Омега Юньмэн Цзян

Утром каждый ученик завтракал в своей комнате. Вэй Ин заказал завтрак на двоих, чем смутил бедного бету, но тот выполнил просьбу. Цзян Чэн не спешил с ванной. Спали они мало, но чувствовали себя отдохнувшими. Пока он мылся и надевал пурпурные туники, Вэй Ин умыл лицо и начал одеваться: чёрные штаны, чёрные сапоги, красная туника с широкими рукавами, стянутыми у запястий золотыми нитями, и чёрный пояс с золотыми узорами. — Броско, — скривился он, глядя в зеркало, вздохнул и начал завязывать волосы в привычный хвост. В отражении увидел Цзян Чэна, вытирающего волосы. Вэй Ин хотел что-то сказать, но дверь распахнулась. Оба мгновенно призвали мечи, но, увидев лидера Цзяна, расслабились. Однако их спокойствие улетучилось под его серьёзным взглядом. Неужели неприятности? — Цзян Чэн… — Отец, — он поклонился, не поднимая головы. — Что ты здесь делаешь? — Фэнмянь заметил напряжение сына. Он был встревожен: комната пропиталась ароматом Цзян Чэна, метящим территорию. Его запах, смешанный с ароматом Вэй Ина, чувствовался ещё в коридоре, крича, что альфам здесь не рады. — Что ты натворил? — выделил он. — Дядя Цзян… — Вэй Ин осёкся под строгим взглядом, поёжился рядом с Цзян Чэном, опустив голову. — Отвечай, Ваньинь. — Почувствовал, что Вэй Ин в опасности, — не поднимая глаз, сказал Цзян Чэн. Он ощутил нервозность омеги и хотел взять его за руку, но под взглядом отца это было рискованно. — Я последовал за вами. — Цзян Чэн не врёт, дядя, — робко поднял глаза Вэй Ин, показывая искренность. — Ночью талисманы сломали, два альфы Вэней ворвались ко мне. Фэнмянь посмотрел на разорванные талисманы у двери, взял один, ещё державшийся. Странная энергия подавила его чары. Только лишение духовной силы могло их сломать. Сжав талисман, он увидел голубую вспышку, подтвердившую догадки, и посмотрел на виновато опущенные головы юношей. Он вздохнул, слегка раздражённый. — Вэй Усянь, — Вэй Ин вздрогнул, не привыкший к имени учтивости в таком тоне, — подойди. Он нерешительно шагнул, но Цзян Чэн схватил его за руку, слабо улыбнувшись и сжав ладонь, безмолвно велев отпустить. Подавив угрожающий рык на отца, он нехотя разжал руку. Фэнмянь провёл по хвосту Вэй Ина, проверяя шею на следы меток, и Цзян Чэн покраснел, поняв причину отцовской тревоги — страх, что он, слишком юный, пометил омегу. Хотел провалиться сквозь землю. — Всё в порядке, — Фэнмянь тепло улыбнулся, потрепав Вэй Ина по голове. Тот расслабленно улыбнулся в ответ. Он указал сесть, налив чай обоим альфам. — А-Чэн, ты знаешь, что по возвращении в Пристань Лотоса мать сурово тебя накажет? — Знаю, приму наказание, — отпил он чай. — Дядя Цзян, можно Цзян Чэну участвовать с нами? — сменил тему Вэй Ин. Он взял деревянную расчёску, которой пользовался, и начал расчёсывать длинные волосы брата, пока они не стали гладкими, заплетя их в привычный пучок. Фэнмянь не упустил деталей, включая отсутствие туники, которую он дал Вэй Ину. Аромат Цзян Чэна, окружавший его, явно отпугивал других альф. — Можем включить его, если кто-то уступит место, — улыбнулся Фэнмянь, думая о младшем ученике, впавшем в панику и отказывавшемся выходить даже под угрозами его племянницы. Вэй Ин воодушевился. Если никто не уступит, он может подкупить или пригрозить стать мишенью его шалостей.

***

Утром Цзян Фэнмянь поручил Вэй Ину собрать группу и выяснить, кто уступит место Цзян Чэну, пока они с сыном уведомят о замене и выдаче формы. Вэй Ин старался навести порядок среди взволнованных друзей. Когда он пришёл, все замолчали, а Хуа Цян чуть не упал на Фэнмао. Вэй Ин удивился их реакции, пока Ли Жун не спросил, с ним ли Цзян Чэн. С широкой улыбкой и сладким ароматом персиковых цветов Вэй Ин подтвердил. Он организовал группу и узнал, что младший ученик отказывается участвовать. Успокоив его, Вэй Ин объявил, что место займёт Цзян Чэн. Альфа чуть не целовал ему ноги от облегчения, взяв на себя проверку луков, колчанов и стрел с помощью двух других. Готовые, они с элегантностью направились к месту встречи. Вэй Ин шёл уверенно, с высоко поднятой головой, лукаво улыбнувшись клану Цзинь, взмахнув волосами. Его альфы несли себя с гордостью, стремясь не опозорить секту и омегу. Вэй Ин помахал Хуайсану, который пытался навести порядок в своей группе, но другой альфа делал это за него, пока Хуайсан дрожал и заикался. Их взгляды встретились, но лицо Хуайсана потемнело, уловив аромат Цзян Чэна на омеге. Вэй Ин игнорировал взгляды — удивлённые его изменившимся ароматом, завистливые из-за альфы, пометившего его. Он хотел поздороваться с побратимом и его братом, но Лань Чжань схватил его за плечи с напряжёнными губами и тревожным взглядом. Рядом появился Сичэнь, тоже обеспокоенный. Прежде чем Вэй Ин спросил, Лань Чжань развернул его и поднял волосы. — Лань Чжань! — отстранился он, насколько позволяла хватка. — Что ты делаешь? — Нет метки, — облегчённо выдохнул Лань Чжань. — Метки? О чём ты? — растерялся Вэй Ин. — А-Сянь, твой аромат… — начал Сичэнь, но омега улыбнулся, усиливая сладкий запах. — Не волнуйтесь, ничего страшного. Цзян Чэн приехал ночью и защитил меня, — шепнул он. — Вэнь Чао ворвался в мою комнату, — оба альфы напряглись. Сичэнь сохранил улыбку, но мрачную, а гнев Лань Чжаня был явным. — А-Чэн вовремя помог, с этой «Рукой, плавящей ядра» я был на нервах. — Хорошо, что он тебя защитил, — вздохнул Сичэнь, забавляясь, как Лань Чжань обнял Вэй Ина, пряча его от взглядов, как в Облачных Глубинах своими рукавами. В красных туниках эффект был не тот, но Вэй Ин смеялся. — Лань Чжань~ Не надо так обнимать, — хихикнул он, чувствуя щекотку от волос альфы. — Вэнь Нин подумает, что я влюблён в брата~ — А-Нин поймёт, — ответил Лань Чжань. — Как ты его назвал?! — Вэй Ин вырвался, глядя на серьёзное лицо с покрасневшими ушами, и рассмеялся, схватив руки Сичэня. — Да-да~ Ванцзи такой смелый~ Готовим свадьбу! Будет свадьба! — крикнул он, вызвав смех старшего. — Вэй Ин! — Лань Чжань пытался остановить омегу, но тот бегал вокруг Сичэня, избегая поимки, стараясь смутить побратима. Их смех прервал угрожающий аромат. Оба альфы инстинктивно заслонили Вэй Ина, увидев приближающегося хмурого альфу в красных одеждах с пурпурной лентой в высоком пучке. Вэй Ин узнал аромат, выбежал из-за Ланей и бросился в объятия Цзян Чэна, который радостно его принял. — А-Чэн! Иди сюда, — он подтащил его за руку ближе к Ланям. — Цзян Чэн, это мои лучшие друзья из ГуСу: Лань Сичэнь и Лань Ванцзи, — указал он на обоих. — Лань Сичэнь, рад знакомству, юный Цзян, — улыбнулся старший, уважительно поклонившись будущему лидеру. — Это мой младший брат, Лань Ванцзи, как сказал А-Сянь, — не смутившись лёгким дёргаением брови Цзяна от интимного обращения. — А-Сянь много о вас говорил, боялся, что не сможет представить вас. Мы, — он кивнул на брата, — переживали, что не сможем защитить А-Сяня из-за расстояния между группами. — Не беспокойтесь, Цзэу-цзюнь, Ханьгуан-цзюнь, я присмотрю за ним, — Цзян Чэн позволил Вэй Ину повиснуть на его руке, их феромоны смешались, как в детстве, но теперь осознанно. — Спасибо, что заботились о Вэй Усяне в Юньшэнь. Прошу прощения за неудобства. — Не за что, А-Сянь — наш дорогой друг, почти семья, верно, Ванцзи? — Мм, — кивнул Лань Чжань, с любопытством глядя. Вэй Ин рядом с Цзян Чэном казался иным, его аромат слаще. Знает ли побратим о намерениях Цзяна? Его интерес к омеге как к спутнику был очевиден. Лань Чжань слышал о Цзян Ваньине — о его агрессии и вспыльчивости. Несмотря на восхищение его силой и юным мастерством, он был опасным альфой. Лань Чжань боялся, что тот навредит другу, хотя знал, как Вэй Ин ценит его как брата. Но чувства Цзяна не были братскими — он метил Вэй Ина, отгоняя других, как делал и сам Лань Чжань, но иначе. Он решил следить за альфой ради безопасности друга, посоветовавшись с Вэнь Нином. Цзян Чэн тоже оценивал Лань Ванцзи. Зная о его мастерстве и близости с Вэй Ином, он чувствовал раздражение. Их дружба могла перерасти в нечто большее, и слухи о помолвке Ханьгуан-цзюня с Хунлянь-цзюнем не помогали. И кто, чёрт возьми, дал Вэй Ину это прозвище? — Скоро начнётся, — сказал Вэй Ин, заметив молчание и взгляды Лань Чжаня и Цзян Чэна. — Лань Чжань, не буду к тебе снисходителен. То же и к тебе, Да-да. — Мм, — кивнул Лань Чжань. Соревнование с Вэй Ином, всегда бросавшим вызов, волновало его. — Постараемся, — улыбнулся Сичэнь. — Спорим на что-нибудь? — глаза Вэй Ина загорелись. — Споры запрещены, — отрезал Лань Чжань. — Лань Чжань~ Мы не в Облачных Глубинах, дядя Цижэнь не узнает. — Нет. — Ух, скучно, — надулся Вэй Ин, показав язык. — Идём, — Цзян Чэн увёл его к группе, попрощавшись с Нефритами и пообещав поесть в городе с друзьями. Он чуть не рассмеялся, видя, как Хуайсан паникует, когда ворота открылись в мгновение ока.

***

Правила были просты: пять групп должны были войти в сложный каменный лабиринт, чтобы найти цели. Это были низкоуровневые спектры с мишенями на лбах, смешанные с заколдованными бумажными манекенами, похожими на них. У каждого была одна попытка выстрела. Промах или попадание в манекен означали чёрную эмблему клана в небе и дисквалификацию. Попадание в цель окрашивало небо эмблемой и цветом секты. Побеждал набравший больше очков. Вэй Ин и Цзян Чэн разделили группу на пары, чтобы покрыть больше территории. Все быстро нашли напарников, бегая по тропам и прыгая по выступам скал. Они вдвоём углублялись в лабиринт, но со временем начали раздражаться — целей не было. Вэй Ин хотел пожаловаться на «гениальную» идею Цзян Чэна выбрать узкий путь. Среди привычных перепалок омега чуть не лопнул от смеха, когда Цзян Чэн дважды ударился о сталактит. Хихикая и поддразнивая, они продолжили, пока наконец не нашли цели.

***

Лидеры сект увлечённо наблюдали. С появлением Вэй Усяня с учениками Юньмэна Вэнь Жохань и лидер Цзиней заинтересовались омегой — его юной красотой и мастерством культивации. Их жадные до власти и похоти взгляды оставались сдержанными под присмотром других. Фэнмянь, присоединившись к остальным, беседовал с Лань Цижэнем о пребывании Вэй Усяня в ГуСу: о его шалостях, добавивших седины в бороду, и о том, как он подбивал других на безумные проделки. Ние Минцзюэ смеялся над находчивостью омеги, вздыхая, что не смог сосватать его с младшим братом. Лань Цижэнь признался Фэнмяню, что тоже хотел обручить Вэй Усяня с одним из племянников, но омега разрушил планы, став побратимом Лань Ванцзи. — А-Сянь — замечательный парень. Уверен, союз моего сына и юного Ланя укрепится их побратимством, — улыбнулся Фэнмянь, видя согласие Цижэня. В разговорах они смотрели на пустое небо, ожидая, когда ученики проявят себя. Вскоре небо озарилось голубым светом с эмблемой движущихся облаков ГуСу Лань. Затем замелькали другие цвета, чаще голубой и пурпурный. — Если этот сопляк будет ниже десятого места, я заставлю его тренироваться, пока не свалится, — проворчал Чифэн-цзюнь, видя редкие зелёные вспышки с эмблемой зверя Ние. Появились и тёмные вспышки, особенно с солнцем Вэней, что разозлило Вэнь Жоханя. Никто не комментировал из-за его гордости. Вэнь Чао, раздражённый, подошёл к отцу, требуя участия, раз юному Цзяну разрешили в последнюю минуту. Он высокомерно вошёл в лабиринт с слугой, несущим колчан. Вэнь Чао хотел доказать отцу свою значимость, но также искал момент загнать Вэй Ина в угол, считая, что тот ускользнул из-за «низшего альфы». Сбивая цели, указанные слугой, он уловил цветочный аромат омеги. Вэй Ин прыгал по скалам, поражая дальние цели, оставляя Цзян Чэну наземные. Их слаженные движения выглядели так, будто они всегда тренировались вместе. Смеясь, поддразнивая и бросая вызов друг другу, они веселились, бегая по камням. Встречая учеников Юньмэна, Вэй Ин шутил, что последний станет мишенью его шалостей на неделю, и те, напуганные, бежали за новыми целями. Цзян Чэн закатывал глаза. Чудом они нашли Хуайсана через час, сбившего спектро. Пожелав удачи, они разошлись. Цзян Чэна удивило, что ученики Ланей уважительно приветствовали Вэй Ина, словно он был Нефритом. — Я заслужил, — улыбнулся Вэй Ин, идя рядом. — Они играли со мной, когда Лань Чжань надзирал за наказаниями. Я таскал их в посёлок за сладостями и бегать по улицам. Им надо больше жить, дядя Цижэнь строг, но классный. Ты поступаешь этим летом? — Планирую, — ответил Цзян Чэн, глядя вперёд. В тупике не было спектров, и они повернули. — Наша возрастная группа: Цзинь Цзысюань, Хуайсан, я и другие из малых сект. — О, Хуайсан~ — Вэй Ин вздохнул, покачав головой. — Он был три месяца со мной в Облачных Глубинах. — Только три? — Цзян Чэн посмотрел, как он натягивает лук, заметив три цели. — Да, должен был остаться на год, но… — Вэй Ин громко рассмеялся, сбив двух спектров одним выстрелом. — Этот неуклюжий чуть не разнёс библиотеку. Его наказали за опоздания и проваленный тест, заставили убирать павильон. Через полпалочки благовоний все полки рухнули, свитки валялись, два тома стихов Лань Аня оказались на потолке. Чифэн-цзюнь забрал его, пока дядя не придумал новое наказание. — Тебя наказывали? — Конечно, я знаю три тысячи правил наизусть от переписывания. Птицы в зале наказаний садились мне на голову, так часто я там стоял на коленях. — И ты этим гордишься? Веди себя прилично, — Вэй Ин боялся новой ссоры за «неомежье» поведение. — Ты главный ученик, твои шалости позорят секту и мою мать. — Да ладно~ Ничего страшного~ — отмахнулся он, не придавая значения шуткам и побегам, порой с Лань Чжанем. Их прервал запах пепла. Вэй Ин напрягся, и стрела преградила путь к скале. Раздражённый, он увидел ухмыляющегося Вэнь Чао. Оба с Цзян Чэном зарычали, альфа выпустил феромоны, отпугивая его. Вэй Ин, стоя выше, готовился прыгнуть, как горный козёл. — Нашёл своего шалового омегу~ — Я никому не принадлежу, — прорычал Вэй Ин, фыркнув, когда ещё одна стрела прервала его прыжок. — Что ты творишь? — Ничего. Говорят, ты великий господин, но я вижу лишь омегу, играющего и соблазняющего альф из других сект. — Чушь… — Он не прыгнул, когда третья стрела нацелилась в голову. — Опустите лук, Вэнь, — прорычал Цзян Чэн. Вэнь Чао хотел лишь попугать, но группа спектров за его спиной и крик слуги заставили его выстрелить в цель и промахнуться. Вэй Ин и Цзян Чэн быстро сбили двух из трёх, небо озарилось двумя пурпурными лотосами и тёмным солнцем. Раздражённый, Вэнь Чао прицелился в последнего спектро, но, зная, что не попадёт, выстрелил в Вэй Ина, бегущего по скалам вниз. Цзян Чэн собирался поймать его в прыжке, но стрела сбила его с толку. В воздухе Вэй Ин не мог увернуться. Но одинокая стрела рассекла стрелу Вэнь Чао и, не теряя скорости, поразила спектро. Небо озарилось голубыми облаками. Вэй Ин приземлился в руки Цзян Чэна, а Лань Ванцзи спрыгнул рядом. Вэнь Чао, раздражённый, бросил лук слуге и ушёл. — Лань Чжань! — Вэй Ин подбежал к побратиму. — Отличный выстрел! Спасибо, Лань-эр~ — подмигнул он с улыбкой. Лань Чжань кивнул с серьёзным видом, погладил его по голове, безмолвно спрашивая, всё ли в порядке. — Вэй-сян! — Юный Вэй! — Ученики Ланей окружили его, чуть не плача, боясь, что друг ранен. — Я в порядке~ Спокойно, а то Лань Чжань накажет за шум, — рассмеялся он, видя их панику под взглядом Ханьгуан-цзюня. — Продолжайте, — приказал Лань Чжань, и все разбежались за мишенями. Он слегка поклонился Цзян Чэну, явно не радуясь его присутствию. — Лань Чжань, твоя лента криво, — Вэй Ин шагнул, чуть не коснувшись её, но дёрнул за длинные волосы Ланя. — Вэй Ин! — слегка рыкнул тот от боли. Вэй Ин нервно рассмеялся, извиняясь. Лань Чжань покачал головой, поправляя ленту, и ушёл от пары Цзянов. — Что это было? — спросил Цзян Чэн, продолжая путь. — Лента Ланей особенная, её нельзя трогать, она должна быть правильно надета, — Цзян Чэн недоуменно посмотрел — просто кусок ткани. — Это их обычай. Если Лань дарит ленту, он выбирает спутника культивации. Только особый человек может её касаться. Они верят в предназначенные пары и любят одного на всю жизнь. Романтично, несмотря на монашеское происхождение, знал? — Нет… — Цзян Чэн видел, как Вэй Ин воодушевлённо говорит о Ланях. — Ты правда слушал уроки старого Ланя… — поддел он, получив надутую гримасу, уколовшую его луком в бок. — Эй! Дядя Цижэнь всегда был надо мной, чтобы я учился, — Вэй Ин потрогал пряди у лица, вспоминая часы с Ванцзи, когда его не давали спать или шалить. — Он говорил… — он поднёс руку к подбородку, будто с бородой Цижэня, — «Госпожа Юй, лидер Цзян и я возлагаем на тебя большие надежды, ты станешь первым омегой в мире культивации, твои знания должны соответствовать навыкам», — он драматизировал жестами. — А я хотел только тренироваться и играть! Ох, омеги с другой горы такие милые, как фарфоровые куклы, — поёжился он, вспоминая их уроки. — Ты не был с омегами? — Цзян Чэн понял, что Вэй Ин не жил с ними. — Где твоя комната? — спросил он, зная, что Лани разделяют альф и омег, в отличие от Цзянов, где это касалось только спален. — У меня своя комната, в зоне альф, так проще добираться до уроков. С омегами я бы опаздывал, — он заметил хмурый взгляд брата и рассмеялся. — Никто не смеет приближаться, это безопасная зона. Моя комната между Лань Чжаня и дяди Цижэня, никто не рискует, — хихикнул он, вспоминая бледные лица внешних учеников, преследовавших его. Он с лукавой улыбкой подходил к двери Цижэня, чтобы доложить, но те сбегали. Цзян Чэн слегка успокоился, но близость Вэй Ина к другому альфе всё ещё раздражала.

***

По итогам соревнования объявили первые пять мест. Первое занял Лань Сичэнь, второе — Лань Ванцзи, третье — Вэй Ин, четвёртое — Цзинь Цзысюань, пятое — Цзян Чэн. Хотя Цзян Чэн был недоволен, Вэй Ин утешил его, сказав, что изоляция лишила практики. Утешение сработало бы, если бы он не побежал сразу к Лань Ванцзи. Цзян Чэн видел, как Вэй Ин оживлённо болтает с братьями Ланями. Сичэнь улыбался, Ванцзи серьёзно кивал. После пары слов Вэй Ин вернулся. — Надо купить цветы, — весело шепнул он Цзян Чэну. — Зачем? — удивился тот. — Вот зачем, — кивнул Вэй Ин. Хуайсан бежал, спасаясь от Чифэн-цзюня, шедшего к ученикам с грозным видом. Трусливые остались, ожидая выговора за провал, а младший брат лидера плакал, поднятый за шкирку, как котёнок. — Жалко его, — Цзян Чэн отвернулся, увидев широкую улыбку Вэй Ина. Он слегка улыбнулся в ответ, и их руки невольно сплелись, наполняя сердце теплом. — Пойдём домой, дядя Цзян ждёт. Фэнмянь гордился всеми, особенно «щенками», и с улыбкой поздравил их, пригласив на ужин в гостиницу первого дня. Там они проведут ночь, а утром вернутся в Пристань Лотоса. Хотя можно было остаться в Городе без Ночи, Фэнмянь решил не рисковать после вчерашнего инцидента.