Лазарос

Он сжал другую руку, и в его спокойных красновато-карих глазах начал закипать гнев. Группа наёмников, стоявших в стороне, усмехнулась, увидев, как мужчина залпом выпил вино и попросил ещё. Все альфы в зале не сводили глаз с этого мужчины с тех пор, как он вошёл, и по таверне разнёсся его сладкий лесной аромат. Кэйл и не подозревал, что его феромоны производят такой эффект, ведь в его семье в основном были беты, за исключением его матери. Прислуга в его доме тоже состояла из бет и омег. Однако на кухне работали только две омеги, и он их никогда не видел. Если бы он это сделал, возможно, они бы решили, что он достаточно хорошо скрывает свой запах, чтобы люди могли почувствовать его только с близкого расстояния. — К.Х, ты в порядке? — спросил Боб, увидев, как Рыжеволосый мужчина обильно вспотела после того, как выпила две бутылки вина. — Почему ты спрашиваешь? «Твой запах стал сильнее», — нахмурился Боб, проверяя температуру тела собеседника. Она начала расти, и Боб понял, что происходит. Кэйл прижался к холодному металлу и довольно вздохнул. «Вот ублюдки», — невольно выругался темноволосый мужчина. «Давай продолжим разговор в твоей комнате», — он схватил рыжеволосого и потащил его в свою комнату. Группа, ответственная за это, попыталась последовать за ним, но упала на колени, корчась от боли, потому что шатен выделял сильные феромоны, направленные только на них. Они потеряли сознание, когда эти двое скрылись за поворотом коридора и вошли в комнату Кэйла. «У тебя есть с собой подавители?» — спросил Боб, запирая дверь и возводя вокруг комнаты барьер, чтобы никто не смог войти. Кэйл покачал головой и расстегнул рубашку, придерживая грудь другой рукой. «Пойду посмотрю, смогу ли я что-нибудь раздобыть», — Боб попытался уйти, воспользовавшись свитком телепортации. «Это не сработает. На меня не действуют никакие подавители. Чёрт, нужно было быть осторожнее», — он тяжело вздохнул и сел на кровать. Боб, почувствовавший, как усилился запах феромонов омеги, когда у него самого началась течка, закрыл нос, но из-за алкоголя в крови ему было трудно сдерживать свои альфа-инстинкты. «Как ты справлялся с жарой раньше?» — Уединение, — с трудом выдавил Кэйл. Его взгляд затуманился, мысли спутались. Сам того не осознавая, он начал выделять больше феромонов, его лицо покраснело, а тело покрылось испариной. «К.Х., судя по тому, как всё идёт, ты скоро потеряешь контроль. Что ты собираешься делать?» К тому времени Кэйл поддался инстинктам омеги, и, будучи доминантным омегой, он начал привлекать Боба своими феромонами. Обычно Боб может сдержаться, несмотря ни на что. Он встречал немало омег и альф, которые хотели использовать свой вторичный пол, чтобы забраться к нему в постель, но они вызывали у него только отвращение. Их желания и жадность, которые читались на их лицах и проявлялись в их действиях, чаще всего вызывали у него желание разбить им лица, но он всегда сдерживался и старался не поддаваться искушению, несмотря ни на что. Но запах леса, самый сильный из всех, что он когда-либо чувствовал, манил не только его альфу, но и его тёмную эльфийскую кровь. Тёмные эльфы были частью природы, поэтому любой связанный с ней запах мог быть сильным стимулятором, но запах Кэйла был на другом уровне. Даже дракон не смог бы устоять перед ним, как и Боб. Он подошёл к Кэйлу и впился в него поцелуем. Кэйл неосознанно застонал. «Что бы ни случилось, я буду нести за тебя ответственность», — это было последнее, что услышал Кэйл, прежде чем его инстинкты взяли верх. Он мог только кивнуть, потому что был не в состоянии произнести ни слова. Это была долгая ночь для них обоих. К утру комната наполнилась их сильными феромонами, а они сами пахли друг другом. Кэйл проснулся первым. У него болела спина и раскалывалась голова. Он оглядел комнату, спящего рядом с ним человека, драконье яйцо, аккуратно завёрнутое в ткань, и наконец посмотрел в окно, где начинало восходить солнце. Кэйлу очень хотелось выругаться, но он сдержался, чтобы мужчина не услышал его и не проснулся. Он медленно поднялся, не обращая внимания на боль во всём теле, привёл себя в порядок, насколько это было возможно, и снова надел одежду. Он достал из сумки пергамент и что-то написал на нём, а затем собрал все свои вещи и разорвал свиток, чтобы замести следы. С драконьим яйцом за спиной он быстро вышел из таверны и направился в лес, где его должны были ждать Рон и Бикрокс. Он знал, что эти двое скоро вернутся, поэтому оставил письмо, в котором указал своё местонахождение и место, куда они должны были прийти за ним, если его не будет в особняке. Его ждала карета с изображением золотой черепахи. Рон стоял снаружи и оглядывался по сторонам в поисках своего юного господина. — Молодой господин! — Бикрокс, ожидавший его у дерева, подбежал к нему, а Рон последовал за ним. — Что с тобой случилось? — спросил шеф-повар, сверля взглядом красные пятна и синяки на его лице. «Я объясню позже, давай уйдём отсюда», — он забрался в карету, и вскоре она тронулась с места. Всю обратную дорогу Кэйл старался не смотреть на Моланов. Их взгляды были зеркальным отражением друг друга, и от этого у него по спине бегали мурашки. Вскоре они прибыли в округ, и Кэйл сразу же направился в свою комнату, а остальные последовали за ним. Бикрокс запер дверь, и отец с сыном оказались лицом к лицу с рыжеволосым. — Молодой господин, не могли бы вы рассказать нам, что произошло? — Рон был на удивление мягок. Кэйл глубоко вздохнул и рассказал им, что произошло. Рон достал кинжал и начал его полировать. «Вот почему мы сказали вам, чтобы вы позволили нам сопровождать вас, молодой господин», — Бикрокс скрестил руки на груди. Его брат действительно умел добиваться от него послушания. — Я знаю, но мне нужно было, чтобы ты нашёл Фризию и создал нашу собственную информационную сеть. Мы не всегда можем полагаться на мои способности. Я не знаю, какую информацию дадут мне мои силы и когда. Нам нужно быть максимально подготовленными. Я не хочу, чтобы это будущее наступило, — Кэйл потёр руки. «Мы сделаем всё, что вы пожелаете, молодой господин. Сейчас я приготовлю для вас тёплую ванну, вам это нужно», — сказал Рон и ушёл. — Молодой господин Кэйл, — позвал Бикрокс. Кэйл поднял голову. — Что нам делать с яйцом? — Ты же не собираешься готовить его, Бикрокс? — испуганно спросил Кэйл. «Я почти уверен, что человек не сможет разбить драконье яйцо, а я не любитель готовить блюда из рептилий», — это никак не помогло Кэйлу справиться со страхом. Бикрокс усмехнулся перед тем, как уйти. «Предположим, с этого момента я должен о тебе заботиться», — он осторожно развернул яйцо. «Но как вообще можно ухаживать за драконьим яйцом?» — спросил он себя. Вскоре пришёл Рон и сказал, что ванна готова. Кэйл окунулся в тёплую воду и тщательно вымылся. Его лицо краснело каждый раз, когда он вспоминал прошлую ночь. Кэйл был разочарован тем, что не смог как следует рассмотреть лицо Боба, поскольку тот был в чадре. А утром он запаниковал и думал только о том, как бы поскорее убраться оттуда. «Надеюсь, я ещё долго с ним не встречусь», — подумал он, расслабляясь в ванне.