Schach und Matt, Demon

      — Ого, шахматы? — удивился Тэнэ, разглядывая полку в кабинете родителей Дэма, пока сам Дэм сидел за одним из родительских компьютеров и по просьбе отца ковырялся в какой-то папке.       — Хм, ну да, чего только у моих родителей нет, — Дэм развернулся и, потянувшись на кресле, вопросительно глянул на Тэнэ. — А чё это тебя шахматы заинтересовали? Играть умеешь?       — Ну… да, — немного подумав, ответил Кёниг. — В детстве отец часто играл со мной. Считал, что это развивает ум и прочую хуйню, — он пожал плечами. — А когда мне становилось скучно, я и сам с собой мог играть… Пока отец шахматную доску не выбросил, — буркнул Тэнэ, недовольно уставившись в пол и скрещивая руки на груди.       — Оу… ого… — качнувшись назад, задумался Келлерман, — так ты, должно быть, очень хорошо играешь.       — Хмм, да я бы так не сказал.       — Ну уж точно лучше меня, — Дэмон рассмеялся и, встав с насиженного кресла, подошёл со спины к Тэнэ, сидящему на небольшом диванчике. — Я хоть и умею играть, но совершенно не умею выигрывать.       Келлерман положил руки на плечи брюнета и, зарывшись носом в угольные волосы, поцеловал в макушку, на что Кёниг незамедлительно среагировал, запрокинув голову и притянув того ближе, целуя уже в губы.       — Потому что ты преуспел уже везде, где мог, хватит с тебя, — усмехнулся Тэнэ, снизу вверх глядя на Дэма.       — Признай, ты просто не можешь смириться с тем, что я у тебя такой крутой, — Дэм обворожительно улыбнулся и провёл пальцами по выпирающему кадыку брюнета, ловя на себе зачарованный взгляд.       — Ага… всё не привыкну…       Дэмон рассмеялся, затем, нежно проведя рукой по плечам парня, обошёл его и, подойдя к полке, взял в руки те самые шахматы.       — Хах, а может, попробуем разок? Ну так, ради смеха, — предложил Дэм.       — А давай, — без особых уговоров согласился Тэнэ, вставая с дивана. — Давно не играл.       — Отлично! — обрадовался парень, хватая шахматы в охапку. — Вроде я сделал всё, что просил папа, так что можем идти в комнату.       Расположив по центру комнаты складной столик, Дэм поставил на него шахматную доску и пододвинул себе компьютерное кресло. Тэнэ же сел на кровать и уже начал расставлять фигуры.       — Какими будешь: белыми или чёрными? — уточнил Дэм.       — Всегда любил за чёрных, — Тэнэ тем временем уже почти закончил ставить свои фигуры на доску.       — Хорошо! Тогда я хожу первый.       Почти не перепутав расположение фигур, Дэмон наконец расставил свои и, недолго думая, сходил пешкой на f4. Тэнэ почти сразу же выставил и свою пешку. Однако следующий ход Дэмона заставил Кёнига задуматься и, как Дэму показалось, даже поменять своё решение. Приподняв бровь, он глянул на Дэма и сходил пешкой на е5. Как только Тэнэ закончил ход, проклятый оценил обстановку и хмыкнул.       — Хах, я думал, ты лучше играешь. А ты сразу под удар подставился, — он одним движением руки срубил пешку Тэнэ и победно поднял её в руках. — Твоя первая жертва.       Кёниг вздохнул и, вновь посмотрев на Дэма, который откладывал его фигуру в сторону, взялся за чёрную королеву.       — Шах и… мат. — спокойно произнёс Тэнэ, ставя своего ферзя на h4 и всё же слегка поднимая уголок губ.       Келлерман тут же уставился на него в непонимании.       — А? Ты че так шутишь, Кёниг, мы же и трёх ходов не…. — Дэм опустил взгляд на доску и его улыбка постепенно начала сползать, когда до него стал доходить смысл услышанного. — Т-ты как это сделал?       Всё ещё не веря глазам, но понимая, что его король оказался в ловушке, он снова поднял взгляд на Тэнэ. Тот не выглядел ликующим от своей победы от слова совсем и лишь хмыкнув пожал плечами и указал на доску.       — Очень просто. Эти два хода в начале игры самые опасные. Ты слишком неосторожно открыл короля, а я… — на лице всё таки появилась улыбка и он слегка рассмеялся, — Я поставил тебе «Дурацкий мат».       — «Дурацкий…мат?» — переспросил Келлерман.       — Ага. Самая быстрая партия из возможных, — вдруг Тэнэ прищурил глаза и язвительно улыбнулся, — Я думал, ты лучше играешь, а ты… сразу под удар подставился, — издевательски ухмыляясь, процитировал он русого, после сразу же смягчаясь в лице и продолжая, — А вообще, это просто два неудачных хода подряд. Сыграем ещё раз?       Дэма вдруг бросило в жар от на секунду проскользнувшего взгляда Тэнэ. Язвительного, азартного и испепеляющего. Его тут же охватил стыд за свою самоуверенность, ведь он так ужасно глупо продул ему. Но… чёрт возьми, как же крут в этот момент был Кёниг. И как же хотелось ещё немного посмотреть на него такого. Точнее сказать… такому Тэнэ хотелось ещё раз с треском проиграть. Хотя у Дэма закралось ощущение, что по-другому сегодня вряд ли выйдет, особенно с его умением играть в шахматы. Келлерман сглотнул, а кончики пальцев начало немного покалывать.       — Хмф, л-ладно, я тебя сильно недооценил, — Дэм неловко выставил руки ладонями вперед. — К-конечно сыграем, мистер «я совсем не ахуеть какой игрок в шахматы» — с небольшим упрёком добавил он.       — Но это правда, я часто проигрывал отцу, — подался в воспоминания Тэнэ.       — Мм, угу, а сколько лет тебе тогда было? — иронично уточнил Дэм, двигая две свои несчастные пешки на место.       — Хмм, семь?... — Кёниг задумался, положив руку на шею, — Ну ладно, может я и стал играть чуть лучше с того времени, — согласился он.       — Ещё и всякие умные словечки знаешь типа этого «дурацкого мата», — пристально наблюдая за брюнетом предъявлял проклятый, — Скажи ещё, что «королевский гамбит» можешь разыграть.       — Пхаха, ну нет, я не настолько шахматный гений. В любом случае, я уже совсем ничего не помню.       — Так я тебе и поверил.       Дэм не особо удивился, когда Кёниг начал побеждать его во второй раз, зато удивился тому, что больше нужного пялился на шахматную доску. Точнее… не совсем на доску, скорее на фигуры, которые оказывались в западне тонких пальцев. Дэмону всегда нравились руки Тэнэ. Притягательно тонкие, шершавые и всегда жгуче холодные. Но в тандеме с шахматами они были просто…       Дэм махнул головой, отгоняя странные мысли, и попытался снова вернуться в игру. Он пристально смотрел на доску, а потом, радостно заулыбавшись, поставил ферзя на одну из клеток.       — Шах! — на радостях вскрикнул Дэм и уставился на Тэнэ, который вдумчиво рассматривал доску.       — Дэм, я бы… не советовал так ходить, — аккуратно предупредил Кёниг.       — Ты что, мне подсказки вздумал давать? — Дэмон обидчиво скрестил руки на груди и надул губы. — Я первый раз тебе шах поставил.       — Ты молодец, учишься. Только… — Тэнэ взялся за короля и срубил белого ферзя, неаккуратно вставшего на соседнюю с ним клетку и, невозмутимо подняв брови, взглянул на проклятого.       Дэм выпучил глаза и только сейчас понял, какую же глупую ошибку допустил.       — А-аэх, — взвыл Дэм, падая головой на стол, — Я забыл, что он тоже рубит… — опечаленно произнёс он, а затем поднял взгляд на тихо хихикающего Тэнэ — Чё ржешь, нравится смотреть за тем, как я тупо лажаю, да?       — Хмф, да нет, вообще-то с тобой интересно играть. Раньше я ни с кем кроме отца не играл и приходилось расчётливо подходить к ходам, высчитывать каждый шаг, чтобы ни за что не ошибиться. А с тобой мне интересен процесс и я не боюсь допустить ошибку.       — Ну конечно не боишься, я же хожу как идиот. Как можно было так глупо проиграть!? — он снова упал головой на стол, закрыв лицо руками от отчаяния.       — Эй, — Тэнэ вдруг стал серьезнее и, перегнувшись через стол, положил руку на плечо Дэма. — Дело совсем не в этом. Шахматы — довольно сложная игра и уследить за всем не так просто. Совсем не удивительно, что где-то ты можешь тупить. Вообще-то ты достойно держишься и… мне нравится смотреть на тебя за игрой, — брюнет смущённо улыбнулся, когда Дэм неуверенно поднял на него взгляд, — К тому же, ты ещё не проиграл, а всего лишь лишился ферзя. Но если хочешь, можем отмотать на два хода назад. — предложил он.       Дэм отвел взгляд. Однако ему было приятно слышать, что Тэнэ с ним интересно, хоть он и полный профан.       — Д-давай.       Парни поставили фигуры обратно и Тэнэ объяснил Дэму, как в этой ситуации лучше всего сходить. Он, конечно, послушал, но сказал, чтобы тот ему больше не подсказывал и вообще не поддавался. Кёниг разделил это желание. Ведь какой смысл от победы, если ты пришёл к ней не совсем своими силами. И Тэнэ был рад, что Дэм тоже придерживался этого мнения, несмотря на то, что играл откровенно плохо.       Признаться честно, Келлерману невероятно нравился учитель-Тэнэ. Он так доходчиво объяснял и доносил информацию, что Дэм мог бы слушать его часами и даже во что-то вникать. Однако он не готов был получить даже малейшее преимущество на доске не своей собственной головой. Ну и может совсем немного… ему хотелось хоть как-то впечатлить Тэнэ… Если, конечно, у него хватит мозгов на это.       — Шах… — вдруг произнёс Тэнэ, пробуждая Дэма от мыслей и заставляя выбирать путь отступления. — и мат.       — А…а? Как? — Келлерман встрепенулся и уставился на белопольного чёрного слона, стоящего на h5, а затем на пустые клетки рядом со своим королём — Я же могу…       — Нет, не можешь, — не колеблясь перебил брюнет, указывая на поле. — На d2 тебе угрожает конь, на е1 и f2 этот слон, и наконец… — он ткнул пальцем в ладью, стоящую на a3 — …тут тебя поджидает ладья. Ты окружён. Hände hoch, aufgeben. — Тэнэ слегка улыбнулся и подпёр голову рукой.       Дэм сглотнул и шмыгнул носом. Казалось, Кёниг с каждым разом получал только большее удовольствие от победы. А Келлерман… Конечно, сказать о том, что он хоть сейчас был готов поднять руки и сдаться в плен Кёнигу русый не решался. Однако эта игра… несомненно вызывала в нём какой-то странный неподдельный интерес.       — Н-ну вот… я ведь даже ферзя твоего срубил, — смущённо отводя взгляд, хмыкнул Дэм.       — Иногда надо идти на жертвы. Пешка тоже может поставить мат. — объяснил Тэнэ, беспечно пожимая плечами. — Но в этой партии ты хорошо атаковал. Молодец.       Келлерман тут же покраснел. Кёниг его похвалил! Почему-то от этого стало так тепло. Или даже горячо… Он снова глянул на Кёнига. Тот был слишком спокоен и это вызывало какое-то странное притяжение… У Дэма сейчас точно горело лицо. Проклятому хотелось играть… дальше… и дальше. И неминуемое поражение никак не отягощало это желание. Не то чтобы Дэм когда-либо был неравнодушен к шахматам, но Тэнэ…       — Давай… ещё сыграем.       …Тэнэ до безумия превосходно смотрелся за шахматами. Будто они были придуманы специально для него.       — Что ж, если настаиваешь…       Фигуры вновь оказались на доске в полном составе и парни продолжили играть. Партии обычно длились недолго, ведь, как только Дэмон делал всего один неудачный ход, Тэнэ сразу умело им пользовался, зажимая его короля в плотные тиски со всех сторон. И к тому времени, как Келлерман понимал, что попал в очередную паутину умело выставленных ловушек, он уже по уши был в западне.       За несколько партий Дэм сумел подметить одну особенность в игре с Кёнигом. Он практически никогда... не ставил шах без последующего мата. Дэмону подумалось, что эта манера игры в сущности удивительным образом отражала его характер. Обдумать все пути отхода соперника и бить в самое сердце — без права на спасение, до победного. В этом точно был весь Тэнэ. Да и в целом... шахматы будто отражали внутренний мир не только Кёнига, но и самого Дэма. Тэнэ, играя за чёрных всегда реагировал лишь на ходы Келлермана, ведь белые всегда ходят первыми и задают игру. Эта параллель с реальной жизнью сводила Дэмона с ума. Но ещё больше сводило с ума то, что в конце каждой игры Келлерман чувствовал себя униженным и побеждённым белым королём на шахматной доске. Только вот…. как же хотелось превратиться в черные фигуры, чтобы хоть на миг ощутить тонкие холодные пальцы, обхватывающие так жгуче уверенно…       Дэм отвернулся и проморгался. Мысли уводят его совсем не туда.       — Н-ну, мы можем закон… – Кёниг хотел было прервать череду сокрушительных провалов проклятого, но тот был настроен слишком решительно.       — Ещё! Р-разок.       И надоумило же ему предложить Кёнигу эти блядские шахматы, от которых теперь и самого Дэма за уши не оттащишь. А всё потому что Тэнэ блядски хорош в этих блядских шахматах, да и вообще… Келлерман, похоже, точно беспросветно и безвыходно залип. Залип на тонкие руки, которые каждый ход точно знали, что делали. Залип на голос, властно и сдержанно ставящий мат. Залип на взгляд, бегающий по доске и привлекательно анализирующий положение фигур. А особенно притягательным Кёниг становился, когда задумчиво прикладывал пальцы ко рту, в редкие моменты обдумывая свой следующий ход дольше, чем привычные пять секунд. И в такие моменты Дэм не мог отвести от него глаз. Он, прикусывая изо всех сил губы, наблюдал за тонкими пальцами, которые обхватывали ферзя и так решительно делали ход. А у Келлермана глядя на это безобразие невольно вставал вопрос «Какого хрена Кёниг так привлекательно играет в шахматы?!» Хотя, кажется, не только вопрос….       — Ещё.       Это было безумием, но Келлерман не мог заставить себя прекратить пялиться.       — Е-ещё.       Огонь внутри Дэма уже был разожжён до такой степени, что ему приходилось елозить на стуле каждые две минуты. Потому что неожиданно появившаяся проблема между ног больше не давала вести себя спокойно.       — Д-давай ещё.       И Дэму хотелось бы скрыть своё состояние, ведь было бы крайне тупо, заметь это Тэнэ. Потому как думать о Тэнэ в таком ключе… желать его руки так сильно… прямо на этом столе… было слишком неприлично, чтобы Дэм мог признать, что правда хочет этого.       — Шах и мат… Достаточно?       Взгляд голубых глаз мелькнул в тёмных радужках и Дэму показалось, что он смог сдержать громкий выдох.       — Оу… ох… т-ты опять победил, хаха, — Дэмон снова опустил взгляд, елозя на стуле и пытаясь не вызвать подозрений, — Н-ну э-эм… у меня ещё есть шанс отыграться, правда? — он легко усмехнулся.       — Эй, Дэм… — Тэнэ вдруг перегнулся через стол, роняя пару фигур и заглянул проклятому в лицо, от чего у того поползли мурашки по всей спине. — ...тебя совсем не смущает, что ты проиграл уже пятнадцать раз. Точно хочешь продолжить?       Дэм с силой вжимался руками в компьютерное кресло, стараясь подавить дрожь и тяжёлое дыхание, ведь по какой-то причине даже минимальное уменьшение расстояния между ними вызывало внутри слишком много щекочущей все внутренности энергии и лёгкое головокружение.       Как будто этого Кёнигу было недостаточно, ведь он встал со своего места и медленно обошёл стол, вставая за спиной Келлермана. Он подался вперед, рукой потянувшись к шахматной доске.       — А может, хочешь сыграть чёрными? — спросил он над ухом проклятого своим низким бархатным тоном.       Дэм держался из последних сил. Не хотелось сознаваться в том, что он пускает слюни на Тэнэ всю игру, ведь тот явно заинтересован шахматами больше него.       Но всё изменилось, когда Тэнэ мягко положил руку на плечо, перемещая её к шее. Келлерман не мог унять дрожь, а хуже всего то, что Тэнэ точно заметил это. Дэм дрожащей рукой прикрыл рот и выдохнув резко встал с кресла.       — З-знаешь что? — с вызовом начал он, разворачиваясь к Тэнэ и хватаясь руками за стол, оказавшийся сзади, — К ч-чёрту шахматы. В-возьми меня п-прямо тут.       Келлерман запинаясь и прерывисто дыша озвучил свою просьбу и сразу густо покраснел. Это было слишком смело и непристойно. Тэнэ широко раскрыл глаза, глядя на Дэма, пока кипучая внутри страсть резко не сорвалась с цепи. Он схватил проклятого за руки и вцепился в губы, прижимаясь всем телом и, так ярко ощущая вставшее желание Дэма, поглощал его глухие стоны, ворвавшиеся в поцелуй. Впрочем, происходящее для него сюрпризом не было. Оторвавшись от губ, он взглянул в голубые очарованные глаза.       — Думаешь, я не видел как ты возбуждаешься с каждой игрой всё больше?       У Дэма затряслись поджилки. Было так стыдно за своё неконтролируемое ужасно пошлое желание и жалкие попытки остаться в игре чуть подольше.       — Т-так ты заметил, — Дэм пристыженно отвел взгляд.       — Сложно не заметить, когда спустя пару тройку партий твой соперник начинает ходить как трёхлетний ребенок, — он снова приближается прикусывая и облизывая дрожащие губы, — Ты… три раза сходил моими фигурами, Дэм. — нагибается к уху и шёпотом продолжает: — Но мне слишком нравилось, как ты смотрел на меня, и я тебе немного подыграл. — по-доброму улыбнулся он.       — Т-ты… засранец. — смутился Келлерман и только сильнее сжал руками стол. — Я возбуждён до предела твоими ебучими шахматами, а ты…       — Между прочим, это не мои шахматы. И ты сам предложил сыграть, забыл?       — Да блять, не важно, Кёниг! П-прошу…       — Звучишь… очень нетерпеливо. Это на тебя не похоже. — Тэнэ медленно поднёс руку к лицу и мягко коснулся щеки.       — Я так сильно хочу тебя, что мне уже плевать на это.       От невесомого прикосновения Дэма повело сильнее. Он был уверен, что Тэнэ мог заставить его стонать одними лишь прикосновениями.       Тем временем Кёниг опустился ниже и, проведя руками по бёдрам, стянул домашние шорты, в который раз оценивая насколько же они идут Келлерману. Тэнэ любил и ненавидел, когда Дэмон надевал шорты, ведь они ему настолько хорошо шли, что не пялиться на аккуратные колени и крепкие голени было весьма трудной задачей.       Келлерман начал задыхаться, ещё когда Тэнэ проводил руками по его ногам, справляясь с одеждой, а когда чужие пальцы дотронулись до его члена, он и вовсе издал истошный всхлип, параллельно понимая, что сегодня неизбежно полностью потеряет контроль. Он пытался не думать о том, что Тэнэ держит его член так же властно, как недавно брал в руки чёрного ферзя. Но отпечатавшийся в сознании вид утончённых пальцев на фигурах не давал проклятому ни минуты покоя.       — Ох, чёрт… и правда сильно хочешь, — констатировал Кёниг, размазывая огромное количество смазки по головке члена. — Ч-что на тебя нашло? — он поднял голову, чтобы взглянуть на Дэма и…обомлел. У него было настолько умоляюще нетерпеливое лицо, что, казалось, каждая секунда у Тэнэ на счету, — Что… что ты там просил сделать с тобой?       — В-возьми мен-ня. Я х-хочу быть твоим… — выражение лица Келлермана сейчас говорило само за себя. Он плавился словно пломбир, который оставили под палящим солнцем. Дэмон дотронулся рукой до груди Тэнэ и приблизился к его уху — Хочу, чтобы ты взял меня так же, как чёртовы фигуры. — томно прошептал он.       Тэнэ быстро выдохнул, справляясь с собственным давно вставшим членом между ног и взглянул на свои пальцы, которые были настолько мокрыми, будто он только что вылил на Дэма весь тюбик лубриканта. Сегодня, кажется, можно было обойтись совсем без него. Он резко поднял проклятого и уложил его на шахматную доску, предварительно смахнув фигуры, чтобы уберечь Дэма от боли. Сняв бельё до конца, Кёниг медленно стал проталкивать пальцы в Дэмона, пока тот извивался от нетерпения.       — Т-тэнэ, давай быстрее. — умолял Келлерман.       — Нельзя, тебе будет больно. — однако Кёниг стоял на своём.       Он понимал, что Дэм совсем на грани, но кто кроме него будет думать о последствиях после такого, ведь…       — Аргх, господи, Тэнэ, возьми свой ебучий член и вставь его прямо, блять, в меня! — срывается Келлерман, сквозь зубы протороторив слова. Возможно, в другой ситуации ему было бы ужасно стыдно за свои слова, но едва ли сейчас он полностью отдавал отчёт своим грязным словам и не менее грязным мыслям.       Тэнэ шокированно смотрел на него какое-то время, пока внутри всё яростно пылало. Он знал, что противостоять Дэму не сможет даже при всей своей стойкости и умению сдерживаться. Дэм был тем горючим, что заставляло гореть даже в самый сильный ливень. Брюнет заморгал и дрожащей рукой стал доставать из рядом лежащей сумки презервативы. Всё же иногда… в крайних случаях… последствиями можно и пренебречь.       — К-как скажешь.       Дэм дрожал каждой клеточкой своего тела и прерывисто дышал, не зная как унять это рвущееся наружу желание. От каждого касания Тэнэ он заводился только сильнее. Руки, о которых он мечтал все эти бессовестно сексуальные извращённые партии, наконец трогали только его. Прямо как черные фигуры. Келлерман не знал, насколько нормальным было его состояние в данный момент, потому что от полной потери рассудка его останавливала лишь пара мгновений без рук Кёнига.       Тэнэ считал, что возможно… слегка переборщил с накаливанием страстей. Но… то, что происходило сейчас с Дэмом ему ужасно льстило. Ведь кто же знал, что он способен вот так просто возбудить его, даже не притрагиваясь? Дэм настолько хочет его? Тэнэ и правда ему нравится до такой степени, что он еле стоит на ногах? Крышу сносило лишь только от одной мысли об этом.       — Блять, быстрее! — вскрикнул Дэмон, не успел Тэнэ даже войти в него полностью. Пришлось послушаться и двинуться ещё сильнее.       — Ещё… больше! — Келлерман всё не унимался и Тэнэ двигался быстрее, сам медленно пьянея от такой бурной реакции возлюбленного.       Всё ощущалось до чёртиков непривычно, неправильно, даже непозволительно, но как же оглушающе приятно. Дэм понимал, что, вероятно, ни за что не пожалеет о сегодняшнем, но только потому что он с Тэнэ. Его не накроет волной всепоглощающего стыда, не будет чувства вины от своего несдержанного и абсолютно несвойственного ему желания, потому что всё это происходит вместе с Тэнэ. И он уверен в нём, как в себе самом. Эти мысли на задворках сознания только разжигали Келлермана сильнее.       Ему чертовски хотелось, чтобы Кёниг прямо сейчас чудовищно безнаказанно отодрал его за каждый поставленный мат, за каждый неправильный абсолютно глупый ход, который допустил Келлерман. Хотелось, чтобы он выпустил всех своих демонов, потому что точно знал, что они в нём есть. Скрытые ото всех и сдерживаемые неоспоримо соблазнительной силой воли, ждущие своей судной ночи. И это было бы до ужаса бессердечно, заставлять их так долго томиться в пучинах рассудка Кёнига, тогда как демоны Дэмона так всецело и бесцеремонно игнорируют его поставленные границы самообладания.       Обычно секс у них всегда проходил спокойно и комфортно, и, даже когда накатывал ураган страсти, каждый будто сохранял здравый рассудок, в первую очередь думая о партнёре. Но сейчас… сейчас это неконтролируемое почти животное желание заполняло Дэма до краёв, и Тэнэ, смотря на него такого, не в силах был сдержаться. Он первый раз видел Дэмона настолько потерявшим контроль. Тот был словно заминированный снаряд. Дотронешься - сразу рванёт. Но как же Кёнигу чертовски нравилось ощущать на себе этот полный желания и похоти взгляд… Он ответно хотел его во всех тех смыслах, которые обычно уходили на второй план, пропуская вперёд платоническое.       Сейчас же Тэнэ понимал, что Дэм испытывает страдания каждую секунду, в которую Кёниг его не касается. Он уже играл с ним в эту игру, тянул удовольствие тягуче медленно. Так оргазмы были ярче и длиннее. Но сейчас это было бы сродни пытки. Здесь необходимо было действовать по-другому. Особенно когда Дэм просит. Особенно когда просит так отчаянно и горячо.       — Чёрт, Дэм… — почти задыхаясь говорит Кёниг и, впиваясь в нежные бедра, тянет их с силой на себя.       Раздаётся сладостный стон удовольствия, в котором отчётливо слышится вся разгорающаяся похоть, вселившаяся в парня. А у Тэнэ окончательно срывает крышу. Он больше не пытается сдержаться, потому что это именно то, чего желает Дэм. Стол с громкими стуками шатается из стороны в сторону, роняя несчастные фигуры на пол, а доска под Дэмом елозит по столу. Руки хватают жадно, тянут жгуче, сжимают уверенно, гладят нежно и Дэм захлёбывается в удовольствии и своих нескончаемых стонах. Всё уходит на второй план, а в голове, каждодневно забитой сомнениями, страхами и заботами, не остаётся ничего кроме ярких вспышек перед глазами. В этот момент он с упоением и покорностью тонет в касаниях желанных рук Тэнэ… а Тэнэ тонет в нём.       — Т-тэнэ, ах… нх я… — Дэм с трудом сквозь стоны пытался связать два слова. — Я... гх… хочу увидеть в-всех твоих демонов. — он закусил нижнюю губу, когда Тэнэ в очередной раз остервенело толкнулся в него.       —... Хорошо. — только и успел расслышать Келлерман, прежде чем громко вскрикнуть от ещё большего напора. Честно говоря, Дэм его недооценил, ведь думал, что Тэнэ уже выложился на максимум, но оказалось это было далеко не всё, на что он способен. И Дэмона это на секунду испугало, ведь демоны Тэнэ…. как выяснилось, могут быть чересчур яростными. Однако русый сразу же расслабился, отдаваясь в родные руки с головой, ведь знал — Тэнэ ни за что не причинит ему вреда. И сразу остановится, если только тот попросит. Правда просить его остановиться Дэм, конечно, не собирался.       Келлерману всегда нравились моменты их сближения не только из-за очевидного удовольствия от процесса. Физического и морального. Но еще и потому, что Кёниг в такие моменты был по-интимному искренен. И говорил особенные вещи. Иногда может слишком смущающие и сопливые. Такие, которые обычно не говорятся вслух. Но как же Дэм любил изредка получать такой сюрприз от Тэнэ.       — Я мог бы вечно смотреть на тебя. — Тэнэ нагнулся ближе к уху Дэма и несильно обхватил его шею — Ты - самое красивое, что я видел в своей жизни. Фонтаны и рядом не стояли. — признался он, ухмыляясь.       Дэма пробрала дрожь до самых кончиков пальцев. Глаза закатывались, кончить хотелось немедленно. Пока Тэнэ всё ещё двигался, Дэмон потянулся рукой к своему изнывающему члену. Но не успел он даже коснуться, как Тэнэ перехватил его руки и припечатал их к столу.       — Нет. Без рук. — бескомпромиссно приказал он.       Дэмон выгнулся от настигнувшего возбуждения.       — Б-боже, т-ты хочешь меня убить, да? — поинтересовался русый, тяжело дыша.       — Нет, что ты. Разве что, немного подразнить. — нахальная улыбка Кёнига и этот блеск в глазах вызвали в парне неконтролируемую дрожь, пронизывающую всё его тело.       — Я б-больше не вынесу… дай мне закончить, прошу.       Умоляющий Дэм на шахматной доске, к которой его прижимал брюнет выглядел просто превосходно. Тэнэ откровенно пялился на безупречное подтянутое тело и пару раз хищно облизнулся. Он специально слегка замедлился, чтобы сейчас с новой силой дать понять Дэму, как сильно он от него без ума. Стол снова остервенело застучал, однако умоляющие стоны парня заглушали почти все посторонние звуки. Тэнэ снова опустился к уху и дыша в шею, задыхаясь, прошептал:       — Schach und Matt, Demon.       Дэм закатил глаза и шумно и длительно простонал.       — Т-тэн-нэ, г-господи, блять, — Келлерман продолжал протяжно выстанывать имя Кёнига, пропуская мат через каждое слово, — Ч-чёрт возьми…       Тэнэ ещё ни разу не видел настолько долгоиграющего оргазма у проклятого. Впрочем у него самого он был не менее ошеломительным. Тэнэ быстро толкнулся ещё несколько раз и кончил следом за Дэмом. Тот обессиленно развалился на столе, расслабляя все напряжённые группы мышц.       — S-sieht so aus, als würde ich deinen K-könig nie err-reichen. — еле отдышавшись с усмешкой произнёс проклятый.       — Уже… ты уже давно сделал это, — Тэнэ упал лбом на живот Келлермана и продолжил на немецком: — König ist in deiner Macht.       Дэмон смущённо покраснел и, устало ухмыльнувшись, положил руку на чёрные волосы.       — З-знаешь, ты чертовски хорош за шахматами. Н-но помни, следующим на этом столе будешь ты. — уверенно проговорил он.       Тэнэ лукаво ухмыльнулся, возвышаясь над парнем.       — Мы можем сыграть. Тот, кто поставит больше матов, будет…       — Т-ты, придурок! — не дослушав брюнета, Келлерман заколотил его по груди, — Знаешь же, что у меня нет и ша….       Но Дэма ответно прервали, затянув в горячий поцелуй, после которого спорить уже совсем не хотелось.

***

      — Отнесу это обратно к родителям в кабинет. — уже одетый Келлерман смущённо складывал последнюю фигуру внутрь шахматной доски.       — А мне кажется, нам не надо их далеко убирать. — заметил Тэнэ, сидя на кровати парня.       — Н-ну, перестань, мне и так неловко… — Дэмон смутился сильнее и скривил губы.       — Пф, да брось. — Кёниг встал с кровати и подошёл ближе к Дэму, — Тебе вообще повезло, что я не набросился на тебя ещё с начала игры.       — Хаха, кого ты обманываешь, ты бы так не сделал. — рассмеялся проклятый. — Да и… ты был слишком увлечён шахматами.       Взгляд Тэнэ вдруг сделался серьёзным и он уставился в голубые глаза. Кёниг аккуратно поднёс руку к лицу Дэма и убрал мешающую прядку за ухо.       — Чем бы я не был увлечён, в конечном итоге я всегда буду смотреть только на тебя.       Дэм смутился и осознал, что уже после пятой партии его мозг окончательно поплыл и Тэнэ точно это заметил. А значит… все остальные разы он играл совсем не ради шахмат…?       — Напомни мне, бля, больше никогда не играть с тобой в шахматы. — Келлерман сконфуженно отвёл взгляд.       — Никогда? Жестоко… я бы ещё сыграл. — Дэм настолько раскраснелся, что Тэнэ не мог оторвать глаз и сдержать улыбку.       — Ты извращенец, Кёниг. — пришёл к закономерному выводу парень.       — Стараюсь. — на что Тэнэ лишь насмешливо пожал плечами.       Дэмон улыбнулся и взглянул на шахматную доску в руках.       — Я бы тоже…. ещё сыграл.