Ночная прогулка

Весенним вечером пятницы, двадцать шестого мая, Антон медленно шагал в сторону своего дома. Конец девятого класса, оценки уже выставлены, поэтому можно забить на учёбу, что и делал Тяночкин уже два дня, как и его лучший друг — Саша Собакин. Тёплое весеннее солнце освещало и согревало улицы города. Всего-то десятый час, поэтому можно не спешить, ещё минут сорок у парня в запасе есть. Разошлись ребята возле их любимой «Пятёрочки». Вообще, разойтись они должны были ещё минут тридцать назад, но, подойдя к «Пятёрочке», они начали вспоминать, как проходил их учебный год, забавные ситуации (а их было навалом). Ну и блондин постоянно пытался обнять или в шутку поцеловать Антона в щёчку. Ладно, если честно, то Антон был бы не против, если Саша поцеловал его в щеку… Влюблённость ведь такая странная вещь… Сначала Антон радуется, что он рядом с Сашей, а тот рядом с ним, а потом сидит под грустную музыку и думает о том, как он несчастен, ведь любовь точно не взаимная, при этом ноя своей кошке Греченьке, которой было либо похуй, либо она понимала, что к хуям эту любовь. С тяжёлым вздохом Антон вставил ключ в замочную скважину. Родители уже дома. Тоша прошёл в квартиру, разулся и снял ветровку, повесив её на вешалку. Он прошёл на кухню, чтобы поставить чайник и выпить кружку чая с бутербродом. Есть не хотелось, тем не менее перекусить Антон был не против. Он просто молился, чтобы никого не было на кухне. Почему-то совсем не хотелось говорить с родителями. К сожалению, судьба послала на хуй Тяночкина-младшего, и на кухне были сразу оба родителя: Анна Тяночкина и Сергей Тяночкин. Отец сидел за столом с большим аппетитом, поедая картошку с котлетой, в то время как Анна стояла у окна, кого-то или что-то высматривая. Сразу в груди что-то сдавило и стало немного тревожно. Парень оглядел кухню, и с ужасом его глаза нашли собственный школьный дневник, лежащий на краю кухонного стола. Родители одновременно посмотрели на него с максимальной строгостью в глазах. — Антон, — начала мать, рассматривая парня сверху вниз, — ты почему матери врёшь? Не стыдно тебе? — Антон прекрасно знал, о чём она говорит. Антон говорил ей последние два дня, что оценки ещё не выставили, и, чтобы не заметили, прятал дневник в портфель. Мать и отец, слава богу, не лазили в портфель сына. А для чего он это делал? Не хотел скандалов по поводу единственной тройки по химии. Отец так же с осуждением и возмущением посмотрел на своего сына. — Мам, я просто… — Антон не успел договорить, как Анна подошла к столу, схватила в руки дневник сына и пихнула его ему в руки. — Открывай. — Твёрдо потребовала Анна. — Ну мам… — Открывай, говорю тебе! — после того как Тяночкина повысила свой тон, Тоша всё-таки открыл дневник, и Анна тут же листанула на последнюю страницу, где были четвертные оценки. На этой же странице она указала пальцем на тройку по химии, как за четверть, так и за год. — Это что? Ты мне что обещал, Антон?! — прикрикнула мама Тошика и выхватила у него из рук дневник. — Мам, я правда старался… — глаза потихоньку застилала пелена слёз. — Кому ты врёшь?! Не стыдно тебе, я ещё раз спрашиваю? Ты мало того что матери об оценках не сообщил, так ещё и не постарался исправить свою тройку! Сколько можно меня расстраивать? А Саша-то, небось, опять на отлично всё закончил! — Антон уже не выдержал, и из глаз покатилась первая слеза, а потом и вторая. — Мам, прости, я правда старался… — голос дрожал, а в горле стоял ком. — Я не хочу больше тебя слушать! Иди в комнату, Антон. — Тошенька тут же сорвался с места и быстрым шагом побежал в свою комнату. Там он переоделся, параллельно всхлипывая. Дальше он лёг на кровать и тут же начал печатать сообщение Саше. С ошибками, ведь перед глазами плыло из-за слёз. Вы: Саша, ты тут?.. Саша: Да, тут. Что случилось? Вы: Опять из-за этой тупой химии наорали. Я же правдв старабсь, а мне не верят! Саша: Тош, постарайся не обращать внимания, пожалуйста. Не думаю, что твоя мама знает о том, что ты стараешься и хочешь, чтобы она гордилась тобой. Вы: Спастбо… Легяе стало… Спокойной ночи(?) Саша: Слушай, Тош, а что на счёт того, чтобы немного отвлечься? Вы: В майнкрафт поиграть? Саша: Пошли гулять? Всю ночь. Вы: Родители мои уснут только через часа два. Сможем ведь через два часика, да? Саша: Тогда через два часа буду ждать тебя около «Пятёрочки». Собакин вышел из сети, как и Антон. Антон вытер слёзы, поднялся с кровати и полез в шкаф за одеждой потеплее. Там нашёл свободные штаны и шоколадный свитер. Родители легли спать, как Антон и говорил, через два часа. Подождав минут двадцать, чтобы уж наверняка уснули, он тихо вышел сначала из комнаты, а потом из квартиры. Парень брёл по тротуару и потом завернул влево. Людей на улице почти не было, но всё же пару толп стояло около магазинчика. В основном так же подростки, молодёжь. Однако среди них Антон сразу узнал светлую макушку. Тут же сердце забилось, словно птица в клетке. Саша, видимо, тоже заметил Антошку и начал активно махать ему. Заметив это, Тошик улыбнулся и помахал в ответ и ускорил шаг, а когда встал напротив Собакина, тот обнял его, прижимая к себе, из-за чего сердце забилось ещё быстрее, а потом успокоилось, как и сам Антон. — Тошик, тебе холодно не будет? — спросил Саша, легонько поглаживая Антона по голове. — Нет, — коротко ответил Антон, но было ясно, что он улыбается. С Сашей так спокойно… Так хорошо… Прямо по щелчку все проблемы забываются, и остаётся только это тупое чувство влюблённости. Чувство, когда хочется постоянной тактильности с любимым человеком, хочется, чтобы он лишнюю минуту поговорил с тобой. И ты словно пьянеешь, когда так происходит, и так радуешься, когда в очередной раз тебя обнимают. Это глупо, наверное. Так ребята проходили до шести утра. Спать не хотелось, даже усталость не чувствовалась. Краем глаза Антон видел взгляды Саши. Было в них что-то такое… Необычное… Как и в самом Саше. Он постоянно интересовался, не замёрз ли Антон, и всё время поглядывал на него. Иногда это были совсем короткие взгляды по одной секунде, а иногда это были взгляды, длящиеся одну минуту или больше. — То-о-ш-а-а, — с хитрой улыбкой протянул Саша и взял Антона под локоть. Тот посмотрел на него вопросительно. — А поехали в соседний город? — Антон долго не думал. Минуту? А может, и две, никто не считал. Он лишь положительно кивнул и с улыбкой ускорил шаг, что сделал и Саша. На удивление, руку он не опустил, и они шагали так до самого вокзала. Никто из них не понял, как, но они откуда-то взяли четыреста рублей на проезд туда и обратно. Сели они в автобус, и уже через пять минут он тронулся с места. Было до ужаса комфортно. Солнечное и тёплое утро, птицы пели, всё цвело. В такие моменты было жалко бедных аллергиков. Видимо, оба парня расслабились настолько, что чуть не задремали. Саша положил голову на плечо Антона, пока тот смотрел в окно. Дыхание сперло, когда Антон почувствовал прикосновение к своей руке. Тоша почувствовал, как кончики его ушей слегка краснеют. Приехав на место назначения в восемь утра, парни лениво поднялись с нагретых мест. Городок маленький, но уютный. Весна придавала милую и уютную атмосферу. Гуляя по улицам, ребята то и дело натыкались как на домашних, так и на бездомных котиков. Саша каждый раз пищал, словно дитё малое, видя очередного пушистика, и тут же бежал их гладить. Некоторые, конечно же, боялись его и убегали или шипели. Видимо, у таких котов судьбы совсем печальные. Но были и котики, которые сами первые бежали к Саше в руки, и тогда парни останавливались минут на пять. Саша не мог оторвать взгляда от своего лучшего друга. Да и как, когда твой лучший друг — предмет твоего воздыхания?… Молчать, конечно, было до жути мучительно, и хотелось в рандомный момент притянуть Антона к себе и поцеловать или просто прошептать о том, как же сильно он его любит, и только потом поцеловать. Или не целовать… Собакин не знал. Что ему оставалось? Касаться руки Антона, обнимать его, списывая это на случайность, кидать быстрые взгляды, полные любви и надежды, и надеяться, что чувства окажутся взаимными, если вдруг дело и правда дойдёт до признания. Антон давно принял свои чувства к Саше, но стоит ли признаваться?.. Определённо стоит, но когда да и как? Антон точно не спец в этом деле. Тревога зародилась где-то глубоко в грудной клетке. Пока Тоша думал об этом, ребята вышли на мост. Рядом проезжали машины, и разделяла их только железная перегородка. Людей не было, лишь Саша и Антон. — Саша, — словно на автомате пробормотал парень. Дождавшись, пока лучший друг обратит на него внимание, повернув голову, он еле ощутимо коснулся его руки. Обоих ребят тревога не покидала, а даже наоборот разъедала изнутри. Оба знали, что им нельзя оставаться наедине со своими мыслями… Саше не хотелось больше молчать, но не хотелось бы и потерять друга. То же самое чувствовал и Антон. Оба любили, и оба думали, что это безответно. — Что-то случилось? — спустя долгую минуту молчания подал голос светловолосый паренёк. — Нам надо поговорить, — неуверенно заявил Антон, и тут же его глаза забегали по лицу Собакина, стараясь уловить какую-то… Насмешку? Но нет, ибо лицо Саши так же казалось каким-то взволнованным. Глаза так же бегали из стороны в сторону, а сам он то и дело сдирал кожу со своих губ зубами. — Это нам не помешало бы, — с тяжёлым вздохом ответил Собакин, и оба замедлили шаг, а потом и вовсе остановились и устремили взгляды куда-то в воду. Антон знал, что собирается сказать сейчас Саше. Слишком спонтанно и необдуманно, да, но что ещё остаётся?… Молчать не хочется, а сейчас кажется, самый подходящий момент… Или Антону правда кажется?… Тяночкин даже не знал, что ему надо прямо сейчас говорить! Просто поставить Собакина перед фактом, сказав: «Ты мне нравишься», или намекнуть?.. Обычно намёки Саша понимал с блестящей скоростью. Антон был готов к отказу, был готов к чему угодно, но если бы Саша просто ушёл и оградился от него, такого бы он точно не пережил… Точнее, физически он бы, конечно, пережил, но вот морально… Антон, как и Саша, знал, что это не временная симпатия, не привязанность. Хотелось все свое свободное время отдавать возлюбленному, хотелось рассказывать ему самые тупые истории, хотелось знать про него все... Хотелось взаимности в первую очередь, но если бы предмет воздыхания откажет, то придётся с этим смириться, ведь так? Насильно ведь не заставишь никого полюбить. — Знаешь, Антош, — вновь подал голос Собакин. Решил начать первым. — когда ты рядом, я чувствую тепло и радость, заботу и уют. У нас есть свой маленький воображаемый мирок, где нам весело и смешно и где есть только мы... Я очень надеюсь, что в этом мире нам всегда будет тепло и комфортно. Ты просто знай, пожалуйста, и помни, что я люблю тебя. — Антон уставился на Сашу. Определённо, у блондина был заготовлен текст на этот случай. Или он так же думал и тут же говорил? Глупая и влюблённая улыбка автоматически засияла на лице Тяночкина. А Саша улыбнулся уголками губ. — Наша встреча стала для меня просто чудом. Встретив тебя мир как-то ярче стал, что-ли... Тошенька, — последнее слово прозвучало с отчаянием и с такой тоской. Казалось, что Сашка сейчас завоей. — единственный человек с которым я чувствую себя на своём месте это ты. — повисло молчание. Глаза загорелись какими-то огоньками. Огоньками счастья. Антон ничего не ответил, ведь просто не знал что. Вместо слов Антон просто сделал шаг ближе и обнял Сашу так крепко, как только мог. Он уткнулся саше куда-то в ключицу и пробормотал что-то вроде «Я тебя тоже, Саш». Так, в объятиях друг друга они простоял ещё минут пять, а может быть десять. Опять же, никто не считал. Отлипнув друг от друга наконец они посмотрели друг на друга тупым взглядом, видимо стараясь переварить что вообще произошло между ними только что. Потупив так ещё с минуту лба залились смехом. Да, это определённо самый лучший день в их жизни... —————— — Мам, я дома! Ты не против, если Саша у нас с ночёвкой останется? — крикнул Антон проходя в квартиру и пропуская Сашу вперёд. — Привет. Для начала спрошу где вас носило, Антон Сергеевич Тяночкин? — грозным тоном ответила женщина заходя в коридор с кухни. — Сашенька, привет. Оставайся, Саш, я не против. — в ответ на приветствие Собакин лишь кивнул и дружелюбно улыбнулся. — Да мы просто гуляли, мам, все хорошо, — Антон постарался улыбнуться матери параллельно этому снимая обувь. — Гулял он. А матери по твоему помогать не надо, да? — тон стал немного злее. Надо было срочно выручать своего приятеля(?). Саша на ходу придумал отговорку, мол, это он Антона попросил съездить с ним в больницу, ведь он с детства боится врачей, а родители были слишком заняты. Родители правда были заняты... Лежали под землёй уже несколько лет... Ну, а на вопрос "неужели та долго в больнице были?" Антон собирался что-то ответить и уже приоткрыл рот, как вдруг Саша легонько ткнул его в поясницу, как бы прося помолчать и вновь ответил за Тошу. Ответил мол, нет, потом мы пошли прогуляться и задержались до вечера. Анна, видимо, была удовлетворена ответом, ибо тепло улыбнулась и сказала «Молодец, Тоша, не бросил друга в трудную минуту, горжусь тобой». Стоит-ли говорить, что Антону было одновременно неприятно слышать такие слова, ведь ещё вчера его мать говорила, что он её расстраивает, а сейчас совсем другое, но с другой стороны было приятно слышать такие слова. Это давало надежду, что мать все ещё гордится родным сыном. Парни прошли в комнату Антона, где тот выдал Собакину домашнюю одежду с вопросом голоден-ли тот. Да, безусловно голоден. Оба ничего не ели со вчерашнего дня, поэтому переодевшись ребята направились прямиком на кухню. Анна сидела уже в зале смотря какие-то свои сериалы по теле-каналу «Домашний». На кухне парни заварили себе чай и сделали шесть бутербродов. Ну, нормальная еда же для нормисов, а вот перебиваться всякой хуйнёй самое то. Сейчас они даже чаю с бутерами рады были. Перекусив ребята направились назат в спальню, где оба развалилась на кровати. Оба повернулись друг к другу, а потом обнялись. Объятия были такими тёплыми и родными, что отпускать не хотелось от слова совсем. Саша запустил пальцы в волосы Антона и сраслылалось довольно мычание. Где-то в ногах валялась гречка, которая видимо была рада за хозяина и за себя любимую, ведь теперь не придут я каждый день выслушивать сначала рассказы о том, какой же Саша ахуенный, а потом плачь и слова о том, какой же Антон несчастный. Тяночкин лежал рядом с Сашей зацеловывая все лицо того. Саша то и дело краснел, когда лёгкие поцелуи касались его кожи, в особенности носа и губ. Непривычно было видеть Сашу, который краснеет. Однако, он тоже целовал в ответ и тогда краснеть уже Антон. Уснули они так же в объятиях друг друга. Им нравилась компания друг друга и они любили друг друга.