GYM BROS

***

В тренажерном зале Кельнского отеля было холодно из-за работающих на полную мощность кондиционеров. Назвать это полуподвальное помещение на первом этаже здания с двумя беговыми дорожками в углу, стендом с гантелями и парочкой других тренажеров залом можно было с большой натяжкой. Но Мирославу не привыкать к разнообразию издевательств, с которым организации подходят к проектированию помещений. Он обходит зеркало, расположенное во всю стену слева от двери, и не смотрит в него. Такое размещение наводило его на закономерный вопрос: зачем столько зеркал? Достаточно штучно расставить их с каждой стороны, чем лепить в одну сторону, но он не архитектор-дизайнер, судить не приходится. Помещение было немного странным, с той особенностью, что по эту же левую сторону располагался закоулок, где почти вплотную стояли две беговые дорожки, а напротив них, то есть в центре зала – была колонна, достаточно широкая, чтобы закрывать обзор дверного проема тем, кто бегает на дорожке. И наоборот соответственно. К белоснежному столбу были пришвартованы штанги, утяжелители, гантели и прочие приспособления, Мирослав таким не увлекался, поэтому и не заморачивался. Он обошел колонну и, подняв взгляд, увидел Людвига. В обычной серой майке с пятнами пота, блестящим влажным лицом, хмурым взглядом он бежал по беговой дорожке видно уже не одну минуту. Мирослав кивнул ему, поприветствовав, и присоединился за соседнюю дорожку. Расстояние было таким маленьким, что протяни Мирик руку – он мог бы дотронуться до Броллановского голого плеча. Поразительно, какими объемными могут быть у киберспортсмена банки, даже без раскачки. Трогать он никого не стал. Снял полотенце с плеча, расправив, вложил в него бутылку с водой, и ступил на скользкую дорожку – образно конечно. Включил сразу на среднюю скорость, чтобы не отставать, побежал легкой трусцой. Вариантов занять себя во время тренировки было мало: слушать чужое дыхание с редкими, вылетающими из шведского рта шипящими и рычащими звуками, пялиться в столб и часть тренажеров и думать. Благо времени на это было предостаточно. Спорт, всё же, Мирослав не любил. Броллан, кстати, тоже. Они обменялись этими постыдными откровениями уже на вторую такую случайную встречу. Иронично, пробегая недостающие километры на беговой дорожке. А еще Людвиг не любил газировку, любую причём, доедать корочку от пиццы, убирать за сокомандниками банки энергетиков, загорать на солнце и читать. С последним Мирослав мог согласиться, отчего пару дней назад у них вышел довольно продуктивный диалог-обсуждение любимых книг. Сошлись на том, что Паланика с его “Бойцовским клубом” не переплюнет уже ни одно произведение литературного искусства. А любил Броллан что? Если бы Мирославу кто-нибудь задал такой вопрос, то он бы без заминки ответил: КС. Нет, правда. Людвиг знал тысячу и один способ как свести разговор с темы погоды на правильный тайминг броска смока на Эйншинте. С ним было интересно, спокойно, а еще Людвиг ничего от него не ждал и не требовал. Для него Мирослав был просто игроком из враждующей команды, с которыми у них была неплохая дерби-история. Привычка, которую он выполнял, превозмогая себя, начинала ему нравится. Советы психологов работали, позитивный источник эмоций в виде серьезного Людвига на беговой дорожке мотивировал вставать раньше команды и спускаться в тренажерку. О том, что будет после окончания турнира, он старался не думать – жил настоящим моментом. Броллан на соседней дорожке в очередной раз громко выдохнул и вытер тыльной стороной ладони текущую по щеке каплю пота. Облизнул пересохшие губы широким мазком языка, и в этот момент показались его выпирающие клыки. Кудряшки при беге забавно подпрыгивали, когда он касался левой ногой дороги, и прижимались к голове вновь в следующее мгновение. Вверх-вниз, вверх-вниз. Мирик моргнул, переставая открыто пялиться, и, отвернувшись, добавил себе скорости. Скоро, например, будет завтрак, а стол Маузов находится довольно далеко от их собственного. Мирослав не видел никого со своего места. Хотя номинально игроки могли сидеть где угодно, все так или иначе ютились маленькими группами внутри команды. Лишь единицы переговаривались с соперниками и то уже в свободное время. После завтрака ждали праки, немного, так как вечером предстояла игра, но праки – значит отсутствие возможности пересечься с Бролланом в лифте или в лаундж-зоне. Не то чтобы Мирослав ждал этого, просто так получалось. Чем больше обращал он своего внимания на капитана мышей, тем чаще они сталкивались в совершенно странных местах. Все мысли так или иначе сводились к белокурому Броллану, который, кажется, хотел поставить мировой рекорд по выносливости – на его табле время перевешивало их привычную двадцатиминутную пробежку. Зонтикс взял на себя смелость вмешаться и, протянув руку, выключил ему тренажер. Людвиг, по инерции продолжая еще бежать, возмущенно перевел на него взгляд и, не долго думая, произвел те же действия с тренажером Мирика. Они оба замедлились меньше чем через минуту, спешились с дорожки. Мирослав поднял бутылку с водой, сделал пару глотков, скорее из привычки, чем от жажды. Полотенце протянул тяжело дышащему Людвигу, произнес со скрытым подколом: — Take it. You forgot yours in a room as always, didn't you? — Thanks, Zont1x. You’re so sweet as always. Он хмыкнул, принял полотенце, вытирая мокрые лицо и волосы. Потом тряхнул головой, как золотистый ретривер из рекламы собачьего корма, – благо капли не попали на Мирика, и снова посмотрел на него. Взгляд задержался. Мирослав почувствовал, как по его спине пробежали мурашки, не связанные с холодом. Время растянулось вокруг них и снова сжалось в точку, когда Людвиг произнес своим низким рычащим голосом: — You look buffed. Уголок губ дрогнул в полуулыбке, когда он ответил: — Look at yourself. Ludwig Brolin is the new Norse god. — No, man. Vad fan säger du? — Людвиг фыркнул и потянулся к своей бутылке с водой. Сделав большой глоток, тонкая линия прозрачной жидкости стекала по его квадратной челюсти вниз по шее и, не задерживаясь у острых, выразительных ключиц, впиталась в ткань майки. — Это нечестно, – Мирослав скрестил руки на груди, сверля взглядом переносицу и прилагая все усилия, чтобы не отводить больше взгляд. Нечестно, потому что Людвиг перешел на шведский посреди разговора. Возможно с ним что-то не так, но только Броллан мог по-особенному произносить эти слова на грубом, шипящем языке. Нечестно, потому что выглядеть как первородный грех с лицом ангела – преступление. У Мирика сосет где-то под ложечкой от всех этих чувств. — I'm sorry. Just… I'm glad to share a common hobby with you. Like, I couldn't suspect that we would become bros. — Gym bros? – Мирослав не смог сдержать каменное выражение лица, пошутил в ответ. — Yeah. — Людвиг кивнул, затем опустил взгляд, вертя пустую бутылку в руках. Пластик хрустнул под его пальцами. Он поднял глаза, и взгляд его был прямым, как всегда честным. — One of us can leave the tournament today. I want to say “thanks for the company" face-to-face. — If you want to know my point of view, I suppose you will beat Vitality. — That's right. But I'm worried about another team. — Wow.– Мирослав не смог сдержать легкого сарказма, приподнял брови в притворном удивлении и скрестил руки на груди. — Hey, don't be sulky. I want to offer you something. — What? — Do you want to meet informally after that? — Людвиг произнес это быстро, почти срываясь, но смотрел прямо, не отводя глаз. Сердце Мирослава ухнуло, пропустив удар. Он задержал дыхание на секунду, ощущая, как по его влажной спине снова пробежал холодок. Потом медленно, очень медленно, кивнул. Легкая улыбка тронула его губы, на этот раз искренняя. — Yeah. I'll text you, if we both win. — Deal. — Людвиг кивнул, уголки его губ дрогнули в подобии улыбки облегчения. Он похлопал себя по бедру. — Well. Time is over. I should go. Он кивнул в сторону двери, собирая вещи. Мирослав наблюдал за его быстрыми, четкими движениями и не предпринимал никаких попыток помочь или остановить. Смотрел. Капитан Мауз, всегда собранный, даже руки не дрожат, эталон выдержки, поправлял края своей невыносимо облегающей майки. — Good luck. — Бросил ему вслед Мирослав, глядя, как Людвиг идет, его мокрая майка прилипла к спине, очерчивая рельеф мышц. Броллан лишь махнул рукой у головы, в подобии согласия, прежде чем скрыться за дверью, ведущей в вестибюль. Победят ли они Нави в полуфинале, Мирослав не знал. Зато четко понял другое: стимул к победе удвоился, и он сделает всё, чтобы выиграть.