Последний след надежды

Уэнсдей стояла на улице, совершенно не зная, что делать. Рядом не было никого. Она бы никогда не подумала, что ранее желаемое ей одиночество будет таким страшным. Она села у забора, не в силах даже зарыдать. У неё был вариант, как можно поступить, но она до самого последнего не хотела его принимать. Однако выбора не было, и она, пробравшись в свою комнату, взяла со стола телефон Энид и набрала мамин номер. Всё же не зря она заставляла его выучить. После пары гудков послышался родной голос. Уэнсдей даже не осознавала, что так соскучилась по матери. — Ало? — Ало, мам. Слезы хлынули из глаз дочери. — Мам, помоги! — Что случилось? Встревожилась Мортиша. — Ты уже лет десять не лила слез. — Мам, пожалуйста, приедь. Примерно через полчаса машина Аддамсов подъехала к академии. Уэнсдей накинулась на мать, заключив её в объятия. Прижимая дочь к себе, Мортиша видела в ней восьмилетнюю девочку, потерявшую своего любимого скорпиона. Родственники их обступили. Уэнсдей стало стыдно за эти эмоции, и она, утерев слезы, рассказала всё от и до. — Да. — В моё время сирены действительно были немые… — Но ,мы думали, что они просто не имеют голоса. — Оказывается, вот оно что Поразилась Мортиша. — Не переживай, племянница усмехнулся Фестер. — Мы сейчас их сделаем. — Но, дядя… — У них же голос, они разом возьмут над тобой контроль. — Девочка моя , ты плохо знаешь своего дядю. — Я даже обиделся. Уэнсдей со серьёзным видом посмотрела на родственника — Нам надо их как-то обезвредить. — Но где нам взять антидот? — Опалы кругом не валяются. — Ты реально до сих пор считаешь, что это единственный антидот? — А что, есть ещё что-то? Дядя Фестер помолчал. — Ослиная моча… — Серьёзно? — Шучу, достаточно слюны. Уэнсдей повела бровью. — Где мы её возьмём? — У меня есть. Фестер достал из кармана небольшую банку. — Зачем ты таскаешь с собой это? — Хорошо помогает от радикулита. — Я подмешаю сиренам в чай. — Нет, я сам справлюсь, вдруг они причинят тебе вред? — Но, дядя… — Это не обсуждается. Уэнсдей отступила. Дядя Фестер ходил из комнаты в комнату. Колбочка лежала у него в кармане. Наконец-то он нашёл нужную дверь. — Подчинись мне! Послышался голос одной из сирен. У Фестера опустел взгляд, а руки вяло опустились. — Иди ко всем. Он двинулся к остальным заговорённым. Пока сирены не видели, он влил им в чайник антидот. Он улыбнулся, сверкнув опаловым зубом. Выпрыгнув из окна он подбежал к Уэнсдей. — Всё готово, остаётся только ждать. Через минут пятнадцать из здания послышался крик -Какого чёрта не работает? Похоже, они отведали твоего чайку Усмехнулась Уэнсдей. Фестер торопливо спросил у неё -Телефон Энид с собой? Звони в полицию. Антидот на сирен действует не более пяти часов, от силы у нас осталось четыре. Через минут 40 прибыла полиция. - Иди напои друзей тем же чаем Улыбнулся Фестер -А мы тут ментам всё сами доложим. Уэнсдей обняла дядю, от чего тот прослезился. -Не думал, что племяшка когда-нибудь меня обнимет. Среда убежала в здание. Первым делом она напоила Ксавье. Ей нужна была мужская рука для того, чтобы насильно напоить остальных. Сирены успели захватить всю школу. Вторым, кого она спасла, была, конечно же, Энид. Она обязала их напоить и других. - А что это вообще за пойло? поинтересовалась Энид. -Не важно Кинула Уэнсдей. Её взгляд упал на вжатого в угол Вещь. -Что мне делать с Вещью? У него же нет рта... Она взяла его на руки и побежала вниз. -Дядя Фестер! Что мне делать с Вещью? Она дрожащими руками протянула своего давнего друга. -Не беспокойся, гроза моя Фестер вылил на Вещь остатки из флакона и втёр ему в кожу. — Пусть Вещь не умеет есть, зато он отлично впитывает. -А что будет с сиренами? Спросила Уэнсдей, не отрывая взгляда от разумной руки. -Их поместят в больницу, где вживят опаловый чип, не дающий контролировать других. Вдруг Вещь оживился и шустро заполз к Уэнсдей на плечо. Значит, узнал. Из здания академии выбежали Энид с Ксавье. Они накинулись на подругу с объятиями. Все трое зарыдали.В тот момент Уэнсдей вовсе не стыдилась этой эмоции Буквально все кто ей нужен и ею любим были рядом И в этом было её счастье Пролог : Конечно, Уэнсдей не изменилась. Она остаётся верна своим принципам и привычкам, сохраняет свою манеру общения. Всё ещё порой избегает объятий, не считая тех исключительных случаев, когда, например, Энид впервые вывезла Аякса на инвалидной коляске. Синклер была настолько этому рада, что Уэнсдей просто не могла не разделить радость с любимой подругой. Ходить он, кстати, сможет. Среда впервые увидела положительное ведение о том, что он пойдёт. Из Ксавье и Уэнсдей вышла отличная пара. Уэнсдей даже научилась говорить ему: — Я тебя люблю. Тот в ответ на это нежно её целовал, а она никогда этому не противилась.