(Я - не он?)
Ярко-зелёная вспышка осветила Кафе. Джон вернулся. Но без Лололошки.
Снова.
Поначалу никто не мог в это поверить. Всё казалось..Глупой шуткой. Если, конечно, так можно шутить. Сначала он выбросил их друга в параллельнную реальность. Затем без особого желания, но вернул. Практически через десять минут снова забрал..И вернулся без него. Без Лололошки. Радость, мгновенная надежда, ступор, ожидание, разочарование и злость. Большое количество эмоций сменялись одна за другой. Но Джон не проронил ни слова. Ни через минуту, ни через пять. Собирался ли он хотя-бы поднять голову от пола и взглянуть им в глаза? Нет. Он обманул всех. В том числе и себя. Разве был вариант "оправдания"? Может: "Подождите минутку, сейчас всё будет"? Если бы это было правдой..В таком случае было бы славно.
***
Джон ничего не мог с собой поделать. Дни пролетали словно мгновения, а недели проходили одна за другой. Всё больше времени позади. И практически никакого результата. Он давно перестал наблюдать за календарём. Не хотелось каждый день просыпаться с мыслью, что ты ничего не смог придумать в очередной раз. Так было немного проще. Проще не думать, не знать. Но от него требовалось обратно. "Думай. Ищи. Делай". Это всё, что учёный слышал после своего возвращения. Но что можно было сделать? Это в своём роде.. Бессмысленно? Человек в другом времени, соответственно, в другой ветке.. Даже когда Лололошка был в другой реальности было легче. Тогда была информация. Доступ. А сейчас одного нет, а другое в убытке.
Белый, выглаженный халат всё чаще мялся, изнашивался и покрывался новыми пятнами. Постоянно уложенные, идеальные волосы потеряли свой блеск, начинали завиваться. Даже в ранее вечно блестящей лаборатории царил хаос. Свет здесь практически перестал гореть. Возможно, выключатель уже покрылся пылью. Даже его реакция на что-либо постепенно менялась всё больше. Они списывали это на нежелание работать. А-ля, "Так показывает своё недовольство. Хочет, что бы мы потеряли больше времени". Они, может, и теряли время. А Джон терял себя. Раньше он не наблюдал таких привычек за собой. Раньше он не чувствовал..такого. Даже в моменты слияния учёный оставался самим собой, пусть и немного менялся. Но сейчас.. Это слишком. Теперь, когда Харрис наплевал на внешний вид, состояние рабочего места, контроль самого себя, он стал больше походить..На другого себя. Более стоящего. Это напрягало его до невозможности. Словно мир вокруг сгущался.
Учёный видел это. Но не был готов признать, пока однажды не посмотрел в зеркало.
Зеркальный Джон больше не был Джоном. Это был..кто-то другой. Кто угодно, но точно не он.
После этого он начал избегать всего, в чём можно увидеть своё отражение.
Но этого оказалось недостаточно.
Снова и снова..
***
Очередной рабочий день подошёл к концу. И всё бестолку. Это начинало не на шутку раздражать. Невозможно. Просто невозможно, что бы не было ни единой зацепки. Они должны быть..Определённо должны..Он просто не там ищет. Да, точно.. Просто сейчас.. Пока что деталей нет, но потом они обязательно появятся. И дело, наконец, пойдёт как нужно..
Казалось бы, лёгкая дверь поддавалась с огромной тяжестью. Чёрт возьми, как же всё таки светло за пределами этого кабинета.
Чёрные туфли звонко стучали о кафельные плиты. Звук эхом проносился по помещению. Длинный коридор с белыми стенами и белым потолком. Безумное количество осветительных приборов. Даже в глазах несколько раз потемнело. На верх в целом лучше не смотреть. Как только раньше он не замечал, что весь этот вид начинает вызывать головную боль? Колкая пульсация в висках не отпускала его. Хотя, возможно, это не из-за изобилия светлых оттенков, а из-за упадка гемоглобина.
Головы Джон не поднимал. Он и без этого прекрасно знал, что сейчас слева, в углу находится стол из тёмного дуба, справа большой холодильник с духовкой, а здесь, прямо перед ним чёрный, мраморный гарнитур. А на нём кофемашина. Как оказалось, она - самая полезная вещь в этом месте. Просто стоять, ждать, а там уже и готово. Хотя раньше Харрис предпочёл бы изготовить кофе самостоятельно, по всем своим предпочтениям. Сейчас же было всё равно.
Этим учёный и занялся. С трудом закатил рукава халата по локоть и облокотился на гарнитур, опустив голову. Он не мог слышать шума кофемашины. Шум собственных мыслей был громче в несколько раз, казалось, ещё немного и голова начнёт трещать по швам. Слишком много голосов, они звучат слишком громко. Каждый из них должен получить ответ, что бы крики прекратились или хотя-бы немного, но стили. И каждый принадлежит отдельному человеку. Они перебивают друг друга. С каждым словом становятся всё жёстче. Это, на самом деле, больше похоже на мерзкие визги..
«Джон, неужели ты оставил меня специально?»
- Нет, Лололошка. Если бы я мог принять другое решение, я бы точно изменил этот исход.
«Лололошка бы такого не допустил. Возможно, поэтому ты и не Первый.»
- Не сомневаюсь в этом. Но нет, Мать. Первым невозможно стать. Я - самое яркое тому доказательство.
«Лололошка. Мы теряем время. Соберись.»
- Джодах. Сколько можно тебе повторять? Ты только со спины на меня смотришь? Я не Лололошка.
«Лололошка, а посмотри..»
- Окетра. Забываешься. Я - не твой дорогой друг.
«Ло..»
- Я не он.. Хватит! Прекратите!
Счастьем оказалось то, что из мыслей Джона вывела рука, трясущая его за плечо. Но услышав надоевшее за последнее время "Ло..", учёный свёл брови к переносице, нахмурился и резко развернувшись, сложил руки на груди.
Рука моментально спала. От неожиданности Райя сделала шаг назад. Улыбка с лица девушки пропала также быстро, как она исправила своё предложение. Теперь это звучало максимально неуверенно.
- Ло..Джон. Ты..в порядке? У тебя тут кофе..пролился уже. - глубоко вздохнув, наконец произнесла Райя. Её глаза практически исследовали Джона, словно пытаясь отыскать в нем что-то, чего определенно там нет. И никогда не было.
- Я? Да в полном. Аргх. Я..потом это уберу. - переводя взгляд с девушки на разлитый кофе процедил ученый, махнул рукой, а после круто развернулся и зашагал прочь. Обратно в лаборантскую. Нечего тут расхаживать, никакого кофе.
***
На этот раз шаги звучали куда увереннее. Ведь он понимал, что единственная верная дорога - обратно за рабочее место. Пусть лучше гудят гаджеты, нежели его собственные мысли и чужие голоса. Дорога казалась немного дольше, чем в прошлый раз, но в этот момент дверь с небывалой легкостью поддалась. Учёный даже хмыкнул. Вот как? Значит, как выходить - так ему тяжело, а как возвращаться обратно - пожалуйста, просим? Хотя, так даже лучше. Меньше желания покидать нужную зону.
Но, только бросив взгляд в сторону полностью загруженного стола.. Желание садиться туда отпало. Четыре монитора ярко горели, провода, словно змеи, лезли отовсюду. А настольные лампы с двух сторон создавали не самое приятное ощущение. И Харрис, цокнув, тихо выругался себе под нос, а после свернул налево.
Замок двери щёлкнул. По коже пробежал холодок. От сырости, должно быть. Где-то в метре от него что-то капнуло. Ни единого источника света. Ничего и никого. Только Джон и зеркало округлой формы напротив. Он обхватывает ледяной ободок раковины ладонями, наклоняется, и заглядывает в ненавистиное ему зеркало. В отражении вновь не он. Или он? Но просто слишком похож на Лололошку? Хотя, они всяко слишком похожи. Только вот.. Это..Другое..Как понять? Как разобраться, где здесь.."Я"? Как разобраться в пучине мыслей, сохранив только свои? Отражение начинает плыть перед глазами. Искажаться. Улыбаться. Нет, это не он. Кто угодно, но точно не Джон, он уже успел разучиться такой улыбке.
Своебразное рычание, замах и удар.
Осколки не разлетелись по ванной комнате, как бы не хотелось. По всему зеркалу пошли трещены, а в сжатый кулак впивались маленькие кусочки стекла. Джон понял это из-за колкого ощущения на коже. Он чувствовал, как бешено бьётся сердце в груди. Разыгрался адреналин. Капля крови мазнула по белоснежной раковине, утекая в слив. Теперь и она не чиста.
Не долго думая, учёный с новой ненавистью взглянул на зеркало. Но Лололошки там не оказалось. Сколотые кусочки, самый эпицентр в середине. В каждом осколке виднеется лишь частичка человека. Теперь, по крайней мере, зеркало действительно отражает его состояние. А вечно нагнетающие голоса сгнинули. Мысли стали различимы.
По крайней мере, впервые за последний месяц он увидел себя. А не кого-то..другого.
