Как оставить след

Шесть часов вечера. В вечернем Сеуле оживленно. Людей как обычно много. Кто-то спешит домой, кто-то на работу. А кто-то не спешит, прогуливаюсь по ярким улочкам города. Майское горячее солнце лижет своими лучами крыши зданий. Будто сам воздух приобрёл насыщенный жёлтый цвет. Скоро начнётся закат, и небо окрасится ярким градиентом. Особенно красив тот персиков-розовый цвет, что появляется на небе совсем недолгое время. Джисон идёт по привычному пути. Так часто проходит здесь, что может идти с закрытыми глазами. Разве что снующие пешеходы могут его сбить. Ремень от гитарного чехла приятно давит на плечо. Парень останавливается в небольшом парке. Это далеко не самое оживленное место в городе, но тут ему приятно находиться. В парке дышится легче. Джисон оставляет у ног чехол и принимается настраивать гитару. В скором времени по парку разносится нежная мелодия. Хан не особо задумывается о том, что будет играть, просто перебирает струны по велению сердца. Сегодня в его душе штиль. Ничто не может испортить этот вечер. За короткий срок несколько купюр оказывается в чехле. Джисон уже представляет, как затарится чем-то вкусненьким. Красное закатное солнце медленно уходит за горизонт. Джисон плененный им, поёт песню для него. О чем-то далёком, тёплом. Слова он придумывает на ходу. Может по возвращении домой запишет на листок, а спустя пару дней сделает из пары строк полноценную песню. Сделает запись на свой старый микрофон и выложит в свои социальные сети. На него подписано около сотни человек. Джисон этим невероятно гордится. Старается как можно чаще радовать своих подписчиков новым контентом. Вот и сейчас он в перерыве между песнями сделал фото гитары на фоне заката. Так будто солнце падает в гитару. Позже он обязательно придумает красивую подпись к фотографии и выложит её. А пока надо продолжать. Некоторое время спустя Джисон видит человека, о котором грезит уже давно. Это танцор. Хан сталкивается здесь с ним не так уж и часто. Каждый раз смотрит на него, на то, как этот парень танцует. Хотелось бы знать, что за музыку тот слушает в наушниках, под что так красиво двигается. Джисон не раз думал о том, чтобы подойти, но всегда отказывался от этой идеи. Аргументировал он для себя это по-разному: то страшно, что откажет; то боится, что парень его засмеёт; или же вовсе не захочет на него такого никудышного смотреть. Но где-то в сознании знает, что причина не в этом. На самом деле этот парень не единственное, от чего отказывается Джисон в своей жизни. Он отчислился из университета не так давно. Решил, что зря тратит время. Бросил стажировку в крупной компании. Слишком много сил на неё уходит. Не остаётся времени на мелкие радости. А ведь так хочется ощущать это чувство чаще. Тот парень танцует очень хорошо. Ему бы в пору выступать на большой сцене. Джисон пялился открыто, ведь этот парень всё равно никогда не замечал его взглядов. Рука сама перебирала струны, извлекая медленную тягучую мелодию в противовес резким движениям танцора. Некоторое время спустя этот парень остановился отдохнуть. Присел на парапет и что-то увлеченно смотрел на телефоне. Джисон уже пялился не так явно, ведь в такие моменты быть пойманным проще. Небо окуталось в синеву. Пора было уходить, но Джисон не спешил. Он продолжал играть. Ветер трепал его волосы. Хан ощутил влагу на губе. Коснулся рукой. На пальцах остался красный след. Мелодия прекратилась слишком резко, поэтому танцор в кинул голову и посмотрел на Джисона. - Что случилось? Вызвать скорую? - танцор подбежал неожиданно, отчего Хан дернулся от него. - Нет, не нужно. Так бывает. - Джисон отложил гитару, нашёл у себя в кармане платок и попытался остановить кровь. - Я принесу что-нибудь холодное. - засуетился танцор и побежал в сторону магазинчика на углу. - Прости, но мне уже пора. - Джисон смотрел ему вслед, но быстро одёрнул себя. Хан собрался и сбежал из парка до возвращения танцора. Он будет долго корить себя за это, ведь когда ему ещё выпадет такая случайная возможность поговорить с ним. Но Джисон успокаивает себя тем, что так правильнее. И похоже больше он в тот парк не пойдёт... Дома всё было как обычно. Родители уже вернулись. Мама приготовила ужин, чудесный запах которого был ощутим уже в коридоре. Джисон забежал в ванную. Нужно было смыть кровь. За пределами комнаты стало тише. Мягкой поступью к двери подошла мама. Она мягкой постучала. - Всё в порядке? - Ммм... Да, всё нормально. Кровь носом пошла, когда увидел парня, который мне нравится. Хаха. - смешок вышел немного нервным. Джисон не хотел пугать родителей, поэтому пытался разбавить всё шутками. - Я приготовила твой любимый пирог. - Джисон ускорился в своих действиях, предвкушая ягодный микс на языке. Родителям было больно наблюдать за Джисоном. Такой перспективный юноша изменился до неузнаваемости. Как будто больше ни к чему не стремился. Они не задавали вопросов, не давили. Как бы им не хотелось видеть перед собой прежнего Джисона, они всё понимали. Родители лишь могли наблюдать как их единственный ребёнок медленно угасает. Угасает, хотя должен был светить ярче всех. Перед сном Джисону всё же удалось вспомнить слова, которые он хотел записать. Вспомнилось не всё, да и выглядело на бумаге как-то коряво. С этим Хан решил разобраться уже завтра. А на сегодня осталось последнее дело - выставить фото. Джисон долго ломал голову над тем, как подписать фотографию. В итоге не придумал ничего лучше, чем подписать её теми самыми словами. Пришлось повозиться, чтобы добиться идеального, по мнению Хана, звучания фраз. Пост выложен, можно спать. Не успел Джисон сомкнуть глаз, как на телефон пришло уведомление. Он лениво потянулся и решил оставить это на потом, но вслед за первым прозвучало ещё несколько звуковых сигналов. Это были комментарии к посту. Один и тот же человек писал ему всякие гадости. Зачем-то был подписан на аккаунт Джисона и всегда первым присылал какой-то неприятный комментарий. Вслед за первым писал ещё несколько. Некоторые другие подписчики отчитывали его в ответ. Хан не мог понять этого человека, впрочем и не хотел. Отключив уведомления, он снова нырнул под одеяло. На следующий день Джисон проспал до полудня, засобирался в магазин, а после снова где-нибудь играть. На заработанные деньги купил себе вкусностей. Параллельно с поглощением различных сладостей Джисон искал на картах место в городе, куда можно было бы сходить сегодня. Не придумав ничего лучше, Хан отправился в центральный парк. Он часто думал поиграть там, большой поток людей позволит заработать немалую сумму. Джисону не нравилось это место, но он попытался приободрится мыслью, что, возможно, получится накопить на ролики, которые он давно хотел. Людей было значительно больше. Куда больше, чем на его обычном месте. Хан устроился около одной из цветочных клумб, чтобы не мешать никому. Начал Джисон с каких-то известных песен, чтобы привлечь внимание и у него это получилось. Молодые люди останавливались, некоторые снимали на телефон, кто-то подкидывал денег. Так прошло около часа. Тут Хан устал намного быстрее, поэтому засобирался домой намного раньше, чем планировал. Когда он уже собирался уйти, к нему подбежал парень, до это снимавший его изделка. - Ты уже уходишь? - Ммм... Ну да. А что? - Ну... - парень замешкал. - Мой друг хотел тебя увидеть. - Твой друг? - Ага. Меня, к стати, Хёнджин зовут. - парень протянул руку для приветствия, но Джисон ему не ответил. Не особо смутившись этим фактом, он продолжил - Мы ведь можем его подождать? - Нет. - Почему? Ему просто очень нравится твоя музыка, он очень хотел тебя увидеть, сфотографироваться. - Хёнджин округлил свои глаза, изображая крайнюю степень милоты, чтобы убедить парня напротив. - То есть ты хочешь сказать, что твой друг является одним из моей сотки подписчиков? - с сомнением произнёс Хан. - Ага. - Какова вероятность, что среди десятка миллионов жителей Сеула, случилось именно такое совпадение? - Наверное, маленькая. - Хёнджин натянуто улыбнулся. - Я тебе не верю. Что тебе от меня нужно? - Чёрт бы побрал тебя, Минхо. - пробубнил под нос, а позже уже громче продолжил. - Это, видимо, судьба, раз при такой маленькой вероятности такая вот встреча произошла. - Не говори глупостей. - Джисону порядком надоел этот диалог, поэтому он искал момент, чтобы сбежать. Понимал, что если просто побежит сейчас, то этот тип его явно догонит. По этой причине нужно было ждать, пока тот отвлечётся. И на радость Джисону, ждать долго не пришлось . Хёнджину пришла смска, и, пока он её читал, Хан уже пропал средь толпы. Хёнджин тихо выругался и двинулся по парку, надеясь на случайную встречу. Параллельно позвонил тому самому контакту, что ему писал. - Минхо, блять, ты идиот. Из-за тебя я его упустил. Где я теперь в этой толпище найду твоего гитариста?! - Хван говорил негромко, но с явной агрессией. - А нет, тебе повезло, я его вижу. Чувствую себя гребаным сталкером. - Тебе не привыкать. Не ты ли за Ликсом носишься постоянно? Сколько ему ещё тебя отшивать, а? - Это совершенно разное. В случае с Ликсом, следить за ним это моё желание. - Всего лишь безобидное желание. - Не беси меня, а то я случайно потеряю этого музыкантика из виду. - Тогда я случайно проболтаюсь другу Феликса, тому, который из Австралии с ним приехал, что какой-то фрик следит за его близким другом. - Ладно-ладно. Давай без этого. Повезло тебе, что твой гитарник волосы в синий зачем-то красит, а то бы уже потерялся давно. - Так, я уже рядом не потеряй его. - звонок сбросили. Хван, продолжая ощущать себя крайне дискомфортно следовал за Джисоном, стараясь скрыться в толпе. Но всё стало совсем плохо, когда Хан решил, что поедет домой на автобусе. Как спрятаться от взора человека в закрытом пространстве. Джисон тогда точно вызовет полицию. Встав в некотором отдалении, Хван быстро настрочил сообщение Минхо, молясь всем известным богам, чтобы тот успел, иначе от него не отстанет и придётся самому войти в автобус. Автобус приехал. Гитарист уже внутри. Хван нервно жуёт свою губу, постоянно оглядываясь в поисках друга. На его удачу у одного из пассажиров возникла проблема с картой и теперь ему приходилось высчитывать мелочь. И вот Минхо бежит. Хёнджин готов бежать на встречу, но сейчас не тот случай, поэтому он напряжённо переводит взгляд от Минхо к автобусу и обратно. И когда первый наконец оказывается рядом, Хван недолго думая, со всей силы толкает его в начинавшую закрываться дверь автобуса. Благо Минхо не столкнулся с закрытой дверью и даже не упал на водителя. Минхо с трудом удержавшись на ногах, подавил в себе желание разразиться матом в адрес друга. Оплатил проезд, и глазами пошарил по автобусу, продвигаясь дальше. Искал он вполне конкретного человека. Тот его тоже заметил. Смотрел с подозрением во взгляде. - Привет. Ты вчера так пропал, я испугался, что с тобой что-то случилось. - Минхо выдавил из себя неловкую улбыку. - Со мной всё нормально, я же говорил. - Хан старался не смотреть ему в глаза. - Я хотел пригласи... - Нет! - резко и даже слишком громко его перебивает Хан. Остальные пассажиры осуждающе оглянулись на него. - Ты даже не дослушал... - Минхо был удивлён и немного расстроен таким поведением парня. - Почему ты вообще меня донимаешь? - Ты мне нравишься. Давно. Просто я не был уверен, что тебе нравятся парни. - шёпот коснулся уха Джисона. От этого ему стало не по себе. Автобус остановился. Хан не долго думая выскочил из него и понесся прочь. Минхо в этот раз не успел. Не было ускорения в виде Хвана. Поэтому ему оставалось лишь смотреть в спину удаляющегося парня. - Нельзя. Нельзя. Нельзя. - тихо причитает Джисон. - Нельзя. Никаких отношений. Хван останавливается на какой-то глухой улице. Садится на бордюр, чтобы отдышаться. У него сильно разболелась голова. Джисон пошарил в карманах в поисках лекарств. Благо, они у него были. Выпив сразу две таблетки, Хан откинулся назад. Лежать на тратуаре было странно, но ничего уже не поделаешь. По небу плыли редкие облака. Солнце отбрасыввло причудливые тени от зданий. Джисон лежал так, пока не подействовали лекарства. Идти домой не хотелось. Но идти в парк тоже. Был риск нарваться на этого парня или его друга. Сердце сжалось. Ведь так хотелось согласиться вне зависимости от того, куда он его звал. Лишь бы с ним. Но нет. Хан осел, вытащил гитару из чехла и вновь начала перебирать струны. В такие моменты музыка помогает ему забыться, выплеснуть эмоции в виде новой мелодии, наполненной его болью или радостью. Хан включил камеру на телефоне и облокатил на мусорный контейнер рядом. Начал играть получившуюся мелодию и напевать слова, что приходили на ум. В них не было ничего конкретного. Так с ходу и не скажешь, что эти слова являются результатом таких событий в жизни. Слова ложились хорошо. Словно это была давно написанная песня, ждавшая своего исполнения. Что-то про одиночество и что другого пути нет. Что-то про неизбежный конец и попытки оставить от себя какой-то след. Что-то про нежелание кого-то обрекать на страдания и боль, ведь от этого и самому больней. Джисон вложил в эту песню всё, что чувствует, всё, что вертелось на уме и всё, что вызывало в нем отчаяние. Он закончил запись. Голова вновь разболелась. От боли и накатившей грусти, перемешанной со бессильной злостью по щекам покатились слёзы. Джисон выпил ещё одну таблетку. Выложил запись без редактуры и надписи. Просто как есть. В душе Джисона лишь теплилась надежда, что хотя бы его музыка продолжит жить за него.