Deal?

— Какого черта здесь вообще происходит?! И куда мы вообще летим?! Мы же должны…. — Мы летим, — этот странный парень,сидит спокойно, как ни в чем ни бывало. Он крутит в руках ножик, которым до этого чистил яблоко, но теперь, он кажется куда более опасным. — Туда, куда я скажу. Или же, — он отрезает кусок от яблока, съедая его прямо с ножа. — Эта птичка разучится летать. Вы же не хотите закончить эту поездку на небесах, господа? — Джисон! — И слушать тебя не хочу! — Хан Джисон! — Хенджин кричит, смотря, на своего парня с нескрываемым отчаянием. Вчерашняя, абсолютно глупая, ссора, переросла во что-то поистине… Ужасное. — Прошу, давай я куплю поесть и как вернусь, мы поговорим? Пожалуйста! — Хорошо! Хорошо… Но, если ты, не вернешься до конца дня, то… Пеняй на себя, Хван Хенджин. Хенджин невольно сглатывает, а после подходит ближе. Он не понимает, когда его милый Джисон стал таким. Или он не замечал этого никогда? Когда он стал таким жестоким? Куда делось все то, чем Хан его когда-то и очаровал? Хенджин кивает, словно соглашаясь с какой-то своей мыслью, крайне серьезно смотря в глаза Хана. Спокойного, в чем-то даже абсолютно ледяного, что в голове Хвана невольно проскальзывает мысль. Опасная, в чем-то даже похожая на яд. А любил ли его Хан хоть когда-то? — Давай так. Если ты не веришь, что я действительно хочу продолжать с тобой отношения, несмотря на все, что у нас было, то вот, держи, — Хван достает свой телефон и протягивает его Джисону, на что тот непонимающе изгибает бровь, явно не понимая, что тот делает. — Бери. Если я не вернусь через… Неважно. Если я не вернусь, то можешь спокойно открыть телефон и прочесть все! Я никогда не врал тебе и не собирался. Но, если ты в это не веришь больше, то.. Окей. Я схожу за едой и после, мы поговорим. Хочешь ты этого или нет, Джисон. Хенджин кладет свой телефон перед Ханом, а после берет ключи с кошельком и уходит. Джисон моргает, не до конца понимая, что только что произошло. Хван никогда не расставался с телефоном, опасаясь пропустить какой-нибудь важный для его карьеры звонок, а тут? Хан фырчит, складывая руки на груди, закатывая глаза. Хенджин блефует, не иначе! За эти пару лет, что они вместе, Джисон успел узнать Хвана, как ему кажется, достаточно. Хенджин добрый, нежный и, Джисон знает это точно, влюбленный в него до безумия. Но, ему кажется, словно тот, даже спустя эти несколько лет, все еще что-то не договаривает. А для него, сына одного из самых богатых людей в этой стране, пусть он и скрывает это эти же пару лет, не сказав об этом ни слова своему же собственному парню. И то, что он несколько лет врет своему парню о собственной семье, не кажется Хану чем-то странным. Он, если хочет выиграть спор с отцом, имеет право действовать так. И не важно, что ради этого он врет Хвану все эти годы. Тот должен быть благодарен, что Хан делает это для него. Благодарен, что он даст ему через неделю, столько денег, что он сможет больше не перебиваться этими бесполезными ролями на вторых планах. А если тот захочет, то так и быть, он сможет играть даже первые роли в любых картинах, если так сильно захочет. Сколько бы Хван шел к этому, если бы не связи Хана? Но эта ссора… У Джисона ощущение, словно в этот раз что-то не так. Словно… Он ошибается. Разве он требует многого? Всего лишь полную честность со стороны Хенджина! Должен же он быть абсолютно уверен, что выбрал правильного человека. Что он может выбрать себе парня сам, без помощи отца. И он будет куда лучше! Как минимум потому, что не будет хотеть встречаться с ним лишь из-за его денег или же статуса. Он хмурится, переводя взгляд на телефон Хвана, а после поджимает губы. Да, Хенджин любит его, это Джисон знает, но… Но то, что тот не готов ему довериться полностью в такой мелочи, как кажется самому Хану, это просто бред! Но на мгновение Хан замирает. Хенджин готов был делать все, но только если… Кто-то не рассказал ему правду. А сделать это мог лишь один человек. Лишь один человек, который знал всю правду и, когда-то и познакомил их с Хваном. Ли Минхо. С Минхо они знакомы с детства. Сын одного из верных слуг, который когда-то спас его отца. Отец Минхо, к несчастью, погиб. Но, господин Хан всегда помнит добро, поэтому, привел в дом жену погибшего и его сына. Джисон помнит этот день. Он помнит настороженного тихого мальчика, который прижимал к себе переноску с рыжим котом, который иногда недовольно мяукал. С тех пор, они жили почти как братья. Тут хочешь не хочешь, но стать друзьями… Почти пришлось. Даже повезло, что Ли Минхо оказался достаточно приятным парнем. Но сейчас… Он достает свой телефон и набирает чужой номер, недовольно тыча пальцами по экрану, а долгие гудки, пока Ли не берет трубку, выбешивают лишь сильнее. Поэтому, когда он слышит чужой заспанный голос, все предрешено. — Ты! Это все твои происки, я знаю! — Джисон? О чем ты? — Хенджин! Я знаю, что это ты ему все рассказал! — Что рассказал? Джисон, сейчас блять утро и ты меня разбудил, имей блять совесть. — Мое происхождение. Ты рассказал ему о том, кто я такой! Поэтому он ведет себя так! — Он слышит, как тяжело вздыхает Минхо на том конце провода. Шестеренки в голове крутятся, находя в этом вздохе новый смысл. — Ты… Я понял! Ты это сделал, чтобы забрать его! Решил добиться его таким образом?! — Я ничего ему не рассказывал! И, если ты не заметил, то он тебя придурка все еще блять любит! — Тогда какого хрена он ведет себя так?! — А ты не думал, что если капать человеку на мозг, то рано или поздно, он начнет вести себя иначе?! Джисон молчит, поджимая губы и недовольно сопя. Может быть, в чем-то Минхо и прав. Он молчит, слыша, как тот ворчит себе под нос, Кажется, Хан помешал ему отсыпаться, но не сказать, что он чувствует хоть какие-то угрызения совести. Он не чувствовал их так же и в детстве, когда отгонял от Минхо всех неугодных парней и девчонок, чтобы тот остался с ним. Получалось у него неплохо, если так подумать. Пусть после Минхо и достаточно доходчиво объяснил ему, что если Джисон хочет, чтобы Минхо остался, ему придется научиться вести себя нормально. И, судя по тому, как тяжело вздыхает Минхо, он явно думает, какую лекцию о поведении ему нужно прочитать Джисону опять. Иначе отношения Джисона и Хенджина просто обречены… Если их вообще можно еще спасти. — Джисон, послушай блять пожалуйста. Хенджин любит тебя и у него нет никаких причин, чтобы тебе вредить. Ты встречаешься с ним уже, блять, почти два года. Неужели этого недостаточно, чтобы поверить, что он любит именно тебя, а не что-то другое, блять! Джисон удивленно моргает, слыша, как на той стороне трубки Минхо тяжело дышит. Кажется, кто-то, самую малость, зол. Обычно Ли не так просто вывести, но, кажется, все дело кроется в том, что Хван Минхо небезразличен. Он узнал об этом случайно. Просто заметил то, как Ли смотрит на Хенджина, когда они в очередной раз собрались. Вроде бы, они праздновали то, что Хенджина взяли на какую-то небольшую роль в сериале. Конечно же ему помог туда пробиться Минхо, И в тот момент, когда его парень, обнимал его друга, он все понял. Его друг сохнет по его же парню, с которым сам и познакомил же! И в моменте, просто от отголоска мысли, что они могут вместе дурить его, Хану захотелось убить обоих. Лишь от пьяного предположения, что его парень может спать с его другом, чтобы украсть его деньги… Возможно, все пошло под откос именно тогда. — Даже если я и люблю Хвана, я никогда не подумал бы даже, как-то мешать твоим отношениям, Джисон. Я никогда бы даже не смог подумать об этом. Дай ему шанс, пожалуйста. Либо расстанься с ним нормально. Джисон, прошу тебя. Даже не ради нашей дружбы, просто ради него. Джисон недовольно сопит, слушая Минхо. Он прав, к несчастью. И признавать это очень не хочется. Да, он знает, что Хенджин любит его, но… — Я подумаю Выдыхает он и кладет трубку. В этом диалоге больше нет смысла. Во всем этом больше нет смысла. Он не может верить Хенджину, а в этом даже нет его вины. Нет вины в том, что он привлекательный, общительный и нежный. В чем-то его вина есть в вопросе, что он скрывает некоторые аспекты, которые воспаленный ревностью мозг Хана считает важными, тот скрывает. И это непозволительно. Он выдыхает, потирая лицо, словно пытаясь смыть с него все сложности этих нескольких дней. Да, не сказать, что он не виноват в этом сам, но его это не сильно волнует. Сейчас главное… Успокоиться. Да. Именно это ему и нужно, успокоиться. И тогда… Тогда он сможет спокойно поговорить с Хенджином и, даже прислушается к Минхо, чтобы спокойно расстаться с ним. Хенджин правда достоин лучшего. Он оставляет чужой телефон на столе, кладет рядом записку, что отошел и, быстро одевшись, уходит. Позавтракать с Хваном он еще успеет. Даже если они и вряд ли будут как пара, это не значит, что он не хотел бы остаться с ним друзьями. Хенджин, не смотря на все, успел стать ему достаточно дорогим человеком. Хан выходит из подъезда, думая пойти в их любимое кафе для завтрака, уже почти сворачивая в подворотню, но останавливаясь. Этот двор давно уже находился на ремонте, пусть его никто и не собирался заканчивать. Опасный путь, который некоторые выбирали, чтобы сэкономить время, в том числе и они с Хенджином. Но, он останавливается, видя, что мостик, по которому они ходили, исчез. Может быть его убрали? Он хмурится, а после чертыхается и разворачивается. Придется обходить теперь это все! Он пинает камень, который отлетает от стены в одну из ям. То, как камень падает, он не слышит, даже не обращая на это внимания. Как и на тихий стон боли, который слышится парой мгновений позже. Хан уже уходит, быстро идя в сторону ближайшего кафе, чтобы позавтракать. Если Хван вышел раньше, то наверное, пошел дальней дорогой, а значит, это будет достаточно долгое ожидание. Пока Хван успеет дойти до кафе, там уже соберется огромная очередь. И если Хан не хочет помереть с голоду за это время, стоит опробовать что-нибудь новенькое. Он выходит из дворов к небольшому, но достаточно красивому и уединенному парку. Самое то, что необходимо утром, чтобы проветрить свои мысли. Он садится на веранде, в тени у большого раскидистого клена и заказывает кофе с парой бутербродов. Нужно оставить место, чтобы позавтракать еще раз с Хенджином. Сомнения есть, но он действительно надеется, что Минхо прав. Хенджин, за все, что он уже успел вытерпеть из-за него, заслуживает того, чтобы отпустить его нормально. Даже если… Даже если ему и нужно думать о том, как выиграть пари, которое он заключил с отцом. Он берет в руки чашку кофе и благодарит официантку, прося сразу и счет. Хенджин, наверное, должен скоро вернуться. За время их отношений Хван показал себя очень милым. Надежный, трепетный и, самое главное по мнению Джисона, верный. Даже если его и одолевают сомнения и тревоги, у него нет особых причин не верить ему. Он выдыхает, прикрывая глаза и делает глоток капучино. Приятный, что он мысленно ставит галочку внутреннего одобрения данному заведению, даже не попробовав еду. Атмосфера и расположение, вопрос, почему они сюда не ходили до этого, сам по себе возникает в голове. Раньше они часто выбирались на поиски чего-то нового. Что же в них поменялось? Он невольно хмурится, даже не замечая, как приносят его завтрак в виде жареных бутербродов. Что в них изменилось, что все теперь… Так? Об этом он подумает позже, когда ситуация станет, хотя бы чуточку проще. Но станет ли она проще, учитывая, что времени почти не осталось? Их пари с отцом скоро подойдет к концу. И что он имеет в итоге? Отношения, которые умерли благодаря его же собственным действиям, парня, который заслуживает лучшего отношения к себе и… И что в итоге? Джисон прикрывает глаза, недовольно хмурясь. Еда, очень вкусная, помогает прийти к решению. Хенджин прав. Им нужно поговорить. Просто необходимо. Это жестоко просто по отношению к самому Хенджину. Джисон ест и неспешно пьет кофе, наслаждаясь происходящим. Шелест листьев, которые колышет ветер, трели нескольких птиц, что обжились в небольшом подобии парка. Умиротворение почти буквально окутывает,заворачивая словно в успокаивающее одеяло. Хан оплачивает счет и просто сидит, наслаждаясь этой атмосферой, не спеша допивая свое кофе, когда он слышит то, что меняет все сразу. Он слышит смех Хвана, от которого внутри все сразу же сжимается. Умиротворение, которым он наслаждался буквально пару мгновений назад, исчезает. Сгорает, корчится в муках и отчаянно кричит, пока в поле зрения и появляется источник всего. Хван, кажется сменивший футболку, идет с каким-то парнем, который внимательно его слушает. Хану хочется вырвать чужие волосы, выдавить глаза, разбить этот огромный нос и всадить нож прямо в ямочку на чужой щеке. Он залпом допивает капуччино, возможно слишком резко ставя чашку на столик, а после встает. Дает себе секунду, чтобы выдохнуть. Спокойствие не приходит, как бы не хотелось. Видит бог, он пытался оставаться спокойным, но, перед этим он абсолютно бессилен. Это измена. И он до последнего надеялся, что это лишь его придумки. Хан складывает руки на груди, подходя к парочке, где Хван что-то очень эмоционально рассказывает своему спутнику, но замолкает, когда тот придерживает его, чтобы он не столкнулся с вставшим перед ними парнем. — Ты ничего не хочешь мне объяснить? Голос Хана холодный, отдает стальными нотками, а Хван удивленно хлопает глазами, непонимающе смотря на этого странного парня. — Простите? — О, ты теперь делаешь вид, что не знаешь меня? Просто прекрасно! — Но… Я… Договорить ему даже не дают, Хан хватает парня за футболку, притягивая к себе ближе, словно собираясь вгрызться зубами в чужое лицо, когда этот большеносый парень появляется сам по себе, не давая им сблизиться с Хваном слишком сильно. — Можешь дома больше не появляться. И меня не ебет, как ты заберешь свои вещи. Увижу тебя еще хоть раз в радиусе пары метров, и… — Эй, парень, попридержи коней, ты вообще кто? — Если я увижу вас обоих в радиусе пары метров от дома, то тебя, Хенджин, я выпотрошу, а твоему ебырю я отрежу его огромный нос и никакой Минхо ни тебя, ни его, не спасет. Хан отталкивает эту парочку, лица которых становятся все более и более удивленными и уходит. Быстро и твердо, не давая себе даже возможности передумать. — Хенджин? Это разве не…? — Да… Это мой брат… И кажется, у него проблемы со своим парнем… Крис, мы должны его найти раньше, чем этот псих! — Хорошо Сэмми, хорошо. Джисон спокойно проходит через контроль и выходит в зону зеленого коридора. Разговор с Минхо, как и несколько последних дней, прошедших в абсолютнейшей суете, не выходят из головы. Хенджина не было видно с того самого дня, когда он увидел его с тем носатым. Минхо искал, пока параллельно подготавливал все документы к этому полету. Мысль о том, что их с отцом спор действительно подходит к концу… Просто невероятно. Спор длиной в несколько лет, кончается через несколько десятков часов. И его парень мало того, что исчез, так еще и изменяет ему непонятно с кем. Это злит, просто невозможно, пусть даже Хан и не может понять, что его злит больше. То, что Хенджин его предал, или же то, что он проиграл собственному отцу. Он накидывает рюкзак на плечо, когда к нему подходит один из стюардов компании. — Здравствуйте. Вы… ? — Хан. Хан Джисон — Мистер Хан, прошу, проследуйте за мной. Джисон кивает, пока не отклеивая наклейку, которую ему наклеили на плечо еще на стойке регистрации. Иногда иметь доступ к частному самолету просто восхитительно. Он помнит, как они с Хваном летали на отдых и помнит, как они летели на самом обычно самолете. До этого он летал либо на одном из личных самолетов, либо в бизнес классе. И то, как они летели вместе, в обычном экономе. Узкие сиденья, в которых нельзя слишком долго находиться в одном положении, потому что все затекает. Он помнит, как Джинни ворчал на неудобное положение, из-за которого не мог уснуть. На мгновение ядовитый и опасный вопрос, как бы тот радовался этому полету, появляется. И этого мгновения хватает, чтобы отравить разум. — Мистер Хан, рады приветствовать вас на борту. Располагайтесь, пожалуйста. Если вам что-то понадобится, то можете обратиться к стюардам. Хан кивает, спокойно проходя и садясь в одно из кресел. Сил и желаний слушать всю эту речь о правилах и прочем, нет никакого желания. И, как на счастье, он почти сталкивается с Сокджином, который непонимающе смотрит на парня. — Что ты тут делаешь? — Угоняю самолет. Разве не ясно? — Это же была шутка! — Разве? По-моему, ты говорил это максимально серьезно — Господи, за что мне это все… Что тебе нужно? — Я хотел поспать. — Хорошо, сейчас принесу тебе все. Прошу, не просыпайся до конца полета. Помимо тебя будут еще люди. — Не скажу, что они меня особо волнуют. И он даже не врет. Когда Джин приносит ему плед и забирает рюкзак, Хан уже успевает переобуться, надеть наушники и надеть на голову маску для сна, подложив под голову подушку. — Приятных снов, Джисон. — Спасибо. Удачного полета. Кто сегодня управляет птичкой? — Чонхо и Юнхо Джисон кивает, а после раскладывает кресло и натягивает маску на глаза, включая скачанный плейлист для сна на телефоне. Каким бы ни был этот перелет, он не имеет ни малейшего желания провести его полностью бодрствующим. Хотя бы пара часов сна, но ему полагается. Он открывает глаза и невольно морщится. Свет из иллюминатора бьет в глаза, с которых съехала маска. Как она съехала, он даже не может себе представить, но это не радует его так же, как и не играющая в наушниках музыка. Он не имеет ни малейшего понятия, сколько им осталось еще лететь, но, он уверен, что хочет поесть и чтобы его никто не трогал. Джин, вроде бы, говорил, что в самолете будет еще кто-то, но у него нет желания в этом разбираться, пока он не слышит чужой смех. Легкий, теплый, мягкий, словно обволакивающий. Джисону нравится. Возможно, то что они с Хенджином когда-то сошлись, заслуга его смеха, пусть он и звучит иначе. Сейчас ему кажется, что этот смех незнакомца похож на бархат по звуку. Мягкий, шелестящий, тактильно приятный. Смех Хвана же… Он другой. Похожий на огонь, который иногда напоминал и сам Хван. Иногда трещащий и еле тлеющий, иногда же бушующий и ревущий, заражающий собой же. Его улыбка становится горькой, когда он вспоминает про Хенджина. Минхо уверен, что с ним что-то случилось. Иначе бы он не исчез и забрал свои вещи, пока Хана не было дома. Неужели он настолько был уверен в себе? Или же… Или Минхо прав? Он недовольно фырчит, а после потягивается и встает, складывая все необходимое для сна на кресло. Хочется поесть и узнать, сколько им осталось лететь. Он слышит, как смех стихает, но не уверен. Это из-за него или же из-за того, что смеющиеся решили отойти. Ему не важно, пусть и проигрывать отцу не хочется. От проигрыша он почти ничего не потеряет, это просто… Дело принципа. Кто он, чтобы проигрывать в таком вопросе? Он помнит, как они пришли к этому спору изначально. И не хочет вновь возвращаться к данной теме. А значит… Ему нужно найти парня, чтобы от него отстал отец… И срочно. И если Сокджин занят, то… Точно! Он идет к кабине пилотов и почти врывается в нее, удивленно замирая на пороге. Он не видит второго пилота, но видит Чонхо, на коленях у которого сидит какой-то парень. И ладно бы просто сидит, но нет! Джисон неосознанно складывает руки на груди, пока Чонхо самозабвенно целуется с неизвестным парнем, сжимая руками чужие бедра. Злость вспыхивает одномоментно, что он тут же стучит костяшками пальцев по стенке, чтобы привлечь к себе внимание. Парень чуть не падает с коленей Чонхо на приборную панель, но пилот его удерживает. — Мистер Хан, рад вас видеть. У вас есть какой-то вопрос? — Да. Сколько нам еще осталось лететь? — Пара часов, мистер Хан. Еще что-то? — Как, говорите, зовут его? Никто из парней не успевает среагировать, как Джисон подходит и стягивает парня с чужих коленей. Чонхо вскакивает, пытаясь удержать парня, которого Хан тащит достаточно сильно. — Есан! — Благодарю. Думаю мы с Есаном, оставим вас, чтобы не мешать дальнейшему полету Хан улыбается, жестко и почти кровожадно, пока вытаскивает парня из кабины. — Отпусти меня! — Думаю, мешать пилоту во время полета не самая хорошая идея, не так ли, Есан? — Что ты вообще творишь?! И кто ты такой! — Джисон, приятно познакомиться, а теперь, Есан, до встречи. Джисон заталкивает парня в один из туалетов и подпирает его, чтобы парень не мог выбраться слишком быстро. Вся ситуация раздражает, если честно. Минхо должен был зарезервировать самолет только для него, а теперь, здесь еще какие-то другие люди. Он возвращается к Чонхо, внимательно смотря на него. — А теперь, я жду объяснений, Чонхо, потому что я думал предложить тебе кое-что, но теперь… — Это мой парень! Джисон, какого хрена?! Тебя нет несколько лет, а теперь, ты появляешься как черт из табакерки и непонятно куда…. — Мы же летим к моему отцу? — Да, но… — Хорошо. Хорошо, не волнуйся, с твоим парнем все будет в порядке. Летим к отцу Чонхо хмурится, провожая Хана взглядом. Ему не нравится это все, но, он не может с этим ничего сделать. Отношения в семье Хан… Странные. И эти несколько лет, пока отец с сыном не общались… Ощущались спокойствием для всех, кто работал в этом семействе. Кажется, пора спокойствия, прекратилась. Он будет по ней скучать Джисон возвращается в салон, думая, что необходимо познакомиться с остальными “соседями” по полету. Одним из них, судя по всему, был Есан. И, просто “поговорив”, он понимает, что это не он смеялся. И ему интересно кто. Он берет ножик с одного из столов и яблоко, спокойно садясь в одно из кресел, начиная чистить его. Он слышит, шум со стороны туалета, из которого пытается выбраться Есан, но куда важнее, шаги, которые приближаются с другого конца самолета. Джисон поднимает глаза, встречаясь с удивленным парнем. Милый, похожий на лиса и очень красивый, если говорить честно. Но, он не успевает ничего даже сказать, как слышится шум. Хан лишь чуть поворачивает голову, когда в салоне появляется Есан. Весь взъерошенный, раскрасневшийся и раздраженный. Следом за ним почти из ниоткуда появляется Сокджин, который лишь хмурится, больше всех понимая, что за херня здесь происходит. — Какого черта здесь вообще происходит?! И куда мы вообще летим?! Мы же должны…. — Мы летим, — Крайне спокойно говорит Джисон, сжимая очищенное яблоко в руке, чуть прокручивая ножик. — Туда, куда я скажу. Или же, — он отрезает кусок от яблока и съедает его прямо с ножа. — Эта птичка разучится летать. Вы же не хотите закончить эту поездку на небесах, господа? — Что?! — Есан, успокойся, пожалуйста… — Успокоиться?! Он запер меня в туалете! Если бы не стюард, то я бы так и сидел там! — Или же на коленях у пилота, мешая его непосредственной работе Джисон спокоен, возможно, даже слишком, продолжая есть яблоко. — Джисон! Я же просил! — Как вас зовут? — Обращается Хан к лису, игнорируя Сокджина, который, кажется, и освободил этого парня. — Чонин. Ян Чонин, я модельер… — Ты в своем уме?! Общаешься с непонятно кем, пробравшимся на частный самолет?! Он обещал нас убить! — Есан, успокойся, прошу тебя. — Успокоиться?! Чонин! — Джин, принеси господину что-нибудь выпить, будь добр. Кажется, ему необходимо успокоиться Джин лишь тяжело вздыхает, но кивает и удаляется, пока модельер лишь прикрывает глаза, явно пытаясь оставаться спокойным. И это будит в Джисоне интерес. Опасный, но очень интригующий. Кажется, этот модельер не так и прост. — Вы же нас не захватили, мистер Джисон? — Лучше просто Джисон. И… Кто знает. что у меня на уме, мистер Ян. Чонин щурится и кивает, пока Есан недовольно наблюдает за всем этим. Джин привозит тележку с алкоголем, чтобы снизить градус напряжения. Первым он наливает Есану, который все еще выглядит очень… Недовольным. Извиняться Джисон не особо и планирует, но возможно, потом он подарит ему и Чонхо что-нибудь. Чтобы чуть загладить свою вину. — Чего тебе налить? — Налей вина мистеру Яну, а мне… — Можно просто Чонин — Хорошо. Вина, мне и Чонину. Сокджин фыркает, кажется, подавляя желание вылить это самое вино за шиворот Джисону, но лишь наполняет бокалы, оставляя бутылку на столике. — Если что-то понадобится, ты знаешь где взять. И пожалуйста, веди себя прилично до конца полета. Пожалуйста. Джисон фыркает, пока Чонин прячет улыбку за бокалом. В голове Джисона рождается план, который он готов привести в действие тут же. — Так значит, вы модельер. — Да. Сотрудничаю с парой компаний, ничего особо серьезного. А ты? — Я… Я Хан Джисон, нас…. — Наследник группы корпораций Хан? Рад с тобой познакомиться. — Дай угадаю, а вы летите на мероприятие в честь моего возвращения? — Официально? Нет. По факту… Да. Есан одна из главных моделей бренда, который принадлежит компании твоего отца. Джисон кивает, внимательно смотря на Чонина, оценивающе. Парень явно умный и достаточно способный, если смог стать модельером в компании, что сотрудничает с отцом. Да и собой он достаточно хорош, что сердце невольно замирает, особенно когда он улыбается. — Чонин, ты кажешься мне очень сообразительным парнем, поэтому, у меня есть для тебя деловое предложение. — Прямо так уж и деловое? — Я представлю тебя как своего парня и мы должны будем какое-то время вести себя как влюбленная пара. — И в чем же подвох? — Никакого подвоха. Только если отец не решит нас женить. Чонин хмурится, явно обдумывая чужие слова, чуть склоняя голову в бок. Он внимательно осматривает Джисона, а после кивает, соглашаясь с чем-то. Чонин улыбается, по лисьи, поднимая бокал. — В таком случае, предлагаю скрепить наше соглашение, мистер Хан. Обсудим подробности нашей легенды и сделки, пока есть время? — Полностью согласен с вами, мистер Ян. Они чокаются, улыбаясь друг другу, а после делают по глотку вина. Хана, перспектива такого сотрудничества, устраивает полностью. Главное, чтобы отец поверил в их игру. Минхо хмурится и заходит в больницу, тут же направляясь к стойке регистрации. — Здравствуйте, я звонил недавно, вы говорили, что здесь лежит мой знакомый. — Вы по поводу мужчины из две тысячи третьей? Прошу за мной. Минхо кивает, думая, что Джисон, если честно, тот еще идиот. И он готов потом дать ему пизды за все, что произошло. Если бы не все, что он учудил, то сейчас все было бы куда проще. Он послушно идет за девушкой, не особо слушая ее, думая, что нужно сообщить родне Хенджина о том, что он жив. Подумать только, они поссорились из-за недопонимания, из-за упертости Хана его парень вышел из дома без телефона и несколько дней пролежал буквально в дыре около их чертового подъезда, с парой переломов. Счастье, что в эту ловушку не попал и сам же Хан… Но Хенджин сделал бы все, чтобы найти его. — Прошу. Он недавно пришел в себя, но не стоит волновать его слишком сильно. Минхо кивает, а после стучит костяшками о косяк двери и заходит в палату. Хенджин бледный, со спутанными волосами, но живой. И это главное. — Привет. Как ты себя чувствуешь? — Тебе честно? Или не очень? — Хенджин… — Тебя он прислал, да? У самого не хватило смелости появиться? — Хенджин… — Не хочу видеть ни тебя, ни его. Проваливай! — Хенджин, послушай,пожалуйста — Что? Что он бросает меня? И что я виноват в этом?! Да пошел он! — Хенджин, он не знает об этом. Он не знает, что я здесь. — Не удивлен. Хенджин недовольно фыркает, смотря на Минхо, от чего тот ежится. Хенджин должен знать правду. Всю правду. — Хенджин. Давай поговорим. Пожалуйста. — О чем, Минхо? О том, что мой парень повел себя как мудак? О том что он меня кинул? О том, что вместо него, ко мне в больницу, пришел его друг?! О чем именно Минхо?! Ли открывает глаза, внимательно смотря на Хенджина. Он видит в нем силу, видит в нем злость и видит что-то еще. — Мне жаль, что так получилось, Хенджин. Мне жаль, что все получилось именно так. Я могу сообщить твоим родным, что ты здесь. Хенджин, явно ожидавший не этого… Смягчается. Он выдыхает, расслабляясь на кровати и прикрывает глаза. — Брат. Позвони моему брату, пожалуйста. — У тебя есть брат? — Да. Близнец. Он недавно вернулся. Ненадолго. Хотел познакомить семью со своим парнем. Минхо замирает, внимательно смотря на Хенджина. Картина складывается окончательно. И от понимания, что же именно произошло, становится… Проще. — Кажется… Произошло действительно огромное недоразумение… Я обязательно позвоню твоему брат, но… Сначала я должен тебе кое-что рассказать. — Что? — Правду. Правду, которую Джисон хотел тебе рассказать примерно… Сейчас. Хенджин хмурится, не до конца веря Минхо, но…. Он соглашается. Кивает и позволяет рассказать. И после… Нужно чтобы Джисон тоже узнал правду. — Привет, Джисон. — Привет… Хенджин. Как ты? — Было бы лучше, если бы ты больше смотрел по сторонам — Я… Прости. Я не думал, что… — Я знаю. Минхо мне все рассказал, мистер Хан. — Он… — Знаешь, пусть даже ты и вел себя как идиот, но ты правда мне дорог. Не важно, наследник ли ты группы корпораций Хан или же, просто Хан Джисон, который умеет рассмешить и разрядить обстановку. — Я виноват перед тобой. Я должен был больше верить тебе. Я был не прав, когда … — В то утро, я хотел предложить нам расстаться. — Что? — Я хотел предложить, чтобы мы расстались. Потому что я устал, а ты меня не хотел слышать, уверенный в какой-то своей идее. — Хенджин… Мне жаль, Мне правда жаль, я так виноват перед тобой, Хенджин. — Да, Джи. Даже очень…. — Я.. .Хенджин. — Я прощаю тебя. Пусть это и… Не просто. Но, можно понять, если учесть все, что мне рассказал Минхо. — Ты… Что? — Я прощаю тебя, Джисон. И прошу простить меня, за… — Тебе не за что извиняться, Джинни. Ты был замечательным парнем и… — И тебе не отделаться от меня как от друга, Хан Джисон. Ты все еще очень нравишься моим родителям. Как минимум. Хан невольно смеется, только сейчас понимая, что все это время был в напряжении. Он выдыхает, прикрывая глаза, думая, что… Хван Хенджин замечательный. И он был готов потерять его, даже как друга, учитывая все, что Джисон успел натворить. И, даже если так, то потерять Хенджина как парня это одно… Потерять его как друга, с которым он действительно успел сблизиться… Это абсолютно другое. — Спасибо. Спасибо тебе, Хенджин. Не знаю, чтобы я делал, если… — Разгромил бы пару комнат и страдал следующую вечность. Поэтому, я только что сэкономил тебе деньги на ремонте. Джисон невольно улыбается, слыша, как Хенджин смеется. Он поднимает голову, встречаясь взглядом с зашедшим в комнату Чонином. Тот чуть изгибает бровь, рассматривая парня и подходит ближе. — Спасибо, Джинни. — Не за что. Надеюсь, что как друг ты будешь лучше, нежели парень. Он слышит, как Хенджин смеется, что значит, что тот действительно отпустил большую часть данной ситуации и, коротко попрощавшись, заканчивает разговор. — Поговорил с бывшим? — С бывшим парнем, но все еще другом. — Все еще бывшим. Джисон смеется, откидываясь в кресле, думая, что он хорошо предложил это все именно Чонину. Он рассудительный и серьезный и… Джисон не хочет думать о том, что… — И раз, у тебя больше нет парня, то, думаю, это можно отметить. Чонин наклоняется, сжимая своими длинными пальцами ворот чужой кофты и тянет к себе, целуя не ожидавшего этого Джисона. И тот не сопротивляется. Потому что Чонин… Очаровательный. И сердце предательски замирает из-за него. Что возможно сотрудничество будет менее деловым, нежели планировалось изначально.