Ты моя колыбельная

Они никогда не встречались. Маринетт знала Адриана Агреста только через экран телефона — через голосовые сообщения, которые он отправлял ей поздно ночью, когда Париж засыпал, а её мысли были слишком громкими. Они познакомились случайно — ошибка в номере, неловкое «Извините, я не туда», но потом... ..потом он почему-то ответил. И заговорил. Она не видела его лица, но представляла — золотые волосы, зелёные глаза, как в журналах. Но настоящий Адриан был другим. Настоящий Адриан смеялся, когда запинался, ругался шепотом, если отец звал его, и пел ей колыбельные, когда она не могла уснуть. А ещё у него был хриплый голос, который грелся в динамике её телефона, как кофе в её ладонях. «Ты когда-нибудь представляла, как звучит тишина?» — спросил он однажды, когда они вновь общались голосовыми сообщениями. Маринетт прижала телефон к уху, закрыла глаза и улыбнулась. «Ты сейчас звучишь как тишина» — записала она и отправила. Он засмеялся, и это было лучше любой песни. Они никогда не виделись, но он подарил ей целый май в голосовых сообщениях — рассказы о звёздах, о том, как ненавидит уроки, о том, как однажды сбежал с фотосессии и целый день прятался на крыше. Она рассказывала ему о своих дурацких панчлайнах, о том, как сожгла волосы, пытаясь сделать новую прическу, о том, как боится грозы. Он слушал. Другие девчонки вздыхали по музыкантам, по актерам, по моделям. А она... Она хотела только снова услышать его голос. Но однажды всё пошло не так. Пасмурный день. Дождь. Школа. — Эй, Дюпен-Чен, — кто-то толкнул её в спину, — ты всё ещё переписываешься со своим тайным "парнем"? Она не ответила. — Или он тоже бросит тебя, как все? Телефон выпал из её рук. Удар. Ещё один. Они разбили ей лицо, но ей было плевать. Они разбили телефон. И тогда... Тогда она поняла, что больше не услышит его. Прошла неделя. Маринетт купила новый телефон, но не решалась написать. А потом... 1 новое голосовое сообщение. Маринетт замерла, палец дрожал над экраном. "Что, если он разочаруется? Что, если он уже передумал?.." Но она нажала на сообщение, чтобы прослушать.. «Маринетт...» Его голос — тёплый, чуть хриплый, как будто он только что проснулся. «Я ждал» Сердце ёкнуло. «Ты обещала не пропадать» Она прикусила губу, чувствуя, как тепло разливается по щекам. "Он... он действительно скучал?" — Прости, — прошептала она в микрофон, — телефон разбили... Она не сказала, что это сделали они. Не сказала, что плакала не из-за синяков, а из-за того, что боялась потерять его — того, кого даже не знала по-настоящему. Через минуту пришел ответ: «Если ещё раз тронут — скажи мне. Я найду их» Голос стал жестче, почти злым. "Ты агрессивно опасен на улице, да?" — мысленно улыбнулась она. Но тут же забеспокоилась: "А если он и правда такой?.. А если он... плохой?" Но потом он добавил, уже мягче: «Ладно, не надо. Просто... не исчезай, хорошо?» И она поняла — он боялся так же, как она.

***

«Ты сегодня грустная», — сказал он однажды в очередном голосовом сообщении. Маринетт вздрогнула. "Откуда он знает?!" — Нет... Просто устала, — поспешно записала она. «Врёшь» Она замерла. — Как ты...? — хочет отправить она, но его сообщение опережает её: «По голосу слышно» Она молчала, но пальцы сами нажали на новое голосовое от него, чтобы прослушать: «Ладно, не хочешь — не говори. Но если захочешь... я послушаю» И тогда она рассказала. Всё. Про то, как родители переживают из-за булочной, про насмешки в школе, про то, что она чувствует себя недостаточной. А он... Он не перебивал. Потом тихо сказал: «Я тоже так чувствую» И в этот момент она поняла — он настоящий. Прошло два месяца. Она знала его привычки: — Он пьёт кофе с тремя ложками сахара. — Ненавидит, когда люди опаздывают. — Когда задумывается, тихо напевает что-нибудь себе под нос.. Он знал её: — Она рисует в блокноте, когда нервничает. — Обожает запах свежей выпечки. — Улыбается, когда ей страшно.. Однажды ночью, когда они общались по звонку, как всегда без видеосвязи, он спросил: — Ты хочешь... встретиться? Тишина. Маринетт почувствовала, как сердце колотится так сильно, что, кажется, он слышит его через телефон. "А если я ему не понравлюсь? А если он разочаруется?" — Я... — голос дрогнул. — Мы можем просто... выпить кофе. Никаких обязательств. Она закрыла глаза. — Хорошо.

***

Они договорились встретиться у фонтана. Маринетт стояла, сжимая сумку, и думала: "Как я его узнаю?.." Но потом... — Маринетт? Она обернулась. Золотые волосы. Зелёные глаза. И улыбка — такая же, как в его голосе. — Адриан? Он кивнул. И тогда она поняла — Он уже давно стал её домом. Они сидели в маленьком кафе, и Маринетт ловила себя на том, что не может перестать смотреть на него. "Он... настоящий." Не просто голос в телефоне. Не просто смех в динамике. Он. — Ты всё время так молчишь, когда нервничаешь? — вдруг спросил Адриан, слегка наклоняясь к ней. Она почувствовала, как тепло разливается по щекам. — Я... не нервничаю. "Вру. Вру ужасно" Он усмехнулся — точно так же, как в голосовых, когда ловил её на какой-нибудь глупости. — Ладно, не буду давить. Но знаешь что? — Что? — Ты совсем не такая, какой я тебя представлял. Она замерла. "Это... плохо?" — Я имею в виду, — он улыбнулся, — ты лучше. И её сердце сделало что-то странное — будто перевернулось. Они гуляли по набережной, и Адриан рассказывал ей о звёздах. — Видишь ту, чуть левее? Это Вега. — Откуда ты так много знаешь? — Когда ты не можешь заснуть, начинаешь читать обо всём подряд, — он пожал плечами. "Потому что я не могла уснуть... и он учил звёзды для меня?" Она украдкой посмотрела на него. "Почему он такой... настоящий?" — Мари? — М-м? — Ты опять улетела. — Просто... — она закусила губу, — я не хочу, чтобы этот день заканчивался. Он остановился. Посмотрел на неё. — Значит, будет ещё один. — ...Что? — Если ты захочешь. "Он... приглашает меня ещё?" Она кивнула, слишком быстро, и он рассмеялся. — Хорошо.

***

Глупая. Глупая. Глупая. Маринетт лежала в кровати и не могла перестать улыбаться. "Он такой... неожиданный" Она думала, он будет другим — холодным, отстранённым, как все модели. Но он... "Он смеялся, когда уронил мороженое. Он стыдился, когда я заметила, что он краснеет. Он слушал" Телефон завибрировал. 1 новое голосовое сообщение. Она нажала play. — Я не могу уснуть, — его голос был тихим, почти шёпотом, — потому что... Пауза. — Потому что я не могу перестать думать о сегодня. "Он... он тоже?" Она прижала телефон к груди. "Я точно умру" Прошёл месяц. Они встречались каждые выходные. Он научил её находить созвездия. Она научила его печь круассаны. Они спорили о музыке. Они молчали, когда уставали. И однажды... — Мари. — М-м? Она подняла глаза — он смотрел на неё так, что дыхание перехватило. — Ты... слышишь? — Что? Он приложил её ладонь к своей груди. — Как сильно оно бьётся? И она поняла. — Да. — Это... — он улыбнулся, — потому что ты рядом. И тогда она поцеловала его. Потому что больше не могла ждать. Потому что... «Я люблю тебя. Даже если ты не скажешь этого вслух» Но он сказал. Шёпотом. — Я люблю тебя. И она поверила. Они всё ещё отправляли друг другу голосовые. Даже когда жили вместе. Даже когда поженились. Даже когда засыпали в одной кровати. Потому что иногда... Ты говоришь то, что не можешь сказать вслух. И однажды ночью, когда она уже почти спала, он прошептал в телефон: — Ты всё ещё моя любимая колыбельная. И она улыбнулась. Потому что знала — Это навсегда