Закрытая дверь

Она никогда не имела на это права. Сколько Джинни Уизли себя помнила, она всегда была должна. Была должна вести себя «не как мальчик». Была должна мечтать о прекрасном принце со шрамом на лбу. Была должна интересоваться вышиванием, готовкой и прочими вещами, «полагающимися девочке». Она никогда не имела права заниматься тем, чем она хотела — а она хотела летать. Хотела играть с братьями. Хотела дружить со странной, но пугающе умной девочкой Лавгудов. Но она была дочерью Молли Уизли — и не имела права даже повесить на стену плакат с квиддичистами, ведь это так неприлично для девочки! И, конечно, она не имела права закрывать на засов дверь своей комнаты. Мама всегда хотела знать, чем Джинни занимается. В школе она, казалось, обрела друга, пусть и странного. Том жил в чёрной тетради... Но казалось, что он понимал её. Что поддерживал её. Что видел не «девочку, дочь Молли Уизли», а Джиневру. Всё это было враньём. Всё это было лишь прикрытием для магического паразита, желающего обрести человеческое тело. Джинни лежит на холодных камнях Тайной Комнаты. Чудовище, которое выпустил почти обретший материальность Том, нападает на Гарри — а Гарри хоть и не прекрасный принц и почти не обращает на саму Джинни внимания, всё же пришёл сюда. Пришёл за ней. Пришёл, когда никто из братьев — и даже никто из родителей — за весь год ни разу не подумал, что с ней творится что-то неладное. Она может и дальше лежать, ожидая спасения, как хорошая девочка в беде... Или она может сделать хоть что-то. Она выбирает. Джинни чувствует, как обретающий всё большую материальность Том тянет из неё силы. И Джинни закрывает глаза — но не для того, чтобы рухнуть в беспамятство, как хорошая девочка. Просто с закрытыми глазами ей проще найти в себе то, что нужно изменить. Найти ту дверь, которую Том заставлял держать открытой — как люк в борту корабля, теряющего воздух. Джинни читала о таком в книге, которую её отец когда-то принёс домой. Она многого не поняла... Но теперь понимает. И за закрытыми веками металлический диск опускается, закрывая рану в борту её личности — уж какой ни есть. Ядовитое шипение Тома сменяется воплем боли и страха, когда сила, душа — всё, что он тянул из Джинни — внезапно оказывается ему недоступно.Когда Гарри, воспользовавшись слабостью Тома, отбирает у того волшебную палочку. Когда вспыхивает ярким пламенем проклятый Дневник, внезапно — слишком внезапно, чтобы выжить — лишённый подпитки жизнью и душой Джиневры Уизли, которая больше не будет нежной и слабой девочкой. Когда чудовище, поражённое мечом Гриффиндора, корчится в смертных судорогах и утыкается мордой в то место, где лежал Дневник, клыки находят лишь опалённые камни.