Игра без победителей

      Шум школьной столовой всегда казался Брайсу раздражающим и забивающим уши. Но сейчас этот звук словно убавили на треть. Всё внимание парня сузилось до размеров бумажной салфетки в руках Ханны Бейкер.       Девушка замерла всего на долю секунды, но он успел заметить эту микро-паузу. Уокер подался вперёд намеренно медленно, въедливо фиксируя каждую её реакцию. Под кожей разливалось странное, извращённое тепло, граничащее с удушьем. Джастин, сидевший напротив и что-то весело доказывавший Джессике, в этот момент казался Брайсу просто фоновым сопровождением. Какая же это всё-таки ирония. Джастин видел в нём лучшего друга, брата, альфа-самца и лидера команды. Джесс — авторитетного парня своего бойфренда. И только Бейкер, эта ненормальная, залезла ему под рёбра своими словами о его семье и о его одиночестве.       Видит бог, Брайс никогда никому бы этого не позволил, но с Ханной… с Ханной у него включилась какая-то больная потребность. Ему хотелось, чтобы она вывернула его наизнанку. Хотелось, чтобы она докопалась до самого дна его черноты и захлебнулась ей, но не сбежала, а приняла.       «Что это за хрень?» — огрызнулся внутренний голос. Парень не находил себе места последние три дня. Он не мог спать, всё ещё прокручивая в голове её дерзкие реплики. Влюбился? Глупость. Уокеры не влюбляются в таких чудачек. Это просто азарт. Просто желание поставить галочку, переломить её гордость, доказать, что он хозяин положения. Да, точно. — Брайс, по сколько скидываемся на выпивку? — голос Фоули выдернул парня из оцепенения. — А то у меня… сам знаешь. — Расслабься, бро. Никому скидываться не надо, — когда Уокер переключил внимание на друга, на его лицо вернулась привычная, уверенная ухмылка. — Я сам всё закрою. С вас — просто притащить свои задницы.       Джастин благодарно улыбнулся и толкнул его кулаком в плечо: «Чувак, ты лучший». Джессика удивлённо приподняла бровь, оценив щедрость, и согласно кивнула.       Уокер внутренне восторжествовал. Этот жест со спонсорством был всего лишь холодным расчётом. Он планировал выбить у Ханны почву из-под ног. Что теперь она думает? Что Брайс Уокер — монстр? Но монстры не покупают выпивку на всю компанию просто так. Каждое его доброе действие сейчас превращалось в кирпичик для его нового образа «славного парня». Он заставит Бейкер начать сомневаться в собственной правоте.       Парень чувствовал кожей, что взгляд Ханны стал ещё более колючим и подозрительным. Она не верила ни одному его слову, и это только разжигало азарт. Брайс спокойно доедал свой ланч, лениво перекидываясь дежурными фразами с Джастином о предстоящем матче и подшучивая над Джессикой, которая пыталась отобрать у Фоули его картошку фри. Бейкер поднялась из-за стола первой. Брайс проследил за ней краем глаза, отмечая, как порывисто она закинула рюкзак на плечо и поспешила скрыться в потоке учеников, так ни разу больше и не посмотрев в его сторону.       Следующие уроки потянулись смазанной серой лентой. Экономика, затем история, перетёкшая в скучнейший английский. Уокер сидел на задней парте, полностью игнорируя бубнёж учителей и надписи на доске. В его руке монотонно вращался старый брелок в виде бейсбольного мяча — подарок матери из начальной школы, когда он только-только начинал играть. Кожа на брелоке давно потёрлась, но Брайс всё ещё хранил его.       Дребезжащий звонок с последнего занятия стал триггером. Парень мгновенно сбросил с себя ментальную вялость, спрятал брелок в карман и поднялся. Пришло время отправляться на его законную территорию.       В раздевалке уже вовсю гремели шкафчики и стоял аромат разогревающей мази. Зак, Скотт и Джастин уже переодевались, бурно обсуждая тактику защиты. — О, а вот и наш капитан-благотворитель, — ухмыльнулся Рид, натягивая бейсджерси. — Слышал, ты решил выставить поляну на субботу? Святой человек. — Просто не хочу пить дешёвое пойло, которым вы обычно травитесь, — лениво отозвался Уокер, скидывая худи. — Считайте это инвестицией в хорошее настроение.       Тренировка выдалась жёсткой и динамичной. Солнце припекало, гравий летел из-под шиповок, а свисток тренера то и дело разрезал воздух. Рик гонял команду в хвост и в гриву — до матча оставались считанные дни, а защита на второй базе всё ещё хромала. Брайс на поле был в своей стихии: громким, командным голосом раздавал указания, матерился, когда кто-то косячил, и выкладывался на полную.       Когда Джастин выдал серию почти идеальных подач, Уокер подбежал к нему и с размаху ударил по перчатке: — Хорош, бро! Просто стена. На следующей неделе раскатаем «Крествуд» всухую.       Фоули расплылся в довольной улыбке, и его плечи моментально расправились. Брайс хлопнул его по спине и побежал занимать свою позицию. Ему нравилось, когда команда ловила этот кураж.       Чуть позже, во время короткого перерыва, Уокер подозвал к себе Зака, чтобы разобрать тактическую схему: — Помнишь, о чём тренер говорил в понедельник? Нам нужно жёсткое перекрытие зон на второй базе. Если они прорвутся там, нам конец. Ты страхуешь Скотта, понял?       Демпси внимательно выслушал, согласно кивнул, а затем, оперевшись на биту, хитро прищурился: — Всё сделаю, кэп. Кстати, о зонах… Хлоя сегодня все уши прожужжала, как ждёт субботы. Смотри не растеряй форму до выходных, чувак.       Брайс лишь снисходительно усмехнулся, покачав головой, и толкнул товарища локтем в бок: — Заки, займись лучше своей подачей. За Хлою не переживай, сам разберусь.       После тренировки уставшие и разгорячённые спортсмены ввалилась обратно в раздевалку. Шум душа, стук пластиковых сланцев, привычный трёп. Скотт, проходя мимо Уокера, негромко произнёс: — Круто, что катик за городом. Предки точно не докопают. Жду не дождусь субботы, оторвёмся по полной. — Да, будет жарко, — подтвердил Брайс, застёгивая сумку.       В этот момент в дальнем конце раздевалки парень из параллельного класса громко хохотнул, развалившись на лавке: — Слыш, Фоули, а ты с Бейкер чисто из-за Джессики тусишь? Я видел, вы сегодня в столовой тёрлись. Фигурка у неё что надо. Вы в субботу её тоже везёте? Если ей там станет скучно, маякните, я бы заехал на огонёк, показал ей, как надо развлекаться. Она выглядит как та, кто не откажет после пары стаканов.       В раздевалке на секунду повисла глумливая тишина, пара пацанов из резерва подхватили смешок. Джастин нахмурился, явно собираясь послать придурка, но Уокер опередил его. Слова о «паре стаканов» и «фигурке» почему-то зацепили внутри какой-то оголённый провод. Ещё неделю назад Брайс, может, и сам бы поржал или выдал ответную шутку, но сейчас в поджилках вскипело глухое раздражение.       Уокер медленно выпрямился, закинул полотенце на плечо и повернулся к парню. Взгляд стал тяжёлым и холодным. — Закрой рот, Миллер, — спокойно произнёс Брайс. — Тебя вообще волнует, кто с нами едет? Сидишь тут, слюни пускаешь. Оставь её в покое. Бейкер — нормальная девчонка, а ты хорош херню молоть.       «Шутник» сглотнул, моментально растеряв всю свою спесь, и поспешно закивал, утыкаясь в телефон. Уокер нервно дёрнул плечом, взял сумку и пошёл к выходу. Он сам не до конца понял, какого чёрта сейчас так впрягся за Ханну. Джастин и Зак переглянулись с немым недоумением на лицах — Брайс, защищающий девчонку от сальных шуточек, это было что-то новенькое. Но именно эта их реакция внезапно натолкнула Уокера на мысль.       Он ухмыльнулся на ходу. А ведь это сработает. Миллер — трепло, а значит к вечеру вся школа будет знать, что капитан бейсбольной команды заступился перед сокомандником за Бейкер. Слух долетит до Джессики, а там и до самой Ханны. Ловушка, которую он даже не планировал расставлять изначально, захлопнется сама собой.       Первые плоды длинного языка Миллера настигли Брайса уже на следующее утро. Стоило ему переступить порог школы перед первым уроком, как он мгновенно уловил перемены в атмосфере. Спортсмены смотрели на него с едва заметным, глуповатым недоумением. Пара чирлидерш, заметив капитана, и вовсе переглянулись и притихли. Слух из раздевалки уже вовсю гулял по «Либерти», обрастая новыми, сочными подробностями. Уокера это только забавляло — маска «славного парня» шилась сама собой, чужими руками.       На большой перемене его перехватила Хлоя. Она буквально налетела на парня у шкафчика, обвивая руками шею и заглядывая в глаза с этой своей обожающей, приторной улыбкой. — Брайс, привет! — она звонко поцеловала его в щёку, оставляя липкий след от блеска для губ. — Ты ведь помнишь, что обещал помочь нам сегодня со стендами к матчу? Сразу после уроков в кабинете студсовета, Шери уже всё приготовила. Без тебя мы не справимся с этими тяжеленными декорациями. — Помню, Хло. Куда я денусь, — Уокер снисходительно улыбнулся, приобнимая девушку за талию.       Оставшиеся занятия тянулись нудно, и Брайс даже не пытался вникать в суть тем. Сразу после финального звонка Райс выловила его прямо у аудитории, подхватила под руку и потащила по коридору. Когда они переступили порог кабинета совета, парень первым делом зафиксировал обстановку.       В комнате пахло свежей гуашью и картоном. Шери возилась у длинного стола, пытаясь распутать рулон плотной ватманской бумаги, а в самом дальнем углу у широкого подоконника, сидела… Ханна Бейкер. Перед ней были разложены банки с краской, а сама она была полностью сосредоточена на выводе аккуратных букв на огромном плакате. При появлении Уокера девушка на секунду вскинула голову, их взгляды встретились, и парень заметил, как её пальцы сильнее сжали кисть. — О, Брайс, Хлоя, супер, что пришли! — Шери облегчённо выдохнула, отвлекаясь от рулона. — Брайс, помоги, пожалуйста, перетащить вон те коробки к окну, а потом нужно будет подержать стремянку. Хлоя, займись пока вырезками.       Уокер решил вести себя тихо. Никакого шутовства, флирта или попыток привлечь к себе внимание Ханны. Он молча кивнул и принялся за скучную работу. Парень подтаскивал тяжёлые коробки, переставлял громоздкие тумбы и покорно стоял у стремянки, пока Шери крепила верхние части заготовок. Хлоя то и дело крутилась рядом, вешалась на его плечо, пыталась заигрывать, но Брайс мягко возвращал её к работе, демонстрируя абсолютную концентрацию на деле. Краем глаза он постоянно контролировал угол, где сидела Бейкер. Она упорно делала вид, что полностью поглощена рисованием, но Уокер видел, как напряжены её плечи. Он показывал ей то, что хотел сам: Брайса-помощника, Брайса-тихоню, который не лезет на рожон.       Минут через двадцать Шери, всплеснув руками, поняла, что забыла в учительской специальный строительный степлер. — Хлоя, пойдём со мной, поможешь дотащить коробку с креплениями, а то я одна не унесу, — позвала Холланд, поправив безупречный хвост и ободряюще кивнув блондинке. — Ой, ну ладно, — Райс недовольно надула губы и бросила на Уокера долгий, многозначительный взгляд. — Брайс, я быстро. Не скучай без меня. — Иди, Хло, — парень мягко улыбнулся и слегка подтолкнул её к выходу.       Дверь за девочками захлопнулась, и в кабинете воцарилась почти осязаемая тишина. Ханна даже не подняла головы, ещё сильнее наклонившись над ватманом. С её стола покатилась и с глухим стуком упала на линолеум тонкая деревянная кисть. Уокер воспользовался ситуацией: бесшумно подошёл, перехватил её и замер на одном уровне с лицом девушки.       Она вынужденно подняла на него глаза. Брайс смотрел на неё тем же «притухшим», уязвимым взглядом, который отрепетировал в воскресенье перед зеркалом. Он протянул ей кисть, едва касаясь её пальцев, и произнёс полушёпотом: — Держи. И… извини, что мешаю. Честно. Я вижу, что ты не в восторге от того, что я здесь. — Ты извиняешься за это? — Бейкер удивлённо приподняла брови, застыв с протянутой рукой. — Я просто не хочу, чтобы ты думала, будто я преследую тебя, — парень опустил глаза, симулируя неловкость. — Хлоя попросила помочь, я не смог отказать.       Ханна медленно опустила кисть в стакан с водой. Жидкость мгновенно окрасилась в густой чернильный цвет. — Ждёшь, пока я скажу тебе «спасибо»? — в интонации девушки сквозила ледяная ирония. — Весь день по школе только и разговоров, какой Брайс Уокер, оказывается, защитник угнетённых. Миллер теперь, наверное, за километр тебя обходит.       В яблочко. Всё сработало именно так, как планировал Брайс. Он выпрямился и слегка опустил плечи, убирая из позы любую демонстрацию силы: — Мне плевать на Миллера. И благодарности от тебя я не жду. Он нёс херню в раздевалке. Обычную сальную херню, которую пацаны мелют, когда хотят казаться крутыми. Меня просто это взбесило. — Надо же, — Бейкер опять приподняла бровь, и на её щеке на секунду проступила та самая асимметричная ямочка, которую парень видел на фото в Инстаграме. — Ты обзавёлся моральным компасом? Или просто решил, что говорить гадости о ком-то — это исключительно твоя привилегия? — Ты в пятницу выдала мне кучу дерьма про мою жизнь, Ханна, — тихо произнёс Брайс. — Про отца, про мать, про то, что я пустой внутри, — он сделал паузу, давая словам осесть. — Но то, что произошло между нами… это наше дело. Я не святой, но позволять всяким придуркам полоскать твоё имя я не буду. Просто потому, что ты… ты этого не заслуживаешь.       Бейкер слегка подалась назад, её зрачки расширились. Она явно не ожидала от Уокера такой тирады. Парень чувствовал, как внутри него самого закипает дикий восторг от её реакции. Это было похоже на идеальную подачу в бейсболе — мяч летел точно в цель, и отбить его было невозможно.       Не дожидаясь ответа и не давая Ханне опомниться, Брайс резко выпрямился, развернулся и удалился обратно к стремянке, как раз в момент, когда в коридоре послышались голоса возвращающихся Хлои и Шери. Домой в тот вечер он уезжал с приятным чувством маленькой победы и убеждённостью, что всё идёт по плану. Он думал, что заронил в голову Бейкер необходимое зерно сомнения, заставил её растеряться.       Следующий день прошёл для Уокера под знаком абсолютной собранности. Парень больше не витал в облаках и не крутил в пальцах потёртый бейсбольный брелок. На уроках он ровно и спокойно отвечал на вопросы учителей, но все его мысли уже были сосредоточены на субботней ночи в лесном коттедже.       Сразу после конца занятий Брайс снова переключился в режим лидера, потому что тренировка с учётом приближающегося матча вновь требовала максимальной отдачи. На поле Уокер выложился на все сто: гонял парней по базам, срывал голос, корректируя защиту, и заставлял команду держать сумасшедший темп. Из раздевалки он выходил уставшим, но удовлетворённым.       Однако стоило Брайсу припарковаться у своего дома и переступить его порог, чтобы переодеться перед поездкой в супермаркет, как весь спортивный триумф мгновенно испарился. Произошло резкое, болезненное заземление.       Навстречу парню из гостиной вышел отец в своём привычном амплуа — дорогой костюм и холодный, сканирующий взгляд, не выражающий ни единой эмоции. Мать сидела чуть поодаль на диване, полностью погружённая в очередной телефонный разговор, и лишь вяло мазнула по сыну взглядом, не прерывая свою беседу. — Брайс, — произнёс отец, остановившись в паре шагов. — Я просматривал твою текущую успеваемость. Если ты думаешь, что твои успехи в спорте полностью перекроют посредственные баллы для колледжа, то ты глубоко заблуждаешься. Спортивная стипендия — это лишь дополнение к статусу, а не оправдание твоей лени. И ещё… я в твоём возрасте не тратил столько времени на всякие сборища с кучей недоумков.       Каждое слово отца падало как тяжёлый кирпич. В грудной клетке Брайса закипала уродливая ярость, от которой перехватывало дыхание. Но сильнее всего разозлило другое — в памяти сокрушительным набатом отозвались утверждения Ханны Бейкер, которые прямо сейчас подтверждались со стопроцентной точностью. Эта ненормальная девчонка видела его жизнь насквозь, даже не зная Барри Уокера. Она была чертовски права, и осознание этого факта выбивало парня из равновесия. — Всё под контролем, отец, — процедил он сквозь зубы, изо всех сил стараясь сохранить внешнее самообладание.       Отец лишь разочарованно качнул седой головой и отвернулся, теряя к сыну всякий интерес. Брайс развернулся и почти бегом бросился к выходу. Ему нужно было немедленно, сию же секунду убраться из этого проклятого, ледяного склепа.       Поездка в маркет за алкоголем стала идеальным предлогом для побега. Опустившись за руль своего внедорожника, Уокер с силой ударил ладонями по рулю, вымещая гнев, а затем резко вдавил педаль газа в пол. Машина с визгом сорвалась с места, унося парня прочь от «идеального» дома и родителей.       Путь до круглосуточного магазина и правда помог немного выпустить пар. Зайдя внутрь, парень уверенно направился к складским помещениям в обход общих касс. Здесь его уже ждал знакомый менеджер — проверенный человек, который за щедрую доплату сверху никогда не задавал лишних вопросов и не требовал документы.       Брайс быстро отобрал нужный товар: ящики с дорогим пивом, элитный крепкий алкоголь — всё самое лучшее. — Упакуй всё плотно в коробки, — коротко распорядился Уокер, протягивая менеджеру ровную стопку купюр. — Завтра мои парни приедут и всё заберут. Чтобы без накладок.       Мужчина понимающе ухмыльнулся, пересчитал деньги и кивнул: «Всё будет в лучшем виде, не переживай».       Уладив дела и заставив себя успокоиться, Брайс вернулся на парковку. Вечерний прохладный воздух немного остудил лицо. Ярость на отца постепенно трансформировалась в извращённый азарт. Завтра на этой тусовке он вернёт себе абсолютную власть. Снова будет лидером, королём, спонсором и хозяином положения, чьё слово — закон. Суббота должна была расставить всё по своим местам.       Он снова сел в машину, завёл двигатель и не торопясь поехал обратно в сторону дома. Остаток пятничного вечера и вся последующая ночь превратились для Брайса в испытание на прочность. Скверное настроение вследствие беседы с родителями оседало в лёгких удушливой гарью, заставляя парня то и дело мерить шагами спальню, в которой всё — от идеального порядка до кубков на полках — казалось чужим и безжизненным.       Серое субботнее утро и суматошный день словно намеренно растягивали время, проверяя выдержку парня.       И вот, наконец, наступил вечер.       Дорога за город заняла около сорока минут. Мощный внедорожник уверенно разрезал густые сумерки, унося Уокера всё дальше вглубь лесного массива, где среди вековых сосен прятался просторный двухэтажный дом. Одиночество в пути помогало окончательно настроиться на нужную волну.       Шины авто зашуршали по мелкому гравию, когда Брайс сбросил скорость и въехал во двор коттеджа. Он заглушил мотор, но не спешил выходить. В тишине леса этот звук казался лишним, но тишина длилась недолго. В зеркале заднего вида парень заметил яркие вспышки фар. По извилистой дорожке, поднимая пыль, въезжали другие машины.       В отражении чётко прорисовался массивный автомобиль Зака, затем — более компактная легковушка Шери, а прямо за ней — потрёпанный седан Джессики, где на пассажирском сиденье, слабо освещённая приборной панелью, сидела Ханна.       Азарт послушно скользнул по венам Уокера, вытесняя остатки уныния. Брайс наконец толкнул дверь своего внедорожника и выбрался на прохладный лесной воздух. Двор коттеджа моментально наполнился хлопками багажников, громким смехом и эхом разносившихся по округе голосов. Из машины Зака, слегка покачиваясь от басов, доносившихся из салона, вылезли сами парни — Демпси, Фоули и Скотт Рид. Они с победными возгласами принялись выгружать из багажника те самые коробки с элитным алкоголем, которые Уокер оплатил накануне. Из автомобиля Шери с весёлым визгом выскочила Хлоя, а из седана Джессики, не торопясь, вышли хозяйка машины и Ханна.       Вся эта шумная, пёстрая толпа, обмениваясь быстрыми приветствиями и шутками на ходу, лавиной хлынула в просторный деревянный дом.       Внутри коттеджа пахло деревом, хвоёй и загородным уютом, но Брайс не чувствовал расслабления. Пока компания обживала гостиную, включала музыку и раскидывала вещи, парень устроился на широком кожаном диване в противоположной части комнаты. Внешне он оставался обыкновенным: лениво откидывался на спинку, перебрасывался дежурными фразами с периодически подходящими к нему парнями, шутил над Скоттом, который пытался крутить кухонный нож на пальце, и громко смеялся. Но взгляд Уокера, словно наведённый лазер, то и дело срывался туда, где Ханна помогала Джессике и Хлое расставлять закуски по большому деревянному столу. Брайс выжидал. Он сканировал её мимику, движения рук, наклоны головы, выискивая хотя бы малейшую лазейку, предлог, чтобы подойти и заговорить.       Дэвис в какой-то момент взялась за бутылку шампанского. Раздался громкий, оглушительный хлопок — пробка со свистом вылетела вертикально вверх, с размаху врезавшись в балку деревянного потолка, а следом во все стороны брызнула шипящая белая пена.       В гостиной на долю секунды повисла шоковая тишина. Все застыли, оценивая масштаб «катастрофы», но уже в следующий миг пространство дома взорвалось грохотом общего, безудержного смеха.       Брайс мгновенно перевёл взгляд на Ханну. Девушка запрокинула голову, озаряя помещение заливистым хохотом наравне со всеми. Она что-то весело и поспешно выговаривала Джессике, помогая той вытирать салфетками залитые пальцы. На секунду Уокер поймал себя на мысли, что готов смотреть на этот смех часами, но его тут же бесцеремонно отвлекли парни, которые с улюлюканьем отобрали у девчонок оставшиеся бутылки и принялись наперебой показывать, «как надо открывать правильно».       Шум нарастал. Брайс продолжал гипнотизировать взглядом противоположный угол, когда диван рядом с ним слегка промялся. К нему вплотную подсел Джастин. — Эй, бро? — Фоули заглянул другу в лицо, перекрикивая музыку. — У тебя всё нормально? Выглядишь каким-то потерянным.       Уокер слегка вздрогнул от неожиданности, словно его поймали на чём-то постыдном. На лицо мгновенно вернулось выражение абсолютного умиротворения, и он небрежно отмахнулся: — Всё хорошо, чувак. С чего ты взял? — Да брось, — Джастин нахмурился, не принимая дешёвую отговорку. — Ты всю последнюю неделю какой-то странный… Случилось чего? Ты ведь знаешь, что можешь мне обо всем рассказать. Мы же братья.       Брайс медленно выдохнул. Давление последних дней, ледяной прессинг отца и эта изматывающая фиксация на Бейкер и в правду ослабили его внутренний контроль. Но показывать кому-то свою уязвимость он не собирался. — Отец опять читает мне нотации по поводу колледжа, — процедил Уокер, кривя губы в циничной усмешке и выписывая пальцем невидимую окружность на кожаном подлокотнике. — Завёл свою любимую шарманку. Голова уже пухнет от этого дерьма. — М-да, сочувствую, бро, — Фоули сострадательно кивнул. — Твой старик умеет портить настроение. Но ты забей, сегодня суббота, мы за городом. Расслабься.       Джастин уже собирался подняться, но проследил за быстрым взглядом Брайса, который тот против воли снова бросил в сторону Бейкер. На лице друга тут же расплылась хитрая, понимающая ухмылка. — А-а-а, так дело не только в твоём отце? — Фоули толкнул Уокера локтем в бок. — Посмотрите-ка на него. Наш король школы влюбился в Ханну?       Брайс высокомерно вскинул подбородок, изо всех сил делая вид, что это лишь глупая шутка, хотя сердце предательски пропустило удар. — Сдурел? Какая Ханна? — он лениво хмыкнул, притворно поиграв бровями. — Ну ладно, — Джастин примирительно поднял ладони, но улыбка так и не сошла с его лица. — Сделаю вид, что поверил.       Фоули хлопнул Брайса по плечу, поднялся с дивана и, насвистывая под нос, направился прямиком к девчонкам. Через полминуты Уокер с растущим раздражением наблюдал, как друг органично вписался в их компанию. Они встали втроём — Джастин, Джессика и Ханна — и принялись о чём-то оживлённо болтать, то и дело взрываясь дружным, звонким смехом.       Брайс сжал кулаки в карманах куртки. Эта беседа, в которой теперь участвовал и Фоули, резала уши сильнее, чем шум школьной столовой. Хотелось немедленно встать, подойти и грубо прервать эту идиллию. Но тело словно налилось свинцом. Какая-то парализующая, несвойственная Уокеру трусость удерживала его на месте. Парень резко отвернулся в сторону окна, стискивая челюсти, чтобы просто не видеть и не слышать этого зрелища.       Но Ханна снова попала в его поле зрения через пару минут. Отделившись от компании, она спокойной походкой направилась к большому холодильнику, который стоял как раз в нескольких шагах от дивана Брайса.       Уокер автоматически переключил на неё внимание. Девушка подошла, потянула на себя дверцу, выудила из прохладного нутра бутылку пива и повернулась, собираясь уйти. Она не сделала ни единого движения в сторону Брайса, даже не удостоив его мимолётным взглядом.       Это игнорирование переполнило чашу. Парень, ведомый чистым импульсом, резко выпрямился и в два шага перерезал Ханне путь, фактически блокируя её между собой и закрытой дверцей холодильника.       Прежде чем Бейкер успела отшатнуться, Брайс плавно протянул руку и аккуратно перехватил холодное горлышко бутылки пива, которую она держала. Девушка замерла, вынужденная поднять на него мгновенно вспыхнувшие подозрением глаза. — Давай открою? — негромко предложил Уокер, бережно забирая у неё пиво и демонстрируя абсолютное дружелюбие. — Тут где-то была открывашка.       Он сделал едва заметный шаг в сторону, уводя Ханну из поля зрения Джастина и Джессики, но всё ещё оставаясь к ней слишком близко. Взгляд Брайса потяжелел, возвращаясь к отрепетированной глубине. — И… могу я поговорить с тобой кое-о-чём? — добавил парень чуть тише. — Пожалуйста.