My first love was called hate

Дождь стучал по крыше заброшенного гаража, где Нам Гю прятался от всего мира. В руках он сжимал потрёпанный томик Камю — подарок умершей бабушки, единственное, что Су Бон ещё не смог у него отнять.   "Мою первую любовь звали ненависть..." — строчка из песни, которую он случайно услышал этим летом, преследовала его, как навязчивый кошмар.   Где-то за стеной раздался смех — тот самый, фиолетоволосый кошмар его школьной жизни праздновал что-то со своими друзьями. Нам Гю прижал книгу к груди, чувствуя, как ненависть пульсирует в висках.   "Ещё один год. Всего один год — и я никогда больше не увижу его." Но судьба, как всегда, готовила иной сценарий.                             ***   Квартира Нам Гю. Звонок будильника разрезал предрассветную тишину. Нам Гю открыл глаза, мгновенно осознав, что сегодня — 1 сентября. Последнее 1 сентября в этой проклятой школе.   Он оделся механически: белая рубашка (наглаженная накануне), чёрные брюки (без единой складки), очки (аккуратно протёртые специальной тряпочкой). В зеркале на него смотрел высокий парень с острыми скулами и тёмными глазами — совсем не тот пухлый мальчик, которого когда-то дразнил Су Бон.   "Я изменился. Он — нет."                           *** Город только просыпался. Нам Гю шёл, вдыхая запах свежеиспечённого хлеба из булочной на углу — единственное, что он любил в этих местах.   "После выпуска уеду. В другой город. В другую жизнь. Где нет..." Мысль оборвалась, когда он увидел у школьных ворот знакомую фигуру в кожаном пальто (несмотря на жару) с фиолетовыми прядями, выбивающимися из-под капюшона.   Су Бон курил, развалившись на скамейке, и что-то кричал своим приятелям.   Нам Гю автоматически свернул в сторону, выбирая обходной путь.                              ***  Школьный двор. Первоклассники в накрахмаленных рубашках толпились у входа, крепко держась за руки родителей. Одна девочка в огромных бантах плакала, не желая отпускать маму.   "Я тоже плакал. И он это видел." Воспоминание ударило, как нож:   2 класс. Первая встреча. — Это наш новый ученик, Чхве Су Бон!   Маленький задира с фиолетовой прядью волос (как потом выяснилось — покрашенная маминой краской для волос) швырнул в него плюшевым драконом.   — Лови, очкарик!   Смех класса. Слёзы. Позор.                             *** — Эй, Гю!   Голос за спиной вырвал его из воспоминаний. Нам Гю не обернулся, но тело напряглось — оно всегда узнавало его даже без слов.   — Что, за лето разучился разговаривать?   Су Бон обогнал его, развернулся и пошёл спиной вперёд, демонстрируя новое кольцо в брови и гипс на левой руке.   — Кто это тебе? — не удержался Нам Гю.   — О! — Су Бон приложил руку к груди. — Ты проявляешь заботу?   — Просто надеялся, что кто-то наконец сломал тебе шею.   Хриплый смех. Знакомый. Ненавистный.   5 класс. Инцидент с драконом. — Эй, Гю! Ты всё ещё носишь этого уродца?   Су Бон выхватил из его рюкзака потрёпанного плюшевого дракона — единственную игрушку, оставшуюся от бабушки.   — Отдай!   — Достань!   Хлопок рвущейся ткани. Тишина. Белая набивка, рассыпавшаяся по грязному полу столовой.   И первый в его жизни удар, отправленный в чужое лицо.                              *** — ...так я говорю этому козлу: "Если ты..." — Су Бон что-то рассказывал, но Нам Гю перестал слушать.   Он рассматривал изменения за лето:   — Фиолетовые волосы стали еще ярче чем прежде.  — Новые татуировки на руках (выполненные явно кустарно)   — Шрам над бровью (свежий, ещё розовый)   "Он всё такой же идиот." Директор начал речь. Что-то про "ответственность" и "будущее". Нам Гю смотрел на спину Су Бона, отмечая, как тот ёрзает, явно желая закурить.   "Не изменился. Совсем."                          *** Кабинет 354. Новая классная руководительница — мисс Пак, молодая и наивная — улыбалась так, будто не знала, какое звериное логово ей досталось.   — По алфавиту! Ким Нам Гю и Чхве Су Бон — третья парта у окна!   Тишина. Потом — взрыв смеха.   Су Бон первым дошёл до места и развалился на стуле, поставив ноги на соседний.   — Ну что, сосед, — он бросил на парту смятый блокнот Нам Гю, украденный в прошлом году. — Как лето?   Тот молча поднял блокнот. Страницы были исписаны чужой рукой:   "День 1. Он опять молчит.   День 23. Наверное, уехал. Хорошо.   День 47. Чёрт, как же скучно..." Нам Гю резко захлопнул блокнот.   — Ты читал мои...   — Всё, — Су Бон ухмыльнулся. — Особенно понравилось про "фиолетового демона". Поэтично.   Горячая волна стыда накрыла Нам Гю с головой. Те стихи никто не должен был видеть. Особенно...   — Умри, — прошипел он.   — После тебя, — Су Бон достал из кармана сигарету и закусил фильтр.   Мисс Пак начала перекличку.                              *** В коридоре пахло школьной столовой и дешёвым парфюмом. Нам Гю хотел спрятаться в библиотеке, но...   — Срочное собрание старост! — прокричала мисс Пак.   Он застонал внутренне.   Кабинет был полон. Су Бон уже сидел на подоконнике, разглядывая что-то в телефоне.   — ...совместный проект для подготовки к поступлению, — говорила мисс Пак. — Пары по алфавиту!   Холодная дрожь пробежала по спине.   — Ким Нам Гю и Чхве Су Бон — тема "Современная литература"!   Су Бон поднял глаза. Их взгляды встретились.   "Нет. Нет. Нет." — Отказываюсь, — сказал Нам Гю вслух.   — Отказ только по медицинской справке, — улыбнулась мисс Пак.   Су Бон медленно поднял руку в гипсе:   — У меня есть справка.   — Прекрасно! Тогда ваш партнёр сделает большую часть работы.   Нам Гю сжал кулаки.   "Он подстроил это."                          *** Пустой коридор. Школа постепенно затихала, оставались только скрипы половиц и далекие голоса уборщиц. Нам Гю задержался у окна, наблюдая, как первоклашки с криками разбегаются по двору. "Они еще не знают, каково это — девять лет ненавидеть одного и того же человека..." В кармане жгло — та самая записка, которую Су Бон подбросил ему на линейке. Он так и не решился ее выбросить. Шаги. Быстрые, нервные. Знакомый запах сигарет и дешевого геля для волос. — Гю. Он не обернулся. Су Бон остановился в шаге за его спиной, дыша неровно — будто бежал. — Ты забыл... — голос сорвался. — Черт. Ты забыл это. Нам Гю обернулся. В протянутой руке Су Бона лежал его старый блокнот — тот самый, с черновиками стихов. Тот, что он специально оставил в классе, потому что... Потому что не мог больше носить его с собой. Не мог видеть эти строки, которые Су Бон прочитал. Написанные о нем. Полные ненависти. Или чего-то еще. — Зачем? — голос Нам Гю звучал хрипло. — Ты же уже все прочитал. Су Бон сделал шаг ближе. Его фиолетовые волосы падали на глаза, скрывая выражение. — Я... — он резко вдохнул. — Я дописал. Их пальцы коснулись, когда Нам Гю взял блокнот. На мгновение — дольше, чем нужно. Дольше, чем допустимо между врагами. Нам Гю открыл последнюю страницу. Под его последним стихом — новыми строчками, выведенными неровным, нервным почерком Су Бона: "Мою первую ненависть звали... Страх. Страх понять, что за все эти годы Я так и не научился жить без твоих ударов." Подпись: "Фиолетовый демон. Завтра в библиотеке. 8:00. Не проспи." Когда Нам Гю поднял глаза, коридор был пуст. Только запах сигарет висел в воздухе, да где-то хлопнула дверь. Он сунул блокнот во внутренний карман — туда, где уже лежала записка с линейки. Ровно над сердцем. "Ненависть. Только ненависть." Но почему-то завтрашнее утро вдруг казалось... другим.