Четверной эспрессо.

      Это была небольшая кофейня на углу здания. Подобных ей было ещё с десяток в городе, отличались они разве что цветом формы сотрудников, не больше. И то даже форма была какой-то однотипной. В каждом из этих заведений была занята буквально парочка столиков на протяжении всего дня. Да, рано утром и вечером людей было больше, но было одно заведение, куда по средам и воскресеньям заглядывало… несколько меньше посетителей.              Всему виной Уэнсдей Аддамс. Здешний бариста прекрасно понимает, что девушка оставляет вполне достаточно чаевых, к тому же, в отличие от огромного количества людей, не сидит по несколько часов за ноутбуком, заказав только один стаканчик самого дешёвого кофе. Она сидела с печатной машинкой, и количество кофе, потребляемого ею, было определённо превышающим… какие-нибудь нормы. Это точно было так. Она даже просила Тайлера делать особый кофе, которого нет в меню. Аддамс за это доплачивала.              — И это в целом всё, что ты должна знать, — Тайлер пожал плечами и гордо протянул фартук. Сегодня у них новенькая. Прошлая работница уволилась, парень не слишком хорошо общался с ней, чтобы знать точную причину.              — Теперь мне… попробовать что-то самой? — девушка со светлыми волосами, кончики которых были покрашены в яркие цвета, неспеша завязывала на себе фартук.              — Давай обычное латте, Энид. Всё равно его берут чаще всего, а значит… после него считай всему научишься и тебя можно будет оставлять на целый день без присмотра, — Галпин дружелюбно улыбнулся.              Для Энид Синклер это задание не вызывало особых трудностей. Как минимум потому, что она сама любила латте, несмотря на то, что оно не идёт ни в какое сравнение со сладким рафом. Действия все были отточены, в конце концов помог опыт на прошлом месте работы, и то, что Энид и у себя дома часто делает кофе.              — Вышло быстрее, чем я думал. Молодец. Но в любом случае ты сегодня не останешься здесь одна, а то мне директор голову оторвёт, — с улыбкой говорил Тайлер.              — Надеюсь, он тебе доплатит за то, что ты со мной возишься? — хмыкнула Энид.              — Не так много, как хотелось бы, — поджав губы, ответил Галпин. Он занялся тем, что поправлял смазанные буквы на штендере. — Почему вообще решила устроиться к нам на работу?              — Если бы стипендии хватало на то, чтобы ни в чём себе не отказывать, то вряд ли я бы задумалась над этим… А с прошлого места работы я ушла по совершенно банальным причинам: далеко до дома и университета, — Энид выглядела уверенно, несмотря на то, что сейчас соврала. Причина была не только в этом.              — На кого учишься? — не поворачиваясь, спросил Тайлер. Теперь парень был занят тем, что протирал барную стойку.              — Журналистика, — радостно ответила Энид. Порой ей было тяжело на учебе, но выбранную специальность она действительно любила. — А ты?              — Заканчиваю юридическое. Поэтому, скоро у меня будет настоящая работа, — со стопкой стаканчиков в руках Тайлер сделал круговое движение рукой, — не то, что это. Признаться, из тебя я должен сделать удачную замену мне. Больше смен, больше обязанностей… и немного больше оклад.       

***

      Сегодня Энид была в кофейне одна. Конечно, она весьма самостоятельна и умеет выполнять свою работу, но в одиночестве было как-то некомфортно, после того как Тайлер провёл с ней весь предыдущий день. Она была немного зажата, но всё ещё весьма общительна. Несколько чрезвычайно хмурых клиентов с утра даже ушли с улыбкой, и в целом пока никто не пытался ей нахамить — это очень радовало.              В заведение зашла невысокого роста девушка с невероятно грозным видом. Синклер решила, что это кто-то очень важный и сейчас ей в спешке придётся искать какие-нибудь бумаги и звонить директору. Но нет. Девушка хоть и была весьма строгой, посмотрела с каким-то… осуждением? — Энид не поняла, что это было — но ничего подобного не потребовала.              — Четверной эспрессо, — выдала она.              Глаза Синклер округлились. Она не знала, что следует делать в подобных ситуациях, да и Тайлер ничего не говорил о странных клиентах. Она осторожно переспросила:       — Четверной?              — Именно, — девушка поправила воротник на своём чёрном пальто.              «Не удивлюсь, если у неё там спрятан пистолет», — подумала Энид и отвернулась. И в то же время ей стало интересно узнать хоть что-нибудь об этой странной особе. Природное любопытсво всегда выходило Синклер боком, оттого она предусмотрительно промолчала, просто делая свою работу. Нет же ничего сложного, чтобы просто сделать напиток крепче? «Даже если он станет опасной ядерной смесью», — ответила себе Энид, смотря в чашку.              Бариста искоса посматривала на девушку, которая совершенно незаинтересованно ожидала свой кофе несколько поодаль от стойки. Энид долго думала над тем, стоит ли ей делать латте-арт или же такая строгая особа будет крайне недовольна этим… Она всегда оставяла клиентам какой-нибудь рисунок на кофе, иногда они просили сами что-то конкретное, но до этого момента никто не возмущался…              — Крем будет слишком сладким, — она услашала негромкий голос девушки сзади.              Синклер и не думала, что посетительница за ней наблюдает, ведь выглядела она весьма скучающе и немного раздраженно, ей явно было не до баристы. Энид от испуга вздрогнула, но выдала весьма уверенное «хорошо».              — Благодарю, — быстро бросила девушка, взяв свой кофе. Энид поймала себя на том, что рассматривает её две тугие косы, на мгновение она даже пожалела о том, что и не пыталась отрастить собственные, всегда отдавая предпочтение каре, но это была минутная слабость. — В прошлый раз в это время здесь был мистер Галпин. Не подскажете, что с ним?              — Ничего, просто по понедельникам он только подменял уволившуюся сотрудницу, — затараторила Синклер.              — Хорошо, — после этого слова девушка положила на стол купюры. Она ушла торопливо, больше ничего не сказав и никак не отреагировав на стандартное «Хорошего дня! Спасибо, что пришли» от баристы.              Энид не была сильна в быстром подсчёте денег, всё-таки подавляющее большинство людей пользовались картами, но здесь было… примерно восемь стоимостей эспрессо. То есть в два раза больше, чем мог бы в теории стоить четверной эспрессо. Девушка удивлённо посмотрела на выход из кофейни, в окна рядом… как и следовала ожидать, от той таинственной пугающей девушки уже и след простыл.

***

      Энид задумчиво мыла кофемашину. Закрылись они уже пять минут назад, а потому сейчас отказывать особо наглым клиентам наконец можно. Вторник подходил к концу, значит, Энид завтра нужно было в университет. К сожалению, в эти дни занятия были обязательны к посещению. Она бы провела лишний день здесь: в свободное время можно даже заняться выполением домашних заданий… но Синклер прекрасно знала, что это самообман, и свободные минуты она проведёт залипая на вертикальные видео.              Вдруг, она услышала звук, означающий, что кто-то вошел:       — Извините, мы зак… — Энид практически полностью обернулась. — Тайлер! Рада тебя видеть! — девушка действительно просияла. Она была весьма дружелюбна, да и парень показал себя интересным собеседником.              — Пришёл узнать как ты… — сказал он весьма учтиво. Он вошёл и осторожно прикрыл за собой дверь.              — Так и скажи, что решил проверить всё ли целое, только потому что у тебя завтра смена. Кофе делать не буду. Даже для тебя мы закрыты, — она сказала это с улыбкой.              — А я так надеялся, — Тайлер театрально положил руку на голову, показывая, что умирает от разочарования.              — А ты случайно никогда не… сюда никогда не заходила весьма странная девушка? Вся в чёрном, мрачнее грозовой тучи… с весьма странными вкусовыми предпочтениями…              — Четверной эспрессо? — Тайлер вопросительно поднял брови.              — А ты откуда знаешь? — Энид закончила мыть кофемашину.              — Сложно не узнать Аддамс, — парень пожал плечами. — Она появляется здесь обычно по средам и субботам, не думал, что ты встретишься с ней, — он едва заметно нахмурил брови, — в эти дни мои смены. Она редко заходит в другое время.              — А… что с ней? — Энид спросила, слегка наклонив голову на бок.              — Да ничего. Просто она такая. Люди чувствительны… однажды своим появлением она заставила весьма милую бабулю убегать отсюда быстрее легкоатлета, — Тайлер предался воспоминаниям, смотря куда-то в потолок.              — Из-за чего это произошло? — удивлённо спросила Синклер, в секунду оказавшись гораздо ближе к нему.              — Не знаю, та женщина сказала ей что-то, а Аддамс ответила ей в своей манере… В общем. Просто не говори с ней, ладно? Ничего такого, но вряд ли ты захочешь испортить себе настроение.              — Но сам ты весьма спокойно отзываешься о ней, — подметила Синклер.              — Верно. Думаю, мне повезло. Пару раз у нас случилось парочка конструктивных диалогов больше трёх минут, — Галпин активно закивал головой.              — Она поспешила выйти как получила свой четверной эспрессо, — Энид и представить себе не могла, как с этой Аддамс… можно так долго проговорить. Она такая строгая — всё только по делу.              — Такое случается не всегда. Поэтому в эти дни некоторые из решивших заглянуть разворачиваются у самого входа. И, поверь, Энид, четверной эспрессо — не самая странная её просьба, — хмыкнул Тайлер.              У Энид снова удивлённо округлились глаза и она открыла рот, пытаясь спросить что-то, да только слов никаких не приходило на ум.              — Не думай об этом, есть шанс, что вы больше не увидитесь, — сказал Тайлер.              Синклер отметила, что это предположение парня ей не понравилось. Странность этой Аддамс была… ей любопытна. Энид всегда была любопытна. А ещё очень активна: в любом месте она умудрялась завести огромнейшее количество знакомств.              — Может, тебя подвезти? — спросил Галпин, не дождавшись никакой реакции на свои предыдущие реплики.       

***

      Энид ходила по комнате с телефоном из стороны в сторону:       — Чёрт, ну нельзя же быть такой глупой! — сказала она, снова что-то уверенно печатая на экране.              Она не спросила имя. Это было очень глупо. Она хотела бы написать Тайлеру и спросить, и в то же время девушка подумала, что выглядеть это будет… весьма странно. Выход один: попытаться найти самой, только вот по запросу «Аддамс» не было ничего вразумительного.              Арест какого-то Фредерика Аддамса за ограбления банка, сайт неизвестной Энид адвокатской канторы и… ритуальные услуги. Она ухмыльнулась от того, что весь этот набор подходил этой таинственной девушке.              «Уэнсдей Аддамс. Анонс новой книги и долгожданное интервью».              — Я конечно надеялась, что есть возможность её найти, но… так быстро? — хмыкнула она, как только увидела единственную фотографию.              — Мисс Аддамс, как ощущения перед выходом новой книги?       — Наконец-то сяду за новый проект. С этой книгой я слишком долго договаривалась с издательством.       — От многих наслышан о том, как несговорчивы и придирчивы издательства, и…       — Они просто недальновидны. Вряд ли внедрение теста на проверку интеллекта достаточно улучшит ситуацию.       — Зато вы точно уверены, что ваши читатели — ценители высокой литературы, разбираются в истории и искусстве.       — Разбираться в этом — прямая обязанность человека.       — Как бы вы отнеслись к экранизации вашего романа, мисс Аддамс?       — Скверно. Сами посудите, когда в последний раз литература получала качественную экранизацию.       — Вам уже поступали подобные предложения?       — И те, кто их отправлял, были сразу же наказаны.       — Никогда не думали разнообразить текст любовной линеей, хоть одной?       — Этих жалких историй людям хватает и в реальности, к тому же, у меня уже был персонаж, который умер из-за своей привязанности.       — Не раздумывали над продолжением любой из своих книг? Хотя бы, ваша первая работа. Было бы интересно посмотреть на повзрослевшую Вайпер.       — Всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Незачем ворошить прошлое и тех, чьи истории уже рассказаны.              На этом интервью заканчивалось, далее в статье рассуждалось о личности загадочной немногословной писательницы готических романов. Энид испытала разочарование от того, какое интервью было коротким… и оно даже не было в видео-формате! Синклер негодовала, с профессиональной точки зрения. Как будущий журналист. Именно.              — И это она соизволила прийти сегодня… в нашу кофейню, — удивлённо пробурчала Энид, всматриваясь в единственную фотографию в статье.              После этого девушка спустилась по ссылкам ниже и смогла найти сами книги мисс Аддамс, а так же чьи-то обзоры на них.       

***

      Энид надеялась, что Уэнсдей Аддамс снова заглянет к ним. «Это профессиональный интерес. В конце концов я будущий журналист! Это будет полезный опыт», — думала девушка, вспоминая писательницу. Но ни на этой неделе, ни на следующей, ни через месяц, она не появилась, Синклер уже и перестала надеяться. Она считала, что упустила свой маленький шанс ещё тогда. В свой второй день на этой работе.              Энид протирала столик, когда кто-то вошёл. Энид обернулась и поспешно направилась за барную стойку, девушка сразу же просияла: это была Уэнсдей Аддамс.              — Просто двойной ристретто, — сказала девушка, подходя ближе.              Несколько секунд бариста молча смотрела на писательницу. Двойной… что? Слово было знакомое, определённо означало что-то кофейное, но… Уэнсдей никак не изменилась в лице, но Энид ощущала, как на неё физически давит её незримое осуждение.              — Может, корто или шранк говорит вам о чём-нибудь? — едва заметное движение бровями… а Энид уже готова начать извиняться за свою некомпетентность.              — С ристретто было, пожалуй, проще, — ей повезло: на девушку резко снизошло озарение. Тот же эспрессо, но с меньшей концентрацией воды. Энид даже вспомнила, что обычно к этому напитку подают стакан с холодной водой. — Предполагаю, стакан с водой к кофе вам не нужен.              — Именно, — коротко подтвердила Уэнсдей. — А вы пришли в себя быстрее, чем Тайлер, у которого моим первым заказом было доппио с чёрным перцем.              У Энид было весьма красноречивое напуганное выражение лица. Она поспешила отвернуться и приступить к работе:       — Что-нибудь ещё, мисс Аддамс?              — Я не называла своего имени, — сухо отметила Уэнсдей.              «Молодец, Энид, просто блестяще! Ты, вроде как, поговорить с ней хотела, а теперь… осуждаешь за специфичный вкус и пробалтываешься, что искала её? Браво», — девушка хотела ударить себя ладонью по лбу.              — Честно? Вы меня заинтересовали. Хотелось с вами поговорить, — Синклер решила, что с такой грозовой тучей правильнее будет… признаться во всём. Всё равно правдоподобный ответ придумать не успеет… «А нет. Успела бы, если бы открыла рот секундой позже! Просто спросила Тайлера! А, снова нет, чёрт, тогда я подставляю его».              — Мне хватает особо впечатлительных назойливых фанатов, спасибо, — фыркнула Аддамс. Энид успела повернуться и увидеть, как та едва заметно поджала губы. — Нам не о чем с вами разговаривать.              — Ну… хотя бы о кофе! — Энид молилась всем богам и могущественным существам из сериалов, чтобы в этот момент она не покраснела. Мироздание было к ней жестоко.              Уэнсдей скептически выгнула бровь и едва заметно ухмыльнулась:       — Хотите спросить о моём странном вкусе?              — Да… — неловко выдала Энид, продолжая попытки сосредоточиться на работе, а не на Аддамс.              — По мне так куда большее издевательство — это кофе в пакетиках, — с явным презрением ответила Уэнсдей. — Нет ничего хуже растворимого кофе в целом.              — Есть, — шёпотом ответила Энид, едва заметно качнув головой. На долю секунды она предалась воспоминаниям, после чего заметила, что взгляд у писательницы слегка изменился… «она заитересована?» — Когда моему парню было лень кипятить чайник, он грел воду для кофе в микроволновке.              В этот момент выражение лица Аддамс было таким, словно… у нормального человека, который увидел нечто не менее противное, чем, к примеру, разлагающийся труп. Это были секунды, но Энид всегда была внимательна к людям.              — Он психопат? — в глазах Уэнсдей заиграло любопытство.              — Не думаю, — пожала плечами Энид. Кофе был готов: Синклер быстро протянула его посетительнице.              На этот раз Уэнсдей ушла не сразу. Она села за столик, с весьма страдальческим видом, в рамках диапазона её эмоций, достала телефон. Энид отметила, что модель весьма старая, это странно, учитывая, сколько у писательницы может быть денег и с каким недовольством она на неё смотрит. Что-то напечатав, Аддамс спокойно допила свой кофе и, оставив деньги… ушла. Снова проигнорировав: «Хорошего дня! Спасибо, что пришли», которое на этот раз было сказано с куда большим воодушевлением.       

***

      — Как ты умудрился с ней познакомиться? — слишком эмоционально спросила Энид. На этот раз это она пришла на конец смены Тайлера. Вообще, она пришла просить поменяться некоторыми днями из-за грядущего экзамена, но почему бы не совместить полезное с приятным.              — Случайно. Как-то раз она заметила, что у меня рядом лежат несколько книг по учёбе. Выяснилось, что она очень хороша в юриспруденции. Образование получала заочно, и, как я понял, это не единственный её диплом, — с весьма важным видом сказал Тайлер.              — Но я читала о ней: она моя ровесница! — Энид была крайне удивлена.              — Она Аддамс, — пожал плечами Галпин.              — И? — сдвинув брови, спросила девушка.              — Поймёшь, если познакомишься поближе. Могу отдать тебе субботы, всё равно… — Тайлер как-то грустно вздохнул и махнул рукой.              — Она тебе нравится? — Энид слишком бысто сказала это, не подумав. «Может, это его больная тема, или я ошиблась…» — она прикусила себе язык, чтобы больше ничего не сказать. Всё её тело напряглось, а голова начала слегка болеть.              — Думаю, — кивнул Тайлер. — Но отношения это в целом не тема Уэнсдей.              — Ты осмелился предложить ей? — Энид едва не перепрыгнула через стол к нему. Да, она точно прирождённый журналист: надо ещё умудриться быть настолько падкой до громких событий. Ну, в конце концов, со стороны Галпина это был очень смелый поступок, он определённо заслуживал внимания.              — Нет, но на самом деле она действительно хороша в понимании намёков. Даже до того, как ты успел их совершить, — снова грустный вздох. — Мне и так очень сильно повезло. Я второй и последний человек не из членов её семьи, с которым у неё есть какие-то отношения.              Энид испытала облегчение. Она не поняла почему, но было приятно знать, что они не вместе. Тайлер приятный парень, но он… Синклер любила болтать, рассуждать на разные темы, но сейчас слов она не находила. Необычное ощущение.       

***

      Энид не предавала этому значения. Не думала, что Тайлер действительно не преувеличивает, но в субботу… здесь определённо было меньше людей, чем в других подобных заведениях. Она написала Галпину об этом: «многие живущие поблизости уже выучили, что в этот день случается Аддамс».              — Очень понятно, — закатывая глаза пробубнила Энид.              А что такого? Они уже встречались дважды, и Уэнсдей не… разнесла здание? Не притащила сюда чей-то труп? Чем она могла отпугивать людей. Да, характер у неё не самый приятный, но… «О. Она не одна?» — было удивительно видеть Аддамс в компании кого-то. Тайлер же говорил, что он… «второй не из членов её семьи»… тогда, Уэнсдей сегодня с первым. Вернее первой.              Энид не сразу сообразила, что пялиться настолько сильно не тактично. Это не ушло от второй гостьи:       — Это твоя фанатка? Надеюсь, не такая же как Агнесс?              Энид не могла вспомнить, где же слышала этот голос. На внешность вспомнить девушку не получилось, но вот голос определённо был ей знаком.              — Длинный шот. Длинный, насколько возможно, — со своим обычно скучающе-мрачным видом скомандовала Уэнсдей.              Снова задачка для Синклер. Это ведь… лунго. Лунго определённо менее концентрирован, чем эспрессо, и тем более, чем ристретто. В нём было больше воды, он был менее концентрирован, но чем дольше у лунго время экстракции, тем он более горький. Энид думала, что в конце эту смесь вполне можно использовать для того, чтобы отравить целый квартал.              То ли дело Бьянка Барклай — Синклер подслушала разговор, а потому узнала имя, после чего вспомнила исполнительницу — её выбор пал на американо. Обычный американо. Чтож, он вполне ей подходил. Не сказать, что Энид была удивлена, что Аддамс, как писатель с аудиторией, имеет знакомство и с другими известными людьми, но… Барклай? Неожиданно. Синклер не находила в них ничего того, на чём девушки могли бы сойтись.              Не сказать, что гостьи что-то… прямо-таки обсуждали, говорила в основном Бьянка, а Уэнсдей… даже заинтересовано слушала. Синклер стала обращать внимания на большие окна у двери: действительно, люди, котрые подумывали зайти, посмотрев на людей в зале, меняли своё решение.              Следующее кофе, которое заказала Аддамс, Энид прозвала «бездушным американо». Основа — лунго, но разбавленный не кипятком, а холодной водой. И в напиток добавить льда. «Кажется, либо у меня, либо у кофемашины теперь точно есть психологическая травма. Нельзя так издеваться над вкусовыми рецепторами» — думала Синклер, когда подавала заказ.       

***

      — Выглядишь куда более задумчивой чем обычно, — необычно слышать подобное от Уэнсдей.              Энид и не надеялась услышать от неё что-то, кроме очередного безумного заказа. С того момента, как Аддамс пришла сюда с Бьянкой Барклай, она постоянно была одна. Синклер видела в этом возможность поговорить с ней. Каждый раз это были совершенно разные вопросы. Часто, какие-то банальные, в духе «Почему вы постоянно в чёрном?», но даже на это Аддамс умудрялась найти какой-нибудь остроумный ответ, закончив диалог.              — Думала, ты обрадуешься. Ты ведь нелюбитель ярких эмоций и всего такого, — Синклер пожала плечами.              — Тебе это не идёт, — хмыкнула Аддамс, — но тебе в любом случае не помешает быть немного собраннее.              Это для Энид был самый приятный диалог, который состоялся между ними. Теперь она была совсем и не против сварить «издевательство над глясе»: доппио, лёд из чёрного кофе, который предусмотрительно делал Тайлер, и… самый горький шоколад, который только видела Энид. Его тоже держал Тайлер специально для их особого гостя. Подобный шоколад, как сладкоежка со стажем, Энид с трудом держала в руках. И прилагала тонну усилий, чтобы не поморщиться.              — Если тебе всё ещё интересно, почему я сегодня немного мрачнее обычного — мне дали в универе задание. Статью о ком-нибудь, — Энид протягивала посетительнице готовый кофе.              — Журналистика, значит, — Уэнсдей нахмурилась.              — Не подумай, я и не прошу у тебя. Не хочу нарушать границы и всё такое, — Энид оживлённо начала жестикулировать руками.              — Если у тебя получится меня уговорить, тебе сразу же выдадут диплом с отличием, — на лице Аддамс промелькнула лёгкая улыбка.              — Тогда тому парню, что брал у тебя твоё единственное интервью, несказанно повезло, — Энид убирала деньги в кассу.              — Только потому, что он мой бывший одноклассник, — коротко ответила девушка.              Она направилась за свой столик, где была печатная машинка. Энид уже почти привыкла к тому, насколько абсурдно это выглядит. Но при этом размеренное нажание кнопок как-то успокаивало, напоминало тиканье старых часов. В течение дня зашли всего трое людей и ещё один, который резко отпрянул как только открыл входную дверь.              — Можешь написать, что у меня есть кот по кличке Вещь. И что я героически отстояла своё право заниматься тем, чем хочу и адвокатское дело меня не интересует.              — То есть тот сайт с юридическими услугами — сайт твоей семьи? — Энид была готова перепрыгнуть барную стойку.              — Именно, — Уэнсдей собиралась уходить, а потому оставила деньги на столе и начала убирать печатную машинку. — А дальше сама выкручивайся и придумывай.              — А в честь чего такая доброта, мисс Аддамс? — улыбаясь во весь рот, спросила Энид.              — Не придумывай, я просто решила, что это прекрасный способ напомнить о своей самостоятельности родителям, им всё равно есть ещё на ком отыгрываться, — Уэнсдей, не оборачиваясь, дошла до двери.              — Ты не единственный ребёнок в семье? — с энтузиазмомом поинетересовалась Синклер.              — Поищи, я дала достаточно подсказок. К сожалению, у каждого есть след, как бы мы его не пытались скрыть, — с этими словами девушка ушла.              Узнать что-то об Аддамс? Удивительно. Энид определённо этого очень сильно хотела. В начале она оправдывала всё это любопытством, а потом стала замечать, что её фокусировка на других клиентах заметно снижается, если в этот момент в кофейне есть Уэнсдей. Она не могла не привлекать к себе внимания…       

***

      О, конечно Энид была воодушевлена. На это она потратила весь вечер и этим она занималась все ближайшие пары в университете. Сложность была в том, что никто не афишировал родство с писательницей, а фамилия Аддамс не была слишком особенной. Теперь начинало что-то получаться. Найденную по подсказке информацию Синклер преподнесла в форме интервью.              Там было и про кота, и про то, что она закончила юридическое. И про то, что у неё есть два младших брата, старший из которых точно продолжит дело Гомеса Аддамса. Сама Уэнсдей связана только с ритуальным бизнесом её матери.              Вышло вполне сносно, пусть и немного. Размер Энид обосновала специфичностью самой личности, у которой брала интервью. Профессор был в восторге. До конца этого года с этим предметом проблем точно не возникнет.              Помимо этого она нашла старое интервью Ксавье Торпа. Художник, весьма неплохо продававший свои картины. Он упомянул, что учился с ней, но они поссорились. Энид заметила странное совпадение, что после этого новости о нём начали сходить на нет. А ещё сама Бьянка нигде не упоминала дружбу с Аддамс. Это убедило Энид в том, что с личными границами Уэнсдей надо быть максимально осторожной. Статья была удалена после того, как её оценили на занятии.              — Когда я хотела перечитать статью на предмет ошибок — не смогла найти, — сказала Аддамс, после озвучивания заказа.              — Решила, что ты бы этого всё-таки не хотела, — Энид пожала плечами.              — По тебе не скажешь, что тебя это заботит. Не к тому, что ты не ценишь людей, скорее просто… отвлечешься на что-то другое и забудешь об этом, — ровным тоном ответила Уэсдей.              Новый запрос Энид окрестила «огненным мокко». Вместо эспрессо в основе — ристретто. И никакого фира: только растёртый тёмный какао-порошок. И щёпотка чёрного перца. «Она наверное поняла слишком буквально фразу о том, что кофе должно бодрить» — решила бариста.              — Спасибо, Энид, — то ли благодарность за кофе, то ли за то, что девушка не дала статье долго быть на виду.              «Ну… и что такого? Её всё равно прочитало полтора человека: никто не знает Энид Синклер, вряд ли бы число увеличилось на много. В том, чтобы удалить статью не было ничего сложного… А кофе… это же моя работа: делать кофе».              Энид поймала себя на том, что пытается объяснить себе «спасибо» от Аддамс. Такого она ещё не слышала, хотя прошло уже слишком много времени с их первой встречи. Она слишком поздно и неуверенно выдала:       — Пожалуйста, — Энид покраснела. Она это чувствовала физически, а потому на все сто процентов желала испариться отсюда.       

***

      — Я влюбилась в Уэнсдей Аддамс, — резко выпалила Энид, говоря по телефону. Размышлять о том, почему она так… странно ощущает себя рядом с этой девушкой она начала ещё две недели назад, с её глупо-сказанного «пожалуйста».              — Погоди… в кого? — судя по звукам после такого оживлённого ответа у Йоко выхватили телефон и поставили на громкую.              — Я думала ты-то точно читаешь готические романы, это вписывается в твою эстетику, — слегка раздражённо ответила Синклер.              — Откуда вы вообще её знаете? — это был голос Дивины. И она точно обращалась к обеим девушкам.              — Она заходит в кофейню, где я подрабатываю.              — То самое место, где баристы не падают в обморок от её запросов? И, отвечаю на вопрос: я застала первый год обучение Аддамс в старшей школе.              Энид услышала недовольное: «Почему не рассказывала раньше?» от Дивины и несколько ударов подушкой.              — Это сложно, подруга! Лучше просто перетерпи это. С ней ни у кого нет шансов, — сказала Йоко, возвращаясь к телефону.              — Умеешь поддерживать, — проворчала Синклер, желая отключиться от звонка.              — Все приличные друзья так делают! Они честны, они не одобряют твои любовные интересы и, более того, даже не помнят их имён, — очень гордым тоном оспаривала Танака.              Энид сбросила. Странная ситуация, в которую она попала… была слишком для неё нестандартной, чтобы предположить, как следует себя вести. Надо, видимо, прибегать к стандартам: будь смелее, увереннее… и чуть менее болтливой.       

***

      Энид знала, что каждый раз Уэнсдей приходит в разное время. Но обязательно в среду и субботу. В субботу они и так увидятся, а вот среда… Только как бы узнать… Можно попробовать посидеть в заведении напротив, подождать, но вот университет… Следует обратиться к Аяксу, чтобы он придумал что-нибудь и прикрыл её, только вот пока до парня дойдёт... Ладно, это того стоит.              — Энид? — забавно выгнув бровь и удивлённо спросил Тайлер.              — Стало скучно в свободный день, — она делала самый невинный взгляд и немного растерянно пожала плечами. — Здравствуйте, мисс Аддамс.              — Будешь что-то брать? — спросил Галпин, подходя к аппарату.              — Пока думаю.              — Ищите новую жертву для своего портфолио? — спросила Уэнсдей.              — Вряд ли где-то поблизости есть ещё интересная личность. И я скорее буду работать в рекламе, чем в журналистике. Мне кажется, это будет удобнее, с учётом того, что я собираюсь вести свой блог, — Энид пользовалась тем, что она не на работе и с ней заговорили первой, на неформальную тему.              — Рада, будет меньше любителей лезть туда, куда не надо, — Уэнсдей отпила немного кофе.              — Так, будешь брать что-нибудь? — спросил Тайлер.              Энид в этот момент хотела его прибить. Так, не сильно, конечно… Она сохраняла дружелюбную улыбку.              — Не знаю, всё какое-то… обычное. Может, посоветуете что-нибудь? — она обернулась к Уэнсдей.              Та удивленно подняла одну бровь и посмотрела на Синклер. На долю секунды уголок её рта приподнялся:       — Будет интересно посмотреть на это, — хмыкнула Аддамс. — Вспомни любое, что я здесь заказывала.              Энид повернулась к Тайлеру. На долю секунд у неё исчезла уверенность, но она бысто взяла себя в руки:       — Четв…              — Лучше возьми тройной. Для начала. Ты в целом не выглядишь как тот человек, который пьёт кофе, — Уэнсдей поставила свой стаканчик на стол.              — Хорошо, тройно эспрессо, — скомандовала она Тайлеру. Тот, всё ещё удивленный, пошёл исполнять просьбу.              — Почему… всегда такой необычный выбор? — спросила она у посетительницы.              — Кофе должно бодрить. В этом его смысл, — коротко ответила Уэнсдей. — К горечи, остроте, спокойно можно привыкнуть. Это помогает.              — Смотря на вас, я бы предполжила, что ваш стиль — это безвылазно сидеть в каком-нибудь отдалённом мрачном особняке, а в подобном месте вас точно не увидишь…              — Так и есть. Бьянка убедила меня в том, что смена обстановки помогает. Какой бы не была моя фантазия, несколько проще если видишь место, где частично происходит действие, — Уэнсдей отвечала спокойно. Энид только сейчас поняла… девушка ни разу не моргнула за их разговор.              — Убийца — бариста? — хмыкнула Энид, — я читала ваши работы… это слишком просто.              — Он ложнообвиненный. Но он грел воду для кофе в микроволновке, — Аддамс это говорила с настолько серьёзным лицом, что Энид показалось это чрезвычайно забавным.              — Твой кофе, — Тайлер неуверенно протянул стаканчик.              — Спасибо.              Девушка действительно предприняла попытку это выпить. Что ж, теперь она убедилась в том, что сохранила навык «держать лицо» с ещё весьма неприятных юношеских лет и посиделок с семьёй.              — Действительно бодрит. Мне захотелось пробежать километров пять, лишь бы устать настолько, чтобы забыть это.              — Ты распробуешь, дай ему шанс, — Аддамс залпом допила свой кофе.              — Мы можем как-то встретиться и вместе выпить кофе. Ты… можешь дать этому шанс? — Синклер решила не тянуть. Сейчас или никогда. Промолчит — больше не найдёт возможности сказать.              Уэнсдей проявила куда больше эмоций, чем за все встречи с Энид: её глаза удивлённо округлились.              — Просто попробовать, — добавила Энид.              — Просто попробовать… — чуть сведя брови протянула Уэнсдей.              Аддамс замолчала, сохранив это выражение лица. Она посмотрела Энид прямо в глаза и коротко кивнула, после чего поспешно ушла.              — Ей есть над чем работать, она не выглядела как та, которая убегает, — на лице Синклер появилась самодовольная улыбка.              — Как ты?.. — спросил Тайлер, пытаясь подобрать слова.              — Ну, до этого мы пару раз говорили о кофе…