Скотный Двор

— Кашин Данила Владимирович, вы отчислены! — раздаётся громкий голос женщины, он отражается от крашенных стен и звенит в ушах. — Ч-что, но за что?.. — голос дрожит в недоумении, так же как и кончики пальцев, и белеют косточки на кистях. — Я же учусь, я... — За неуплату! — прерывает поток оправданий женщина, а лицо ее скривилось, дабы показать всё своё недовольство. — Я скоро заплачу, давайте мне ещё немного времени! — один шаг попытался доказать, что тот не врёт. — Вы говорите об этом уже целый месяц! И я не хочу слышать больше никаких оправданий. Вы отчислены, все документы оформлены, можете больше не появляться в стенах нашего университета! — отчеканила она, поставив точку. Кулаки сжались до предела, плоть на костяшках вот-вот порвётся. Закипает внутри, а терпеть - это далеко не то, что он выберет. Неровное дыхание через нос, предательски трясущаяся нижняя губа и... — ДА И ПОШЛИ ВЫ НАХУЙ! ГОРИТЕ В АДУ! — выпалил он, перед тем как уйти хлопнув дверью так, что сломает замок. Ноги шагали быстро, словно знали, что вели к спасению. Теплый воздух позднего апреля помог хоть немного вздохнуть. Трясущиеся, анемевшие пальцы быстро выудили пачку спасительного никотина. Едкий дым быстро наполнил легкие, но хотелось, чтобы поскорее наполнил мозги. В ногах правды нет, поэтому он присел на ближайшую лавку, хотя уже казалось в этом мире ни правды, ни справедливости. Вот и потерян последний шанс на нормальную жизнь, ведь так? В реалиях этого мира, ты либо хороший человек с образованием, либо отброс не из мира сего, и даже для фриков - ты фрик. Модное нынче слово... пиздец. Когда фильтр сигареты уже даже не такой противный на вкус, как эта "жизнь", будто все эти люди проходящие мимо знают, что это такое. Все эти статные дядьки и взрослые женщины, которые так и норовят отчитать и научить, сами хоть что-то знают.

***

Вата в ногах, которая еще совсем недавно была диким напряжением, мешала передвигать ноги. Лифт который без перебоя работал всё это время, решил сломаться именно сегодня. Почти дотащив своё тело до этажа своей студии, Даня вдруг увидел, что на лестнице валяются все его вещи. Паника не заставила себя долго ждать, ноги забыв про напряжение понесли на этаж. Владелец стоял напротив закрывая дверь ключом, заметив его он повернулся, от чего выражение лица изменилось на не самое довольное. Он удостоверился, что дверь закрыта скрестил руки и смотрел на приближающегося парня. — Что происходит?! Почему мои вещи валяются на лестнице? — слегка запыхавшись пытался выяснить он. — А ты на меня голос не повышай! Здесь ты больше не живёшь, я больше не могу терпеть эти пустые обещания! Ты здесь в долг жил последние три месяца, довольно! — мужчина был зол, он сжимал рубашку на локтях постукивая ногой по полу. — Н-но я... мне больше некуда идти! — слова похожие на мольбу вырвались из горла. — Меня это нисколько не волнует, делай что хочешь, но ты здесь больше не живёшь! Замки уже поменяны, можешь не проверять. До свидания. — язвительно сказав на последок мужчина поспешил удалиться, оставив парня одного в пустом и тихом подъезде. С пустым, чуть ли не обезжизненным взглядом он вернулся на лестничную площадку, вещи неизменно лежали на ступеньках. Он подошёл к ним поближе, поднял одну футболку, из-за чего упало что-то еще. Вроде бы это какой-то кошелёк. Холодные пальцы прикоснулись к кожаной поверхности бумажника, это явно был не его кошелёк. Приоткрыв кошелёк, на одной стороне была фотография: рыжий паренёк лет четырнадцати стоит в центре, на диване сидят женщина и мужчина, они улыбаются, но несколько зубов отсутствуют, в руках у мужчины бутылка. Руки импульсивно сжались сминая фотографию в руках, выкидывая подальше. Жестоко? Быть может. Но а как еще нужно поступить с воспоминаниями которые при одном лишь упоминании выводят на дикую ярость, детский плачь и тряску в руках. Рыжий резко закинул пару футболок, ноутбук, некоторые зарядки в сумку. Он подошёл к чехлу с гитарой, осмотрел её на повреждения, к сожалению, одна струна все же лопнула, но в целом она была не сломанная, хоть что-то... Он накинул чехол на спину и оставив всё остальное бессмысленно лежать на бетонных лесенках. Парень прошёл пару шагов от своего уже бывшего дома. Ночевать на улице то чего делать совершенно не хотелось, поэтому все еще слегка дрожащие пальцы дотронулись до телефона, выудив его из кармана. Глаза стали искать знакомые номера тех немногих кого рыжий мог назвать своими друзьями. — Ало, привет, извини если отвлекаю... могу я у тебя сегодня переночевать? У меня походу больше нет дома... — вполголоса говорил Данила в трубку, потирая затылок и пиная землю. — Здарова братан, слушай... тут такое дело, у меня сегодня девушка ночует, поэтому сорян, но никак. — голос кента с трубки телефона звучал так двояко, наигранно стыдливо. — Понятно, пока. — кратко ответил он и бросил трубку. В таком случае оставалась лишь единственная надежда на помощь от друга, от того человека, которому он доверял больше чем ничего и это уже было много. — Ало, здаров, как ты? У меня тут сейчас жесткие траблы с деньгами, можно я у тебя перекантуюсь хотя бы ночь? — Привет привет, бля братуха, я бы вообще с радостью, но буквально только, что за город выехал, поэтому ты это... держись там как нибудь. — Да, конечно. Спасибо, пока. — протараторил он и быстро сбросил. Грустно. Грустно, что даже тем людям которым ты смог довериться, так похуй на тебя.

***

Горючая жидкость быстро стекала по горлу обжигая его. Потратив оставшиеся деньги на дешёвое вино, он шел по вечерним улицам Питера, освещенных фонарями и радостью чужих жизней, кипящих вокруг, на каждом шагу. Можно было бы и дальше так шататься по городу, если бы плечи не отказали от тяжести всех вещей, что у него были, а перед глазами всё не плыло от дешевого пойла. Рыжий часто бывало ходил по разным заброшкам, это было его неким увлечением, о котором пришлось забыть на время учебы и работы. Вся плачевность и абсурд ситуации были настолько велики, что хотелось смеяться. Осознавать, что придётся буквально спать на бетонном, обоссаном полу в заброшенной пятиэтажке, в которой он был еще три года назад, вызвало отчаянную улыбку, которой могут улыбаться только те у кого в груди нож или горит собственный дом прямо на глазах. Вход в заброшенное здание обычно всегда охранялся, но ходили слухи, что из-за нескольких убийств охранников, охрану убрали, но при этом разная молодёжь, наоборот всегда обходила это место. Даня не знал почему, да и дела до этого совсем не было. Учеба, две работы, жак еще и на личную жизнь нужно было находить время, жаль только то, что ничего из того, что он вложил в себя в итоге не окупилось и в конечном итоге, вот он уже переступает бетонный, обрашпанный порог. Поднимаясь чуть выше, даже до помутненного от алкоголя разума, дошли звуки хриплого, но звонкого хохота, странные грохотания и другие, не самые приятные звуки. Не смотря на все опасения, которые его могли ждать дальше, рыжий не переставал подниматься выше, из-за чего запнулся, потерял равновесие и упал прямо на бетонные углы. Звук падения был глухой, но голые каменные стены несколько раз отразили грохот и в итоге он стал громче, распространившись на широкую площадь. Смех слышный сверху прекратился, после чего стали слышны тихие шаги, но Кашин не обращал на них внимание, он с трудом встал с лестницы и безуспешно отряхивал свою серую толстовку от пыли. — Ты кто нахуй? — разразился низкий голос выше рыжей макушки. Парень приподнял голову и увидел чуть выше себя, двух молодых парней, примерно его возраста. Один был высоким и широким, с квадратным лицом, кривым носом и темной короткой стрижкой, одетый в черный лонг с еле видным черепом на груди и в темно-зеленые шорты до колена, одежда была грязная и рваная. Второй парень был ниже первого на голову, с острыми чертами лица, худыми руками и с копной темных кудрявых волос, из-за затылка было видно пару зелёных прядей, одет он был в еще более ужасном состоянии футболку с явно самодельной надписью "Бред" и в широкие до пола синие джинсы. Его ногти были выкрашены в черный, на глазах черные подтекшие тени и чокер с шипами на шее. Выглядела эта парочка явно не дружелюбно, но Даня был уже слишком пьян, чтобы почувствовать опасность, да и в его положении, смерть - будет не самым худшим исходом. — Я просто... переночевать. — вялым от спирта языком, попытался что-то сказать он. — Переночевать? Те чё отель здесь или как?! — резко и язвительно выпалио кудрявый, все еще смотря с полным недоверием. Рыжий лишь молча опустил взгляд не найдя нужных слов. Вдруг из-за спины кудрявого, выходит светловолосая девушка чуть ниже его, она держится за его плечо и смотрит вниз. Волосы у девушки светлые грязными синими прядями и отросшими корнями теплого блонда, на ней короткие ярко-синте джинсовые шорты и укороченная серая футболка. — Гитарка! Играешь? — вдруг вскрикивает она, указывая пальцем на чехол за спиной Данилы — А? Ну да, немного... — заторможенно и безэмоционально ответил парень. — Круть! Максик давай возьмём его, будем нам песни играть! Ну пожалуйста пожалуйста пожалуйста. — пискливо упрашивала девушка чуть ли не залезая на кудрявого сверху. Кудрявый парень сначала тяжело вздохнул, а потом кратко махнул головой за собой и они стали подниматься выше.