Тош, чем ты пахнешь?

На дворе был день. Саша снова остался на ночёвку с Антоном и они вместе проводили время, но с каждой минутой Саша чувствовал себя всё хуже и хуже со своим возлюбленным. Давно его так начал мучать тактильный голод. Около недели назад. Каждый раз Саша, находясь наедине с собой, изнывал от отсутствия прикосновений. Особенно от отсутствия прикосновений со стороны Антона. А когда парень находился так близко с Тошей, то просто хотелось умереть от того, что он не мог касаться того так часто, как хотелось. Но больше всего хотелось выть только от того, что тот случайно того касался, а Саша так и хотел рваться получить больше и больше, просто пропасть в его прикосновениях. И вот однажды, засыпая в своей угрюмой квартире и обнимая холодное одеяло, Саша представлял никого другого, кроме Антона в своих объятиях. Вдыхая запах одеяла, он представлял, как утыкается ему в шею и чувствует его запах. Глаза распахнулись. Саша никогда не знал, как тот пахнет, чем пахнет. Гелем для душа? Духами? А какими? Сладкими или типичными мужскими? Может он ими не пользуется совсем? Эти вопросы не дали заснуть Саше, всё ещё находящемуся в объятиях своего одеяла. Теперь настал тот день, когда Саша мог пойти на ночёвку к своему другу. Парень был просто в не себя от счастья, ведь в школе он не мог ничего сделать, а дома он мог позволить себе многое и, если что, отшутиться. Антон снова не мог что-то пройти в роблоксе и попросил Сашу, дав ему свой телефон. Тот играл и что-то проходил у него молча, но на самом деле Саша просто держал себя в руках. Находящийся рядом с ним Антон, который смотрел тому в телефон, просто сводил с ума. Мысль о том, что тот рядом, что он с ним может общаться так близко, как ни с кем другим, что он может к нему прикасаться, хоть и редко, тоже сводила с ума. Саша хотел поскорее пройти этот уровень и вылить ему всю душу. Сказать, что его мучает тактильный голод, что ему нужны прикосновения, но вместо этого он проходит уровень, кладёт на кровать телефон и кладёт свою руку на бедро Антона. Причём резко и с неким хлопком. Тот вздрогнул и выгнул бровь, а потом спросил: — Что такое? — Ничего, — ответил Саша и его рука продолжила лежать на бедре Антона, лишь иногда поднимаясь то верх, то вниз. Саша помолчал и всё-таки решил сказать: — Знаешь, бывает такая хрень, когда у тебя будто недостаток прикосновений. Вот я и трогаю тебя, — сказал буднично Саша, а Антон тому решил ответить, не сопротивляюсь прикосновению Саши, хоть его это слегка смущало. — Ну-у... А родители? — на это Саша хотел так и выпалить ответ: "которых у меня нет?", но решил промолчать и объяснить спокойно. — Нет, нет... Это другое. Родители — совсем другое дело. Такое не испытывают к родителям. — А... А к кому? — К кому угодно. Ты так и друзей, и партнёра можешь обнимать и так далее. — Понял, у тебя что-то такое? — Да. — Тогда... Я могу тебе разрешить себя обнимать или..? Что мне сделать надо? И почему ты меня за бедро трогаешь? — на последней реплике Антон издал смешок. — Да просто это первое, что пришло мне в голову. У тебя они такие... Э, большие. Чем больше, тем лучше, в общем. Антон на такое заявление лишь нервно посмеялся, но потом снова спросил: — Ну, так что? — Саша продолжал на того смотреть с ладонью на его бедре, а потом встрепенулся и тихо спросил: — А можно тебя обнять? — Антон даже удивился и ответил ему вопросом на вопросом: — Разве я тебе запрещал это когда-то делать? — Нет. — Тогда давай, можно. Саша будто с цепи сорвался и обнял того. Парни сидели оба на кровати и прижимались друг другу, но Саша сильнее и крепче того обнимал, утыкался в шею и тычил своим носом туда. Горячее дыхание постоянно ополяло и щекочило шею Антона, но тот старался не рыпаться, пока хватка не стала сильнее и он не выпалил: — С-саш... Ты сейчас мне позвоночник сломаешь... — Прости, — бросил тихо и коротко в шею Саша. Парень ослабил хватку, но продолжал всё также крепко его обнимать. Он никак не мог насытиться объятиями, всё ластился к нему, как кот. Своими короткими ногтями Саша изредка впивался в бока Антона: то отпускал их, то сжимал их. Беловолосый парень судорожно дышал у шеи и всё бормотал: — Ты так пахнешь... Хотя чем? Вроде вкусно? Это что? Прерываясь на глубокий вдох и короткий выдох, Саша снова начинал бормотать: — Не сладко, нет... Точно не сладко, но вкусно. Приятно. Это гель для душа? Духи? Хотя не типичные... Нет, не такие, какими бывают. Нет... Подожди. Парень снова вдохнул и ещё раз, и ещё раз, а потом отпрянул от шеи Антона, вдыхая кислород, а потом снова прильнул к ней. Снова вдох. Ещё вдох. — Блять... Тош, чем ты пахнешь вообще? — судорожно выпалил Саш и постепенно стал успокаиваться. Теперь он спокойно дышал, но продолжал сжимать его бока. А потом он снова решил вдохнуть запах его кожи и его пробило неким током. — Тош...