Воин Камбуза

Ло втянула в легкие влажный тяжелый воздух. Вот уж как три месяца их корабль рассекал подводные глубины океана Гранд Лайн, кочуя от одного острова к другому, по пути неумолимо повышая репутацию команды “Пиратов Сердца”, как восходящих “звезд” новой пиратской эры. На одном из островов общим советом было решено остаться на пару-тройку дней, чтобы перевести дух и пополнить запасы провизии и медикаментов, а заодно - проверить субмарину на неисправности, коих, в последнее время, к слову, было весьма большое количество. Городок у бухты был шумным и пестрым: яркие ткани, запахи жареного мяса и морепродуктов, пряные специи - все, чтобы заманить незадачливых моряков и выманить из тех до последней копейки. Туристы здесь были не частыми гостями. оно и ясно, ведь остров славился своим статусом “тихой гавани” для пиратов и разбойников, скрывающихся от морского дозора. Эта картина, как лакмусовая бумажка, въедалась в память и сердце теплым потоком безмятежности и спокойствия. Островок “нормальности” и стабильности. Красочные пальмы, по-настоящему жаркое солнце - для уроженки Норд Блю, читавшей про подобное только в книгах, подобный климат был в новинку. Стоило бы обновить гардероб на что-нибудь более легкое… и менее порванное. – Ребята, я пойду прогуляюсь сама! – крикнула команде девушка, закидывая на плечо длинный нодати. – Будьте осторожны! Не потеряйтесь, капитан! – помахал рукой Шаччи. – Не разговаривайте с незнакомцами! – выдал Хакуган, так же махнув на прощание. – Возвращайтесь побыстрее, капитан, – чуть не пустил слезу от осознания что остаётся один на один с товарищами Беппо. – Если будут нападать - бегите к нам! – закивал следом Пенгвин. – Мне шестнадцать, а не шесть! – порозовела от такого количества заботы в свою сторону Ло, вздохнув, натягивая шапку на глаза. После падения в воду, вся команда стала опекать её с большим энтузиазмом, так что сделать с этим девушка ничего не могла. Да и не считала нужным. Слова парней смущали, но были приятны. Будто бы они все - настоящая семья… Ло зевнула, заворачивая к торговым рядам. Искать магазин с одеждой пришлось недолго - всего пару десятков шагов, и перед глазами предстало полупустое помещение с тканями и грузной продавщицей, за спиной которой красовалось ружье. Тьма и промозглость места отпугнули бы обычного посетителя, что привлекло бы любого пирата и разбойника. – Добро пожаловать! Ищешь что-нибудь симпатичное, красотка? Могу подсказать, – хмыкнула тетка, что явно повидала не один десяток посетителей не самого миролюбивого контингента. – Здравствуйте, – кивнула Ло, окинув более внимательным взглядом одежду вокруг. – Что-нибудь крепкое и практичное… и, может быть, открытое, – заметила Ло, как сильно “сияли” её белые руки по сравнению с загорелой кожей лица женщины. – Так-с, давай-ка посмотрим, – вышла из-за прилавка та. – У меня были где-то неплохие рубашки с леопардовым принтом. Под твою шапку должно хорошо подойти… – принялась просматривать рубашки на вешалке женщина. – Есть еще шорты джинсовые. А из открытого, могу посоветовать купальник. Сейчас можно ходить в джинсах и верхнем купальнике. Заодно загоришь немного, а то выглядишь так словно в снегах живешь. Ло дернула уголком губ. Не станет же она говорить, что до этого действительно жила, в основном, в холоде и снежных сугробах. Норд Блю с его коротким летом и холодной весной не особо располагали к приобретению купальников. А стоило в руках девушки оказаться “верху” купальника, как та озадаченно покрутила тот в руках. – Это… купальник? – неуверенно спросила Ло, прикладывая верх к грудной клетке. – Нет, шуба. Конечно купальник, милая, что же еще! – хмыкнула женщина. – Я раньше не примеряла ничего настолько… – девушка запнулась, справляясь с неловкостью. – В любом случае… – Вызывающего? – хмыкнула продавщица. – Да, – выдохнула Ло. – Никто не говорит, что нужно носить только купальник. Если стесняешься, можно придумать кое-что любопытное. Так, бери купальник, вот эту рубашку и шорты… Топай в кабинку, переоденься там, – хмыкнула женщина, уперев руки в бока. – Рубашку не застегивай. Зуб даю, будешь отлично выглядеть. Как сказала продавщица, так Ло и сделала. И смотрелось действительно - симпатично. К тому же, скинув с себя теплую кофту и переодевшись в тонкую ткань рубашки, ходить и даже дышать стало куда легче. – Ну что, так получше, м? – посмеялась продавщица. – Намного! – слабо улыбнулась своему отражению в чуть побитом зеркале девушка, поправляя рукава рубашки. – Я возьму все. – Славно. С тебя восемнадцать тысяч белли. И вон ту рубашку тоже возьми. Подарок к покупкам. У меня не часто бывают по-настоящему приятные клиенты, – хмыкнула та. – Будешь у нас на острове снова, заглядывай еще, белоснежка. – Обязательно, – усмехнулась в ответ женщине Ло, выкладывая на прилавок всю сумму. – Хорошего вам дня, – вежливо попрощалась девушка, открывая дверь свободной от свертков и меча рукой. – Спасибо, красотка. Будь осторожнее, в последнее время к нам на остров зачастили маргиналы, – усмехнулась такому лавочница. – Такой симпатичной девушке стоит их поостеречься. – Конечно. Я учту, – выдавила из себя подобие улыбки девушка, вновь кивнув на прощание, быстро выскальзывая на солнечную улицу. Маргиналы. Обычные разбойники и пираты без особой цели были не помехой ни ей, ни ее команде. К тому же, здесь, на Гранд Лайн даже дышалось легче - не только из-за климата, но и от оставленного за спиной грузного прошлого, покрытого белесой пленкой инея Норд Блю. В такие моменты, Ло ловила то редкое чувство беспамятства и блаженного неведения, успокаивающее натянутые месяцами нервы. Девушка неспешно отмеряла шагами улицы и переулки, постепенно привыкая к яркости красок и солнца. Местные растения, пробивающиеся даже сквозь каменную брусчатку, были отдаленно похожи на картинки из книг и сушеный порошок, что обычно доставлялся ей для работы. Здесь даже люди выглядели иначе… и бары уходили в подвальные помещения домов, сохраняя прохладу. – Эй, я же сказал, этот бар сегодня мой, – вылетело на улицу из одного такого помещения чужое тело, сопроводившись гоготом толпы внутри. “А вот и маргиналы”, – возникла мимолетная мысль в голове Ло, после которой действия той уже были определены любопытством и спокойной уверенностью в своем превосходстве. Вынуть и сжать сердце главаря было не трудно. Дверь бара тихо скрипнула, пропуская девушку внутрь злачного места. “Злачным”, правда, его делало присутствие кривых и косых лиц, восседающих за столами с бутылками и осколками на полу - судя по интерьеру из дерева, хозяин заботится о своем бизнесе. Ну, или заботился до момента оккупации. – Таким занудам тут не место, верно, дамы? – ухмыльнулся светловолосый парень, премерзкого вида, обнимая за талию двух девушек, что явно были не то чтобы в восторге от его компании, но и сделать ничего не могли. Ло скривилась, проходя неслышной походкой к барной стойке. Этот уродец явно был слишком увлечен собственным тщеславием, что заметить ее сразу не смог бы. К тому же, Шаччи и Пенгвин жаловались, что настоящие пираты после победы всегда пьют, а у них на корабле из отдаленно напоминающего алкоголь - чистый спирт. – Хозяин, посоветуй что-нибудь не крепкое с собой, – позвала в шуме мужчину за барной стойкой Ло, наклонившись чуть вперед. – … У меня осталось несколько бутылок приятного вина, – опасливо покосился на пиратов позади девушки мужчина, после чего тихо наклонился к той. – Вам лучше уйти отсюда и как можно скорее. Здесь сейчас небезопасно… – Я сама решу, насколько мне здесь небезопасно, – припечатала ледяным спокойствием того темноволосая. – Несите вино. – … Молодежь… Ни грамма самосохранения, – вздохнул хозяин, выйдя из-за стойки, зашаркав к складу. – Куда пошел, старпер? Я тебя не отпускал, – вонзился рядом с тем небольшой кортик, заставив побледнеть. – Он делает свою работу. У тебя катаракта? Иначе объяснить твою тупость можно только проблемами с мозгами, но это, увы, не моя специальность, – протянула Ло, развернувшись на стуле спиной к барной стойке, лениво наклонив голову набок. – Иди за вином, старик. – Капитан! Тут какая-то малолетка твой приказ выполнять не хочет! – крикнул из общей толпы один из пиратов, привлекая внимание блондина к вопиющей несправедливости. – М? – прошелся оценивающим взглядом по той блондин. После чего ухмыльнулся. – Ну, я сегодня в хорошем настроении, так что могу и простить. Если она хорошенько извиниться, – похабно оскалился тот. Ло ухмыльнулась, опуская ножны так, чтобы те свободно висели на поясе, касаясь кончиком пола. Извинениями послужили прищур и средний палец, направленный прямо в лицо капитана. – О, так ты у нас из дерзких, – поднялся с места мужчина, ухмыльнувшись. – Знаешь, я бы отрезал тебе эту руку, но тогда шеф не обрадуется, что я навел шуму, – подошел поближе он, вальяжно опершись о барную стойку. – В твоих же интересах сбежать отсюда как можно быстрее, поджав хвост. Ты же Трафальгар Ло, верно? Я сразу узнал тебя по твоей дурацкой шапке… – ухмыльнулся он. Девушка молчаливо окинула взглядом пирата. – От тебя смердит, как от помойной ямы. Отойди, – отмахнулась, как от назойливой мухи Ло, наклонившись в сторону для пущего эффекта. – Твой шеф, видно, из тех идиотов, что берут под свою эгиду всякий мусор. – О, конечно. Ведь ты тоже на него работала когда-то, – ухмылка парня стала чуть шире. – Тебе привет от Джокера, врач. На лице темноволосой отразилась целая палитра эмоций от страха и тревоги, до мгновенного душащего жара ярости. Шкала закипающей крови ударилась о стальной барьер самоконтроля, заставляя руки сжать клинок. Такой неприятный сюрприз, вкупе с раздражающими словами самодовольного болвана, заставлял возвращаться в тот день снова и снова. – Он просил передать тебе, что ты уже достаточно погуляла, – хмыкнул блондин. – Комната, – тихо прошептала Ло, моментально поднимая ладонь вверх, слегка царапая короткими ноготками нежную поверхность бьющегося сердца. – Я не убью тебя, если не будешь рыпаться в мою сторону… никто из вас не будет, – сжала чуть сильнее орган в руке темноволосая, наблюдая, как ухмылка пропадает с лица светловолосого капитана. – Можешь передать своему хозяину, что я буду гулять столько, сколько захочу. – Мое дело… просто передать, – сипло высказался блондин, хватаясь за стойку. – Так вот и передай… Я помню, что я видела в ночной операционной. И когда я решу вернуться, ему стоит напрячься, – подкинула сердце девушка, после чего резко бросила то в сторону, заставив груду пиратов поспешить в сторону того. Правда, стоило команде навалиться друг на друга, как сердце исчезло, забившись вновь в груди Белами. С ним “исчезла” и Ло, вылетевшая на улицу пулей, хватая ртом воздух. Собственное сердце упало в пятки от мерзкого осознания: он пытается достать до фрукта внутри нее даже на Гранд Лайне. Встретиться сейчас лицом к лицу с кем-то из членов семьи было сравни самоубийству для нее и всех ее накама. Прицепился же. И ведь не поспоришь - придется бежать, поджав хвост, по крайней мере - пока. Они слишком неопытны и слабы, к тому же, команда из трех бойцов и одного рулевого, что относительно недавно научился держать в руках револьвер - сомнительные противники семье с бойцами, что освоили все виды нечестной победы. Но в первую очередь, проблема в ней. В ее прошлом и ее силе… Точнее, отсутствии достаточной силы, чтобы противостоять Дофламинго. До корабля Ло добралась, как в тумане, скидывая в коридоре свертки, проползая на ватных ногах в каюту. А что, если он и впрямь следит за ней? Что, если эта крыса помойная доложит о ее местоположении и за ее командой придут? Думать об этом было невыносимо. – Капитан?.. – послышался голос Беппо со входа, вырывая ту из тревожного потока мыслей. – Вы в порядке? Я вас звал три раза подряд, а вы… Ло обернулась, глядя на старпома затравленным взглядом в тени полей панамы. – … Сегодня же отправляемся дальше. Нельзя надолго оставаться на этом острове, – дрогнул голос девушки под конец приказа, заставив ту почувствоать новую волну дрожи и слабости. Она так долго это отрицала, но страх ядовитыми стеблями оплетал душу и разум. И сегодняшнее “послание” сорвало тщательно выстроенный барьер с миром прошлого. – А, х-хорошо… Капитан, что случилось? – забеспокоился минк. – На вас лица нет. – Я кое-кого… встретила. – Кого? Это он вас так напугал?.. – Да… Нет, – упала на край койки Ло, зарывшись пальцами в короткие темные пряди, пытаясь прийти в чувства. – … Это человек из моего прошлого. Тот, от кого я бежала на остров Ласточки… – Капитан… – медведь вздохнул, прикрыв за собой дверь, после чего подошел, присев рядом с девушкой. – Все в порядке. Сейчас этого человека рядом нет и дотянуться до вас он не сможет, – мягко положил лапу той на плечо навигатор. – Не уверена. Его руки - очень длинные и, боюсь, он заинтересован в моей поимке, – сглотнула Ло, прикрыв глаза. – … Донкихот. Донкихот Дофламинго. – … Небесный демон? – задумался медведь, размышляя. – Что ж, это опасный противник… В таком случае, нам нужно только стать сильнее, – улыбнулся он, глянув на девушку. – Не переживай, капитан. Мы справимся. Какими бы длинными ни были руки у этого человека, он не доберется до нас. – … Мне спокойнее от твоего обещания, – выдохнула девушка, закрыв лицо руками, падая головой на мягкие колени минка. – Так и должно быть. В конце концов, капитан не обязана нести все в одиночку. Для этого у вас есть мы, – заключил минк. – Обещай, что если со мной что-то все же случится, то вы будете продолжать жить, как семья. Мне… правда страшно, Беппо, – тише добавила Ло, чувствуя, как дрожь захватывает плечи и кончики пальцев. – … Капитан. С вами ничего не случится. Потому что мы и есть семья, – аккуратно убрали ладони той от лица. – Доверьтесь нам. Вы подарили нам возможность двигаться дальше и смысл продолжать бороться. Позвольте нам отплатить вам за это. Ведь семья это… Это не просто группа людей, а те кто никогда тебя не бросят и не забудут, капитан, – заключил старпом. – Мы справимся… И начнем мы пожалуй с того, что вы расскажете нам кто посмел вас так обидеть. Темноволосая чуть помедлила, силой воли поддаваясь на успокаивающие уговоры Беппо. Говорить об этом Ло не горела желанием, но ее команда, все же, имеет право знать потенциального врага. – Белами. Кажется, он и его команда захватили часть острова и бесчинствуют на этой территории. Я не помню его в семье, значит, он из новеньких шестерок, – поделилась информацией с медведем девушка, после чего, уже тише добавила: – Премерзкий тип. Еще и шапку мою дурацкой обозвал. – … Если он из новеньких, вряд ли Дофламинго будет уделять ему слишком много внимания, – высказался Беппо. – Если он не успеет доложить обо мне - он точно так и останется шестеркой, – согласилась Ло. – Даже если успеет, тоже останется, – легко заключил Беппо. – Поэтому ничего не мешает нам, как вашей команде, лишить его парочки зубов, – повеяло от улыбки минка чем-то опасным. – А ваша шапка очень даже чудесная, не обращайте внимание на его слова. Вы, наверное, устали после похода по магазинам, капитан. Отдохните немного. Мы со всем справимся сами. Девушка вздохнула, слабо улыбнувшись Беппо. Останавливать и отговаривать его не было ни малейшего желания. К тому же, в силах команды против своры третьесортных шестерок Ло была уверена. – Полагаюсь на вас, ребята. – Верно, положитесь на нас, – кивнул минк, мягко улыбнувшись.

***

Ло не знала, как так получилось, но после увлекательного отчёта о разборках, дружная команда пиратов Сердца как-то самостоятельно решила, что капитану просто жизненно необходимо посетить салон с процедурами для красоты и здоровья. Девушке такая перспектива не казалась удачной, но если Шаччи и Пенгвину она ещё могла отказать, то глазам Беппо и просящему голосу Хакугана - нет. – Капитан, вы ведь так давно не отдыхали! Подумайте о себе, это ведь точно поможет вам расслабиться! – выдал парнишка. – Правда, Беппо? – Правда, – авторитетно кивнул навигатор. – Вам и правда нужно сходить, капитан! Вы целыми днями сидите над медицинскими трактатами!.. К тому же, я слышал что в этом салоне практикуют акупунктурные техники из страны Вано, обладающие медицинским эффектом, – добавил, как бы невзначай, медведь. Этого предложения было достаточно, чтобы купленный “билет” был принят из лап старпома-навигатора. – Но только из-за акупунктуры, – уточнила Ло, сунув руки в купленную недавно жёлтую толстовку с нашивкой “Веселого Роджера” команды. – Молодец, Беппо! – хлопнул медведя по плечу Шаччи, показав тому большой палец. – Да, отлично постарался. Уговорить капитана так тяжело… – закивал Хакуган. – Удачного вам отдыха, капитан! – хором помахала девушке напоследок команда. Ло тихо фыркнула себе под нос, натянув шапку на глаза, по привычке скрывая смущение в тени. Улицы соседнего города были на удивление тихими, ярко контрастируя с шумом порта. По всей видимости, это место было приспособлено больше для жизни, чем для торговли, тогда как портовые улицы, наполненные зазывалами, кричали о возможности купить много, несомненно нужного, барахла. Ориентируясь на объяснения Беппо и помощь нечастых прохожих, Ло сумела добраться до салона, откидывая цепким взглядом помещение. В первую очередь ее интересовало, где ей будут делать процедуру. Во вторую - куда будут направлены иглы. – Вы по записи?.. – скучающе вздохнула девушка за стойкой, переворачивая лист какой-то книги. – М?... Да, наверное, – отвлеклась До, вытаскивая из кармана чуть приятную бумажку, хлопая той по стойке. – Я на иглоукалывание. – А, что же вы сразу не сказали! – резко оживилась девушка, поднявшись, да так что длинные темные кудряшки подпрыгнули в воздухе. – Я вас провожу. Наш мастер обучился этой технике у одного врача из страны Вано, так что помимо расслабляющего эффекта есть еще и множество других полезных воздействий на организм, – оживленно выдала девушка, открывая дверь, направившись по коридору, остановившись перед комнатой. – У вас все стерильно? – поинтересовалась Ло, изредка сверля спину администратора. Она казалась почти не одногодкой, а может даже старше. – Само собой, можете не беспокоиться. Наш мастер имеет за плечами большой стаж и опыт. Она всегда тщательно следит за чистотой окружения и инструментов, – кивнула администратор, открывая дверь, впуская девушку в светлое и просторное помещение с кушеткой. На темноволосую тут же пахнуло ароматом чего-то травяного и душистого. – Госпожа Чикару, к вам по записи. – М? А, девушка о которой так беспокоились те мальчики, – вышла из небольшого помещения по соседству женщина средних лет, чуть улыбнувшись, протирая руки полотенцем. – Хорошо, милочка. Снимай свою кофту и ложись на кушетку… Шорты тоже придется слегка приспустить, они будут мешать, имей в виду… Иккаку, планируешь снова остаться здесь? – женщина покосилась на администратора, что уже успела разместиться около стены со всем удобством. – Да, если вас не затруднит, госпожа… – Меня-то не затруднит, но твой папаша разве не будет ворчать? – хмыкнула Чикару. – Он все время ворчит, не обращайте внимания, – фыркнула та, сморщив носик. Ло перевела взгляд с администратора на специалиста, стянув кофту. На спине показались еле заметные очертания прошлых рубцов в местах особо запущенных пятен, некоторые из которых перечеркивались ровными белесыми полосками старых ран. – Надо же, сколько у тебя шрамов, девочка… – цокнула языком мастер. – Ну ничего, ничего. Сейчас сделаем процедурки с тобой, авось затянуться и выровняются немного, – хмыкнула она. – Ложись-ка. Побудешь немного учебным пособием для Иккаку. Ты не против? Я просто покажу на тебе расположение некоторых точек. – Ты тоже увлекаешься медициной? – выгнула бровь темноволосая, взглянув на девушку, забираясь на кушетку. – Я не просто увлекаюсь. Я буду медиком, – твердо кивнула та. – Отцу об этом не забудь сказать, а то он до сих пор из тебя экономиста слепить хочет, – ехидно припечатала ту женщина, поджигая небольшую горелку. – Да черта с два я им буду! – возмущенно вспыхнула было та. – Ладно-ладно. Теперь помолчи немного, я буду объяснять, – закончила надевать перчатки мастер, извлекая иглы из раствора. – Это раствор из трав. Иглы в нем обычно вымачиваются уже после дезинфекции. Опытные мастера в стране Вано иногда вместо него используют смесь некоторых ядов, но я предпочитаю не рисковать, все-таки у нас оздоровительная и расслабляющая процедура, а не издевательство над организмом, – объяснила женщина для обоих присутствующих. – Итак, первый ряд игл идет от этой точки, до этой. Главное погружать иглы таким образом, чтобы это не вызывало судорог в мышцах, но при этом они находились в нужных точках на определенной глубине… У каждой иглы глубина разная. Смотри внимательнее, Иккаку, это очень важно, – в некоторых местах Ло ощутила едва различимый укол, но дискомфорт быстро прошел, внезапно оставляя чувство приятной легкости. Тело само расслабляло мышцы, в которых чувствовали уколы, не давая тем сокращаться. Плечи, находящиеся в постоянном напряжении, вместе с руками, наконец, опустились, давая Ло осознать, насколько силен был стресс в последние недели. Когда дело дошло до затылка, девушка то и дело сонно прикрывала веки, борясь с резко нахлынувшей дремотой. – Можешь поспать, я разбужу как мы закончим. Если тебе хочется заснуть это нормально - просто кровоток разносит травяной раствор, – объяснила Чикару, втыкая новую иглу. Ло кивнула, опуская тяжелые веки. Голову заполнял аромат трав и спиртовых настоев, а тело казалось невесомым. Не её. Где-то рядом раздавалась бессвязная болтовня девушки администратора, шумное дыхание массажистки, мерный клекот часов на стене. Сознание поплыло, палитрой смешивая образы на внутренней стороне век в однообразную грязную кашицу, воронкой затягивая куда-то на дно подсознания. С последней иглой у затылка, Ло погрузилась во тьму. Так резко, что сердце пропустило удар - её сон давно стал неравномерным и поверхностным, и подобный эффект невольно пугал, заставляя вновь распахнуть глаза. Но это был не тот уютный кабинет. В нос ударил знакомый аромат антисептика, латекса с тальком и крови. Её стихия. Яркий свет операционной лампы, знакомые светло-голубые тона и звон медицинского железа. Вот и знакомые скальпели, зажимы, лигатура… Под монотонный писк кардиомонитора, сливающегося с ритмом собственного сердца, к сознанию медленно возвращались ощущения: зуд в глазах, высушенных стерильностью и многочасовой концентрацией, горло, стенки которого, казалось, сейчас склеятся от жажды, и ноющий гул в плечах, шее и спине. Операция длилась больше двенадцати часов. Вокруг сменялись ассистенты, руки кровоточили в десятой паре перчаток, а на лице, вероятнее всего, останется шрам, точно повторяющий контур медицинской маски. Все тело не просто сигнализировало, а било тревогу, но не разум, дрессированный годами практики. Её инструмент - её же руки, продолжением которых был другой, медицинский инструмент, сжатый в пальцах. В голове не было страха, как и надежды в глазах, лишь безэмоциональный холодный расчет и неутешительные прогнозы. Артериальное давление, кислотно-щелочной баланс, частота сердечных сокращений - всю информацию она считывала боковым зрением в мониторах, продолжая бороться со смертью. – Подготовьте гемостатическую губку. Электрокоагуляция приведет к термальному некрозу на большей площади печени, – послышался хриплый отстраненный голос со знакомыми стальными нотками. Вот где корень её привычки озвучивать каждое действие во время особо сложных операций. – Анастомоз несостоятелен. Если рецезируем три сантиметра и наложим новые швы, у меня будет еще сорок минут. Тринадцатый час был губительным для мозга, пребывающего на операционном столе в медикаментозной коме. Назвать состояние тела, что раньше было женщиной, лежащим “под наркозом” - было бы жестокой ироничной насмешкой. Эта биомасса, с разрушающимися в руках органами, уже не стала бы человеком, даже выживи она. Хирург это понимал, однако пока бьется сердце, даже нулевой шанс с сотой долей процента должен быть использован для борьбы. Это был ее долг, как врача, давшего клятву Гиппократа. Её проклятие. Протяжный писк стал логичным и ожидаемым завершением операции. Исход летальный. – Время смерти… четыре часа утра пятьдесят… шесть минут, – она подняла руки в окровавленных перчатках, заставляя ассистентку снять те. – Время от остановки сердца до начала СЛР - три секунды. Адреналин введен своевременно. Она отдала приказ прекратить реанимационные мероприятия, и голос её звучал пусто, чуждо и неприятно. Это был сбой в алгоритме. Нереализованный шанс в ноль целых десять сотых процента. Конец. Картина перед глазами расплылась на пару мгновений, чтобы тут же сложиться в новую. В зеркале умывальника на нее смотрело лицо. Смутно знакомая женщина с залегшими кругами под покрасневшими желтыми глазами, мимическими морщинами и красной полосой, пересекающей нос, щеки, и уходящей за уши. Ей было не больше сорока, кажется, но работа и протоколы, требующие невозможного, выжгли всю жизнь из этих глаз. Она уже приняла седативный препарат, натягивая на замотанные в бинты руки пальто. В трещины попал крахмал с перчаток, заставляя трещины на коже кровоточить все больше и больше, однако разбираться с этим она не хотела. Сигарета. Ночной воздух. Темный переулок. И жгучая боль в правом подреберье. Безумные глаза мужчины, что-то кричавшего про “убийцу” и “жену”, нож, пронзивший диафрагму, легкие, печень и желудок. Тело металось в конвульсиях, но проклятый рассудок, пришпоренный успокоительными продолжал работать, с иронией ставя неутешительные диагнозы. Подумать только. Быль убитой в переулке психом, чья жена умерла бы и без вмешательства врачей. Это, должно быть, шутка. Эта особая ясность сознания пройдет через 20-30 секунд, когда геморрагический шок от обильной кровопотери, превратит её тело в такую же груду мышц и костей, обтянутую кожей, что сегодня умерла под её руками. Ло резко втянула воздух в легкие, распахнув глаза, слабо дернувшись от легкого мышечного спазма. Со лба стекал холодный пот, и пару игл, все же, с лязгом вылетели, падая на пол. Для девушки эта боль не была простой судорогой. Это была память, ураганом перемешавшая личность шестнадцатилетней Трафальгар Ваттер Ло и той старой женщины с мудрыми глазами, цвета высохшей травы. Она была ею, и одновременно с тем росла другим человеком. – Все в порядке… – сглотнула девушка, вновь зажмурившись, силой воли успокаивая колотящееся сердце. – Продолжайте. – Видимо, кошмары у тебя явно не особо вдохновляющие, – хмыкнула мастер. – Поосторожнее надо быть с режимом, дорогуша. Вон как нервная система возбуждена… – спокойно продолжила занятие женщина. – Но больше так резко не подрывайся, а то меня удар хватит. – Да, прошу прощения, – буркнула себе под нос девушка, задумчиво нахмурившись. Надо было отвлечься. Мысли о новых-старых знаниях разрывали голову опытом прожитых лет не ее жизни. Это сводило с ума. – … Ты Иккаку, да? – Да, – легко кивнула девушка. – Я рада что вы запомнили мое имя. – Можно на “ты”. Мы одногодки, вроде. – О, правда? – удивилась та. – И ты уже пиратский капитан? Я слышала, что на Гранд Лайне есть пираты всех возрастов, но впервые встречаю одногодку. Да еще и капитана. – Я стала пиратом, когда мне было девять, – кивнула Ло, вновь устраиваясь поудобнее на кушетке, поглядывая в зеркало неподалеку. – Но вообще, я врач. И своих ребят я тоже учу врачебному делу. – Ты врач? – заискрились интересом радужки Иккаку. – Как здорово! – Хирург, – уточнила девушка. – Угу! – вообще не убавилось энтузиазма у той. – Ты выглядишь такой небольшой, но при этом и хирург, и капитан… Я так завидую, – вздохнула девушка. – Нечему завидовать. Ты же видела сколько шрамов у девочки, – фыркнула Чикару. – Пиратство - опасная вещь, Иккаку. Не романтизируй его. – Да уж лучше быть пиратом, чем никому не нужным экономистом… – Но ты ведь унаследуешь салон отца, тебе такие знания точно не будут лишними, – справедливо заметила Чикару. – Да не хочу я его дурацкий салон наследовать! – возмутилась Иккаку. – Мне тоже обещали золотые горы, но я сбежала. Если хочешь что-то изменить в своей жизни - меняй кардинально, особенно, если чувствуешь, как золотая клетка норовит захлопнуться, – красноречиво взглянула на ровесницу Ло. – … Даже и не знаю. Мне не хватает возможности что-то поменять, – вздохнула Иккаку. – Куда мне податься, даже если я сбегу отсюда?.. – Спроси меня, – чуть прищурилась темноволосая, привычно мрачновато ухмыльнувшись. – А ты знаешь ответ? – выгнула бровь та, скрестив руки на груди. – Мы здесь до завтрашнего вечера. Если действительно не хочешь спокойно жить и вести бизнес отца - приходи, – прикрыла глаза Ло, расслабляясь. – Подумай об этом хорошенько, Иккаку. Это важное решение и повернуть назад после него у тебя не выйдет, – серьезно заметила Чикару. Иккаку кивнула, после чего покосилась на Ло. Такая небольшая девушка, но смогла столького добиться к этому возрасту. А чего достигла она, просиживая штаны за стойкой салона отца?.. Даже сравнивать было глупо и смешно. И все же… Вот она, возможность. Прямо перед ней. Нужно только шагнуть вперед и ухватиться за нее покрепче. Иккаку окинула взглядом кабинет Чикару. Если она решится на то чтобы уплыть отсюда, скорее всего больше никогда не вернется… – … Я приду завтра и скажу свой ответ, – выдала Иккаку, серьезно глянув на черноволосую. После чего чуть улыбнулась. – А пока отдыхай. Ты действительно выглядишь как та кому не помешает хорошо расслабиться. – Угу, – зевнула под конец Ло, вновь прикрыв глаза. На душе стало так спокойно. Все тревоги от недавней стычки с Белами растворились, оставляя уверенность в собственных силах. И знаниях. В голове, в памяти, кирпичик за кирпичиком вживаясь в каждую клеточку, рождался новый опыт, что ощущался кожей таким родным и правильным. Она знает больше обычного хирурга. Она видит больше возможностей. Её «комната»… Она использовала её как грубый инструмент - резать, перемещать, ампутировать. Но её знания говорили о другом. О бесконечных возможностях. Можно было не просто резать. Можно было точечно воздействовать на нервные узлы, отключая боль, парализуя волю. Можно было менять химический состав крови на расстоянии, вызывая мгновенный тромбоз или, наоборот, разжижая её. Можно было оперировать на клеточном уровне, заставляя ткани регенерировать или, наоборот, некротизироваться. На губах возникла невольная блаженная улыбка. Она могла быть не просто убийцей. Она могла быть богиней в пределах своей сферы. Творцом и разрушителем. Дофламинго считает ее беглянкой. Ребенком, что можно вернуть в любой момент и использовать, как инструмент дальше, будто ничего и не случилось. Он не видит угрозы в взбалмошном подростке, но это ей только на руку. Если он - Небесный демон, то для него необходимо стать личным ангелом из Преисподни. С её милым личиком и жаждой самой кровавой мести, такую славу вполне реально было получить. В эти “пятнашки” могут играть двое.