Моя грязнокровка

После работы Гермиона вернулась в пустой дом, но ее мысли были неотступно заняты Драко. Он казался таким сломленным, будто она совершила непростительный грех, хотя, по правде говоря, ничего ужасного не случилось. Она лишь увлеклась дразнящей игрой, задевающей его ярость и сарказм, и теперь, словно пленница совести, отчаянно желала доказать, что Драко – ее все, ее единственная и неповторимая вселенная. Она больше не позволит никому касаться ее, только ему… Его прикосновения - яд и противоядие одновременно. Она бездумно помешивала зеленый чай на кухне, пытаясь хоть немного унять бушующую в ней бурю. Внезапно входная дверь распахнулась, и, словно вихрь, в коттедж ворвались Теодор Нотт и Блейз Забини, оба настолько пьяные, что казалось, их едва удерживает от падения только сила воли. Блейз, конечно, был чуть более собран, но Тео… Тот, казалось, вот-вот развалится на части. — Грейнджеееер! Как же я рад тебя видеть! – проревел Теодор, бросаясь к ней с объятиями, пахнущими виски и безответственностью. — Околдовала все-таки принца Слизерина, - задорно пропел Нотт. С Тео у нее всегда складывались довольно приятельские отношения, основанные на общих интересах к книгам и долгих разговорах в библиотеке Хогвартса. Он был интересным собеседником, хоть их встречи и были довольно редки. В нем была глубина, которую она ценила. Блейз с нарочитой вальяжностью рухнул на диван, крепко сжимая в руке початую бутылку огневиски. — Да-да, Грейнджер, не смотри так на меня, будто я во всем виноват. Я ни при чем! Теодор почуял запах приключений и увязался за мной, как приклеенный. Будешь? – Блейз протянул ей бутылку. Гермиона не успела отказаться, как Тео вырвал огневиски из рук мулата и сунул Гермионе. — Пей, малышка! Гермиона поежилась от неожиданности, предчувствуя неминуемые последствия. — Ну уж нет! – запротестовала она. – Я не собираюсь напиваться с вами, сумасшедшими. Кто знает, что вам придет в голову? Вместо ответа Теодор просто приставил горлышко к губам девушки и наклонил бутылку, заставляя ее сделать глоток против воли. Обжигающая жидкость опалила горло, но вскоре разлилась по телу приятным теплом, словно стирая границы дозволенного. И, странное дело, в компании этих придурков она чувствовала себя удивительно легко и свободно, словно они друзья не разлей вода уже целую вечность. — Мы пришли, чтобы спасти твою задницу, – внезапно серьезно заявил Блейз. – Я получил твою записку. Драко ходит, как тень, ни с кем не разговаривает. Вы что, поругались? Теодор лишь бессвязно мычал в ответ, находясь в той стадии опьянения, когда мир теряет четкость и превращается в расплывчатое пятно. — Можно сказать и так, – Гермиона вздохнула. – И это моя вина. Она рассказала им все, не утаивая ни одной детали, словно исповедуясь перед давними друзьями. Нотт свистнул, оценивая ситуацию. — Да ты та еще штучка, Грейнджер! Забини, напротив, лишь загадочно ухмыльнулся, словно зная то, что было скрыто от остальных. — Что же мне теперь делать? – отчаявшийся голос Гермионы дрогнул. Она вновь жадно припала к бутылке, и алкоголь потек по ее губам, словно ядовитый нектар. — Нам нужен… клуб! – внезапно заорал Теодор, словно его только что осенило гениальной мыслью. – Но не обычный клуб, а… особенный! Блейз, кажется, сразу понял, что у него на уме. — Ни за что! – запротестовал он. – Наша золотая девочка - и в такое место? Да такому не бывать! Внезапно заинтригованная, Гермиона подалась вперед. — Куда? – спросила она, ощущая, как любопытство разгорается в ней с новой силой. Теодор приблизился к ней, и, склонившись к уху, прошептал: — У меня есть план. Гермиона, ощущая легкое головокружение от выпитого, с нетерпением ждала продолжения. В глубине души она уже предвкушала что-то невероятное. План был прост и безумен одновременно: Блейз должен был заманить Драко в клуб разврата, в БДСМ-клуб, где правят бал подчинение и доминирование. Пока они обсуждали детали, Нотт внезапно исчез и вскоре вернулся с большой черной коробкой в руках. — Наденешь это, чтобы свести его с ума, – провозгласил он с дьявольским блеском в глазах. Гермиона открыла коробку и ахнула. В обычной жизни она бы ни за что не надела ничего подобного. Никогда. Но сейчас, ради Драко, она была готова на все. Внутри коробки лежал облегающий черный костюм из латекса с вызывающе глубоким декольте, открытой спиной и абсурдной маской кролика. В комплекте шла короткая плеть. О, Мерлин, - подумала Гермиона - это уже слишком. — Тебе пойдет, – задумчиво произнес Блейз. – Малфой либо сожрет тебя там живьем, либо убьет. Что-то одно из двух. — Да плевать, черт возьми, что будет! – вызывающе заявила Гермиона. — Там тебя никто не узнает, – успокаивающе добавил Теодор. – Все ходят в масках и меняют голос. Мы просто затащим тебя в отдельную комнату за стеклом, где на тебя будут смотреть зрители. Будешь танцевать, делать, что захочешь. Потом тебя узнает только Драко, вы останетесь наедине, и вся магия произойдет. — Да ты гений, Тео! – восхищенно воскликнул Блейз. Гермиона ошарашено молчала, пытаясь переварить услышанное. — Никаких "но"! – отрезал Блейз, поднимаясь с кресла. – Перестань напрягать свой мозг, Грейнджер. Просто доверься инстинктам. Одевайся, и пошли. Когда они вышли в коридор, ожидая Гермиону, Теодор споткнулся и упал, разразившись пьяным хохотом. — Да ты в стельку, дружище! — Я буду держаться ради этого представления! – загоготал Тео в ответ. – Похоже, тебе сегодня больше не наливаем! Гермиона вышла из комнаты, озираясь, накинув сверху черное кожаное пальто. Единственное, что выдавало ее намерения, – это чулки и туфли с высокими шпильками, выглядывающие из-под края пальто. Теодор разочарованно цокнул. — А я-то думал, сейчас увижу тебя во всей красе! Блейз шутливо ударил его по затылку. — Да Драко тебя прибьет сразу же! – Я переживу, – ответил Тео с вызовом. Гермиона улыбнулась, наблюдая за их веселой перепалкой, словно набираясь смелости перед прыжком в бездну. — Я готова, – дрогнувшим голосом сказала она. – Но мне страшно. С этими словами она схватила бутылку и сделала три огромных глотка, словно пытаясь запить свой страх. — Эй, полегче! – Теодор предостерегающе поднял руку. – Тебе еще нужна трезвая голова. Блейз взял их за руки, и они трансгрессировали. Пункт назначения – БДСМ-клуб «На Грани». Охранник, узнав в парнях постоянных посетителей, пропустил их без лишних вопросов. Сердце Гермионы бешено колотилось, словно пойманная в клетку птица, а страх сковал все тело ледяным панцирем. Клуб поражал своей атмосферой порока. Яркий свет, оглушающая музыка, толпы людей в масках. Только Теодор и Блейз были без масок, привлекая тем самым еще больше внимания. А уж Гермиона и подавно. Ее необычный вид и смутное обещание разврата притягивали взгляды как мужчин, так и женщин. Внутри нее рождалась дикая, пьянящая уверенность в своей привлекательности, в своей власти над окружающими. — Я пойду за Драко, – заявил Блейз. – А вы развлекайтесь. С этими словами он исчез с хлопком, оставив Гермиону наедине с пьяным Теодором и ее собственными страхами. Нотт взял Гермиону за руку и повел сквозь толпу к двери, ведущей в узкий коридор. В конце коридора располагалась небольшая комната. В полумраке Гермиона разглядела шест для стриптиза, кожаный диван, кровать и какие-то странные приспособления, намекающие на боль и удовольствие, переплетенные воедино. Стены комнаты, как она только что заметила, были сделаны из стекла! Вернее, комнаты образовывали кабинки со стеклянными стенами для показа. Окна располагались таким образом, что зрители могли свободно наблюдать за происходящим внутри. Гермиона невольно обратила внимание на соседние комнаты. В одной из них танцевала соблазнительная девушка, а в другой, освещенной зловещим красным светом, происходило что-то странное между огромным мужчиной и хрупкой брюнеткой. Игры в доминацию и подчинение, подумала Гермиона. Она нервно закусила губу, чувствуя, как нарастающее беспокойство сжимает ее сердце. Тео смотрел на танцующую блондинку в соседней комнате, и его глаза загорелись нездоровым огнем. — Тео… Что дальше? — Иди туда, – Тео указал рукой на комнату, – просто делай, как чувствуешь. У тебя все получится! Он обнял ее на прощание, сунул в руку еще одну миниатюрную бутылочку огневиски и ушел, оставив Гермиону наедине со своими страхами. Гермиона, тяжело вздохнув, вошла в стеклянную комнату. За спиной она услышала приглушенные голоса и почувствовала на себе десятки заинтересованных, изучающих взглядов. Зрители у окна. И все же это каким-то невероятным образом придало ей уверенности. Где-то вдалеке заиграла завораживающая ритмичная мелодия, словно вытягивая ее из оцепенения. Гермиона распустила волосы, чувствуя, как они спадают мягкой волной на плечи, но маску оставила на месте. Она ведь работает в министерстве! Что будет, если ее кто-то узнает? Словно под гипнозом, она подошла к шесту, виляя бедрами в такт музыке, и начала двигаться, доверяя своему телу. Впервые в жизни она чувствовала себя настолько свободной, настолько уверенной в себе, и в то же время такой уязвимой. Она двигалась, словно во сне, повинуясь лишь музыке и своим инстинктам. Она не умела танцевать, она просто чувствовала и все свое отчаяние, и всю свою страсть. И она предвкушала его реакцию. Как же она ждала Драко… Она соскользнула с шеста, оглядывая толпу, и вдруг ее взгляд зацепился за один конкретный, прожигающий, ледяной. Это был Драко. Его глаза, полные похоти, ненависти и какого-то безумного желания, словно гипнотизировали, лишая воли. Внезапно она почувствовала уверенность. Она начала медленно расстегивать молнию своего костюма, словно даря зрителям возможность насладиться каждым миллиметром ее тела. Неуверенность исчезла. Гермиона танцевала и знала, что это последний танец между ее старым и настоящим "Я", танец, который она никогда не забудет. Остановилась в кружевном неглиже лицом к зрителям и облизала кончик трости, которую она держала в руках. Схватила со стены плеть и начала хлестать себя по бедрам. В толпе ахнули, завороженно наблюдая за ее перформансом. Сглотнув слюну, Гермиона почувствовала, как по телу пробегает дрожь. Это был взгляд, обжигающий льдом, взгляд Драко Малфоя. В нем клокотала такая ярость, такая собственническая похоть, что Гермионе стало трудно дышать. Она усомнилась, что сможет выдержать этот невысказанный накал страстей. Медленный, нарочито небрежный жест – он провел языком по губам – заставил ее сердце споткнуться. Он тоже был без маски, что делало его взгляд еще более пронзительным. Рядом с ним стояла странная компания: Полумна с Блейзом. Этот союз удивил Гермиону, но она не позволила эмоциям отразиться на лице. Сейчас ее мир сузился до одной фигуры – фигуры Драко. Испепеляющий, ревнивый, неотвратимый. Только он.