Омега Юньмэн Цзян

Илин, Юньмэн Цзян — небольшой посёлок, приютившийся у подножия величественных гор, среди которых возвышалась одна из самых опасных и запретных вершин, пропитанная злобной энергией и усеянная повсюду останками. В этой горе, вырытый маленькими детскими руками, скрывался тайный проход, и первое, что можно было там найти, — человеческие кости. Несмотря на угрозу, исходящую от этой горы, она была запечатана заклинателями из влиятельных сект, и посёлок принадлежал к секте Юньмэн Цзян. Сам посёлок был уютным и живописным, несмотря на близость к зловещей горе. Как и в любой другой день, торговцы открывали свои лавки, а бродячие купцы раскладывали товары на самых оживлённых улицах. День казался обычным, пока среди толпы не появилась группа привлекательных мужчин в изящных пурпурных одеяниях, расспрашивающих прохожих с корзинами покупок и самих торговцев. Их предводитель, альфа, выделялся среди всех. Это был не кто иной, как глава секты Юньмэн Цзян. Высокий, с длинными блестящими чёрными волосами, заплетёнными по бокам в косы и уложенными в элегантный пучок, украшенный заколкой из аметиста и нефрита, он оставил часть волос струиться по спине. На его внешней тунике красовалась вышивка в виде большого лотоса тёмного оттенка. Внутренняя туника, чёрная, как ночь, подчёркивала глубокий пурпур верхней одежды, а на запястьях сверкали серебряные браслеты с чёрными вставками. На поясе висела эмблема семьи — колокольчик лотоса с девятью лепестками, выполненный из чистейшего серебра, украшенный пурпурной кисточкой, отсылающей к цветам секты. Несмотря на величественный вид и сильный аромат чистокровного альфы, мужчина излучал спокойствие и доброжелательность, мягко улыбаясь и разговаривая с жителями. Поначалу многие чувствовали себя неловко: большинство местных были бета, и лишь немногие — омеги или альфы низкого ранга. За предводителем следовали три ученика-альфы, одетые в чёрно-пурпурные одежды с серебряными колокольчиками на поясах. Их лица казались более суровыми, но их аромат не был угрожающим. Глава секты обходил самые людные улицы, задавая одни и те же вопросы: — Не видели ли вы мальчика лет шести? — У него чёрные волосы, серые глаза и широкая улыбка. День шёл, а поиски не приносили результатов. Ученики разделились, обходя дальние улицы, чтобы охватить больше территории, но всё было напрасно. Глава, разочарованный, уже думал, что это очередной город, где нет того мальчика, которого он так отчаянно искал. — Господин. Нежный голос заставил его обернуться. Никого не было за спиной, но лёгкое прикосновение к его одежде заставило посмотреть вниз. Перед ним стояла девочка, вероятно, ровесница его старшей дочери, в простой белой тунике. На спине она несла младенца, завёрнутого в мягкую коричневую ткань. С улыбкой он наклонился к ней — у девочки не было заметного аромата, значит, она была бета. — Я видела мальчика, которого вы ищете, — сказала она. Глаза главы секты загорелись надеждой, а девочка, словно зачарованная, смотрела в его ясные серые глаза. — Ты уверена? — Мягко подбодрил он. — Да, он появился в городе меньше месяца назад. Я даю ему мясной пирожок каждые два дня. Он обычно спит вон там, — она указала на переулок, где сваливали мусор с рынка. — Или лазает по деревьям на окраине города. — Спасибо, — он достал из складок туники вышитый мешочек с несколькими серебряными монетами и вручил его девочке. — Береги себя и своего брата, — он ласково потрепал по голове обоих детей и ушёл. В указанном переулке он нашёл лишь деревянный ящик с грязными тряпками, похожий на лежанку бродячей собаки. Не задерживаясь, он направился к окраине города. Вскоре до него донёсся детский крик и плач, словно кто-то истязал бедное дитя. Он ускорил шаг, спеша на помощь. В конце пустынной улицы, окружённой стенами домов и редкими деревьями, он увидел мальчика, убегающего с чем-то в руках, преследуемого большим чёрным псом. Глава бросился к ребёнку, подхватив его на руки, едва они встретились, и одним грозным взглядом отогнал собаку. Пёс, поджав хвост и поскуливая, отступил. — Ты в порядке? Он посмотрел на мальчика: грязного, растрёпанного, босого, с покрытыми коркой и кровью маленькими ножками. Одежда — лохмотья из мешковины, некогда бывшей мешками для картофеля. Чёрные волосы, такие же грязные, были небрежно стянуты в хвостик потрёпанным красным шнурком. В маленьких ручках ребёнок сжимал кусок пирожка, покрытый пятнами плесени. Мальчик всё ещё дрожал в его руках, не поднимая глаз, глядя туда, где скрылась собака. Его щёчки, покрытые грязью, были мокры от слёз. — Малыш, успокойся, пёс ушёл, — мягко сказал мужчина. Только тогда ребёнок поднял взгляд, и их серые глаза встретились — у главы они были чуть темнее. — Кто ты? — Спросил мальчик с широкой улыбкой, несмотря на слёзы, ещё блестевшие в глазах. — Меня зовут Цзян Фэнмянь. А тебя как зовут? Мальчик задумался, пытаясь вспомнить, и попытался откусить кусок испорченного пирожка, но Фэнмянь остановил его. — Не ешь это, оно испорчено. Я дам тебе что-нибудь получше, пойдём. Не отпуская ребёнка, Цзян Фэнмянь направился к ближайшему прилавку, где торговали свежими дынями, только что вынутыми из чана с водой. Он купил большой кусок для мальчика, который с восторгом принялся его есть. — Вспомнил своё имя? — Спросил Фэнмянь. Мальчик покачал головой. — А имена родителей? — Не совсем… Кажется, у мамы было что-то с «Жэнь», а у папы… что-то с «Цзэ»… — ответил он, доедая дыню и пытаясь облизать липкие от сока руки, но Фэнмянь снова мягко его остановил. — Понял. Я знал твоих родителей, — сказал он, и глаза мальчика расширились от удивления. — Тебя зовут Вэй Ин. — Да! Меня зовут Ин! — Воскликнул мальчик, и его лицо озарила улыбка. Смутные воспоминания о двух ласковых голосах, называвших его так, всплыли в памяти. — Хочешь пойти со мной? Ты станешь частью моей семьи. У меня есть дочь постарше и мальчик твоего возраста, вы могли бы стать друзьями. Вэй Ин, не раздумывая, кивнул. В этих тёплых объятиях он чувствовал себя в безопасности, а улыбка альфы внушала доверие. Перед закатом Цзян Фэнмянь купил Вэй Ину новый комплект одежды и обувь. Встретившись с учениками, они направились в гостиницу, где остановились. Одна из местных бета-служанок помогла Вэй Ину принять тёплую ванну и переодеться в простую чёрную тунику и чёрные туфли с изящной серебряной вышивкой. Готовый, он присоединился к Цзянам в столовой, с улыбкой повиснув на руке старшего альфы, слушая, как тот беседует с молодыми учениками. Вэй Ин молчал, но, услышав слова «охота» и «трупы», не смог сдержать слёз. Цзян Фэнмянь снова взял его на руки, спрашивая, что случилось. Мальчик, плача, сказал, что боится, что его снова оставят одного, как родители. У всех сжалось сердце. — Успокойся, юный Вэй, — сказал один из молодых альф. — Глава Цзян останется с тобой. Охоту проведём мы, и скоро вернёмся. — Идите, — кивнул Фэнмянь. Ученики ушли, пообещав Вэй Ину поиграть с ним, когда вернутся. — А мы пока поужинаем, ты, должно быть, голоден. Вэй Ин кивнул, с аппетитом поедая угощения в компании Фэнмяня. Тот рассказывал ему о Пристани Лотоса, о том, как завтра они прибудут домой, где Вэй Ин встретит его детей, и, если захочет, сможет стать заклинателем, как они. В увлекательной беседе и с горящим желанием Вэй Ина стать сильным заклинателем, чтобы помогать нуждающимся, он не заметил, как пролетело время. Как и обещали, молодые альфы вернулись и поиграли с маленьким Вэй Ином перед сном.

***

Путешествие домой было для Вэй Ина одновременно захватывающим и пугающим. В объятиях Цзян Фэнмяня, летящего на своём мече с огромной скоростью, он чувствовал себя то восторженным, то напуганным. Спустя чуть менее четырёх часов он увидел вдали огромное озеро с прозрачной водой, усыпанное широкими зелёными листьями и прекрасными розовыми лотосами, раскинувшимися повсюду. Когда они ступили на твёрдую землю, Вэй Ин был поражён огромным поместьем, служившим территорией секты Юньмэн Цзян. Повсюду сновали юноши и девушки разного возраста: одни бегали, другие тренировались с мечами, третьи сражались друг с другом деревянными клинками или врукопашную. Все они были альфами или бета. Цзян Фэнмянь поручил Вэй Ина одному из своих учеников, пока сам отправился за семьёй, чтобы представить им мальчика. Вэй Ин уютно устроился на плечах одного из молодых альф, который с энтузиазмом объяснял ему, чем занимаются его товарищи и как они это делают. Другой ученик рассказал, как они формируют золотое ядро и как с восьми лет начинают серьёзные тренировки. Вдохновлённый, Вэй Ин заявил, что будет упорно тренироваться, чтобы догнать других юных учеников. В этот момент он заметил, как к ним приближается глава секты с лёгкой, немного застенчивой улыбкой, а за ним следуют женщина и двое детей. Ученик аккуратно опустил Вэй Ина на землю, и все они, поклонившись, разошлись по своим делам. — Ты его нашёл? — Женщина посмотрела на Вэй Ина с суровым выражением лица, в котором читались одновременно раздражение и удивление. Её взгляд слегка напугал мальчика, но он всё же сохранил улыбку, пытаясь подражать поклону, который видел у молодых альф. — Моя госпожа, он… — начал Цзян Фэнмянь. — Не нужно ничего объяснять, — резко оборвала она мужа, скривив губы, прежде чем повернуться к ним спиной. — Делай, что хочешь, — и, не сказав больше ни слова, ушла. — Привет, — раздался мягкий голос. Девочка шагнула к Вэй Ину, и её тёплая улыбка мгновенно прогнала горький привкус во рту мальчика. — Я Цзян Яньли, а это мой младший брат, Цзян Чэн. — Привет, я Вэй Ин… — ответил он, собираясь подойти к брату и сестре, но тут раздался лай нескольких собак. Лицо Вэй Ина исказилось от ужаса, когда он увидел трёх щенков, бегущих к ним. Он невольно задрожал и заплакал, выкрикивая: «Папа!». Цзян Фэнмянь тут же подхватил Вэй Ина на руки, позволяя ему спрятать лицо у себя на груди. С грустной улыбкой он посмотрел на своего младшего сына. — А-Чэн, уведи собак… В тот же вечер раздавался плач двух детей: один рыдал от страха, другой — от обиды. Цзян Фэнмянь решил отправить собак Цзян Чэна в другую семью. Хозяин щенков, заливаясь слезами, винил Вэй Ина в потере своих любимцев. Цзян Яньли пыталась примирить мальчиков, но Вэй Ин чувствовал себя всё более виноватым за то, что вызвал гнев и слёзы другого ребёнка. Госпожа Юй даже не появилась, чтобы успокоить своих детей или поприветствовать нового гостя. Она осталась в своей комнате, держась подальше от главы Цзяна.