The White Crow at Evermore

Холодный ветер поднимал давно высохшие жёлтые листья. Небо закрывали тёмные тучи, предвещающие надвигающийся дождь. Девушка, чьи белоснежные волосы развивал ветер, как будто играя ими, стояла у небольшого, но величественного надгробия, выполненного из чёрного мрамора и украшенного серебряными инициалами: "Каори Мориама 1987-1999 гг." Незнакомка смотрела на этот текст, но не читала — она знала его наизусть. На её лице не было печали, скорее пустота. Она выглядела спокойно, не так, как тот, кто оплакивает погибших. Рядом с надгробием были букеты красных и белых роз, плюшевые игрушки: кошечки, собачки, утята и другие животные. Девушка пришла не с пустыми руками, она привезла с собой маленькую потрёпанную куклу. Если бы кто-то увидел это, он бы сразу скривил лицо от отвращения к старой игрушке и уж точно бы подумал, что девушка просто издевается над погибшей душой. Но если бы он узнал её историю, то сразу же поменял бы своё мнение и взглянул бы на неё по-другому. Незнакомка опустилась на колени и, расчищая место, отодвинула другие игрушки на второй план, поставив старую куклу на своё законное место, бережно поправляя испачканное платье. Встав, незнакомка уже хотела уйти, как услышала детский мальчишечий голос. — Кто ты такая!? Тебе не говорили, что нельзя появляться в белом на похоронах!? Девушка обернулась, увидев перед собой маленького мальчика. И правда, девушка была одета в костюм свободного кроя: белая блузка и белый пиджак, золотая брошь с инициалом "А". Брюки были свободные, доходили до щиколоток. На поясе был золотой ремешок, а на ногах — белые туфли с острым носом и высокими каблуками. Незнакомка сама была высокого роста, но из-за туфель выглядела просто гигантской. По крайней мере, в глазах 13-летнего мальчика. Вместо того, чтобы упрекнуть мальчишку в неуважении к старшим, девушка лишь мягко улыбнулась, заводя руки за спину. — Здравствуй, юный Мариама. Да, ты прав, – нежно, почти ласково произнесла девушка. – Твой дядя выгнал бы меня с кладбища за такой вид, но, в свое оправдание, я лишь скажу, что хотела привязать к себе душу твоей сестрички. — Т..Ты колдунья? — голос мальчика невольно дрогнул, и он с недоверием посмотрел на девушку. Девушка, все с той же улыбкой, подошла ближе и мягко сказала: — Ох, прошу прощения, я, кажется, напугала тебя. Я лишь верю в жизнь после смерти. После небольшой паузы она добавила: — Судя по твоей логике, ты, я так полагаю, беглец? Долго ты добирался сюда ножками? – Со смешком спросила незнакомка, показывая пальцами на его ноги. Мальчик сначала замялся и отвел взгляд. То, как она быстро догадалась о его небольшом побеге, немного ошеломило его. Но мальчик снова посмотрел на нее со злостью и высокомерием. – Не смог приехать на похороны своей кузины? И поэтому подослал вместо себя няньку? – Спросил саркастично мальчик, скрестив руки на груди. — Нет, — соврал мальчик. — Просто он мог хотя бы не платить тебе за такую никчемную сценку. — Врешь! — Не вру. Голос Аски был уверенным, поэтому Рико невольно поверил ей. Послышались раскаты грома. Аска посмотрела в небо и слегка улыбнулась. — Твой дядя, наверное, волнуется за тебя. Идем, я подвезу тебя. Аска ушла, не дожидаясь ответа. И мальчик, сам не зная почему, послушал её. Они сели в белую дорогую машину. Мальчик сел спереди, застегнув ремень безопасности. Аска села за руль, сделав то же самое. Аска заметила его немного грустное и подавленное лицо. Поэтому, немного подумав, она с улыбкой посмотрела на него. – Юный Мариама, ты не против, если мы зайдем за вафлями перед тем, как я отвезу тебя домой? – Спортсменам нельзя сладкое! – воскликнул Рико. – Если я съем сладкое, то плохо буду играть на поле. – «И это говорит тринадцатилетний ребенок,» – подумала про себя девушка и ответила: – Хорошо, тогда я хочу купить только себе. Ты не против? В ответ Рико лишь легонько кивнул. Машина медленно отъезжала от кладбища, оставляя за собой шлейф пыли и тишины. Радио бубнило что-то бодрое, но Аска заглушила его. Рико, уткнувшись лбом в стекло, наблюдал за дорогой. Его дыхание оставляло мутные следы на холодном окне. Аска припарковала машину у небольшого уютного кафе с вывеской «Моника и вафельки». Окна были запотевшими от тепла внутри, а сквозь стекло виднелись гирлянды и деревянные столы, покрытые клетчатыми скатертями. Аска снова посмотрела на мальчика и мягко спросила: — Давай зайдём внутрь? — Почему я не могу остаться тут? — спросил Рико. — Я буду переживать, — объяснила Аска. — За машину? — За маленькую звёздочку. Вдруг украдут? Мальчик упрямо нахмурился, но его взгляд невольно скользнул к витрине, где пышные вафли поливались шоколадом и посыпались сахарной пудрой. — Ладно... — сказал Рико, вылезая из машины. Аска с улыбкой тоже вышла из машины, закрывая её на ключ. Они вошли внутрь. Запах свежей выпечки, ванили и корицы окутал их, словно мягкое одеяло. В кафе было почти пусто — только пара пожилых женщин в углу и бармен, лениво протиравший кружку. Аска заказала одну порцию вафель с клубникой и взбитыми сливками, а также горячий шоколад для Рико и карамельный капучино для себя. — Зачем мне это? — с недоумением спросил Рико. — Осень в этом году холодная. Не хочу, чтобы ты мёрз. Рико нахмурился, но спорить не стал. Он положил руку на стол и подпёр подбородок, смотря в окно. Дождь стучал по окнам и навесу; хорошо, что машина довольно близко припаркована к кафе. Рико не хотел общаться или слушать тупые вопросы по типу "чем занимаешься?" и т.д. Аска сама не настаивала, лишь листая меню. Официантка подошла с подносом, но, почувствовав напряжение, замедлила шаг. Аска вежливо кивнула, и та поставила вафли перед ней, быстро удалившись. Рико сжал кулаки, но его взгляд упал на тарелку. Вафли выглядели идеально — золотистые, хрустящие, с румяной корочкой. Аска заметила его взгляд и с улыбкой аккуратно протянула ему тарелку. Рико с недоумением поднял на неё взгляд, но, отвернувшись, лишь улыбалась. Рико сначала аккуратно взял вилку, отломив кусочек и осторожно поднося ко рту. Первый кусочек был нежным и сладким. Потом ещё один и ещё... — Это... неплохо, — тихо сказал Рико, смотря в тарелку. — Рад, что тебе нравится, — ответила Аска с улыбкой. — А... ты? Аска приподняла свою кружку с кофе, намекая, что этого ей достаточно. — Чтобы твой дядя не спалил нас, — с улыбкой сказала она. Машина тронулась, оставляя позади кафе "Моника и вафельки". Дорога в Эвермор была недолгой. Спустя 20 минут машина припарковалась у стадиона, окрашенного в чёрные и тёмно-красные цвета. Рико пока не спешил выходить из машины; он смотрел в одну точку, сжимая свои руки в кулачки. Аска заметила его напряжение и, чтобы успокоить его, протянула ему кулёчек с шоколадными конфетами. Рико с недоумением посмотрел то на кулёк, то на Аску. — Небольшой подарок от меня, — с улыбкой сказала Аска, — если не понравится, просто выкинешь. Взглянув вперёд, девушка заметила чёрную фигуру с тростью, которая прожигала её машину взглядом. Когда их глаза встретились, Аска лишь мило улыбнулась, на что силуэт не обратил внимания. — Тебе пора, юный Мориама. — Ты... — мальчишка на секунду задумался, подбирая слова. Конфеты он уже спрятал в кармане и, стукнув кулаком по своей руке, сказал: — Я приглашаю тебя на тренировку! Аска лишь с улыбкой кивнула. Рико вышел из машины, и девушка провела его взглядом. Мальчик подошёл к силуэту, что-то ему рассказывая, но тот лишь молча пошёл вглубь корта. Когда чёрные силуэты скрылись, девушка завела мотор и уехала из Эвермора, параллельно печатая сообщение для Ичиро. — «Я задержусь в западной Вирджинии ещё на несколько дней.» .... Утро обещало быть пасмурным и холодным, но это не остановило Аску от сегодняшних планов. Аска была одета довольно тепло. Белое пальто на пуговицах гарантировало тепло и комфорт, сапожки нежно-коричневого оттенка, легкие и очень удобные, и перчатки черного цвета заботились о комфорте рук. У ворот корта её встретил мужчина пожилых лет. Мужчина был чуть выше её ростом, на нём был темный классический костюм с красным галстуком. В левой руке он держал свою трость. Трость была воплощением сдержанной элегантности. Темное дерево, почти черное, строгим прямым штамбом упиралось в пол, завершаясь плавным, словно отлитым из единого куска, крюком рукояти. Рукоять трости являла собой шедевр литейного искусства, изображающий ворона в позе глубокой, почти скорбной сгорбленности. Холодный металл – возможно, черненое серебро или потемневшая бронза – передавал каждый изгиб напряженной шеи, каждый острый угол согнутого крыла, прижатого к телу. Птица сидела не восседая, а съежившись, её мощный клюв был опущен к груди, словно она клюет собственное отражение или невидимые цепи. Тщательно проработанное оперение, местами гладкое, местами фактурное, создавало ощущение не просто скульптуры, а замершего в мгновении величайшей усталости существа. Прикосновение к нему было двойственным: гладкость металла и шероховатость "перьев" под пальцами, холод вещества и жар воображаемой жизни внутри. Он опирался на неё с непринужденной уверенностью. Трость – не просто палка, а продолжение его стати. Сорокалетний взгляд, отточенный годами и опытом, упал на цветущую двадцатилетнюю блондинку. Это был не взгляд восхищения, а взгляд холодного анализа. В его проницательных, чуть усталых глазах на миг отразилось нечто похожее на утомленное раздражение и четкую, как выгравированная надпись, мысль: "Ну и дура", но опыт социальных игр был сильнее. Всего за долю секунды лицо мужчины преобразилось. На нём расцвела улыбка – корректная, светская, но такая же холодная, как металл. — Добрый день, мисс Голдон, – прозвучало его приветствие, звучащее безупречно вежливо, но несущее в себе лишь пустоту формальности. Он уже всё о ней понял, и его вежливость была лишь ширмой, за которой скрывалась снисходительность прожитых лет к наивности юности. – Надеюсь, мой племянник не отвлёк вас от важных дел. Все же основной клан просто так сюда не сунется. — Что вы, – с лёгкой, как мужчина полагал, наивной улыбкой сказала девушка, положив одну руку поверх другой у линии живота. – Ваш племянник совсем меня не потревожил. Да и к основному клану меня трудно отнести, скорее я... – с задумчивым видом девушка выдержала лёгкую паузу и продолжила: – Хороший друг клана. Очень хороший и преданный. Девушка аккуратно взяла руку мужчины, позволив тому поддержать её, когда та спускалась на корт. Звук детских голосов раздался эхом по пустому коридору, пока Аска не заметила самих детей на корте. Все они как в ряд были в черно-красных формах, экипировке и с клюшками. На секунду Аске даже показалось, что и лица у них всех одинаковые, пока она не стала видеть мелкие различия. — Ты пришла, – сказал Рико немного высокомерным, но скорее восторженным голосом. — Ты же позвал, – с улыбкой ответила Аска, поправив его вспотевшие волосы, что прилипли ко лбу. Рико фыркнул, но в его глазах мелькнула радость. Радость, что к нему пришли. — Ну что, покажешь, почему ты – будущий король Воронов? – спросила Аска с лукавой улыбкой, сбрасывая куртку и взяв её в левую руку. — Ты хоть правила знаешь? – высокомерно спросил Рико, скрестив руки у груди, но, увидев холодный взгляд своего дяди, завёл руки за спину, смотря в пол. Игра началась. Аска наблюдала за тем, как Рико двигался по полю. Яростно, жестоко, беспощадно. Она смотрела, как он отталкивает игроков другой команды, перехватывая мяч, жестоко. Рядом с Рико был и другой игрок, его движения были совсем другими, плавными, но четкими, он легко забирал мячи, пасуя их Рико. Они не смотрели друг на друга, но каждое их действие было спланировано. Игра закончилась, и вороны собрались в круг рядом с тренером. Аска решила подойти поближе. Она услышала отдалённое невнятное бурчание, но, подойдя ближе, услышала, что Тэцудзи чем-то или кем-то недоволен. Под его словесный удар попал его племянник, который, сжимая руки в кулаки, не смел смотреть дяде в глаза. — Ты что, в первый раз клюшку держишь? И что это был за удар? Разве этому я учил тебя? – кричал Тэцудзи, стуча тростью по траве. – Ты не смог сыграть перед одним зрителем. Как ты собираешься играть, когда трибуны будут полны толпами зрителей?! — Мне кажется, что он совсем недурно сыграл, – внезапно вмешалась Аска, все вороны посмотрели на неё. – Его блок противника был просто превосходен, а рикошет был нечто! – положив ладони вместе, воскликнула девушка. Вороны озадаченно смотрели на неё, даже тот зеленоглазый мальчик, друг Рико, был в удивлении. Тэцудзи лишь холодно окинул её взглядом, но потом тяжело вздохнул. — Благодарю и вас, мисс Голдон, что потратили время на, – Тэцудзи посмотрел на Рико, а потом вернул свой взгляд на девушку, – моего племянника. Передавайте привет Ичиро. — Ты проведёшь меня, маленький ворон? Голос Аски вернул Рико на землю, и тот лишь украдкой кивнул, посмотрев краем глаза на дядю. Увидев лёгкий кивок в знак согласия, Рико поспешил с девушкой. По тёмному и длинному коридору они шли молча, пока Аска не нарушила тишину. — Тот мальчик с зелёными глазами тоже был неплох. Это твой друг? — Нет, — тихо ответил Рико, — мой сводный брат. — Я думала, братья дружат между собой, — сказала Аска, рассматривая стены, будто в них искала ответ. — Мы... — Рико на секунду запнулся. Кто это "мы"? — это сложно. — Ясно, — протянула Аска, взглянув на него, — А ты бы хотел? — Что? — вопрос Аски застал Рико врасплох. Аска молчала пару секунд, внимательно всматриваясь в его глаза, а после, отведя взгляд, спросила: — Ты бы хотел называть его и себя "мы"? Рико задумался и отвёл взгляд. Этот вопрос его выбесил, но и... расстроил? Конечно, ему хотелось этого, но на корте они соперники. — Мы соперники, — наконец ответил Рико. — Сам придумал или Тэцудзи подсказал? — Ты что, не видела нашу игру? Мы разные, мы не можем играть вместе! — уже кричал Рико. — В том-то и дело, я видела игру, — сказала Аска, снова взглянув ему в глаза. — Я видела, как вы вместе играли. Как вы слились в единое целое. Для вас экси — не просто игра, и вы это сами понимаете. Рико оторопел и на секунду задумался, а Аска продолжила, уже доходя до двери. — В будущем вы либо союзники, либо враги. Впрочем, не мне решать. — Он ненавидит меня, — наконец тихо сказал Рико. Аска усмехнулась и погладила его по голове, будто он сделал какую-то шалость, но рассказал ей правду. — Может, спросишь у него самого? — Аска улыбнулась ему, открыв дверь, и едва ли не вышла за порог, как Рико спросил. — Ты... — он запнулся, глядя на Аску. — Ты хорошо знаешь Ичиро? Рико спросил это серьёзным тоном, но Аска лишь легко усмехнулась. — А ты спрашиваешь из любопытства или потому что тебе велели? — После этих слов Аска помахала ему и закрыла за собой дверь, так и оставив его с этим вопросом наедине.