Мой хрупкий клематис

Суа всегда была для Мизи не более чем человеком, за счёт которого она самоутверждалась. По крайней мере, она сама так думала. С самого детства в Мизи воспитали только одно — доверие к своей "маме". Однако это качество в маленькой Мизи продержалось лишь до тех пор, пока "мама" не сделала больно. После этого подорвалось любая любовь, любое доверие к кому-либо. Ею всегда восхищались, всегда называли милой и красивой, и Мизи всё устраивало. До определённого момента. В Анакт гардене многое не поменялось: Мизи не могла и не хотела кому-либо доверять. И лишь однажды, встретив Суа, девочка не подумала о вечной дружбе и любви с первого взгляда, как это и происходит в самых банальных историях, которые она видела по телевизору. Для себя девочка поняла: если ты не хочешь, чтобы раздавили тебя, будь той, кто раздавит. В отличие от многих, Мизи считала свою красоту слабостью, а не сильной стороной. И всё из-за ни в чем неповинного парня, ставшим отправной точкой. "Конечно, ты красивая, тебе доступно всё, и все тебя любят". Это ни что иное, как слабость, которую нужно прятать, чтобы ею не воспользовались. Но в Суа она увидела ещё большую слабость, чем в себе — Суа даже не пыталась казаться сильной. На её фоне Мизи чувствовала себя полноценной. Суа была не против подружиться, поэтому девочки всегда ходили только вместе. Выгоду получали обе: Мизи чувствовала себя сильнее, а Суа просто было некуда деть себя. Она и так была никому не нужна, так почему же не помочь единственному человеку, который проявляет нужду в ней. Лишь через время Мизи стала понимать, что использование ею Суа переросло во что-то большее — больше, чем "игрушка" и больше, чем "друзья". Принимая решение поучаствовать в проекте Аллиен Стейдж, Мизи понимала, что обе не смогут выиграть. Останется только одна из них. И Мизи было всё равно — она была не против умереть. Но если умрёт Суа, то она автоматически докажет самой себе, что не зависит от неё, и что Суа была не более, чем инструментом для самоутверждения Мизи. До шоу оставалось ещё больше месяца. Все заявки давно отправленны и приняты, скоро настанет пора начинать готовиться. Сейчас же девушки ни о чем не заботились и жили своей привычной жизнью в Анакт гардене. Суа сидела под деревом, задумчиво смотря на скромную, мелкую искуственную речку. Волосы обдувались таким же искуственным ветром — всё, чтобы создать иллюзию земной жизни. Но девочки родились уже в мире, захваченном инопланетянами, так что прекрасно прижились бы и к совершенно иным условиям. Едва заметив её, Мизи побежала к подруге и сразу же обняла её. Суа ничуть не изменилась в лице, лишь положила ладонь в ответ на руку Мизи, обхватившую её плечи. Вскоре Мизи присоединилась к Суа и стала бездумно смотреть на искуственные пейзажи. Уже спустя полминуты ей это надоело — она посмотрела на Суа. Подруга посмотрела на неё в ответ. — Ты переживаешь? — тихо спросила Мизи, будто опасаясь, что их кто-то услышит. Однако зря, поблизости никого не было — лишь ветер напевал свою песню. — Нет, — так же тихо ответила Суа. — Просто думаю, что мы можем спеть. — Пфф, — выдохнула Мизи и откинулась назад, держась одной рукой за дерево. — Ещё куча времени, Суа! Чего ты так переживаешь, успеем всё придумать. — Ты сама захотела поучаствовать, а теперь откладываешь на последний момент, — пожала плечами Суа. — Ничего я не откладываю... Она легла прямо перед Суа, отвернувшись от пейзажа, явно не заинтересовавшись в нём. Сейчас её могла заинтересовать только Суа — такая милая, маленькая, красивая... Такая слабая, как и всегда. Мизи положила руку на ладонь Суа, а та сразу же сжала ладонь подруги, сплетая их пальцы в некрепкий замок. Мизи перевела взгляд на глаза, устремленные на скреплённый замок вечной дружбы и доверия, каким Суа хотела видеть их отношения. Она невольно засмотрелась на тёмные, как далёкий космос, глаза, словно выискивая в них что-то скрытое от невооруженного взгляда. Но ничего в них она не нашла. — Я в последнее время думаю только о тебе, — словно песню, вытянула Мизи. Суа сразу же посмотрела на неё. — Я тоже, — только и ответила она. — Тебе не кажется это странным? — с горькой нотой удивления протянула Мизи, отводя взгляд вниз. — Нет, почему должно? — вопросом на вопрос ответила Суа. — Мы давно уже перестали жить друг без друга. — Знаю, но... Мне кажется, что дружеские отношения не должны перерастать это, — Мизи вздохнула и отпустила руку Суа. — Всё же мы разные личности... По крайней мере, были ими. А сейчас что? Суа убрала руку, отпущенную Мизи, и посмотрела, наоборот, вверх. В ненастоящее небо с нарисованными звёздами, ища в них ответы. — Ты считаешь, что любишь меня? — будто в пустоту спросила Суа. Мизи на это немного сжалась. — Не знаю... Действительно, может, их многолетняя "дружба" правда переросла в любовь? Такие случая нередки, но... Мизи не умеет любить. Она не хочет "любить" Суа так же, как Мизи "любила" её "мама". Не хочет причинять ей боль. В ответ встал такой же вопрос: — А ты меня любишь? Суа, не колеблясь с ответом, посмотрела на зажатую в себя Мизи и положила руку на её плечо, чуть поглаживая его и улыбаясь. — Я всегда любила тебя, Мизи. Она не стала уточнять, в каком именно значении Суа любила Мизи. Ей было достаточно просто того, что она правда её любит, а не использует, как она сама и делала. В любом случае, их отношения никогда не должны перерости хотя бы "дружбу".

***

Нет, Мизи разочаровалась в себе. Смотря на истекающее кровь тело Суа на сцене, на глаза так и наворачивались слезы. И Мизи не спешила вытереть их и усмирить их поток, льющийся ручьём. Намного желаннее сейчас было усмирить разъедающую боль в груди, означающую ещё более болезненную истину: Мизи правда привязалась к Суа. И правда полюбила её. А может быть, и её любовь была искуственной, как весь этот чёртов мир? Раз всё здесь ненастоящее, может, и её личность тоже... И всё, что сейчас происходит — просто сон? ​