Стройка Летнего дворца

Солнце играло на волнах Невы, отражаясь в высоких окнах только что заложенного Летнего дворца. Пётр I, в простом кафтане, испачканном известкой, сам руководил работой плотников, то и дело поправляя чертежи. Рядом, в лёгком платье из голландского полотна, стояла Екатерина — его «Катенька», «свет мой», как он её называл в минуты нежности. — Вот здесь, —Пётр ткнул пальцем в схему, — будет твой кабинет, с видом на сад. А здесь — фонтан, как в Версале, только лучше! Екатерина улыбнулась, но в её глазах читалась лёгкая тревога. — Дорогой мой, не слишком ли пышно? Всё-таки это летний дом, а не дворец… — Пусть будет дворцом! — Пётр рассмеялся. — Ты — императрица, хоть и не коронована ещё официально. А раз так — всё должно быть по-европейски: и сады, и галереи, и эти… как их… купидоны! Он обнял её за талию, и Екатерина, покраснев, опустила глаза. Она всё ещё не привыкла к его бурной энергии, к этой страсти строить, менять, создавать. — А спальню где разместим? —спросила она, стараясь перевести разговор. — Ага! — Пётр оживился. — Вот тут, с выходом в сад. Чтобы утром ты просыпалась под пение птиц, а не под рёв моих матросов! Рабочие тем временем возводили стены, каменщики выводили арки будущей галереи. Пётр не мог усидеть на месте — то поправлял кладку, то сам брал в руки топор, показывая, как надо обтесывать брус. — Государь, — осторожно подошёл один из архитекторов, — по проекту здесь должна быть лепнина, но мастер из Италии задерживается… — Чёрт! — Пётр хлопнул себя по лбу. — Ну и что? Найдём своего! Или я сам попробую — я ведь и не такое умею! Екатерина рассмеялась: — Ты и лепнину теперь осваиваешь? — Всё для тебя, Катенька! — Он вдруг стал серьёзен. — Этот дворец будет символом новой России. И твоим домом. Чтобы ты помнила: сколько бы ни было у меня дел — ты для меня важнее всех флотов и сражений. Она потянулась к его руке, шершавой от работы, и тихо поцеловала. — Тогда пусть в саду посадим липы, —шепнула она. — Чтобы через сто лет они шелестели о нашей любви. Пётр улыбнулся и кивнул. — Будет тебе и липовая аллея, и розы, и всё, что пожелаешь. Лишь бы ты была счастлива. И под стук топоров, в лучах северного солнца, рождался не просто дворец — рождалась легенда.