казак и лекарь

Долго находился Драко в бою, воевал бы дальше, да открытая рана на животе мешает. Пришлось вернуться в курень и обратиться к лекарю. Врач у них был молодой. Примерно возраста Драко, может, на год младше, да и всего. Никто из нашей станицы не жаловался, лекарь есть — чудесно, но и спорить с навыками врача никто не спорил, верили на слово. Конечно, многие считали, что раз такой молодой, значит — ведьма, но подтверждения этим словам не было. Добраться до станицы с ранением было тяжело. Спустя день в пути поднялась температура, началась лихорадка, и двигаться стало еще сложнее. Матушка учила его всегда носить с собой средства перевязки и оказания первой помощи, особенно если собираешься в бой или на войну. Конечно, этот совет всегда помогал, да и перечить матери не хотелось. Сейчас был тот самый случай. Перевязав рану и выпив лечебные травы, я отправился дальше. Около трех дней я находился в пути. Наконец, прибыл. Домик у нашего лекаря был небольшой. Деревянный, не двухэтажный, как у нас принято. Дом снаружи весь был обвешан травами, пахло ими метра за три. Что ж, наконец-то меня полечат. ••• Постучавшись в дверь, мне открыл тот парень, о котором вся станица говорила. «Молодой лекарь», интересно было узнать, какой он. Оказалось, невысокого роста молодой человек с загорелой кожей и каштановыми, словно орехи, которые привозят из Турции. Но его глаза. Господи, это самое лучшее, что я видел за всю свою жизнь! Такого красивого, глубокого зелёного цвета я и в жизни не видал. Пахло от него, конечно же, травами. На самом деле, очень приятный и успокаивающий запах. Я как-то даже и про свою рану позабыл. Парень представился Гарри, сказал, что фамилию его знать мне необязательно. Что ж, Гарри, приятно познакомиться. ••• От Гарри, честно сказать, веяло недоверием ко мне. Может, потому что я казак? Да вроде раненый же, что я ему сделать могу. Странный. — Слушай, ты меня не бойся, я тебе ничего не сделаю, видишь, рана какая. Если ты еще ее и вылечишь, тогда точно не трону, а благодарить до конца жизни буду, такие мы, казаки. — Отлично. — съязвил он. — Чего злой такой, красавец, мм? — Слушай, если ты сейчас не заткнешься, то умрешь либо от лихорадки, либо от большой потери крови. Я здесь только чтобы лечить людей, а не заводить отношения. — Какие мы злые. — Действительно, почему он так реагирует на обычную вежливость, может, я с ним поближе познакомиться хочу. — Разденься до пояса и убери старую перевязку. Я промою, обработаю рану, потом займусь лечением. Я сделал всё, как он сказал, снял верхнюю одежду, убрал старую перевязку раны, что сделать было трудно. Кровь запеклась и прилипла вместе с тканью к телу. Гарри работал мастерски. Сначала обработал и промыл рану, проверил наличие других ранений. Дальше он пошел, как я понял, к шкафу с лечебными травами. Матушка говорила мне, что для лечения людей травами и заговорами нужна особая сила. — Сейчас я сделаю отвар, ты сразу по готовности его выпьешь, затем перевяжу тебе рану заново, здесь же, сразу ляжешь спать. Отвар оказывает действие, схоже со снотворным. — перебил поток моих мыслей он. — Хорошо. После перевязки и отвара я действительно лег спать. ••• Проспав около трех часов, когда начало светать, я открыл глаза. Спалось мне не очень хорошо. Из-за раны было больно нормально лежать, голова гудела, хоть отвар и ослабил боль. Кровать была деревянной, в обычиях казаков, но достаточно удобной, а главное — теплой. Рядом с кроватью все также висели вкуснопахнущие и, скорее всего, лечебные травы. В курене было очень тихо. Может, Гарри ушел собирать травы? Ответ нашелся быстрее, чем я мог подумать. Когда я приподнялся на кровати, то увидел за столом спящего Гарри. На его лицо падал луч света, и сейчас он был особенно красив. Каштановые волосы отливали черным цветом, длинные ресницы подрагивали, а голова была спрятана в руках, которые лежали на столе. Дышал он мирно и размеренно, точно спит крепким сном. Я поднялся с кровати и подошел к столу. Не знаю, каким нужно быть человеком, чтоб не заглядеться на это красивое лицо. В станице Гарри описывали как обычного, ничем не примечательного парня, у которого, скорее всего, никогда не будет жены и детей. Якобы из-за того, что он лекарь. Не понимаю их, как можно не замечать такую красоту, которая прямо у вас под носом? Самые завидные красавицы у нас в станице должны ему прямо в ноги кланяться! Если они так упорно не хотят замечать его красоту, это сделаю я. Честно признать, я загляделся на него. Единственное, о чем я сейчас думаю, какие его губы на вкус. Не знаю, сколько я так стоял. Не знаю, сколько времени скоротал, смотря на него. Остальное уже не важно — ведь есть он. Резко глаза Гарри открылись. Точно, я очень долго на него смотрю. Он смотрел на меня вопросительно, подняв одну бровь, спрашивая, почему и зачем я пялюсь на него. Не могу же я ему прямо сказать, что влюбился в него, в его глаза, в его внешность, как только переступил порог этой куницы? Не могу же, а что поделать. — Чего смотришь? — Ты прекрасен. Гарри застыл на месте, так, будто бы время остановилось. — Что ты только что сказал?.. — Говорю, ты прекрасен. Я, видимо, ни о чем не думал, когда так быстро начал подходить все ближе и ближе к Гарри, пока между нашими лицами расстояние не стало равно нескольким сантиметрам. — Я влюбился в тебя сразу, как увидел. Твоя внешность чудесна. Ты ангел, сошедший с небес, клянусь богом, таких красивых и талантливых людей не должно существовать. Ты искушаешь меня. И поцеловал. Резко. Без напора. А он ответил. Не знать никому моего счастья в тот момент, не знать никому моей радости. И не почувствовать таких эмоций.