Шахматная любовь

      За тяжёлыми, окованными железом дверями библиотеки Фортуны царил полумрак. Единственными источниками света служили высокие арочные окна, сквозь которые проникали бледные лучи луны, да редкие мерцающие огоньки свечей, расставленных на пыльных полках. Атмосфера здесь всегда была пропитана запахом старых книг и тишиной, нарушаемой лишь случайным шуршанием перелистываемых страниц.       В самом сердце этого книжного лабиринта, за массивным дубовым столом, сидела она — та, кого в иных мирах шепотом называли Чёрной королевой. Её длинные, чёрные волосы, местами отливающие глубоким фиолетовым, волнами спадали на плечи, контрастируя с бледной кожей. Тонкие черты её лица, заострённый подбородок и прямой, тонкий нос говорили о сильном и волевом характере. Её жёлтые глаза, сейчас полуприкрытые от скуки, могли вмиг вспыхнуть огнём, пронзая собеседника насквозь.       На голове два изящно изогнутых, тёмных рога, которые, казалось, поглощали и без того скудный свет. На плечах покоились детали тёмных доспехов, словно сотканных из ночи и украшенных мерцающими фиолетовыми прожилками, напоминающими застывшую магию.       Скука грызла её изнутри подобно неумолимому червю. Века, проведённые в ожидании чего-то… достойного, казались бесконечными. Все эти души, заблудшие и потерянные, с которыми она играла в её излюбленную игру — шахматы, — были предсказуемы и слабы. Их страхи и желания были как открытая книга, и победа над ними не приносила никакого удовлетворения.       Она рассеянно переставляла резные шахматные фигуры на чёрно-белой доске, выложенной из оникса и мрамора. Белые пешки застыли в начальной позиции, словно безмолвные солдаты, ожидающие приказа. Чёрные фигуры отражали тусклый свет, казались тенями, готовыми поглотить всё на своём пути.       Внезапно её взгляд зацепился за фигуру, появившуюся в одном из дальних проёмов между стеллажами. Парень. Высокий, облачённый в синий плащ, он неторопливо скользил взглядом по корешкам древних томов. Что-то в его осанке, в том, как он держался, привлекло её внимание. В нём не было той суетливости и страха, которые она привыкла видеть в смертных.       «Интересно», — промелькнуло у неё в голове. Следуя своему давнему и неизменному правилу, она решила предложить ему партию. Возможно, в этот раз ей наконец-то встретится достойный противник.       — Молодой человек. — Её голос, обычно властный и повелительный, сейчас звучал почти лениво, но в нём всё равно чувствовалась стальная нотка. — Не желаете сыграть партию?       Он медленно повернулся. В полумраке трудно было рассмотреть его лицо, но девушка почувствовала на себе его взгляд — спокойный, холодный и изучающий. Когда он сделал шаг вперёд, лунный свет скользнул по его лицу, открывая чёткие линии скул и прямой нос. Его волосы, белые как снег, обрамляли лицо, а глаза… глаза его были необычайно светлыми, казалось, они отражали лунный свет, словно два мерцающих осколка льда. Он долго рассматривал её.       — Играю только с достойными противниками, — ответил он.       — О, неужели, ты считаешь себя достойным? — засмеялась она. — Я видела много таких, как ты. Все они в итоге преклоняли передо мной колени. — Она улыбнулась, обнажая острые клыки.       — И ты съедала их души. — Проговорил он. — Я наслышан о тебе, Чёрная королева.       — Ты не похож на остальных, — сказала она, указывая на шахматную доску. — Так что? Сыграем?       Вергилий вздохнул и сел напротив.       — Но при одном условии. Мне не нужна твоя душа, в ней нет смысла. Мне нужна книга о Тёмном рыцаре Спарде, которую ты используешь как подставку для доски. — Он указал на вещь взглядом.       — Договорились, — она облизнула губы. — Тогда начнём, твой ход.

***

      Её пальцы скользнули по гладкой поверхности чёрного ферзя, а губы скривились в предвкушающей улыбке. Она была уверена в своей победе, как в наступлении рассвета. Никто и никогда не выигрывал у неё. Все те, кто осмеливался бросить ей вызов, в итоге становились лишь пешками в её безжалостной игре, а их души — её трофеями. Но этот, Вергилий, был другим. Он играл не просто хорошо — он играл идеально, видя её замыслы на несколько ходов наперёд и предугадывая её мысли.       Партия длилась уже несколько часов. Она чувствовала, как азарт пробуждается в её жилах, заставляя кровь быстрее бежать по венам. Это было нечто большее, чем просто игра. Это был танец умов, схватка двух титанов, каждый из которых стремился доказать своё превосходство. На доске осталось всего несколько фигур. Её чёрная королева, её верная спутница в сотнях партий, казалось, была на грани победы. Но Вергилий, без единого слова, сделал ход своим белым слоном, и в её глазах мелькнула искра понимания. Она увидела, что её королева попала в ловушку. Слон не просто угрожал ей, он перекрывал все пути к спасению.       — Шах… — тихо произнёс он.       Она замерла, её сознание отказывалось верить в происходящее. Она проиграла. И не кому-нибудь, а полукровке.       — И мат, — добавил он, и в его голосе не было ни торжества, ни жалости.       Вергилий спокойно встал. Его лицо было всё таким же невозмутимым, а взгляд — таким же холодным. Он не сказал ни слова, забрал книгу и пошёл к выходу, оставляя её одну.       Тишина, нарушаемая лишь потрескиванием свечей, стала ещё гуще. Её спутник, чувствуя её отчуждение и внутренний раскол, не мог больше стоять в стороне. Он раскинул свои огромные крылья, переливающиеся в свете огней синими и чёрными оттенками, и с мощным взмахом поднялся в воздух.       Его полёт был бесшумным, словно тень. Он кружил над её головой, а затем, сложив крылья, плавно опустился на её протянутую руку, словно прирученный хищник. Его мощные лапы, с фиолетовыми когтями, аккуратно обхватили её предплечье, не причиняя боли.       Жёлтые глаза, казалось, прожигали её насквозь. По всему его телу, словно тонкие вены, бежали светящиеся синие прожилки, которые вспыхивали в такт его дыханию.       — Ты видел это, Грифон? — Проговорила девушка почти с безумием. — Он выиграл меня.       — Ну и что? Это обычная настольная игра, Ксирия, тут любой может выиграть. — Пролепетал он. — Никогда не понимал твою одержимость шахматами.       — Ты не понял меня. — Она перевела на него взгляд, заставляя поёжиться. — Он смог победить и уйти живым. За пять сотен веков я не встречала никого похожего.       — Хорошо-хорошо, дальше то что? Владыка ждёт тебя, намечается очередная война. Аргосакс снова претендует на трон. — Он взлетел, когда она дёрнула рукой.       — Снова эти скучные баталии… — Она тяжело вздохнула. — Владыка постоянно ведёт войну с четырьмя другими.       — Идём, Ксирия. — Грифон взлетел, после чего исчез в одном из порталов.       — Я ещё вернусь. — Она посмотрела на входные двери, после чего сделала шаг и растворилась в тенях.

***

      Она стояла на крыше, притаившись в тени массивного дымохода. Ночь была холодной, звёзды тускло мерцали в небе, а внизу, на узкой улочке, фонари бросали призрачные блики. Она наблюдала за домом напротив. За окном на втором этаже, едва подсвеченным свечой, мелькали силуэты. Вергилий и… женщина.       — Я так долго слежу за ним. Как же много пешек в его игре, неужели это… — Она замолчала, видя их поцелуй. — Королева.       Её сердце пропустило странный удар. Это было что-то новое, острое, как осколок. Эта эмоция была непонятной, чужой для её расчётливой натуры. Это была ревность.       — Ты серьёзно подглядываешь в окна? — Грифон присел рядом, смотря на неё. — Никогда не замечал в тебе такой привычки, Ксирия.       — Я следила за ним и кажется, я нашла Королеву на его шахматной доске. — Девушка облокотилась на холодную стену.       Время продолжало идти и наконец, она увидела, как Вергилий вышел из дома, убедившись, что патрули Ордена ушли. Он был спокоен, уверен в себе, не оглянулся, не попрощался. Просто ушёл. Женщина выбежала следом, что-то крича ему, но парень даже не обернулся. «Он пожертвовал королевой, чтобы защитить себя», — эта мысль заставила её улыбнуться.       — Он использовал эту женщину, как фигуру в своей игре. Самую сильную, самую ценную.       Она замерла. Холодная, непривычная мысль резанула по сердцу. Он, гроссмейстер, был готов пожертвовать самой могущественной фигурой на доске — королевой, — чтобы спастись. Вергилий никогда не играл по правилам. Он создавал свои.       — Но ведь можно было пожертвовать пешками… Какой интересный ход.       Впервые в её жизни партия оказалась непредсказуемой.       — Ты как-то странно себя ведёшь, — раздался голос демонической птицы, — на тебя это не похоже. Я конечно, знал что ты слегка тронутая, но чтобы настолько.       — Я всегда так смотрела на мир, Грифон. Я не вижу ничего другого, кроме шахматной доски, каждое действие, это ход. — Она поморщилась, чувствуя как внутри будто что-то треснуло. — А этот парнишка играет не по правилам.       — И что теперь, киса? — Он взлетел и парил возле её лица, смотря в глаза. — Будешь и дальше хвостиком за ним бегать или тенью?       Впервые за долгое время она не знала ответа. Она не хотела побеждать его, это было что-то другое. Ей хотелось разгадать его. Расшифровать его ходы. Узнать, что скрывается за этой непробиваемой маской. Он был как головоломка, что-то, что нужно было разгадать. И это желание было настолько сильным, что ей стало страшно. Впервые в жизни она чувствовала, что теряет контроль над ситуацией. И это было… интересно.