sacrifice.

- Итак… - тоненький пальчик Сону скользит по желтой странице потрепанной, повидавшей невесть что, книги. Откуда он ее откапал - это уже другой вопрос… - Здесь сказано… Что демон Хи что-то вроде принца Подземного царства типа… уже долгие века. - Что за имя дурацкое? Он же демон, - скептически бросает Чонвон. - А как надо было? Типа Вельзевул какой-нибудь? Или какие там еще в этой вашей библии? - глаза пробегаются дальше по строчкам, возмущенное выражение на лице Чонвона Ким старательно игнорирует, - Короче… Люди проводили всякие странные обряды, церемонии, чтобы получить желаемое. И вот одна из таких церемоний - какой-то жуткий ритуал по поиску истинной любви.       Сону загадочно играет бровями, улыбаясь, Чонвон причитает: «О, Господь Всемогущий…», а Джейк как-то неприятно ежится: - Жуткий ритуал…? - Ага, слушайте, - возбуждено продолжает Ким, - Это что-то типа ритуала для встречи твоего соулмейта. - И в чем же его суть? - Чонвону уже хочется поскорее пойти домой… - Группа людей выбирает среди них, кхм, самого горячего, - Сону манерно вскидывает и поправляет челку кончиками пальцев, Ян хмыкает, закатывая глаза. Ким Сону стреляет в него стервозным взглядом, продолжая, - И типа приносят его в жертву демону в качестве его невесты. А… ну, жениха, получается. Надеюсь, у демонов нет ориентации, как у людей… Потом все произносят какие-то волшебные слова, типа абра-кадабра и все такое, и ждут встречи со своей судьбой в ближайшие несколько дней. - Вот ты мне скажи, ты совсем чокнулся? - Чонвон не верит своим ушам, - Какую жертву???       Ким не слушает, восторженно складывая руки в замок перед собой, его глаза просто сияют: - Могу я быть женихом? Пожалуйста, ребята? Пожааалуйста!       Джейк переводит сомневающийся взгляд на Чонвона, который в свою очередь сверлит своим Сону, весь его вид буквально кричит «Ты не в себе? Бог накажет тебя!» - Прошу! - хнычет Ким, - Мы все красавцы, но! Серьезно, могу Я быть любовью демона? Ммм???       Ян вскидывает руками и произносит умоляющим тоном: - Погодите, кроме меня что, никто больше не понимает значения слова «жертва»??? Это же определенно плохая идея?! - Господи, Чонвон, угомонись уже, - цокает языком Ким, закатывая глаза, - Это всего лишь игра! - Игры с Дьяволом никогда не несут в себе ничего хорошего! - Можешь помолиться, если хочешь, раз так боишься, - Сону пожимает плечами, заканчивая с расстановкой свечей и каких-то предметов на расчерченном мелом полу. - Джейк? - Чонвон буквально умоляет, но дурашка Шим невинно улыбается в ответ: - Если это всего лишь игра, то я не против?       Ян Чонвон тяжело вздыхает, зарывшись лицом в ладони, затем ерошит волосы, негодуя: - Ладно! Но чисто для справки, я хочу, чтобы Демон знал: на моей стороне Иисус! - он сводит ладони вместе, приступая к молитве. Так… на всякий случай, - Господи, прости меня грешного и моих тупых друзей за эту дебильную игру! Отведи беду, молю Тебя! Аминь!       Джейк тихо смеется, глядя на то, как Чонвон крепко жмурится, делая крестное знамение, Сону же по-доброму хмыкает, заканчивая приготовления, и кладет раскрытую книгу так, чтобы текст в ней располагался к нему как можно более читабельно. Все трое(один не без тяжких воздыханий) становятся у определенных точек круга на полу, образуя треугольник. Свет свечей мягко переливает тени на юношеских лицах, играя отблесками в глазах. Сону начинает ритуал, надевая на себя венок, сплетенный из сухих, умерших цветов: - О, Демон! Услышь наш зов, и прими это подношение в знак доказательства нашего желания.       Парни берутся за руки(Чонвон опять же нехотя), и Сону продолжает: - Я, Ким Сону, невинный и искренний, - на этих словах Чонвон давится воздухом, после чего закатывает глаза, а Шим сдерживает смех, поджав губы, Сону сдерживается, чтобы не съязвить, - Кхм! Преподношу себя в качестве Твоего жениха в темном царстве. Предоставь нам истинную любовь, какой желают наши сердца!       Сону переводит взгляд на Яна, кивком подсказывая ему, что настала его очередь говорить. Чонвон смотрит в упор на довольного всем происходящим друга, и тяжело вздыхает: - Я Ян Чонвон, и я готов принять такой подарок только от Отца нашего Всевышнего. Спасибо огромнейшее!       Ким цокает языком, переводя взгляд на Джейка. Глупыш Шим лишь пожимает плечами: - Эм, ну…? Мое имя Шим Джейк, и я приветствую любовь в любом ее проявлении? - Демон Хи! Воплоти наше желание в жизнь! - проговаривает троица хором, заканчивая тем самым ритуал. - И? Что теперь? - скептически спрашивает Чонвон. - Знаете, мне кажется, это работает! - довольно улыбается Ким, - Я прямо-таки чувствую это мистическое странно-       Договорить Сону не дает резкий раскат грома, разверзающий воздух. Вдруг молния бьет точно в массивное зеркало в металлический раме прямо позади Кима, разбивая и опрокидывая его на него. - ААААА!!!       Двое остальных в панике топчутся на месте, не понимая, как реагировать и что делать. Они кричат и дергают руками, пытаясь приподнять зеркало. Но тут Сону выныривает из-под него с широченной улыбкой буквально от уха до уха: - Ребята, это знак!!!       Джейк облегченно выдыхает , держась за сердце. Ян Чонвон же хватает Сону за грудки и начинает трясти его, причитая что-то про то, что это кара Божья, а не знаки об исполнении желаний от демона. Ким лишь как-то странно хихикает, косясь взглядом на беспорядок из опрокинутых свечей, осколков зеркала, осыпавшейся трухи сухих цветов. Даже если это была всего навсего игра - она определенно того стоила! * * *       Чонвон весь как на иголках. Еще никогда в жизни он не мечтал о том, чтобы проповедь закончилась как можно быстрее. Он нервно заламывает пальцы рук, а его коленки так отчаянно трясутся, что скоро начнут отбивать ритмы церковных песен для успокоения.       Когда пастор наконец заканчивает, весь уже покрытый испариной Ян подскакивает с места так быстро, будто все это время сидел на скамье, охваченной адским пламенем. Он надеялся на исповедь со Святым отцом, однако тот удалился из зала по неотложному вопросу, попросив прихожан, нуждающихся в благословении, подождать. Чонвон огляделся, и с каким-то тихим ужасом обнаружил, что остался он в помещении один.       Гробовая тишина вдруг начала давить на него, сбивая дыхание. Ян с дрожащими коленями встал напротив стойки пастора, за которым располагалось большое массивное распятие Христово, сложил руки перед собой на груди и, закрыв глаза, помолился. Уже некоторое время его беспокоит навязчивая тревожность, которая не покидает его буквально ни на минуту. Точнее сказать: началось это на следующий день после того дурацкого «ритуала», который он проводил с друзьями.       Какого черта(прости, Господи!) Чонвон вообще ввязался в эту сомнительную, абсурдную, с самого начала аморальную по всем религиозным канонам историю? После нее Ян не может спокойно спать, дышать, жить… Каждый божий день его одолевают мысли о наказании Господнем за богохульство, необъяснимый страх сковывает все тело, не давая расслабиться. Мысли, что Демон Хи придет забрать его в Ад за то, что жалкий смертный посмел насмехаться над ним.       Ян Чонвон, скрепя больно бьющееся сердце в груди и дрожащие руки в замок, молился так отчаянно, будто на последнем издыхании. Бледные губы едва слышно бубнили обращение к Господу, когда позади раздался тихий шорох. Сердце Чонвона остановилось.       Шарканье чьей-то обуви становилось громче с каждым шагом(а демоны носят обувь?), заставляя парня дышать чаще. Когда шаги внезапно прекратились, Чонвон почти заплакал, сжав ладони так сильно, что пальцы покраснели, от перекрытия кровотока. - Вы ждете Отца Кима? - спросил ровный нежный голос. Ян пораженно выдохнул, открыв глаза, но все еще не решаясь повернуться. - Д-да, - неуверенно ответил он, его голос дрогнул. - Это что-то срочное?       Чонвон нахмурил и изогнул брови: демоны разве ведут переговоры? После чего еле заметно выдохнул от облегчения. - Отец Ким сейчас дает лекцию молодым родителям, - размеренным, словно успокаивающим тоном, говорит некто, - Это может занять некоторое время. Может, я смогу вам помочь? - Я… Сомневаюсь в этом, - настороженно отвечает Ян. - Я лидер молодежной церковной группы. Уверен, что могу выслушать и дать совет, - видимо, спина Чонвона выглядела слишком напряженной, так как голос добавил еще более мягко: - И мы можем помолиться вместе.       Чонвон обернулся, чтобы дать человеку ясно понять, что ни в чьей помощи кроме Отца Кима он не нуждается: - Слушай, правда, я не-! - но резко потерял дар речи. Человек, говорящий с ним, оказался молодым, очень привлекательным парнем с острыми чертами лица, но таким невероятно мягким и заботливым взглядом. Он терпеливо ждал ответа, когда сам Чонвон буквально пялился на него как завороженный, не в силах отвести взгляда, или сказать хоть слово больше. - Ты в порядке? - обеспокоенно спросил парень. - Я вызвал Демона, - без раздумий, словно околдованный, выпалил Чонвон. Парень напротив удивленно, немного скептически поднял брови. Ян смущенно добавил: - Я попросил его об истинной любви.       И парень мягко рассмеялся, скорее от неожиданности. Ян Чонвон и сам понимал, насколько абсурдно это звучало! - Извини, - улыбнулся лидер молодежной церковной группы, чуть прикрывая рот рукой, после чего продолжил успокаивающим тоном, - Мы можем поговорить об этом, если тебя это беспокоит. - Ты вроде как похож на такого демона, - Чонвон подозрительно прищурился, и сделал шаг назад. Так, мало ли…       Парень в ответ снова рассмеялся, открыто и искренне. Он указал пальцем вверх, заверив: - Уверяю тебя, меня послал сюда Отец наш Всевышний.       Чонвона словно ударило током.       «…и я готов принять такой подарок только от Отца нашего Всевышнего».       Дыхание вдруг перехватило, и Ян на мгновение перестал дышать. Не может быть…       Должно быть, Чонвон выглядел слишком напуганным, так как парень обеспокоенно напрягся, чуть замешкался прежде, чем ласково спросить: - Так… Согласен помолиться вместе со мной?       Чонвон неуверенно, еле заметно кивнул. * * * - Алло? - Привет! - звонко трещит Сону, - Как дела у секты на каникулах? - … - на том конце тишина. Сону улыбается, косясь глазами то вправо, то влево, ожидая ответа. - Алло? Не пойму, связь что ли барахлит… - Если бы только это не было смертельным грехом… - Сону слышит, как Чонвон скрипит зубами в динамик, - Клянусь, я бы уже давно придушил тебя! - Омо! - пораженно вздыхает Ким, прикрывая рот изящными пальчиками, - Побойся Бога, Чонвон! Так сквернословить… Твой горячий священник знает об этом? - …какого?! - Ян в очередной раз пышет гневом от очередных тупых религиозных кимовских шуток, но старается пересилить себя и сдержаться, совладав с дыханием, - Я уже говорил, что Чонсон не священник, а лидер молодежной церковной группы. - Чонсон, значит? - мурлычет Сону, прикусив губу, - Давно вы друг друга по имени зовете? А как он тебя называет? «Чонвон»? «Вон-и»? «Малыш»?       Ким Сону слышит, как на том конце связи Ян давится воздухом, и смеется, продолжая: - Как вообще у вас с ним дела? Вы же вроде в какой-то лагерь уехали? Вы в одной комнате? А душ общий? Ты уже видел секси лидера без его наглаженных строгих шмоток? - КИМ СОНУ! - Да чтооо? - капризно тянет он. - Можешь не говорить про него так…? - А что? Разве это неправда? Я же его видел, он ого-го! А… он что, сейчас рядом? - Нет… - выдыхает Ян, - Просто… Из твоего поганого рта это звучит просто ужасно! - Ладно, прости, - Сону смеется в трубку, плюхаясь на кровать, молчит немного, а затем спрашивает снова: - Так… как у вас там? С Чонсоном. - … - Чонвон молчит. Именно сейчас Сону не может понять: это из-за его вечных подколов, или у Яна и правда на любовном фронте дела не очень?       В том, что Пак Чонсон, красивый и супер горячий(это уточнение от Сону), нравится Чонвону - в этом Ким уж точно не сомневался. Он до сих пор не может забыть его запыхавшуюся грудь, красные щеки и сияющие глаза, когда Ян прибежал к нему после разговора и молитвы с Чонсоном; прямиком из церкви. С тех пор прошло уже какое-то время, Чонвон часто виделся с Паком в церкви на службах и после. А теперь они уехали в церковный лагерь на две недели; Ким Сону был уверен, что там-то уж точно дело двинется с мертвой точки. Но, видимо, не получилось, не фартануло… - Эм, - неловко начинает Сону, - Слушай, я не- - Мы целовались, - перебивает Чонвон решительно, вгоняя тем самым Кима в ступор. - …А? - глупо откликается у Ян Чонвона в динамике. Сону послышалось, что ли? - Говорю… - голос Чонвона теперь звучит смущенно, - М-мы целовались… - ЧТООО?! - Сону аж вскакивает в постели и практически падает, запутавшись ногами в одеяле, - Целовались?! Когда целовались? Как? Как долго? СКОЛЬКО РАЗ ЦЕЛОВАЛИСЬ?! - Боже, Сону, умоляю, замолчи! - должно быть Чонвон на том конце сейчас краснее вареного рака, - Прекрати повторять это слово, прошу! - Какое? - Ким невинно хлопает глазками, - «Целовались»? - ПЕРЕСТАНЬ! - Почему? - тянет Сону, его хитрющая улыбка растягивается буквально от уха до уха, - Что не так со словом «целовались»? Ты смущаешься, потому что вы с горячим лидером целовались? Или потому что вы целовались с горячим лидером? Или- - Господи, помилуй!!! - хнычет Ян в трубку; Сону абсолютно уверен, что тот сейчас свернулся клубочком от смущения, а уши его горят. - Ладно, ладно, извини! - какой же неискренний этот смех. Они оба знают, что Сону ни капли не жаль издеваться над Чонвоном. Но затем его голос звучит вполне искренне, по-настоящему: - Я очень рад за тебя. - … - Ян Чонвон снова молчит. Ким понимает, что друга что-то беспокоит. - В чем дело? О, нет… Только не говори, что Чонсон тебя отверг?! Мое сердце будет разбито! - Нет, - Чонвон отвечает тихо, - Нет, он… Сону, я ему тоже нравлюсь.       Чонвон ничего не добавляет после. Ким Сону понимает: - Ты из-за этого и переживаешь… - Мы ведь оба парни, - Ян шепчет, будто боится говорить это вообще вслух. - Ну, меня такое не волнует, ты же знаешь. - Да, знаю… - Чонвон был первым человеком, кому Сону признался а том, что он гей. По началу Ким боялся своей ориентации, но после того, как поделился с другом, и со временем смог принять себя и не стыдиться. - Ты переживаешь о том, что подумают люди? Или о том, что подумает церковь? - Ты же знаешь меня, - Чонвон вздыхает, - Моя семья религиозная до мозга костей… Да и я тоже, - он горько усмехается, - Но… - Боишься, что Бог отвернется от тебя? - ласково спрашивает Ким, и прямо слышит, как громко Чонвон сглатывает в трубку, - … Знаешь, что я думаю? - бодро начинает Сону, - Не то, чтобы я что-то понимаю в религии, но… Я уверен, что Бог любит каждого.       Он делает паузу, садится на кровати поудобнее, будто толкнет сейчас какую-то умопомрачительную речь(так и есть! Сону надеется подбодрить друга). - Он ведь любит даже тех, кто оступился, например, совершил преступление, так ведь? - …так, - приглушенно отвечает Ян. - Неужели, ты думаешь, что Бог не любит тебя, или Чонсона, из-за любви? Или любовь хуже преступления? Думаешь, Бог наказывает за то, что два человека любят друг друга? Я абсолютно уверен, что он не такой. Как я уже сказал: я не силен в религии… Но мне кажется, что Бог классный мужик.       На том конце слышен смешок. Ким Сону улыбается, довольный, что смог вызвать у друга улыбку. Чонвон никогда раньше не влюблялся. А тут первая любовь, да еще и парень… Для человека, выросшего в религиозной семье, слово «гей» - звучит как приговор. Но Сону на то и Сону, чтобы рассеивать любые стереотипы. Для него церковь была типа кружка по интересам(но на самом деле, он очень уважал Чонвона за такую прилежность). Поэтому кто, как не он сможет успокоить и поддержать друга в этих удручающих переживаниях? - Спасибо, - Ян шмыгает носом; ну вот, довел до слез… - Скажешь тоже… Я ничего такого не сказал, - вот врунишка, сидит вон тут с задранным носом, - Я правда рад, что у вас, ребята, все супер. - Да, я теперь тоже… - Блииин! - вдруг раздосадованно тянет Ким, - Завидую капец! Когда уже там и я стану любовью Демона? - Не шути так! - Какие шутки! Ой, раз ты обрел свою истинную любовь, мне теперь интересно: как там дела у Джейки. - Не говори, что Чонсон это подарок Демона! - опасливо ворчат в динамике. - А? Да не переживай, ты же вроде сам говорил, что такие дары только от Господа принимаешь. И твой Чонсон тоже сказал, что его сам Бог послал. - Ну, он не прям так сказал… - Ян засмущался, вспоминая их первую встречу, - Но, поверю тебе, так уж и быть. - А то. Сам Боженька свел вас, зуб даю, - смех Чонвона в ответ ласкает слух, - Но что-то я правда давно не видел Джейка… Неужели, он тоже обзавелся истинной любовью и коротает деньки, полные романтики?! Ну все! Я звоню в Ад прямо сейчас! Какой у них там номер, не знаешь? 666? Где мой жених-демон, я вас спрашиваю?! - Я тут задумался… Если он - принц подземного царства… Разве это не значит, что чтобы быть с ним, ты должен… умереть? * * *       Если Ким Сону еще жив, тогда не означает ли это то, что Джейк еще не обрел свою истинную любовь? Получается, для адской свадьбы еще не время, да? Ну, или все это чушь собачья, и то, что Чонвон встретил свою любовь, Чонсона, так внезапно - просто совпадение, счастливое стечение обстоятельств и только. Хотя стать женихом Демона, принца подземного мира, звучит ну просто охренеть как круто!       Погруженный в свои спиритические грезы, Сону со стаканом айс-латте на вынос, ступая на пешеходный переход, не замечает машину, несущуюся прямо на него. - Твою мать! Осторожно! - раздается над ухом, и кто-то, схватившись за кимовскую футболку, рывком тянет его на себя, - Ты что, слепой?! …блять!       Ким, отходящий от шока, уставился на высокого стройного(ладно, пиздец красивого!) парня, который, словно мокрый котенок под дождем, пытался оттряхнуть с себя кофе. Кофе… СТОП! - Придурок, смотри, что ты наделал! - вся белая полурасстегнутая рубашка и футболка под ней насквозь промокли. - Я… - Сону разглядывает парня с головы до ног, взгляд вдруг останавливается на его промежности, и Ким краснеет. Бля… еще и джинсы ему испортил, - Я-я… - «Я»! «Я»! Головка от чего знаешь?       Сону давится воздухом. Какого хрена…? Вы только посмотрите на него! Так разговаривать позволено только Сону с другими людьми(в особенности с Чонвоном), но чтобы так да с ним самим? Немыслимо! - А ты, видимо, нет? Что, не видел никогда? У тебя самого-то, похоже, такого нет? - острый взгляд сверлит чужую ширинку, Ким ухмыляется, - Или из-за холодного кофе у тебя там все скукожилось настолько, что выглядишь теперь как игрушечный кен?       Парень шокированно уставился на Сону, его челюсть с гулким звоном встретилась с асфальтом. - Чего?! Ваа, - пораженно и как будто как-то восторженно усмехается он, не ожидая, что у засранца тоже язык подвешен будь здоров. Наконец-то достойный противник! Эта битва будет легендарной!       Толпа, ждущая смены сигнала светофора, начала коситься на этих двоих. Только сейчас Ким замечает, что с парнем был спутник. Тот пялился в свой телефон, что-то листая пальцем, и только буркнул: «Сонхун, это всего лишь кофе». Но парень продолжил сверлить надменным взглядом Ким Сону. - Да ты хоть знаешь сколько она стоит? Ники, не тяни меня! - да его никто и не тянул… - Как думаешь расплачиваться? - тут Сонхун бегло облизывает уголок губ, скользнув взглядом по Сону сверху вниз и обратно, - Телом? - Ой, не придумывай, она настолько дорого не стоит, - парирует Сону, наслаждаясь тем, как на скулах парня появляются жилки, - Двести вон я тебе и сейчас из кармашка достану, подожди. - Какие двести вон?! - вид Сону с выглядывающим кончиком языка, который активно шарил в кармане джинс, выводил из себя буквально с разбега: за долю секунды, - Если расплатишься своим телом, то оплатить сможешь только пуговицы, не более! - Да что ты зациклился на моем теле?! - Ким внезапно округлил глаза, сложил руки крестиком на груди, касаясь плеч, и стал озираться на людей в толпе, - Это сексуальное домогательство, ты в курсе?!       Бэнг! Раунд! Сонхун буквально задохнулся на месте, шокированный, а толпа позади начала перешептываться. Почему-то все, включая Сону, благополучно забыли, что виновником происшествия и был сам Ким. Светофор сменился зеленым, и все потихоньку двинулись к зебре. Сону тоже зашагал к дороге, напоследок одарив Сонхуна многозначительным взглядом, скривив свои пухлые губы будто в отвращении: - Извращенец, - и манерно развернулся, ступая на проезжую часть.       «Ну чего он пристал?! - зарылось в кимовской голове, - Как будто влюбился, ей богу!»       СТОООП!!!       Сону резко остановился, словно ушатом воды огретый. В его спину снова кто-то врезался. - Айщ, блять! - и это снова был Сонхун! - Ты ебнутый? То кидаешься под машину, то внезапно останавливаешься на дороге. Так и скажи, что умереть хочешь!       «Если он - принц подземного царства… Разве это не значит, что чтобы быть с ним, ты должен… умереть?» - Ха… - Ким Сону усмехается, отрешенно глядя перед собой невидящим взглядом, - Неужели это я обрел истинную… - он запинается, - Да не может быть… Это же я был жертвой… - Был жертвой лоботомии, - раздается над ухом, и Сону тут же приходит в себя, обнаружив, что они стоят посреди пешеходного перехода, и светофор уже начинает отсчитывать секунды до смены сигнала. - Мне твоя история болезни неинтересна, расскажешь кому-нибудь другому, - Сонхун снова удостаивается унижающего взгляда Ким Сону, который как ни в чем не бывало быстрым шагом заскользил к другой стороне перехода. - Йа! - грозно зовет Сонхун, ускорив шаг, чтобы нагнать и быть на одном уровне с Кимом, - Дай мне свой номер. - Чего??? - Сону щурит глаза, сведя брови к переносице, - С какого перепугу? - Пришлю тебе номер за химчистку. Посмотри на меня! Неужели не чувствуешь хоть каплю вины? - Сонхун проводит рукой в воздухе сверху вниз вдоль своего тела, демонстрируя огромное(ну просто огроменное) кофейное пятно с груди до паха его джинс, а в другой руке держит свой смартфон с открытым набором, - Давай живее!       Укол совести внезапно и как-то очень противно задел Сону. Чего уж тут, со стороны Сонхун выглядел реально жалко, преследуя Кима, ругаясь с ним и пытаясь доказать Сону его же вину. А Сону, испортивший человеку должно быть не дешевые вещи и по сути сбежавший, обвинив того в сексуальном домогательстве, выглядел… подонком? А из них двоим быть подонком Ким Сону не хотел, он надеялся, что эта роль все же останется за Сонхуном.       Будто не хотя(на самом деле очень даже да) Сону взял чужой телефон в тонкие красивые пальцы, и ловко набрал свой номер: - Вот. Сону, - сказал он, чтобы Сонхун вбил имя в контакт, - Доволен? Пришли счет смской, перекину тебе.       Ким неловко отводит глаза, когда оба ступают на бордюр(Господи, почему, чтобы просто перейти дорогу, нужно пройти афганскую войну?). Какое-то странное ощущение закралось где-то глубоко внутри, и щекотало в груди Сону. Ему все еще не давала покоя мысль, что встреча с этим Сонхуном уж как-то слабо походила на чистую случайность. Неужели, в адской канцелярии(или где там у них обрабатываются запросы на исполнение желаний с жертвоприношениями) что-то напутали, и, возможно, Ким только что встретил свою истинную любовь?       «Да ну неее, - тянет Сону про себя, - Даже если, с женихом принца Ада пролет - ну не могли они мне этого в качестве истинного послать!»       Краем глаза Сону замечает, что Сонхун все еще плетется рядом, жуя губы, смотря в даль, и косясь на Кима, будто бы невзначай. Господи, чувак, ну нельзя же это делать уж настолько очевидно… - Почему ты меня до сих пор преследуешь??? - Сону изгибает хмурые брови. Буквально каких-то пару минут назад дерзкий и острый на язык Сонхун сейчас выглядел чем-то озадаченным. Он смущенно почесывал то нос, то ухо, то неловко поправлял и так хорошо уложенные волосы. - Это… - его голос внезапно предательски сел, и тому пришлось прочистить горло кратким: - Кхм-кхм! Это… Со счетом я, наверное, переборщил… - Ха, - губы Сону трогает самодовольная ухмылка, - Видишь, я же говорил, что твои убогие шмотки ничего не стоят. - А вот и стоят! - дуется Сонхун. «Ну прям пятилетка обиженная», - смеется Ким Сону про себя, - В общем… Как насчет того, чтобы ты угостил меня ужином в качестве компенсации…?       Щеки Сонхуна сейчас такие пунцовые, что Сону бы точно засмеял его, но вдруг не может себя заставить. Его сердце бьется так громко, будто каким-то образом поднялось и застряло в глотке; Ким пытается сглотнуть его обратно. - Т-ты меня… на свидание приглашаешь? - от Сону это бы прозвучало как очередная подколка, если бы не румянец откуда ни возьмись на его щеках. - …ты свободен сегодня вечером?       Если вы задаетесь вопросом: где вообще Ники? То вон он, идет рядом с Сонхуном, пребывает в полнейшем ахере, учитывая то, что его самого вообще никто не замечает и думать про него забыли(да и вообще они с Сонхуном идут не в ту сторону, в какую им нужно!); и что его друг так-то не гей, и даже не би. Или он многого о Сонхуне не знал…       Сону сам не замечает, как медленно кивает в ответ. И на лице Сонхуна вдруг расцветает улыбка, которая мгновенно сводит Кима с ума(ох, эти клыки… на помощь!)       Неужели, и правда…? Никакой свадьбы в аду не будет? Но если, не Сону жених Демона, то кто? - О, боже… - вздыхает Сону, снова перегородив людям путь, - Джейк… * * *       Район, в котором жил Джейк, благополучием и добротным уровнем безопасности, скажем так, похвастать не мог. Ну, вот прям не дотягивал… Сильно.       Но выбора куда в очередной раз переезжать у Джейка, к сожалению, не было. Он все еще являлся несовершеннолетним учеником, который зависел от своей зависимой матери. Которую благополучие и хорошие условия для сына(жилищные, да и вообще жизненные) волновали в самую последнюю очередь.       Переехать неполной семье Шим пришлось, когда мать уволили с последней какой никакой работы, и платить за предыдущую дыру(назвать ее «домом» даже у вшивой дворняги язык бы не повернулся) уже не представлялось возможным. Но к счастью(?), женщина обзавелась новым любовником, который разделял ее единственную в жизни любовь к запрещенке, и, что важно, имел эту халупу(читать: жилплощадь), куда любезно и пригласил пассию с «ее выблядком». Что ж, мать была предельно рада, чего не скажешь о бедном малыше Джейки.       Мало ему было вечно обдолбанной мамашки, абсоютно начихавшей на сына и на его светлое будущее(а оно могло быть таким! Джейк был отличником, и его желанию учиться и стараниям, которые он для этого прикладывал в ну просто невыносимых условиях, можно было бы позавидовать). Так теперь он вынужден терпеть еще и издевательства мамкиного нового вечно пьяного хахаля, который явно возомнил себя отчимом Шима, с неподдельным удовольствием отвешивая оплеухи по поводу и без(поводов не было, ладно?)       Знаете, Джейк долго держался. До неприличного долго. Но, должно быть, любому терпению когда-нибудь приходит конец. Даже такому титановому, как у Джейка…       Вид матери под кайфом и разбитая до крови губа от очередного «отчимова» леща стали последней каплей. Джейк с красной пеленой перед глазами слизал железный привкус с дрожащей губы. И сам не помнил, как толкнул мужчину в стену с такой силой, что звук стука черепной коробки о нее явно дошел бы и до его ушей, если бы он не вылетел из этой халупы со скоростью света.       Но вот «Джейк, мать твою, ублюдский выродок, вот только вернись, и я тебя убью нахрен!» он, сбегающий босиком вниз по скользкой металической лестнице, слышал уже четко. С последней ступени босая ступня больно ударила по луже. Джейк, ранее занятый бесконечными попытками уложить мать в измененном сознании на диван под виртуозные оскорбления ее бойфи, даже не заметил, когда погода испортилась, и начался ливень. Такой сильный и, оказывается, колючий(возможно, под зонтиком было бы не так больно). Все небо затянулось тучами, такими темными и густыми, что оно казалось черным, время от времени сверкая белыми молниями и разверзаясь громом.       Джейк бежал, пока его дыхание не сперлось окончательно. Боли в ступнях он не чувствовал. Но грудина ныла будь здоров, и это не от внезапной «стометровки»…       Он боязливо обернулся, но с облегчением выдохнул, когда понял, что за ним никто даже и не думал гнаться. Да кому сдался этот Джейк, если даже собственной матери он ни рыба, ни мясо? Шим поджал губы, нижняя ныла и пульсировала, красная дорожка разбавлялась водой, стекая по мокрому подбородку. Глаза были тоже мокрыми, и взглянув на Джейка, никто бы не поверил, что это из-за дождя.       Вдруг откуда-то поблизости раздался какой-то шорох, заставив Джейка повернуться в мгновение: - К-кто здесь?! - он опасливо вглядывался в темноту, которая предстала перед ним. В узком переулке между старыми рыхлыми домами этого старого рыхлого района виднелся маленький огонек. Прищурившись почти полностью Джейк смог смутно разглядеть человеческий силуэт в худи с натянутым капюшоном, держащий сигарету. Он выдыхает дым, который быстро рассеивается под бьющими каплями(как только не тухнет его сигарета?) - Ты знаешь кто я, - раздается вдруг неожиданно сладкий голос. Джейк вздрагивает, когда очередная молния рассекает черное небо. Мужчина отрывается спиной от стены пошарпанного здания и медленно поворачивается лицом к Шиму. Сердце Джейка пропускает болезненный удар прежде, чем остановиться: он готов поклясться, глаза незнакомца на долю секунды сверкнули чем-то зловещим, каким-то адским пламенем. Мужчина двинулся в его сторону, вся его фигура вдруг показалась угрожающе большой. - Назови мое имя, - низким, будоражащим кровь, тоном приказывает он, медленно приближаясь.       Внезапно на Джейка нахлынули воспоминания недельной давности, когда он со своими новыми друзьями, играл в ритуал с жертвоприношением. Дрожа совсем не от холода он попятился назад, осознавая, что его дыхание снова сбивается. - Х-хи… - шепчет он, и яркая вспышка молнии озаряет лицо Демона, который пришел за ним. Шим испуганно произнес: - Н-но мы же выбрали Сону в качестве жертвы. - Я выбрал тебя, - пояснил Хи, чеканя каждое слово шагом.       Он стремительно надвигался на Джейка, тем самым вынуждая его пятиться назад, выставив руки за спину за избежанием препятствий. Но уже через пару шагов Шим наткнулся на сетку забора высотой больше двух метров(а ему, с его-то ростом, перепрыгнуть через такой будет, скажем, непросто…). Дыхание Джейка почти переросло в гипервентиляцию, когда расстояния между ними почти не осталось, как вдруг Демон наклонился. - Пойдем со мной, Джейк, - едва ли слышно проговорил он. - Я н-не хочу умирать! - как-то слишком быстро и громко ответил Шим, который сжался в комочек. Он буквально выглядел, как промокший бездомный щеночек, трясущийся под проливным дождем. - Тщщ, ты… - Хи замешкал, но затем тон его голоса стал ласковым, будто успокаивающим, - Не умрешь. Просто исчезнешь.       Откуда-то раздался дребезг разбитого стекла и крики ругани. Гром и молнии так же пронизывали небо вдоль и поперек. Но теперь Джейку будто было уже не так страшно, как всего минуту или две назад. Он вглядывался в чужие черные глаза, они тоже уже не казались такими пугающими: наоборот, их взгляд мягко проникал в самое сердце Джейка, и он чувствовал, как становится околдован ими(так, а ну-ка выключаем эти ваши демонические фокусы!) - Тебе ведь нечего терять, - и сердце Шима сжимается. Ну вот скажите, и в чем этот принц Ада неправ? - Люди проводили эти ритуалы веками… - Джейк отводит взгляд, рука Хи ложится на заборчатую сетку с той стороны, в которую смотрел парень, - Как много людей ты уже забрал? - Ни одного, - пальцы Демона сжимаются на железных прутьях. - И теперь ты хочешь, чтобы я стал твоим рабом и- - Моим королем, - раздосадованно перебивает Хи, наклоняясь чуть ближе.       За всю недолгую убогую жизнь Джейку не поступало ни одного хорошего предложения, а уж предложения руки и сердца(да еще и титула в придачу) от наследника адского престола - и подавно. Но даже при таком раскладе, может быть, Шим еще не до конца отчаялся, так как ответом служит: - Я тебе… не верю. Даже школьники знают, что Сатана специально толкает сладкие речи, чтобы обмануть и- - Я не имею никакого отношения к Сатане, - перебивает Хи. Кажется, его это задело. - …то есть ты не Дьявол? Не зло? Не и Ада? - Ну… не из Рая, конечно, - Джейк не может понять: этот Демон сейчас пытается пошутить? - Почему я? - непонимающе спрашивает он. - Ты - первый, кто попросил о «любви в любом ее проявлении».       Сердце Шима снова забилось. Медленно, слабо, трепетно. Он снова вспомнил тот день, тот чердак, глупую игру с призывом с мало знакомыми новыми и единственными друзьями. Его глупое и невсерьез брошенное прошение. Как это могло привести к происходящему прямо сейчас? - Я смел надеяться, что ты не отвергнешь меня, - ласково говорит Хи, вызывая у Джейка ступор. - От… отвергну тебя? - не веря повторяет он, - Так у меня есть выбор, получается??? - Ну, конечно, - губы Демона трогает улыбка, такая нежная и отчаянная. Теплая ладонь невесомо касается щеки Шима, - Но, Джейк, я выбрал тебя… Прошу, выбери меня.       Джейк с заходящимся сердцем смотрит в глаза Хи, в которых, как ему кажется, сейчас переливается нежность с примесью мольбы. Никто и никогда не смотрел на него так. Даже собственная мать… что уж говорить о папаше, которого он никогда не знал(да и его мать, скорее всего, тоже). Промокшим брошенным щенком сейчас уже выглядел не Шим…       Джейк сглатывает ком, внезапно вставший в горле. Смаргивает влажную пелену перед глазами. Придвигается к Хи чуть ближе, всего на пару сантиметров, но этого достаточно, чтобы он смог дотянуться до его губ разбитыми своими.       Наверное, заслужить любовь Демона - не такое уж страшное проклятье.       Может, для кого-то это спасение.