Если бы не ты, я бы навсегда был болен.

Если бы жизнь была легкой, Минхо никогда бы не задумывался о том, чтобы расстаться с ней. Он бы не помышлял о самоубийстве. Однако каждый раз, когда он сталкивается с трудностями, удары судьбы становятся все сильнее, и чаще всего их источником становятся люди. Это уже не удивительно, но почему-то каждый раз, когда он сталкивается с болью, его сердце пронзает острая, ноющая боль. Из-за этих ощущений ему хочется вырвать свое сердце, чтобы ничего не чувствовать. В такие моменты Минхо лежит один на кровати, уставившись пустым взглядом на стену, которая уже стала ему привычной. Даже отсутствие рядом кошки ночью, когда он засыпает без её мурчания, кажется ему невыносимым. Накопившаяся боль может привести к взрыву внутри, даже если причина на первый взгляд кажется незначительной. Пока Минхо лежал в темноте, он услышал стук в дверь. Ему пришлось подняться со своего укрытия, чтобы открыть эту дверь. Ноги казались тяжелыми, а разум затуманенным, и он даже не сразу осознал, что открыл дверь. На пороге стоял Джисон с огромными глазами, словно бусинка. Он видел Минхо в плохом состоянии, но в этот раз его друг был настолько... Разбитым, что сердце щемило от боли, и причина была ему непонятна. — Минхо, что с тобой? Что-то случилось? — спросил Джисон, и в его голосе слышалась тревога. Минхо посмотрел на него, несколько раз хлопнув глазами, словно пытаясь понять, что происходит. — Все хорошо, почему ты здесь? — произнес он с трудом, пытаясь изобразить спокойствие. — Я решил проведать тебя, просто возникло странное чувство. — ответил Джисон, и, взглянув в его глаза, почувствовал, что он вот-вот упадет во тьму и не вернется. — Всё нормально, можешь идти, Хани. — произнес Минхо с легкой улыбкой, пытаясь не передать свои переживания. — Минхо, в твоих глазах густая пустота. Прости, что так резко и глупо, но я это вижу, не могу оставить тебя. Пойдем в комнату? — предложил Джисон, и Минхо не стал спорить. Он знал, что Джисон хорошо его знает и легко может заметить неладное. Они прошли в комнату, и квартира наполнилась ощущением холода и темноты. Когда они дошли до кровати, то решили лечь. Минхо лежал на спине, прикрыв глаза, думая о своем, а Джисон просто сидел рядом и некоторое время наблюдал за ним. — Минхо, можно я кое-что спрошу? — произнес он, и Минхо кивнул. — Что с тобой? — спросил Джисон, задержав дыхание в ожидании ответа. Он надеялся на него, хоть и знал, какой его друг скрытный и никогда ничего не вываливает на других. Прошло некоторое время, но ответа так и не последовало. Только Хан заметил, как участилось дыхание Минхо и как громко он сглатывал слюну. Пока не дошло до тихих слез. — Прости пожалуйста, я... я не хотел плакать, не знаю, что нашло. — произнес он, резко сев и пытаясь скрыть свои гнетущие слезы. Но у него не получалось, и все взорвалось в неподходящий момент. Джисон не стал расспрашивать и давить дальше. Он просто приблизился и обнял его, подавая ему свое плечо помощи. Он понимал, что лучшая поддержка — это просто быть рядом. Слышались всхлипы и учащенное дыхание, и казалось, что Минхо вот-вот разобьется до конца и исчезнет с его рук. Поэтому Хан сжал его сильнее, боясь потерять этого человека. Его руки гладили Минхо по спине, пытаясь успокоить и показать свое присутствие, что он рядом. — Прости, я не хотел плакать, просто резко всё навалилось. Я правда... правда пытался быть сильным, я не хотел напрягать кого-то своими проблемами. Но чёрт, в последнее время так больно, чертовски больно, я не выдержал. Так тяжело, Джисон... Я как будто впал в яму и остался там без сил. Как будто дьявол меня проклял, это даже смешно. — произнес Минхо с горькой улыбкой, плача все сильнее, то станет тише, а потом его накатывает с новой силой. Он держался за Джисона как за спасательный круг. Тот был для него как глоток свежего воздуха и чего-то нового, правильного. — Всё хорошо, Хо, можешь ничего не говорить, просто я буду тут рядом, слышишь. — произнес Джисон, и у самого уже были слезы на глазах. Он никогда не видел своего друга таким поломанным. Хотелось спрятать его от всех.