Спящая красавица Кевин Дэй

Жили-были король с королевой, и долго у них не было детей. Прям очень долго. Все уже думали, что ничего не выйдет. Даже феи уже ставки начали делать. Но тут — бац! — и родился сын. Экси-принц, красавец, будущая гордость королевства. Счастью не было предела. На крестины — ну или что-то вроде торжественного баптистского зова фей — король с королевой устроили пир на весь мир. Позвали, конечно, фей. Только самых достойных. Почти всех. Почти. Первая фея — Нил — подарил мальчику какой-то спортивный талант. Все поаплодировали, хотя сами ничего не поняли. Он просто кинул мяч в потолок и крикнул: — Экси будет! Все сделали вид, что это звучит как благословение. Вторая фея — Ники — ворвался, споткнулся, врезался в стену, рухнул прямо на праздничный торт, но успел выкрикнуть: — Будь красивым, как я! И исчез, оставив следы крема на ковре и озадаченные лица гостей. Третья — фея Эндрю — подошёл молча, сонно зевнул и пробормотал: — Я не знаю… пусть… что-нибудь... будет у него. — Что именно? — уточнил кто-то. — Я хз. Главное, чтоб не совсем дурак был. Он плюхнулся в кресло и сделал глоток из своей фляги. Все кивнули. Типа сойдёт. Но вот беда. Фею Рико не позвали. Не то чтобы забыли. Просто... ну… он же Рико. Постоянно бурчит, подозрительно смотрит на детей, бросает тени, где их не должно быть. В общем, гостиный вайб портит. Рико узнал. Конечно, узнал. Прилетел без приглашения, на чёрной метле, с драматичным разворотом и плащом, развевающимся даже в помещении. — Собаки сутылые! — крикнул он. — Не позвали? Вот вам, получите! И наложил проклятие: — В шестнадцать лет ваш сыночка уколется веретеном — и сдохнет! Гости ахнули. Кто-то выронил бокал. Кто-то упал в обморок. Один паж съел целый пирог от стресса. Но тут снова вступил Эндрю. Он выпрямился, отложил флягу, зевнул и произнёс: — Ладно, ладно. Смягчу. За виски. И торжественно сказал: — Не умрёт. Просто уснёт. На сто лет. Пока принц не поцелует. — А может, принцесса? — спросил король Ваймак, вяло. — Нет. Принц. Я чётко всё прописал, — отрезал Эндрю. — Грамотный я. После всех этих фейских разборок король издал указ: Все веретёна — под запрет! Но вы сами понимаете: запреты существуют, чтобы быть нарушенными. Прошло шестнадцать лет. Принц Кевин, ничем не отличавшийся от своих сверстников, в очередной раз играл в дурацкие игры с Нилом. Пытался то ли пришить что-то, то ли сшить форму, то ли просто показать, что не боится игл. В общем, укололся. И — бум — уснул. С ним — весь замок. Придворные, повара, сторожевые гуси, коты, даже тараканы в подвале. Всё остановилось. Прошло… да черт его знает сколько. Много. Век, если по легенде. Но феи уже забыли, сколько точно.

***

И вот однажды в королевство заявился Аарон. Вроде бы студент. Вроде бы будущий медик. А может, просто человек с дипломом и отсутствием сна. Ему дали дз в универе — что-то найти, описать, продать, сделать вывод. Никто не понял, но все начали что-то делать. Так Аарон и оказался в заросшем, полуразваленном замке, пробираясь сквозь плющ, ежевику и очень пассивно-агрессивные кусты. Внутри замка — тишина. Все стоят, как в музее восковых фигур. Аарон даже пару раз постучал по лицам — не отвалятся ли. Нет, держатся. И вот он находит золочёную комнату. А там — на кровати лежит прекрасный-прекрасный манекен. Слишком прекрасный. Слишком нереальный. — …Чёрт… какого фига он такой красивый? — пробормотал Аарон. Он подошёл ближе, смотрит. — Это точно манекен?.. Ну… лица у манекенов не бывает такие проработанные. Молчит. Думает. Потом: — Я не псих. Я не буду целовать манекен. Но один раз — это ещё не диагноз… Он просто наклонился поближе, разглядывая скулы, ресницы, цвет губ — и уже почти дотронулся до щеки, как... ПАХ! Влетает камень. Прямо в голову. Ему. — ААА! — Аарон схватился за висок. Обернулся. За кустом торчит фея Эндрю с пустой рукой. — Я ЗАЕБАЛСЯ ЖДАТЬ, — сказал он. От боли Аарон ещё сильнее наклонился — и в этот момент: ЩЕЛК! Заклятие слетело. Глаза Кевина распахнулись. Он моргнул. Увидел Аарона. Замер. — Кто... ты?.. А потом увидел Эндрю. — Эндрю, В ТВОЮ ЖЕ МАТЬ! Ты не мог сделать ПРИНЦЕССУ?! Ты подсунул какого-то своего принца! Тем временем, проснулся весь замок. Первым завопил кот по кличке Король, скинул вазу с камина. Затрещал огонь в печи, закрутились флюгера. Фазаны, оставленные сто лет назад, начали вдруг дожариваться. Аарон с Кевином… не заметили ничего. Потому что начали спорить. Четыре часа. Подряд. Громко. Со стуком кулаков по столу, со словами «я вообще-то медик», «а я вообще-то проклят!». Они ругались, перебивали, обсуждали, у кого больше мозгов, кто красивее, и кто должен был целовать кого первым. Потом проголодались. Пошли в кухню. А там — всё готово. Прямо как в сказке. Даже пирог с надписью «100 лет ждали» кто-то испёк. Аарон сидел за столом, жевал курицу и тихо бурчал: — Я всё ещё не понимаю, как костюм из прошлого века так идеально сидит на этом... манекене... Кевин молча ел. Потом посмотрел на него и сказал: — Ты меня поцеловал? — Я случайно! — Угу. Случайно. Держал за лицо ещё. — Я тебе вообще-то жизнь спас! — Я тебе вообще-то век ругани подарил. Они снова начали спорить. И вот в этом споре, среди фазанов, манекенов, волшебных фей и котов, эти два принца… взяли и полюбили друг друга. Ну как полюбили… Сначала — привычка. Потом — уважение. Потом — флирт на повышенных тонах. Потом — любовь. Вот такая она — сказка. Со всеми вытекающими.