Гений, слухи и холодные ноги

Где новый слух идёт в народ… но совсем не так, как рассчитывали.

Когда Ино начала новую волну слухов, она была абсолютно уверена, что делает всё правильно и почти благородно. Очистить репутацию друга от излишней сексуальной мифологии и вернуть его к образу нормального, немного странного, но уважаемого аналитика. Она и начала аккуратно, парой фраз в нужных местах, случайной болтовнёй на рынке, мол, «ну вы же знаете, Шикамару не такой», и добавила: — …он вообще-то больше по… тишине, и по философии, и по... ну, скорее по людям, чем по гендеру. Вот тут-то и понеслось, через два дня версия мутировала, а ещё через три она обрела окончательную форму: Шикамару на самом деле не интересуется девушками вообще. Темари — просто прикрытие, а настоящие его страсти явно носят не такой уж гетеронормативный характер. И всё это, конечно, сопровождается ухмылками, «ну ты понимаешь» и подмигиваниями. На тренировочной площадке к нему подошёл Киба, похлопал по плечу и со странным выражением лица произнёс: — Если что, я не против, просто… чтобы ты знал. Всё ок, я прогрессивный. — …Ты сейчас про что вообще?.. — Шикамару прищурился. — Ну, знаешь, мы ж тут все свои. — Морока… — протянул он, отходя, пока не пришло время душить кого-нибудь веером.

***

Темари узнала об этом, как всегда, внезапно. — Он ЧТО?! — разнеслось по улице, на которой даже птицы на деревьях начали панически вспархивать. — Он не… — начала Ино, но Темари уже была в режиме тайфун с направленным гневом. — Значит, теперь я — прикрытие?! Я, Темари из Песка?! — Это случайно вышло! Я просто хотела… — Хотела что? — прищурилась Темари. — Чтобы у меня появился соперник в виде Кибы? Всё, иди прячь свои цветы, пока не остались одни лепестки! Шикамару в это время спал. Потому что после пары дней бесконечных взглядов, вопросов и очень вежливых предложений от некоторых генинов, он просто ушёл в глухой игнор реальности. Темари влетела в квартиру, как стихийное бедствие, он приоткрыл один глаз. — Опять? — ТЕПЕРЬ ТЫ ГЕЙ?! — … — ТЫ МОГ ХОТЯ БЫ СКАЗАТЬ МНЕ! — …Я сам узнал об этом от Кибы. — ИНО! — Уже пытался её сжечь взглядом, это не сработало. Она посмотрела на него, а он зевнул. — Значит, теперь мне приходится целовать тебя на публике, чтобы все знали, что ты не гей, а просто... ленивый. — Если выберем хорошее место под тенью дерева, я не против. Темари закатила глаза и стянула с него одеяло. — Поднимайся, Шикамару, пора делать официальное заявление. — Могу я его прошептать тебе в ухо, а ты передашь всем остальным? — Только если оно будет с доказательствами. — Тогда нам понадобятся облака и немного терпения.

***

Шикамару знал, что день будет плохим, когда на него посмотрела даже бабка из овощной лавки с выражением «ох ты шалун, не думала, что ТАК умеешь». Он знал, что всё совсем плохо, когда из ТРЁХ мест одновременно послышалось: — Шикамару? А это правда, что… — …ну ты понимаешь, слухи же… — …ты и парни… страсть и всё такое… А когда пришло письмо с печатью Хокаге, он просто сказал Темари: — Я, пожалуй, сбегаю умереть. — Только не забудь штаны, — отозвалась она, едва сдерживая смешок.

***

Цунаде уже наизусть знала: если слухи в Конохе обрастают деталями быстрее, чем катится бочка сакэ с холма, это наверняка снова связано с Шикамару. В дверь её кабинета с грохотом влетел очередной шиноби. Мальчик лет восемнадцати, с глазами, сияющими как полированный сюрикен и вдохновенно заявил: — Госпожа Хокаге, если будет миссия с Нара Шикамару, я готов! Даже на ранг выше! Даже сопровождать его в другой деревне! Или в баню! В любую баню! Цунаде поставила чашку сакэ на стол с тяжёлым вздохом. — Следующий, — буркнула она, глядя, как уже ТРЕТИЙ за день парень исчезает с мечтательной улыбкой. — ШИКАМАРУ! — рявкнула она так, что у свитков на полке сгорели края. Когда Шикамару подошел к кабинету Цунаде было тихо, подозрительно тихо и это пугало сильнее, чем крик. Он вошёл, неся на лице выражение преданного оленя, который не понимает, зачем его вызвали. — Ну что, Казанова, — сказала Цунаде, скрестив руки на груди. — Успешно соблазнил вторую половину шиноби деревни? Он вздохнул. — Я даже глазом не повёл. — Это и пугает, никто не видел, как ты кого-то соблазнял, но все считают, что ты уже всех. — А ты? — Я? — Цунаде на секунду прикрыла глаза и тяжело выдохнула. — Я завидую, сижу на этой должности, рву глотку, решаю судьбы, а ты просто полежал с одной девушкой, и всё Коноха в экстазе. — Это не я виноват, это Темари… и Ино. — Яно… — протянула Цунаде. — Эти двое, как комбинация бури и урагана. — И всё это взорвалось в моей жизни, — пробормотал Шикамару. — Но знаешь что? — Она вдруг рассмеялась. — Я бы с удовольствием разослала слух, что ты мой личный фаворит и любовник! Может, тогда наконец все поймут, что ко мне тоже лучше подходить с сакэ и массажем, а не с бумагами! — Только не говори это Ино, она это реально распространит. — Поздно, я уже сказала, а она, скорее всего, сейчас под дверью подслушивает. Раздался тихий стук. — Госпожа Хокаге! Простите, я просто искала пергамент! Выходя из кабинета, Шикамару тяжело вздохнул. — Ну и морока… Темари ждала его у входа. — Снова вызывала? — Ага, сначала угрожала, потом смеялась, а потом захотела тоже слух. — Ино опять? — Да, похоже, придётся делать официальное заявление. — Или видео, — подмигнула Темари. — Только не говори Ино, она и это распространит.