Связанные судьбой

В большом зале за обедом в этот выходной день царила привычная оживлённая атмосфера: ученики громко переговаривались друг с другом, смеялись, перебивали друг друга, размахивали руками — казалось, большинство приходит сюда не для того, чтобы есть, а именно чтобы поболтать, обсудить минувшую учебную неделю, однокурсников и «надоедливых профессоров, что так много задают». Звонкие голоса отражались от высоких сводчатых потолков, а аромат свежеиспечённого хлеба и тушёных овощей смешивался с гулом разговоров. Шарлотта с Марлин сидели молча, одни из немногих кто здесь за обедом правда ели. Лили с ними не было: она вовсю готовилась к предстоящему свиданию с Джеймсом — наверняка уже в десятый раз перебирала платья в шкафу и нервно поглядывала на часы. Шарлотта последние несколько дней была не в духе: её обычно живые глаза потухли, а улыбка стала редкой гостьей на лице. Марлин и так слишком много приставала к ней со своими расспросами, так что теперь благоразумно решила сидеть молча, лишь изредка бросая на подругу многозначительные взгляды. — Привет! — подсаживаясь рядом, спиной к столу и небрежно облокачиваясь на него, произнёс довольный Джеймс. Он буквально светился от счастья, и его привычная широкая улыбка, казалось, могла осветить весь зал. Парень явно не собирался есть (что было ясно по тому, как он сел — без тарелки, не обращая внимания на еду), а просто хотел поговорить с сестрой. Его глаза искрились весельем, а в движениях чувствовалась непривычная лёгкость. — Привет, — в один голос отозвались Шарлотта и Марлин. — Lottie, tu es triste ces derniers temps, qu’y a‑t‑il? — мягко спросил Джеймс, наклоняясь ближе. — Ни в чём, — коротко ответила Шарлотта, уставившись в свою тарелку. — Tu es toujours en colère contre la mouche qui t’a mordu? — не унимался брат, пытаясь вызвать улыбку на её лице. — Смотри, чтобы тебя никто не укусил, — буркнула Шарлотта, но в её голосе не было настоящей злости. Марлин, сидящая рядом, внимательно прислушивалась к разговору Поттеров, пытаясь по ответам подруги понять, о чём её спрашивает брат. Она слегка наклонила голову, подпёрла подбородок рукой и нахмурила брови, словно решала сложную головоломку. Джеймс, как это у него чаще всего бывало, говорил на французском лишь оттого, что ему было скучно, и делал он это не задумываясь, совсем не из того, чтобы скрыть какую‑то важную информацию. — Oh, ma douce soeur, pourquoi ne veux‑tu pas me parler? — с наигранной обидой произнёс Джеймс. — Потому что ты спрашиваешь глупости, oh mon mignon frère, — передразнила его Шарлотта, стараясь скрыть улыбку, и быстро сменила тему: — Вы с Лили сейчас пойдёте на свидание? — Да, а что? — Джеймс удивлённо поднял брови. — Ну так иди собирайся, хоть оденься нормально, не позорь меня, — строго сказала девушка, окинув брата критическим взглядом. — Так а что не так?! — изумился парень, удивлённо осмотрев свою одежду. На нём красовалась совсем новая, идеально чистая, но чуть помятая красная рубашка, застёгнутая не до конца, рукава которой были небрежно завернуты до локтей, и голубые джинсы с чёрным ремнём. Кудрявые волосы, как всегда, взлохмачены — будто он только что пробежал через ураган. На шее поблёскивала золотая цепочка, а на левой руке стильные часы, которые он недавно купил. — Ой, всё так, — махнула рукой Шарлотта, не сумев сдержать лёгкую улыбку. — Иди уже с глаз моих. И только попробуй мне обидеть мою любимую Лили. Ещё раз повторяю: не позорь меня. — Ой‑ой‑ой, — передразнил её брат, скорчив забавную гримасу, и, встав с лавки, с шутливым поклоном направился прочь из большого зала, насвистывая какой‑то весёлый мотив. — Ух, как ты с ним строга, — протяжно сказала Марлин, когда Джеймс отошёл достаточно далеко. — Что он говорил? — Так, всякую ерунду. Ты знаешь его — он редко когда говорит что‑то дельное, — Шарлотта пожала плечами, но в её глазах промелькнула тень чего‑то неуловимого. — Не хочешь говорить? — Не хочу. — Ну и не говори. Подруги продолжили есть вновь в тишине. Каждая думала о своём, витая где‑то в облаках: Марлин гадала, что же на самом деле тревожит Шарлотту, а Шарлотта мысленно возвращалась к Сириусу, что по её мнению опять где-то пропадал со своей Агатой Покончив с обедом, подруги вместе встали из‑за стола и направились прочь из большого зала. Эхо их шагов разносилось по коридору, а гул разговоров постепенно затихал за спиной. — Ну и долго ты собираешься страдать? — нарушила молчание Марлин, бросив на подругу обеспокоенный взгляд. — Две недели уже так... — Сколько потребуется, столько и буду страдать, — отозвалась Шарлотта, опустив глаза в пол. Чуть смягчившись, она добавила: — Не знаю… Может, до того момента, пока Блэк не перестанет общаться со своей Агатой. — А, так всё‑таки дело в ней, я так и знала! — произнесла Марлин сперва даже обрадовавшись тому, что её подозрения подтвердились. Но потом девушка вдруг поняла, что это значит, и моментально поникла. Её плечи опустились, а улыбка погасла. — Ну, Лотти… Я даже не знаю, что тут можно сказать… — Да ничего, — вздохнула Шарлотта. — Скажи честно, я ужасно себя веду? Гружу тут всех, срываюсь на каждом шагу… — Да нет, как и всегда, — усмехнулась Маккинон, легонько толкнув подругу плечом. — Ну спасибо, — фыркнула Шарлотта, но в её голосе не было обиды — лишь лёгкая ирония. Девушки поднялись по бесконечным движущимся лестницам на самый верх — в башню Гриффиндора. Ступени под ногами то замирали, то вдруг начинали скользить вбок, заставляя подруг крепче держаться за перила. Подруги зашли в гостиную, где в выходной день, как всегда, собралось немало учеников. Кто‑то играл в волшебные шахматы, кто‑то листал учебники, а пара старшекурсников оживлённо спорила у окна. В камине потрескивал огонь, отбрасывая тёплые блики на стены, увешанные гобеленами и флагами факультета. — Лотти! — окликнул девушку знакомый голос Блэка. Шарлотта остановилась и заметила парня: он сидел вместе с Римусом и Питером в креслах у камина. Огонь освещал их лица, подчёркивая улыбки и блеск в глазах. Быстро попрощавшись с Марлин, Шарлотта направилась к друзьям, чувствуя, как внутри что‑то ёкнуло. — Привет, — останавливаясь около места, где сидел Сириус, и облокачиваясь на спинку его кресла, произнесла Шарлотта. — Привет! — отозвались мародёры почти хором. — Я хотел тебе сказать спасибо за то, что ты сказала мне о зелье и подругах Агаты. Ну, не ты сказала, но передала мне это через Лили и Джеймса, — Сириус слегка наклонил голову, глядя на Шарлотту с искренней благодарностью. — Да обращайся, — улыбнулась Шарлотта. — Как вы, кстати, решили эту «проблему»? — Ну, она как бы была против этой идеи, поэтому виноваты только её подружки, а с ней… Ну, ничего, всё по‑прежнему, — Сириус пожал плечами, но в его взгляде мелькнуло что‑то неуловимое. — М‑м, я уж думала, скажешь: «А с ней мы начали встречаться», — слегка усмехнулась Шарлотта, стараясь скрыть за шуткой лёгкую грусть. — Не‑е‑ет, ты что! — протяжно отозвался Блэк и помотал головой так энергично, что его тёмные волосы взметнулись. — Кстати, представляешь, мне сегодня пришло письмо… Мой дядя… Мой дядя покинул этот бренный мир, а так как со всеми остальными родственниками он «чуть‑чуть» расходился во мнениях насчёт того, как правильно жить, он завещал мне свой дом и некоторые средства. — Ничего себе… — Шарлотта на мгновение замерла, а потом добавила: — Ну, прими мои соболезнования… И… Теперь у тебя есть дом, это, наверное, хорошо… — Устала от меня за это лето? — вдруг спросил Сириус с лукавой улыбкой. — Вовсе нет, — искренне ответила Шарлотта. — Теперь ты приезжай ко мне в гости, — запрокинув голову и посмотрев на Шарлотту снизу вверх, произнёс Сириус и одарил её своей привычной обезоруживающей улыбкой. — Я подумаю, — отозвалась девушка и в шутку слабо ударила Блэка несколько раз по голове. Сириус тут же обхватил её ладонь своей, так что та так и осталась лежать на его голове. Шарлотта невольно начала шевелить пальцами, запутываясь в его густых тёмных волосах. На мгновение ей стало тепло и спокойно. — Джеймс с Лили давно ушли? — вдруг спросила Поттер, с нарочитым равнодушием, что бы просто заполнить тишину. — Минут тридцать назад, — посмотрев на старинные настенные часы, отозвался Римус. — Сохатый сам на себя не похож, — протяжно произнёс Блэк. — Весь светился, как рождественская ёлка. — Он всегда такой, — отозвалась Шарлотта, пытаясь говорить небрежно. — Не‑е‑ет, — возразил Питер, широко улыбаясь. — Сегодня по‑особенному. — Ясно, — Шарлотта вздохнула, чувствуя, как лёгкая тоска снова подкрадывается к сердцу. — Ладно, я пошла в свою комнату. Пока! Она потрепала Сириуса по голове, он наконец отпустил её руку, и она направилась прочь, стараясь не оглядываться. *** Шарлотта лежала на кровати, лениво перелистывая страницы книги — её взгляд скользил по строкам, но мысли витали где‑то далеко. Мягкий свет заходящего солнца пробивался сквозь высокие окна спальни, окрашивая стены в тёплые золотистые тона, а лёгкий ветерок шевелил занавески. Как вдруг в комнату буквально ворвалась Лили. Эванс стремительно подбежала к кровати подруги и села рядом с ней, чуть не задев локтем настольную лампу. Её щёки пылали румянцем, глаза сияли, а волосы слегка растрепались, будто она бежала всю дорогу от входа в башню. — Лотти, — протяжно начала говорить девушка, задыхаясь от переполнявших её эмоций, — как я счастлива…! Как я счастлива! — она схватила Шарлотту за руку и сжала её, передавая своё волнение. — Ну что было? — Шарлотта с улыбкой закрыла книгу и отложила её в сторону, полностью переключая внимание на подругу. В её глазах заиграли любопытные искорки. — Рассказывай всё до мельчайших подробностей! — Ну, мы гуляли, болтали… — Лили мечтательно закатила глаза, словно заново переживая каждый момент. — Зашли в «Сладкое королевство», и Джеймс купил все сладости, на которых мой взгляд задерживался дольше пары секунд. Он вообще оказался достаточно интересным собеседником! Раньше я считала его легкомысленным и даже глупым, но он оказался таким умным… И красивым… Лотти, я, кажется, влюбилась, — последние слова она произнесла почти шёпотом, прижав ладони к пылающим щекам. — Что?! — Шарлотта широко распахнула глаза, а затем расплылась в широкой улыбке. — Неужели наконец мой брат перестанет страдать по тебе, и вы будете вместе? — Ну постой, рано ещё говорить об этом, — смущённо отозвалась Лили, нервно теребя край своей юбки. — Мне кажется, он стал ответственнее в этом году. Ну вот, понимаешь, с начала года прошёл почти месяц, а они с Сириусом… Меньше болтают на уроках и больше не срывают их, не творят, как обычно, бесконечные шалости, не шатаются ночью по Хогвартсу. И много всего другого… Например, вчера на трансфигурации он даже помог мне разобраться с заклинанием! Предоставляешь? Дже́ймс По́ттер помог мне́ на уроке. — Ой, всё, понесло тебя, — Шарлотта тихонько рассмеялась, легонько толкая подругу в плечо. — Ну это точно любовь. Ты описываешь его так, будто он внезапно превратился в идеального принца. — Да хватит, — Лили шутливо шлепнула её по руке, но не смогла сдержать улыбку. — Просто… Просто он действительно изменился. И мне это нравится. Шарлотта откинулась на подушки, глядя на счастливое лицо подруги, и почувствовала, как её сердце наполняется теплом. Впервые за долгое время она искренне порадовалась за кого‑то — и на мгновение собственные тревоги отступили на задний план.