из яркого синего света переходя в более мягкое голубое свечение. В этой части реальности дело шло к ночи. — Вот и готово, — Альзи мягко надавил на крошечный предохранитель и демонстративно отряхнул вполне чистые руки, наблюдая, как на воротах в ячейку загорается зеленый свет. — Эту зажгли, можем двигать дальше. Куда нам, говоришь? Саша повел плечом и чуть не уронил весь уборочный инвентарь. Альзи же с неторопливой степенностью пожилого человека неспешно складывал в ящик инструменты в безупречном порядке. — Ячейка В183629, недавно загорелся желтый, я отметил, что мы возьмемся. — Ну ты шустрый, еще и номера запоминаешь? Много свободного места в голове у тебя, — усмехнулся в усы Альзи, направляясь к небольшому кораблю, стоящему неподалеку. — К слову, я вот все спросить забываю, что за странное имя «Саша»? Твои родители были фанатами древности? Века эдак двадцать первого? — И про странное имя у меня спрашивает человек, которого зовут Альзирбенрандвир, — фыркнул парень, сгружая ведро, тряпки и швабру на место у самого трапа. — У меня родители были людьми современными, так что мое имя не выделялось. Но имя из двадцать первого века… Я бы, наверное, так ребенка не назвал. — А как бы назвал? — спросил Саша скорее по инерции, нежели из реального интереса. Что бы ни ответил старший напарник, он просто из духа юношеского противоречия собирался ответить, что имя имеет недостатки. Вопрос повис в воздухе, сворачивая разговор, пока оба пилота настраивали системы корабля, направляясь в новые координаты. Тишина прерывалась лишь едва слышным гудением двигателей, звуковыми эффектами системы и редким глухим стуком пальцев о старомодные сенсорные панели. Как ни странно, ничего более надежного в вопросе идентификации пользователей так и не придумали. — Не знаю, как назвал бы, посоветовался бы со своей парой, — внезапно сказал Альзи, и Саше потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить о разговоре, который состоялся не менее, чем четверть часа назад. Они летали вместе уже больше года, но Альзи не распространялся о своей жизненной позиции, а Саша не спрашивал. В конце концов, каждому свое, и не всем дано выбирать, так устроен мир. Какой смысл переживать о том, чего не можешь изменить? — Альзи, а ты бы хотел иметь пару? Не быть «светлячком», а заполнить ячейку? Встретить и выбрать кого-то… — А кто тебе сказал, что я не встретил и не выбрал? Что-то в интонациях обычно легкого в общении напарника заставило Сашу обернуться. — В каком смысле?.. — И чему вас там на Земле сейчас учат… — проворчал в усы Альзи. — Ну-ка, назови мне первое правило «светлячков»? — «Светлячки» летают только по два человека, никак иначе, во избежание нарушений и для подстраховки. А при чем тут это? — Саш, светлячков отбирают в шестнадцать, плюс год обучения, мне пятьдесят восемь, я с тобой летаю год, смекаешь? — мужчина усмехнулся, но как-то устало. — А, ты о своем предыдущем напарнике? — дошло до собеседника. — Сообразил, наконец-то, — фыркнул Альзи беззлобно. На самом деле молодой напарник ему нравился. — Сорок лет мы душа в душу. Вот только на слои реальности бесплодные камни люди расщеплять научились, а лечить… Да оно и понятно, зачем продлевать жизнь, которой и так в избытке? В сети пишут, что через несколько тысяч лет даже наша система регулирования популяции переполнится, если не найдется еще один пригодный для жизни пояс астероидов. Но это мало вероятно, там же не просто камни должны быть, но и звезда, которая это дело прогревать будет. — Я не понимаю, почему бы просто не расщепить Землю на слои, как все эти астероиды? — Саша крутанулся в кресле пилота и снова положил ладони на панель, прежде чем искусственный интеллект системы сделал ему замечание. — Говорят, что до сих пор не получается из-за живых организмов и экосистемы, хотя я думаю, что на самом деле просто не пытаются. Создают новые технологии, чтобы большинству не приходилось работать, совершенствуют все эти свои тестовые программы для более точного отбора кандидатов в «светлячки», для обнаружения гениев и создания всяких систем синтеза еды и переработки отходов. А система размещения людей и так работает, вот и не трогают, слоев еще достаточно, ячеек тоже. Когда они переполнятся, тогда и подумают. Прежде чем уйти от пульта, Альзи поставил статус пилота «отдых», панель управления мгновенно заблокировалась, так что Саша без зазрения совести на нее облокотился, глядя в черноту космоса. Где-то вдалеке иногда были видны красные огоньки жилых и зеленые огоньки незанятых ячеек В-слоя. Разговор с напарником заставил задуматься: что, если бы его не отобрали как «светлячка» и дали возможность жить на Земле? Встретить кого-нибудь, создать семью с детьми? Ну, это, конечно, из разряда фантастики. Вероятность остаться жить на Земле сейчас составляла примерно один к десяти миллиардам, шанс этот определялся генератором случайных чисел. И то, включался в эту лотерею ты только если тебя раньше не отсортировали по способностям как гения, который останется работать на Земле во благо человечества, или по психологическим характеристикам как уборщика, который будет направлен на один из множества слоев для приведения в порядок ячеек после жильцов. Кому повезло — тот остается, кому нет — есть время до шестнадцати лет найти себе пару для своей маленькой вечности в ячейке, если хочется, конечно. По статистике, количество людей, желающих провести жизнь в уединении укомплектованного дома с садом и технологиями было меньше тех, кто выбирал себе пару. Пусть даже порой пары выбирались в последний момент, в панике и просто для того, чтобы не лететь одному. Количество программ, предлагающих помощь в подборе совместимого партнера для жизни в ячейке зашкаливало, но даже с таким количеством возможностей, многие уходили в портал в одиночестве. Еще будучи на Земле, Саша видел такое. Чужая грусть в детстве кажется странной, когда ты держишь за руку свою маму и все твои проблемы в обозримом будущем сводятся к тому, какой десерт выбрать после обеда. — Мам, почему тот парень такой грустный? — Наверное, потому что он уходит в ячейку один, не найдя себе пару. — А почему он не может вернуться и поискать еще? Или чтобы кто-то еще к нему пришел потом? — Нет, сынок, по ТОРП — технологии оптимального расщепления пространства — ячейка может обеспечивать не больше двух живых существ в течение жизни. Портал срабатывает один раз и в нем сгорает предохранитель, проход закрывается, загорается красный свет, и никто не может туда попасть, пока в ячейке кто-то живет. — А когда не живет? — Ну, когда не живет, — обойдя тему смерти, ответила мама, — ячейка загорается желтым сигналом, прилетают на корабле уборщики — «светлячки», заменяют предохранитель, зажигают зеленый свет и ворота снова готовы впустить новых жильцов. Помнится, Саша тогда очень задумался. — Раз «светлячки» летают по ячейкам, они же могут кого-то привезти! В ответ на его озарение мама только усмехнулась. — Не могут, им не позволят системы корабля. Вырастешь — сам все узнаешь. А сейчас нам пора, идем. — Мне жаль того парня, вдруг ему будет скучно одному? — постоянно оглядываясь на ходу, поделился переживаниями Саша. — Не переживай, сынок, у него будет доступ в сеть, он сможет общаться по видеосвязи, звонить, писать и все такое, найдет себе друзей. — А, ну тогда ладно, — уверенный мамин тон тогда успокоил, и мысли Саши снова сконцентрировались на важной проблеме выбора десерта. — Эй, не спи на панели, иди в кровать, нам еще несколько часов лететь, — голос Альзи раздавался словно сквозь толщу воды, вытягивая в современную реальность, — на панели, конечно, стоит защита от случайных касаний и случайных слюней, но на подушке все равно удобнее. — Я не спал, — пробормотал Саша, но в указанном направлении переместился, даже вполне успешно разминувшись с дверным проемом. — Молодежь, — усмехнулся в усы старший пилот.

***

— Вау, — Саша только что рот не открыл, разглядывая очередной домик, в который они прилетели. — Кажется, мы тут надолго, — усмехнулся Альзи, глядя на напарника. — Ты мне помогать собираешься или так и будешь бродить, как в музее? — Но это же действительно музей анимешника! Посмотри, сколько фигурок и плакатов. — Да, как представлю, сколько мы это отдирать будем, так безудержный восторг, — вяло отозвался старший напарник. — Тут действительно жил очень увлеченный человек, — фыркнул Саша, задевая головой подвешенный в дверном проеме ловец снов с портретом какого-то персонажа. Хозяйка обнаружилась у себя в спальне в обнимку с дакимакурой. Сухонькая старушка с розовыми волосами в ярких шортах и футболке будто просто спала, вот только уже не дышала. — Видимо, она была художником, смотри, сколько рисунков. И фигурки… она явно зарабатывала, такое фабрики потоком не выпускают для заказа. — А ты знаток, — Альзи без особого пиетета смахивал с полок личные вещи в один мешок. — Я никогда особо не понимал в этом всем. — О, ты просто не смотрел правильные аниме! — подсел на, очевидно, любимого конька Саша. — Ну, началось, — хохотнул напарник. — Убирайся давай, ценитель. — Можно я пойду портал чинить? — с надеждой поинтересовался Саша. — У меня рука не поднимется засунуть все это в распылитель и смотреть, как оно распадается на атомы у меня на глазах. Тут есть действительно редкие и дорогие вещи. — Хорошо, что мародерство под запретом, иначе, боюсь, ты вынес бы половину этих кукол и рисунков, — фыркнул Альзи. — Иди чини систему распределения. Я тут сам. Поможешь потом донести только мешки, я видел распылитель мусора на заднем дворе.

***

До следующей ячейки пришлось добираться около суток, поэтому из небольшого пространства корабля Саша только что не выпрыгнул, разминаясь. — Как думаешь, кто здесь жил? — поинтересовался он у напарника. — Надеюсь, не анимешница, а то ты точно начнешь светиться всеми цветами радуги от восторга, — проворчал Альзи. — Не брюзжи, тебе не идет, — хохотнул Саша. Дом встретил тяжелым духом протухающего мусора, пота и несвежей одежды. — Фу, мы же не месяц добирались, откуда такой запах? — парень поморщился, ожидая у открытой двери, чтобы кислород хоть немного просочился в жилище и можно было сделать рывок к окну. — Экие мы нежные. Тут ты уборщик по призванию, не все люди страдают чистоплотностью, — Альзи рискнул войти первым, направляясь на кухню и обнаруживая ее почти идеально чистой, только пыльной. — Ладно, а вот это уже непонятно. В гостиной также не обнаружилось следов присутствия, только толстый слой пыли на диване, креслах и рамках с фотографиями молодой пары — парень и девушка улыбались на селфи, сидя в этой самой гостиной. — Видимо, жена ушла первой, — пробормотал Альзи. — Женщины обычно такого в доме не терпят. — Ты прав, — отозвался Саша, подпирая косяк и не торопясь переступать порог спальни. Присоединившись к напарнику, Альзи понял, почему. Хозяин дома — еще не старый мужчина — обнаружился на кровати в очках виртуальной реальности. Рядом на тумбочке, кое-как примостилось устройство синтеза еды, на полу валялись многочисленные упаковки однотипного фастфуда, некоторые пустые, некоторые недоеденные, некоторые совершенно целые и понемногу протухающие. — Видимо, выставил регулярный повтор на определенное время, — Саша проследил, как очередная упаковка свежей еды синтезировалась и выпала из исправного автомата на пол, после чего ткнул в кнопку отключения прибора, — и слишком глубоко ушел в виртуальный мир. — М-да, тяжеловато будет, — резюмировал Альзи, рассматривая мужчину, лежащего явно не первую неделю без движения. — Возможно, у парня была депрессия и он пытался выполнять указания искусственного интеллекта психологической помощи: регулярно питайтесь и отвлекитесь на что-то приятное. Советы ему не очень помогли. Хотя, тут как посмотреть. Открывай окна, дышать нечем. Напарник задержал дыхание и шагнул к окну.

***

— Альзи, вот, как по-твоему, сколько людей занимается заработками? — Да кто ж его знает, — старший уборщик пожал плечами. — Тут и не посчитаешь. Кто-то регулярно зарабатывает просто потому что ему нравится, кто-то один или два раза это делал ради каких-то целей. Сам понимаешь, когда всем людям бесплатно доступны еда, жилье и развлечения — стоит только в сети вбить адрес своего почтового телепорта — работать мало кто хочет и не все могут. Из того, что сейчас человек может предложить кому-то — только интеллектуальная собственность: рисунки, музыка, поделки, спортивные программы, какой-то контент. Что-то уникальное. А для создания чего-то уникального надо пошевелиться. — Да уж. Наверное, здорово, когда работа — это хобби, а не призвание, как у нас. Можно себе жить и ничего не делать, — Саша сдвинул сенсорный указатель, корректируя место посадки в очередной ячейке. — Ты так думаешь? Мы с тобой летаем по множеству мест, а представь, когда человек заперт в этом крошечном пространстве на десятки лет? — Альзи покачал головой, парой символов опуская трап. — Людям нужен смысл жизни, чтобы было ради чего вставать по утрам, надо куда-то себя деть. И я почти уверен, что большинство тех, кто живет в ячейках, работает именно по этой причине. Если не для того, чтобы попробовать какие-то ограниченные деликатесы или получить особые услуги, то хотя бы для того, чтобы, например, подарить своей паре какой-нибудь скин в онлайн игре. Тоже причина. — Никогда не думал об этом, — отозвался Саша. — Ну, вот и подумай на досуге. Работа как призвание — это не так уж и плохо, — назидательно произнес Альзи, распахивая дверь. Дом встретил их сияющей чистотой кухней и почти пустой гостиной, если не считать различных тренажеров и массы оборудования для профессиональной съемки: дополнительное освещение, камеры и кристально белая стена. — Мне кажется знакомым это место, — пробормотал старший «светлячок», оглядываясь. — Похоже на ячейку, где снимает свои уроки по фитнесу тот знаменитый в сети бодибилдер. Вылетело из головы его имя, но мы с тобой еще пару дней назад его обсуждали. — Да не, это не он, мы же еще недавно смотрели его посты, наверное, просто похоже, — отмахнулся Саша, — пойдем поищем хозяев. Хозяин обнаружился в душевой кабине. Крепкий здоровый мужчина кулем лежал на полу, схватившись за грудь. Воду явно перекрыла система автоматического контроля. — Черт, это точно он… — как-то растерянно пробормотал Саша. Очевидно, не при таких обстоятельствах он бы предпочел встретиться со знаменитостью. — Видимо, приступ. Перекачался парень, а жаль, — Альзи изучил гору различных препаратов, стоящих на полках ванной. — Ему стоило остановиться раньше его собственного сердца. — Обидно, — вздохнул младший напарник. — Зарабатывал же, был звездой сети… — Все уходят одинаково, Саш, хоть звезды, хоть обычные люди, — отозвался Альзи. — Давай за работу. У меня спина болит от одной мысли о том, как мы будем перетаскивать тонну железа из его гостиной в распылитель. — Да уж, — младший «светлячок» почесал в затылке, прикидывая масштаб работ. — Начинай выбрасывать пока его аптечку, а я схожу за тележкой.

***

Раздавшийся за дверью очередного дома лай был неожиданным. Саша даже испугался, резко оборачиваясь к шедшему следом напарнику с таким видом, будто готов прямо сейчас бегом бежать на корабль и улетать на третьей космической. — Тут что, кто-то живет? Мы же прилетели на желтый сигнал, да и нас бы система не пустила приземлиться на обитаемую ячейку! — Эй, притормози. Ты что, никогда роботизированных животных не видел? — Альзи открыл дверь, выпуская механического пса, мгновенно начавшего носиться вокруг них. — Нет, не доводилось, — Саша присел погладить собаку, но та не оценила попытку ласки от постороннего и увернулась, унесшись обратно в дом. — Разве у нее не должны были сесть батарейки? — Видимо, недавно заряжали или у нее программа на самозарядку от станции. — А они лапы в источники питания не суют? — с интересом разглядывая как-то внезапно присмиревшего пса спросил младший «светлячок». — Нет, но могут слизать заряд с какой-нибудь забытой батареи, — поделился Альзи. — Похоже, хозяин был любителем животных. Живых держать в ячейках нельзя, они не переживают переход через портал, поэтому люди заводят механических, смотри-ка. В корзинке в кухне неподвижно лежал механический кот, в клетке навсегда замер с открытым клювом попугай, в аквариуме на дне лежали рыбки. На остатках заряда, видимо, бегала только собака. — А еще хозяин был большим оптимистом, — улыбнулся Саша, демонстрируя прислоненную к небольшой бутылке апельсинового сока записку: «Выпейте за меня, ребята, это была хорошая жизнь!» — Это настоящий сок, не синтезированный, чтоб ты понимал, купленная штука, — хмыкнул Альзи и, убедившись, что пробка была запечатана, разлил его на две небольшие чашки. — Спасибо этому доброму человеку. — Надеюсь, ему действительно жилось хорошо, — кивнул Саша, наблюдая, как собака укладывается рядом с кошкой и тоже замирает уже навсегда.

***

— Ну, что, моя очередь убирать? Сам поставишь предохранитель? — Альзи подхватил привычный уборочный инвентарь. Несмотря на возраст, дедовщиной он никогда не страдал, наравне разделяя обязанности с юным напарником. Все же, надо было признать, за столько лет программы выбора по психотипу удачного кандидата для профессии уборщика достигли высот — «светлячки» уживались друг с другом без проблем, проводя все время в непосредственной близости друг от друга. — Да ладно уж, я тебе помогу, вдвоем быстрее, — Саша потянулся и подхватил инструменты, легко сбегая по трапу. — Начнем с уборки, — решил Альзи, вслед за напарником входя в дом и едва не врезаясь тому в спину. — Ты чего встал… Впрочем, вопрос в ответе не нуждался, лежа в луже едва подсохшей крови с пробитой головой, продолжение обнаружилось в ванной. Крови не было, но естественной смерть тоже явно не была. — Я… я не знаю, что делать. Альзи посмотрел на бледного потерянного напарника, внезапно остро осознавая, насколько тот все же еще юный, несмотря на всю свою осознанность и рассудительность. — Иди подыши воздухом, Саш, я тут сам приберу и включу усиленный режим дезинфекции. Потом поможешь отнести все личные вещи к распылителям, — мужчина подтолкнул напарника в направлении двери. Разумеется, уборка трупов разной степени свежести была неотъемлемой частью их работы, но насильственную смерть парню видеть еще не приходилось. Альзи понимал его реакцию. В первый раз это нужно было осознать и принять. Саша вышел, как на автопилоте, однако, вопреки ожиданиям, вернулся уже через несколько минут и с молчаливой сосредоточенностью взялся за рутинную уборку, с остервенением оттирая пол и сбрасывая в мешок все остатки еды и вещей. Так же молча они загрузили вещи в распылитель, наблюдая, как сначала они, а затем и их бывшие владельцы исчезают, распыляясь на атомы. В тишине поставили новый предохранитель и установили таймер, чтобы в течение нескольких дней никого не определили в эту ячейку, пока не просохнет дезинфектор, льющийся в доме из системы пожаротушения. Только спустя несколько часов после того, как корабль уже взял курс на новые координаты, Саша внезапно поинтересовался: — Альзи, почему так?.. Они вдвоем… Судя по всему, ячейка была занята едва ли полгода, — вопрос был достаточно неконкретным, но пояснений не требовалось. — С Земли высылают в шестнадцать лет. Да в этом возрасте некоторые еще базовый комплекс самостоятельной жизни и эксплуатации системы стандартной ячейки не изучили, какой там выбор пары на всю жизнь и осознанные решения! — Альзи поморщился, сосредоточившись на том, чтобы понизить тон голоса. Он уже сорок лет как убирал ячейки, навидался всякого, но к некоторым вещам нельзя было привыкнуть. — Защиту от несчастных случаев на оборудование поставили, а вот защитить людей друг от друга и от самих себя… что тут скажешь, случается всякое. Поэтому после смерти хотя бы одного из двух, ячейке временно блокируется выход в социальную сферу сети, сразу включается искусственный интеллект психологической помощи. А потом человек может читать, слушать, смотреть любые материалы, но сам не может ничего отправлять без модерации. Какой бы ни была смерть партнера — случайной, от болезни или от старости, система перестраховывается, прорабатывая с человеком психологическую травму и ограждая других от созерцания случаев подобных тем, что мы с тобой видели сегодня, — мужчина вздохнул. — Может, оно и к лучшему. — А если в ячейке остаются дети? Как им быть? — судя по напряженной позе, Саша будто с трудом удерживал себя на месте, сжимая подлокотники кресла до побелевших костяшек. — В пособиях для «светлячков» этого нет, да и прямо нигде не пишут… — Альзи потер лоб, — но я никогда не видел детей в ячейках, у «светлячков» их тоже не бывает, думаю, это как-то связано с излучением портала при переходе в ячейку или на слой. Такой удобный побочный эффект для контроля популяции и во избежание несчастных случаев с детьми. Может, оно и к лучшему, — повторился мужчина, глядя в показатели на панели. На какое-то время в кабине воцарилась тишина. — Знаешь, я не хотел бы жить в ячейке, — первым подал голос Саша. — Лучше работать с тобой. — Выбор у тебя небольшой, будем работать, — постарался пошутить и разрядить атмосферу старший пилот, — хотя я не вечный, так что не зарекайся, может быть тебе тоже еще повезет с напарником на всю жизнь. — Умеешь ты зажечь огонек надежды, Альзи, — кривовато усмехнулся младший напарник. — Я же «светлячок». Зажигать огоньки — моя работа, — мужчина легко рассмеялся, и Саша, наконец, смог выдохнуть. В обозримом будущем на много лет перед ним маячили красные, желтые и зеленые огоньки.