Скетчи

Джейс вернулся с пары не в лучшем расположении духа. Преподаватель несколько раз язвительно проехался по «самым популярным студентам курса», очевидно имея в виду Джейса. «Никаких поблажек за прошлые победы и околопорнографические картиночки не ждите», — он не произносил имён, но пропустить такие намёки было трудно. Околопорнографические! Что он несёт?! Что он себе позволяет?! Джейс захлопнул дверь. Рисовать он сейчас не в состоянии. «Буду скоро. Жрать есть?» — от Виктора. Джейс мягко огладил пальцем экран. Его прекрасный физик сутками торчал в лаборатории — прорыв в исследовании, выпускной проект, все дела. Он в лучшем случае приходил ночевать, и Джейс тосковал. Надо отмыть рамы от краски. И палитры. И давно хотелось поэкспериментировать с маслом. «Художник всегда обязан быть в поиске», — откликнулось в голове голосом сегодняшнего... Чтоб ему. Растворитель, видавшая жизнь тряпка. Надо бы перчатки, но он осторожно. Не впервой. Такая работа должна отвлекать. Капнуть, оттереть, ещё капнуть. Настраивает на мирный лад, да? Так почему не работает?! Джейс отшвырнул тряпку. Голова кипела. Он ни разу в жизни не получал ничего просто так. Всего добивался трудом, работой, бессонными ночами — как его родители, как их родители. Единственное, с чем ему несказанно, необъяснимо повезло — Виктор. И сейчас, когда его труд вылился хоть во что-то ощутимое, значимое, важное — его тут же обвиняют в попытке схалявить?! Без каких-либо причин! Куда он дел растворитель? Ладно, найдётся ещё. Он же закрыл бутылку, да? Это же машинальное действие художника — закупорить растворитель. И потерять его среди хлама. Другая бутылка, другая рама. Другие мысли. Виктор. Его муза, его несносный физик, его учёный гений. Прямо сейчас он спасает чужие жизни, его исследование, если всё выгорит, станет революцией, чем-то настолько важным и полезным, что все остальные изобретения Пилтовера померкнут! Что рядом с ним делает Джейс? Красочками мазюкает. Бумагу переводит. Джейс потёр переносицу. Стало душновато. Растворитель-то опять где? Ладно, есть третья бутылка. Виктор. И зачем ему Джейс? Стоит ему щёлкнуть пальцами — и любой с его факультета на коленях поползёт. И не только с его — Джейсова группа долго ворчала, когда он перестал позировать. А если ему захочется экспериментов — то и любая. Джейс видел, как новая лаборанточка, Скай, Виктора взглядом облизывает. Наверняка ей не нужно по пять раз объяснять, в чём смысл исследования и как будет работать изобретение. Джейс безнадёжно, бессовестно, беспросветно туп рядом с Виктором. Зачем ему такой идиот под боком? Когда он это осознает... На глазах выступили слёзы. Джейс не переживёт этого дня. В день, когда Виктор поймёт, с каким идиотом, с каким ничтожеством делит кров и еду, он же... Он же просто уйдёт. В его обычной манере скажет: «Нахера ты мне сдался, придурок?» — и уйдёт. А Джейс после этого не выживет. Ему даже не надо будет прыгать с крыши или чем-то травиться. Его сердце просто остановится. Смысл биться просто исчезнет. Зачем жить, если... — Джейс, чем у тебя... — распахнулась дверь, его прекрасный физик ворвался в квартиру. — Джейс? Ты чего? — Я жить без тебя не смогу! — прорыдал Джейс, хватаясь за его рубашку, обнимая, цепляясь пальцами за спину. — Пожалуйста, Вик, что угодно сделаю, только не уходи! — Да я и не... — он растерянно оглянулся. Пальцы забрались в волосы, стали легко поглаживать. — Ты чего? — Пожалуйста, Вик! — Виктор странно вздохнул и сделал шаг назад. Джейс рассыпался. Прямо сейчас его даже не хотят успокоить. Всё, он всё потерял. Щёлкнуло окно. Виктор, бродя по квартире, чем-то шуршал и тихо матерился. Тонкие ладошки погладили по щекам. — Джейс, чучело моё, пошли погуляем? Пошли, тебе надо. — Ты меня не оставишь? — Джейс, блять, я тебя в мужья позвал! Схераль мне тебя оставлять. «Потому что ты тогда ещё не понимал, насколько тебе легче будет без меня». Джейс послушно натянул тёплую рубашку, вытер лицо рукавом. И вцепился в руку Виктора, едва они оказались на пороге. — Джейс, — терпеливо выдохнул Виктор, — мне надо дверь запереть. Подержись за плечо, что ли. Джейс переложил ладонь. Щёлкнул замок, холодные пальцы сплелись с его. — Пойдём. В ближайшем парке Вик купил кофе себе и стакан какао — Джейсу. Сел рядом. Взял за руку. Погладил по запястью. Шёпотом буркнул: «Что мне с тобой, придурком, делать?» — Вик, — Джейс тяжело вздохнул, водя пальцем по пуговице на рукаве Виктора. — Скажи, что ты меня не бросишь. — И мыслей таких не было, болван, — почему «болван» в его устах звучит так бережно и ласково? Джейс не заслуживает такой нежности. — Правда? — Правда. Дыши поглубже. С каждым вдохом из груди пропадала тяжесть. Голова прояснялась, мысли об уходе Виктора стали казаться надуманными, нелепыми. — Полегчало? Джейс кивнул. Всё хорошо. И тут же получил тростью по голове. — Ещё раз разольёшь растворитель при закрытых окнах — я тебя его вылизывать заставлю. Джейс, ты чем думал?! Три бутылки бросил, одну вообще пролил! Ты же даже окна не открыл, идиотина!