Невидимый жилец.

Солнце мягко лилось золотыми потоками на пологие холмы. Редкие облака лениво таяли в синеве. Георгий, сидя на заднем сиденье, украдкой поглядывал на Катерину — она прижимала к груди сумку так, будто дорога могла отнять у неё что-то важное. Денис вёл машину размеренно, но взгляд его то и дело скользил по навигатору: чем дальше они ехали, тем у́же становилась дорога и тем ближе подступали старые ели. — Местность тут… странная, — тихо заметил Георгий, всматриваясь в тёмную зелень. — А мне нравится, — возразила Катерина, но в её голосе проскользнула тень напряжения. И вдруг всё переменилось. На ровном месте, словно из ниоткуда, возник густой молочно-серый туман. Он заволок дорогу, обволакивая машину мягким, но тревожным коконом. Свет стал тусклым, а привычные звуки леса исчезли, будто их и не было. — Это уже перебор… — пробормотал Денис, сбавляя скорость. — Видимость — ноль. Туман был странным: он не полз, как обычный, а будто стоял на месте, чуть колыхаясь, словно дышал. По спине Георгия пробежал холодок. — Как будто нас заманили в ловушку, — вырвалось у него, и он тут же пожалел о сказанном. В тот же миг туман начал редеть. Пятна света прорезали серое марево, и через несколько секунд перед ними открылась небольшая полянка: невысокий домик с крышей из серой дранки стоял на пригорке. Солнце, вырвавшись из-за облаков, осветило его так, словно в этом месте действовали свои законы природы. Возле дома цвели огромные кусты роз — алые, жёлтые, белые; даже лёгкий ветерок не смел тронуть их лепестки. Они вышли из машины, переглянулись и молча направились к крыльцу. Дверь вдруг отворилась сама, и на пороге появилась женщина — невысокая, пухленькая, в длинной тёмно-синей юбке с платком на голове. Лицо её было добрым, в глазах мудрость, мгновенно дающая понять: «Я знаю больше, чем вы думаете». — Здравствуйте, — мягко сказала она. — Ну что ж, дождалась я вас. — Вы… знали, что мы приедем? — осторожно спросил Денис. — Я всегда знаю, — просто ответила она, отступив в сторону и пригласив их внутрь. — Заходите, Георгий, Денис, Катерина. Троица переглянулась: никто не называл имён. Внутри пахло сушёными травами, мёдом и печёными яблоками. На полках стояли банки и пузырьки с разноцветными жидкостями, а под потолком висели связки трав. Катерина, переминаясь с ноги на ногу, первой подошла к Марфе. Та наклонилась, и девушка что-то быстро прошептала ей на ухо. Лицо хозяйки осветила тёплая улыбка. Она кивнула, сняла с полки пузатый пузырёк с зеленоватой жидкостью, что-то негромко произнесла, открыв его, и вложила в руки Катерины. — Пей по утрам, на голодный желудок. И только семь дней, — тихо сказала Марфа. Потом она повернулась к Георгию и пристально посмотрела на него. — С вами я поговорю на улице. С этими словами она направилась к двери. Георгий, почувствовав лёгкое волнение, вышел за ней, оставив Дениса и Катю в доме. На улице снова сияло солнце, но воздух вокруг Марфы казался плотнее, чем в остальном мире. — Здравствуйте… я пришёл не один, — начал он, — но вы, наверное, уже это знаете. После аварии… Марфа подняла руку, останавливая его. — Не стоит рассказывать то, что уже случилось. Скажи лучше: тебе с ним плохо? — Нет. — А ему с тобой?.. — Не знаю… Спросите сами. Марфа подошла и положила ладонь ему на грудь. Странная дрожь пробежала по телу, и вдруг из груди Георгия вырвалось облачко, которое вытянулось, становясь полупрозрачным. Постепенно проявились очертания фигуры и лица Валентина. Георгий, ошеломлённый, даже отступил на шаг. Бабушка обратилась к фантомной фигуре: — Ну, Валентин… тебе с ним рядом плохо? — Нет, — ответило нечто. Марфа улыбнулась. — Вы и сами не знаете, чего хотите… Вот от этого и ваши беды. Настанет час, когда вы встанете перед выбором — жить душа в душу или исчезнуть навеки. Смотрю я на вас и вижу, что не поняли вы меня. Тогда я расскажу вам одну легенду. Может, после этого смысл станет яснее… В старых преданиях наши предки называли их Двумя Полуночными Звёздами. Говорили, что в начале времён Великая Ткачиха Судеб, Ойкара, ткала небесное полотно. Она выпряла две нити: одну — из света ярких звёзд, другую — из дыхания ночного ветра. Она вплела их рядом, и те засияли так ярко, что даже боги заслонили глаза. Но мир был ещё несовершенен, и полотно — хрупким, поэтому нити разлетелись в разные уголки Земли. С тех пор каждая нить жила в сердце смертного. Они не знали друг друга, но во снах видели один и тот же берег, слышали одинаковую мелодию и ощущали странное тепло, когда смотрели на ночное небо. Легенда гласит: если две Полуночные Звёзды вновь коснутся друг друга, их свет сплетётся в вечность, и даже сама смерть не сможет разорвать их связь. Люди называют их соулмейтами — душами-близнецами, рождёнными, чтобы быть вместе, несмотря на расстояния и время. Марфа глубоко вздохнула, посмотрела на них и сказала: — А теперь возвращайтесь назад. Вам никто не поможет...кроме вас самих.- она развернулась и пошла в дом. Оставив Георгия в глубоких раздумьях.