Оскорби меня

— Где тебя носило? — раздается голос сержанта Доакса возле меня. — Работал, — коротко бросаю я, надеясь что мужчина от меня отстанет. У меня порезы на руках ещё не зажили с нашей предыдущей встречи. — Взгляни, — Доакс бросает передо мной фотографии с места убийства. — Убийство в отеле. Дилер и девушка. — Их явно убили непрофессионалы, — делаю я вывод, изучив фото. — Грубая работа – дилетанты. Оставили много крови на стенах, прямо живопись. Поднимаю глаза на сержанта и замечаю что тот смотрел на меня с расширенными зрачками. Мой же взгляд не выражает абсолютно никаких эмоций. —У меня от тебя мороз по коже, Морган. — произносит Джеймс. Мое имя звучит из его губ словно оскорбление. — Знаю, — мои губы образуют неловкую улыбку. — Прости. — Пошел ты, — шипит Доакс, нависая надо мной. — Ладно, — пробормотал я, мысленно радуясь тому что сержант сегодня не называет меня: уродом, мудаком и прочими существительными. — Могу я? — Да, сделай мне этот паршивый анализ немедленно! — повысив голос говорит мне Доакс. — Или думал я тебя на обрезание приглашу? — Не знал что ты еврей. — хоть я и не оскорбляю Джеймса специально чтобы он не понял что мы с ним родственные души, никогда не откажу себе в возможности подразнить его. — Заткнись и приступай к работе, тупица! — сказал Доакс и я тут же ощущаю как где-то на спине появляется новый порез. Хорошо что я умею терпеть физическую боль, поэтому сержант не поймет что мне сейчас больно. Всегда поражаюсь тому в каком хаотичном порядке появляются порезы. Какие-то из них появляются слоями на руках а другие могут оказаться в абсолютно нелогичном месте, например на заднице. Хорошо что я всегда в штанах и в рубашке, несмотря на то что в Маями лето. Иначе все бы увидели что у Декстера Моргана грудь, ноги и спина покрыты порезами. Повезло что они хоть заживают через несколько недель, иначе я давно уже бы умер. — Что-то непонятно? — интересуется Доакс, заметив что я погрузился в свои мысли. — Принимайся за работу, урод! Мне это надо срочно. Где-то на груди образуется новый шрам, не могу сдержаться и слегка морщусь от боли. Джеймс отходит от моего стола, напоследок удостаивая мои, покрытые порезами, руки безэмоциональным взглядом. — Твой соулмэйт тебя не очень то и любит. — бросает Доакс и уходит. «Ты даже не представляешь как сильно» — мысленно говорю я сержанту и принимаюсь за работу. Я не могу понять только одного что в здании где полно полицейских, которые должны обладать способностью общаться с людьми, делает Доакс. У меня от него мороз по коже и порезы на всем теле.

***

В мире где когда твоя родственная душа оскорбляет тебя – на твоём теле появляется порез, мне не повезло заиметь в соулмэйты сержанта Доакса. Мы с ним не ладим с момента знакомства, хотя будет точнее сказать, что он со мной не ладит. От первого его «Псих» у меня появился порез на груди, возле сердца. У большинства первый шрам от соулмэйта появляется возле сердца. Как романтично. Я специально не оскорбляю Джеймса чтобы он не понял что я его истинная судьба, он не захочет быть со мной это и ежу понятно. В любом случае, я оценил эту иронию судьбы. Я – серийный убийца, а Доакс – честный полицейский с врождёнными нравственными ценностями. Тот самый случай когда противоположности не притягиваются. У Дебры всегда была девственная кожа, она либо ещё не встретила своего соулмэйта, либо он её никогда не оскорблял. Как бы я хотел перестать скрывать от сестры и ото всех, в особенности от самого объекта, то что Доакс мой соулмэйт. Не надо скрывать кто я на самом деле. Это было бы освобождением — Прекрати стоять как маньяк сранный. — отрывает меня из размышлений голос Джеймса, — Пора за работу. С прекрасного солнца мой взгляд перемещается на очередное место преступления. — Хорошо, сержант. — дружелюбно произношу я. Мой соулмэйт единственный кто догадывается о моей сущности.

***

— Если бы ты выстрелил отсюда, — показываю я пальцем. — То кровь брызнула бы в другом направлении. Посмотри на пятна. — Это что допрос? — негодует Доакс. — Тогда у меня тоже к тебе вопросы накопились. — Это его работа и он ее выполняет, — пытается заступиться за меня Батиста. — Да он псих долбанутый! — возмущается Джеймс, а затем его отвлекает разговором ЛаГуэрта. На моей ладони появляется порез. Повезло что Доакс занят диалогом с Марией и не заметит этого.

***

— Все хорошо. Просто нужно глотнуть воздуха. — пытаюсь я восстановить дыхание после панической атаки из-за номера отеля, наполненного кровью. — Ну хоть что-то тебя пробрало, — произносит Доакс, не удержавшись от язвительного комментария, пока остальные обеспокоенно смотрят на меня. — Кажется ты все таки человек. Хоть это и не оскорбление и на мне не появляется не одной раны – мне все равно обидно. Иногда я хочу рассказать Джеймсу правду и попросить его больше не оскорблять меня. Но мне кажется, в этом сценарии он садистки улыбается и сыплет на меня оскорблениями, пока я не умру от кровотечения.

***

— Сравнивал кровь с воротника Баттисты с другим образцом, — говорю я, смотря то на ЛаГуэрту, то на Доакса. — С каким? — интересуется Мария, пока Джеймс обводит взглядом мою квартиру. — С кровью Руди, — срывается правда с моих губ. — Ах, ты урод. — уничтожает меня взглядом сержант, подходя ближе. Порез появляется на животе и я морщусь от внезапной боли. — Все в порядке? — спрашивает ЛаГуэрта с обеспокоенным взглядом. — Да. Просто живот болит, кажется съел что-то не то на завтрак. — актерски хватаюсь за живот симулируя боль. Мария и Джеймс, ничего не подозревая, продолжают расспрашивать меня про Дебру. «Не один Доакс слепой» — появляется у меня в голове мысль. Надо найти Дебру.

***

— Сюрприз, ублюдок! — внезапно возле контейнера появляется сержант. — Теперь ты за мной следишь? — спрашиваю я, стараясь не вызвать подозрений и чувствую как на бедре появляется свежий порез. — Надеюсь, у тебя есть охрененно резкая причина быть тут. — произносит Джеймс, угрожающе приближаясь ко мне. — Я ищу свою сестру, — говорю я. — В контейнере? — в голосе мужчины нет и намека на смешок или сарказм. — У меня есть теория. — Ты забыл что работаешь на копов, мать твою, — Кажется драка между нами неизбежна. — А мы любим теории. Колись,засранец. Я пытаюсь выкрутиться пошутив про то что мне пришли фрукты из Таиланда. — Не беси меня, урод! — Джеймсу не до шуток и он бросается на меня с кулаками. Где-то на пояснице чувствую внезапную боль. Я и Доакс ввязываемся в драку и через несколько секунд прижимаем друг друга к контейнеру. — Отъебись от меня, уебок. — не сдержавшись рычу я, смотря мужчине прямо в глаза. Джеймс издает стон от боли и мы оба отталкивается друг от друга, наблюдая за тем как на чернокожей руке появляется порез. — Ты? — глаза Доакса расширены, он смотрит то на меня то на кровь из раны. Кажется время останавливается на этом складе. — Я думал ты мертв, — произносит Джеймс, намекая на то что я его не разу не оскорблял. Мы смотрим друг на друга, пока не появляется охранник. — Кто вы и что вы тут делаете? — интересуется мужчина подходя к нам. — Полиция Майами, у нас тут расследование. — придя в себя говорит Доакс. Голос сержанта получается хриплым. Я, воспользовавшись общим замешательством, пытаюсь свалить. — Стой! — окликает меня Джеймс и я оборачиваюсь. — У нас потом с тобой будет разговор. — говорит сержант, смотря на меня необычным взглядом. Взглядом в котором нет ненависти. — Обязательно, — произношу я. — А сейчас мне надо найти сестру. Я ухожу и Джеймс не идет за мной следом. Впервые у нас появилось взаимопонимание.