my future husband ; a sketch

До церемонии оставалось всего два часа. Джункю смотрел в зеркало, поправляя белый костюм и бутоньерку с розой такого же цвета. Сегодня он чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Джункю и Джихун планировали это уже давно, и наконец-то наступил он — день их свадьбы. Конечно, было и волнение, но оно отодвинулось на второй план, ведь сегодня он принимал решение, в котором был уверен больше всего на свете. Его любимый готовился в соседнем номере отеля, и Джункю так заскучал по нему, что решился зайти. Родители обоих парней ушли в ресторан, и вряд ли смогли бы теперь помешать им встретиться. А всё эта дурацкая примета, из-за которой нельзя видеться перед свадьбой. Какой в этом был смысл? Джункю постучал и, услышав: «входите», тут же вошёл в номер Джихуна. Перед ним предстала прекрасная картина — Пак стоял возле зеркала в одних штанах, рядом, на столике, лежала верхняя часть кружевного белья и его белоснежная рубашка, на стуле аккуратно висел пиджак с бутоньеркой, а рядом лежал свадебный букет из свежих лилий. Джихун надевал новые серьги и даже не обернулся. Джункю прикрыл дверь, и, оперевшись на косяк, тихо продолжал любоваться. Всё же ему очень повезло — не всякий парень с миловидным лицом имел такую мускулатуру. Сильная спина, накачанные руки, рельефный пресс, да и в принципе настолько прекрасное тело, что иногда Джункю хотелось просто съесть своего жениха. Он понимал тех, кто пытался когда-то отбить Джихуна, но был рад, что этого не произошло. «Теперь он только мой». — Мам, скажи, у меня точно нормально глаза накрашены? — Пак продолжал смотреться в зеркало, совершенно не угадав того, кто к нему зашёл. — Мне кажется, что слишком бледно. — Ты выглядишь просто замечательно, — тут Джихун вздрогнул и обернулся. Увидев перед собой Джункю, он надулся и скрестил руки на груди. И будь проклят Джункю, если он когда-нибудь разлюбит это чудесное личико. Большие глаза смотрели на него с укоризной, но нежность в них всё равно была. Он мог поклясться, что ради Джихуна он перевернул бы землю, ведь их любовь толкала на безумства, заставляла верить, что всё возможно, а счастье будет с ними вечно. — Мог бы ради приличия сказать, что это ты. — Джихун схватил лифчик и надел его на себя, только с застёгиванием вышли проблемы. — Помоги, не стой столбом! — Эй, разве так встречают своего жениха, которого ты не видел два дня? — Младший подошёл и помог застегнуть крючки. — Как же тебе идёт… — Они стояли перед зеркалом, и Джункю смотрел в него, любуясь возлюбленным. — Совсем по мне не скучал? — Он крепко обнял Джихуна за талию, прижимаясь к загорелой спине, и положил голову на его плечо. — Ох… — Старший положил ладони на руки Джункю и довольно улыбнулся. — Скучал. Я не знаю, откуда взялась эта чушь, и почему наши мамы поверили в это, — Джихун развернулся и чмокнул своего жениха в нос. — Мы, конечно, захотели свадьбу в западном стиле, но не до такой же степени. — Ну, против воли наших матушек вряд ли что-то сделаешь, — они оба рассмеялись, всё ещё обнимаясь. Джункю мог бы вечно стоять так, держа в руках любовь всей своей жизни. Он не хотел отпускать, не хотел разлучаться, теперь они будут вместе, как мужья, и это волновало и радовало одновременно. Впереди у них семейная жизнь, которую Джункю должен теперь совмещать с работой айдолом. Выйти замуж — большая ответственность, но он готов был взять её на себя, разделить горе и радости с Джихуном, быть рядом в болезни и здравии. Конечно, фанаты были шокированы новостями о свадьбе с мужчиной незнаменитостью, некоторые сердца были разбиты, но большинство желали ему счастья, участники группы были искренне рады за него, Ноа согласился быть шафером, родители поддержали выбор. Что ещё нужно для счастья? Разве что… Он погладил Джихуна по голове, нежно и мягко, взглянул в большие, красивые карие глаза и поцеловал его в сладкие, розовые губы. — М-м-х, — язык Джихуна ловко скользнул в рот Джункю, играя с его языком. Их руки сжались в объятьях, они были так близко друг другу, что было понятно, как сильно они соскучились за эти дни. Чувства переполняли обоих, они словно тонули в них и застыли во времени. Хотелось только ощущать вкус чужих губ и не отрываться от них. Джихун так хорошо целовался, что Джункю не мог не застонать, ладони блуждали по спине старшего, пока тот держался за его плечи. Влажный, горячий поцелуй пробуждал такое сильное желание слиться воедино, что руки Джункю как-то машинально скользнули к заднице Хуна. Он сжал ягодицы и чуть подался вперёд бёдрами. Джихун начал таять в объятьях Джункю и игриво прикусил его нижнюю губу. Тот осмелел и попытался засунуть ладони под штаны, но Пак тут же отпрянул и разорвал поцелуй. На губах чувствовалось мягкое покалывание и ягодная сладость от блеска Хуна. — Нет-нет, всё только после свадьбы, — Джихун игриво подмигнул распустившему руки Джункю и убрал их с себя. Он поправил штаны и чуть сползнувший лифчик. — Айш, ты только на публику такой милый скромняшка, а со мной… Просто сумасшедший. — Может, мне просто тяжело видеть тебя таким красивым? — Джункю улыбнулся. — Особенно, когда ты без рубашки… А ты надел подвязку? — Вот потом и узнаешь, — взяв со столика рубашку, Джихун надел её и принялся застёгивать. — Кю-липучка. Я теперь понимаю, почему фанатки так зовут тебя. Свадьбу решили организовать в Пусане. Джункю не поскупился на лучший отель, Гранд Чжосон, чтобы провести церемонию на берегу Восточного моря. Он решил устроить свадьбу мечты для любимого, такую, которой у него не было в прошлый раз. Тогда, когда Джихун женился на Ханако, у них не было достаточно денег. Но теперь Джункю нашёл своего соулмейта, он подарит ему то, чего у него ещё не было. Конечно, он никогда не заменит бедную Ханако, но ради её памяти и собственного достоинства не будет пытаться этого сделать. Он не замена кому-то, он новая, такая же сильная любовь для Джихуна, и Джункю будет оберегать его, а также их маленькое сокровище. А оно как раз объявилось, стоило Паку полностью одеться. Они услышали слабый стук в дверь и звонкий голос, зовущий: «Папа, папа!» Джихун и Джункю немедленно подошли к двери и открыли её. Перед их носами прошмыгнула маленькая девочка, одетая, как и они, во всё белое. Она была похожа на ангелочка, только на самом деле была тем ещё демонёнком. Она с разбегу запрыгнула на кровать и стала скакать по ней. — Роми! Ты же всё платье растреплешь! — Джихун так же быстро, как и она, подскочил к кровати, пытаясь поймать дочку. Она без остановки прыгала, и её причёска немного испортилась, а несколько заколочек выпали из волос. Джункю счастливо заулыбался, глядя на эту картину. Его семья рядом с ним. Его счастье рядом с ним. — Роми, малышка, разве ты не играла с кузинами? — Джункю ловко подхватил девочку, которую теперь считал собственной дочерью, и нежно обнял. Малютка с тёмными волосами и большими глазами, как у Джихуна, посмотрела таким невинным взглядом, словно не она здесь устроила целый балаган. — Да, папа, но… Пришли тётушки, и спрашивали меня обо всём. Такие шумные, я от них сбежала! — Губы Роми хитро растянулись в улыбке, и она просто наблюдала, как Джихун недовольно собирал с кровати украшения. — Ты ж моя хорошенькая, — Джункю чмокнул в лоб дочку и поставил её, поправляя платье. — Посмотри на неё, Хуни, она настоящий ангел. Джихун взглянул на родную дочь, которая вновь сделала невинное лицо. Он знал, что на самом деле она та ещё головная боль, потому что характером была в него. Но Хун любил Роми всем сердцем, поэтому кивнул и подошёл к ней, целуя в щёчку. — Не забыла, ккома, что у тебя сегодня очень важная роль? — Он погладил её по голове. — Да! — Роми взялась за край платьишка и покрутилась. — Папа и папа женятся, а я бросаю цветочки! — Молодец, — Джункю взял Джихуна и Роми за руки, и они вместе пошли к выходу из комнаты. — Сегодня будет лучший день. Они все верили, что их жизнь будет самой счастливой, и они не ошибались.