Невидимый катализатор

      Неизведанный мир – Амфореус. Его народ, большая часть из них восхваляют героев-златиусов. Но есть и те, кто готов избавиться от спасителей: вычеркнуть, посадить за решетку, запечатать, убить.       Кажется, их прозвали сенаторами?       По началу, к нам относились настороженно, но терпимо. Люди здесь были не особо гостеприимны, но не враждебны. Всё изменилось после одного инцидента – по вине чудака, и нашей собственной неосторожности…. Местные узнали, что мы прибыли не отсюда, а из космоса. Как только слухи дошли до местных властей, то и те были не рады.       Мы всё же пытались наладить контакт. Был даже разговор со старейшиной Каэнис – казалось, что ситуация стабилизировалась. Нам предложили в знак извинения совершить их молитву. Мы подчинились, хоть и не до конца поняли их истинные намерения….       Прошло уже достаточно времени. Мы потеряли Трианну. Мидей попрощался и тем самым принял роль защитника. Кастория заняла роль хранителя душ и помогла Стелле вернутся к жизни. Анаксагор сознательно погибает, завершив свой цикл….       Итак, Дань Хэн и Стелла оказались в ловушке. Всё началось с просьбы нескольких старейшин – они обратились за помощью, и герои согласились. Фаенон выразил готовность сопровождать их при обследовании разрушенного древнего города. Повод был весомый: якобы появились зацепки, что там может скрываться сам Вор Пламени. Старейшины могли бы и сами осмотреть место, но предпочли сослаться на «более важные дела» и напомнили, что «в конце концов, такие задачи – удел героев».       Вскоре, непонятно куда запропастился Фенечка. Он замахнулся на то, что лучше сам осмотрит восточную сторону развалин. Его уход был почти незаметным – он просто исчез, не объяснив деталей кроме как "у меня есть предчувствие". А первопроходцы последовали за Мемо, которая предложила пройти к какому-то крупному строению, похожему на храм.       Зал храма встретил вошедших глухой тишиной и немного тяжёлым, пыльным воздухом, смешанный с запахом сырости, давил на лёгкие. Высокие, потрескавшиеся колонны тянулись к потемневшему своду, местами обрушенному, но всё ещё держащемуся на остатках каменного каркаса. Сквозь выбитые витражи и проломы в кладке пробивались косые лучи света, освещая местами пыль, которая также кружит в воздухе. Свет ложился пятнами на пол, который возможно был сделан из старого потрескавшегося дуба, местами усыпанный осколками стекла и обломками камня. Но где-то в этой затхлости герои уловили едва заметный, сладковатый оттенок.       Когда-то это место, возможно, сияло и пело. Теперь же в нём царила забытая тишина, наполненная лишь отголосками прошлого. Вместо алтаря – пустота, как будто что-то было выдрано или исчезло само, оставив зияющее пространство в глубине зала. Казалось, стены смотрят на вошедших с равнодушием, словно храм давно смирился со своей участью и теперь был лишь тенью своей былой сути. Мы двигались не спеша, настороженно, вглядываясь в колонны, в стены, в потемневшие рисунки под сводом.       Ох... они ещё не знали, что зайдя в храм – останутся в нём наедине с тем, что давно избегали.       В течении нескольких минут раздавались только их шаги. И вдруг – хруст, глухой удар, и за их спинами с грохотом начал рушиться проём, через который они вошли. Обломки старого свода рухнули вниз, поднимая облако пыли.       К тому моменту, как пыль осела, проход уже был плотно завален обломками камня и кусками перекрытия. На первый взгляд – обычный обвал, досадная, но преодолимая преграда.       Они даже успели обменяться парой ободряющих замечаний, будто такая помеха – лишь вопрос времени и труда.       Но стоило Дань Хэну подойти ближе и попытаться сдвинуть камень – всё изменилось. Воздух внезапно сделался плотнее, как будто давил на грудь. Пальцы словно замедлились. Возникло странное, тревожное ощущение: тяжесть не физическая, а внутренняя, почти на уровне инстинкта – как будто сама мысль о выходе внезапно стала неправильной.       – Эй... ты чего?       – Я не уверен... Ты сможешь сдвинуть этот камень? Или может что-то из этих обломков.       – Думаю, я могу? – Стелла шагнула вперёд, обхватила обеими руками длинную бетонную плиту и потянула на себя. – М-м…?       Прикосновение к завалу отзывалось в теле, как холодный толчок, и в голове мелькнуло красным текстом: "запрещено".       Они отпрянули почти одновременно, переглянувшись: что-то в завале было не так. Камни были обычными, и в то же время – не были. Как будто пространство перед ними стало глухим, не просто заваленным – запертым.       – О чём вы? – Мемо тоже дотронулась до развала, но, судя по выражению своей милой мордашки, ничего не почувствовала. Она перевела взгляд на остальных.       – Ты ничего не ощущаешь? – удивлённо спросила Стелла – Я была уверена, что ты можешь почувствовать то же, что и я?       – Но я правда не понимаю о чём ты. Может стоит попробовать использовать нашу силу?       – Давай.       Стоило Стелле только взяться за перо как её начало шатать. Она постаралась заставить себя застыть в одном положении, и у неё получается. Первопроходец попыталась взмахнуть пером, но рука казалась такой тяжёлой словно её тянут вниз.       – Это странно... Я ведь ещё недавно чувствовала себя вполне отлично.       – Мемо – отзывается к Мемо Дань Хэн. После указывает указательным пальцем где-то в верх в определённую часть зала – Попробуй осторожно пролезть через вон то окно. И отыщи на помощь Фаенона.       – Хмм... Хорошо.       – Будь внимательна и осторожна. Мы не знаем, что ещё может здесь поджидать.       После этих слов, малышке удаётся проскользнуть сквозь разбитый витраж и улетает.       – Чтож, возвращаюсь к любимой бите.       – Ты от неё и не отрекалась. – вздох, мягкая улыбка в сторону подруги.       Стелла от чего-то задумалась.       – Вау…       – Что?       – Ну, знаешь... Возможно я просто раньше не замечала, но мне кажется, что в последнее время ты так часто доволен? Спокоен?       – А...? Я... Почему ты так решила?       – Просто акцентирую внимание на твою милую улыбку – с неким воодушевлением произносит та.       Дань Хэн немного смутился. Он знал, что Стелла любит подмечать всё что угодно, но это уже не первый раз, когда она говорит нечто подобное. Он помнил, как она с таким искренним восторгом разглядывала его светящиеся рога, любопытно, но с уважением, размышляла о его хвосте, который он по неосторожности показал, и то как плела ему волосы с Март, более того, как она смотрела в его глаза – до сих пор слыша её голос, описывающий их как "Холодные и яркие одновременно... Так завораживающе и красиво". Эти её слова и поступки делали его мир понятнее. «Я правда так мало улыбаюсь?» – подумал он, чувствуя, как внутри что-то меняется, а в глубине души радовался её искреннему интересу.       – Как сейчас себя чувствуешь?       – Присутствует эта непонятная тяжесть, а так нормально. Ты как?       – Могу ответить тем же. – немного подумав – Давай продолжим наш осмотр, и тем самым, может, найдём ещё какие-то выходы отсюда.       – Ладненько~ – Стела спокойным шагом подошла поближе к уцелевшему стеллажу с книгами и ещё какими-то там штуками.       – «Что за странный запах?» – задаётся вдруг вопросом видьядхара, но сразу перестаёт об этом думать так как перестал его чуять.       Время тянулось незаметно, в однообразии шагов и приглушённых звуков. Их движения становились всё медленнее – каждое движение требовало больше усилий, не от усталости, а скорее от неясного, нарастающего напряжения, словно сонное оцепенение. Казалось, они движутся сквозь воду, полную длинных водорослей, что цеплялись за ноги.       Пыль висела в лучах света, не рассеиваясь, словно застрявшая в каком-то плотном, вязком слое. Они решили оставить в покое заваленный вход.       Внимание расплывалось: взгляд Стеллы зацепился за выцветший фрагмент узора на стене, и она вдруг поняла, что уже минуту просто смотрит на неё, не в силах отвернуться. А Дань Хэн же поймал себя на мысли, что уже несколько раз забывал, о чём только что думал. Ничего явного не происходило, но именно это было тревожным.       Запах вернулся.       Такой... сладкий, немного пряный запах ударил в ноздри, заставляя голову закружиться. Теперь он чувствовался острее. Глубже. Он начинал ассоциироваться не с чем-то приятным, а с чем-то неправильным – как сладость, за которой скрыт яд.       И снова – никакого источника. Ни цветущих растений, ни дыма, ни чего то горючего. Только запах и чувство, что он зачем-то здесь. И что-то в этом храме прислушивается к их реакции.       Они оба переглянулись, чувствуя одно и то же.       Ощущение, что Мемо и не собиралась возвращаться. «Что-то случилось?» – прошептала Стелла, и её голос растворился в гнетущей тишине.       – Всё, хватит! – повышая тон тараторит Стелла, прикрывая нос рукой. Её голос дрожал от напряжения. – Дань Хэн, сможешь пробить дыру в потолке? Это словно какая-то пытка с этим ароматом.       – Стоит попробовать – ответил он, и в голове тут же промелькнула мысль «а ведь потолок это идея, почему я сразу не подумал об этом?». Он поднял взгляд вверх, к потемневшему своду. «Потолок, конечно, был высоко…» у потолка может быть более разреженный слой воздуха, особенно что храм высокий. Там действительно запах может быть чуть слабее, если нет активного перемешивания воздуха.       Но... Этот запах – уже не обычный аромат, он просто проникает в пространство равномерно или даже специально концентрируется вокруг – тогда попытка пробить потолок может помочь чисто физически но не факт, что именно "выше" его меньше.       Дань Хэн тут же принял облик истинного себя. Направляя правую руку вверх желая использовать технику уносящих лазурных вод, как ни с того…       – Дань Хэн! – девушка замечает как  её перевоплотившейся товарищ падает на колени хватаясь за свою голову.       – Какого... Почему? – в висках сильно пульсирует, «Этот дурацкий пряный запах стал резче. В чём дело? Из-за истинной формы? Бред! При скрытии своей короны рогов – это вовсе не даёт возможность избавится на время от своих инстинктов. Ты всё ещё остаёшься тем, кем родился.»       – Дань Хэн... – Стелла подойдя ближе, опускается на колени к дракону – Ты слышишь меня? Что такое?       Стелла сама не чувствовала себя хорошо из-за навязчивого, непонятного запаха. Сейчас она наблюдала за Дань Хэном, одной рукой он прижал ладонь к лицу, закрывая и нос, и рот, а другой лез в волосы, будто готов был выдернуть пряди или расцарапать себе голову. Это было пугающе. Девушке не нравилось его поведение – он не реагировал ни на её вопросы, ни на слабый жест, когда она осторожно провела рукой по его спине, надеясь хоть как-то вернуть его к реальности. Но он будто не заметил, а лишь глубже уходил в собственное беспокойство.       Ей было страшно. Страшно видеть его таким. Но ещё страшнее – не делать ничего.       Не найдя лучшего выхода, Стелла резко притянула его к себе, обняв крепко, и решительно. Она чувствовала, как он дрожит. Он дёрнулся, попытался было отстраниться, но она не позволила – её хватка была сильнее. Несколько мгновений они сидели так, пока напряжение в его теле не начало понемногу спадать. Тогда она медленно провела рукой по его голове, осторожно, стараясь прикасаться к тем местам, где он только что пытался причинить себе боль. Её пальцы скользили мягко, как будто могли стереть следы страха и паники. Пусть и на короткое время.       Спустя какое-то время он начал двигаться. Сначала едва заметно дыхание сбилось, плечи дрогнули. А потом, движение стало мягче, медленнее, странно кошачьим? Дань Хэн потянулся ближе, уткнувшись лбом в район её ключицы, и вдруг начал тихо тереться – не в плечи, не в грудь, а где-то выше, в углублении между шеей и основанием шеи. Его лазурные рога, казалось, должны были мешать, но он двигался так естественно, будто это для него такое вполне привычное явление.       – Дань Хэн...?       Он не ответил. Вместо этого медленно скользнул носом по её коже, к её шее, как будто пытался улавливать её запах. Дыхание его стало тёплым, спокойным, он втирался, будто проверяя. Его движения были неуклюже-нежными, почти трепетными.       Для Стеллы это было неожиданно. Даже немного страшно. И всё же она не оттолкнула его. Не сделала ни одного движения, чтобы прервать этот контакт. Ей показалось, что если она сейчас пошевелится, этот странный, момент исчезнет. И ей этого, почему-то, не хотелось.       Он добрался до её лица, щекой коснулся её щеки, лёгкий, почти невесомый жест. Они встретились взглядами. Всего на миг. Но в этом мгновении было что-то пугающе – настоящее, глубокое и незнакомое.       Дань Хэн резко отпрянул, будто что-то внутри оборвалось. Его ладони легли ей на плечи – не как объятие, а скорее как дистанция. Он старался удержать расстояние между ними, пусть и не до конца разорвал контакт.       – Нет. – Выдохнул он. Голос был сдержанным. – Я не могу… так нельзя. Стелла не сразу поняла, что именно в этих словах кольнуло неприятно. Может, тон. Может, внезапная отстранённость. А может, собственное, неожиданное желание. Она чуть опустила взгляд.       – Но тебе ведь было хорошо? – тихо, почти неуверенно.       – Это… – он замялся, отводя взгляд в сторону. – Мы не в таких отношениях. Чтобы я мог так с тобой….       На секунду повисла тишина. Стелла задумалась, потом медленно подняла руки, мягко и без давления, обхватила его ладони. Одну из них она бережно подвела к своему лицу...       Он не сопротивлялся, но и не двигался, только внимательно наблюдал.       Стелла на мгновение прикрыла глаза и тихо прошептала:       – Можно.       И сама осторожно, прижалась щекой к его ладони, скользнув кожей по его тёплым пальцам.       Запах усиливался. Тёплый, пряный, дурманящий. Мир вокруг как будто становился чуточку размытее. Всё сужалось до дыхания, прикосновений и взгляда.       Расстояние между ними исчезало. Почти незаметно. Их лица сближались – медленно сближались друг к другу. Остались всего миллиметры. Её дыхание он чувствовал на своих губах, она – его. И в этот хрупкий, затянутый миг Дань Хэн наклонился вперёд… и поцеловал её.       Коротко. Осторожно. Словно пробуя на вкус. Словно проверяя, не исчезнет ли она. Его губы оторвались от её всего на миг, как будто в нерешительности. Но уже в следующую секунду – она сама потянулась к нему. Второй поцелуй был другим. Стелла коснулась его губ смелее, но не менее искренне.       Воздуха через поцелуй становилось всё меньше – дыхание сбивалось, губы будто искали опоры друг в друге. Они разом отстранились, позволив себе глотнуть воздуха, наполненного всё тем же опьяняющим ароматом.       И резко – он крепко обнял её.       – Хаа... прости – выдохнул Дань Хэн ей в висок – мне немного сложно сдерживаться. Всё это время я мог думать только о том, чтобы ты была в порядке. А теперь... всё так разворачивается.       – Тебя всё ещё мучает та ситуация? – прошептала она, всё ещё чуть задыхаясь.       – Я просто... немного в смятении.       – Ох! Наш великий архивариус Звёздного Экспресса, Холодный Дракон, всегда собранный, серьёзный... А теперь вот такой растерянный? – тихо усмехнулась Стелла, скользнув носом по его шее, так же, как он недавно.       Он вздрогнул, и почти срывающимся голосом прошептал:       – Кажется, нас отравили этим запахом…       Мгновение, и он плавно, но с какой-то хищной решимостью, опрокинул её на спину. Холод деревянного пола пронзил её через одежду, и она тихо охнула.       Дань Хэн навис над ней, опираясь руками о пол по обе стороны её головы. Его лицо было затемнено, но она видела его глаза – те самые светло-голубые, в которых теперь горел непривычный холод рассудка, а что-то другое.       – Я хочу тебя – сказал он ровно, почти шепча.       Стелла смотрела на него – в глаза, потом в волосы, в рога, едва светящиеся. В его губы. В лицо, которое раскраснелось от желания и сдержанности. Она тоже хочет.

***

      – Ах… так… – вырвалось у неё с дрожью, больше от щекотки, чем от смущения. Его губы оставляли жаркие поцелуи на её шее и ключице, а ладонь под футболкой уже касалась её груди – мягко, будто пробуя на ощупь.       – Что именно? – спросил он, на секунду оторвавшись, его тёплое дыхание прошлось по влажной от поцелуев коже.       – Не знаю… – выдохнула она, с неловкой усмешкой, как будто её смех боролся с дыханием. – Просто… так щекотно. И непривычно…       – Ха-ха… – он тихо засмеялся, и вернулся к своему занятию, будто не собирался останавливаться.       Стелла провела рукой по его рукаву – ткань его длинного пальто, как всегда, была холодной и гладкой. Она немного нахмурилась.       – Как так вышло, что ты всё ещё в своей обычной одежде?       – Хм? – он приподнял брови.       – Мне казалось, когда ты в своём "драконьем" состоянии, должен быть и в этих своих… традиционных одеждах Лофу – она чуть приподнялась на локтях, чтобы разглядеть его.       – Не думаю, что каждый раз важно их надевать. Возможно… иногда это даже происходит неосознанно – ответил он, почти равнодушно, но с ноткой самоиронии.       – Хах…       Кажется, запах всё ещё витал в воздухе. Несмотря на осознанные слова и ясные взгляды, у обоих кружилась голова, будто от лёгкого опьянения.       Стелла немного смогла стянуть с него пальто, распахнув его наполовину, открывая чёрную водолазку, плотно облегающую плечи и грудную клетку. Её пальцы невольно скользнули по ткани.       Дань Хэн, в ответ, аккуратно задрал вверх её футболку и топ, обнажая её грудь и светлую кожу. Его взгляд задержался на ней, будто он впервые видел что-то столь... манящее.       Он продолжил оставлять поцелуи, медленные, влажные, тёплые – прокладывая дорожку от груди вниз, к талии. Одной рукой он осторожно массировал вторую грудь, другой скользнул по её бедру, медленно. Дальше его пальцы уверенно двинулись ниже, под её юбку, к промежности.       Стелла ахнула, когда ощутила его теплое прикосновение. По телу пробежала волнующая дрожь, заставляя её выгнуться навстречу. Он не спешил, нежно и умело лаская, его прикосновения были точными, вызывая волны жгучего жара, которые расходились по всему телу. Внутри неё разгорается яркое пламя, заставляя дыхание Стеллы участиться, срываясь с губ легким стоном. Она чувствовала, как мышцы непроизвольно сокращаются, жаждая большего, всего его. Сладкая истома разливалась по венам, усиливая горячее, почти невыносимое предвкушение.       Дань Хэн ощутил, что тело Стеллы накалено до предела, но что-то ещё требовалось, чтобы их слияние стало совершенным. Инстинкт подсказывал ему, как утолить эту жажду. Он чуть отстранился, его глаза горели лазурным отблеском, когда взгляд встретился с её золотым помутневшим от желания взором. Нежно опустившись ниже, он провёл горячим языком по её внутренней стороне бедра, а затем прильнул к самому источнику её наслаждения.       Первый же влажный, дразнящий от прикосновение языка вызвало у Стеллы глубокий, протяжный стон. Её бёдра невольно раздвинулись, приглашая. Дань Хэн неторопливо ласкал её, чувствуя каждый её нерв, внимательно прислушиваясь к её реакции, к её дрожи. Он ощущал, как постепенно нарастает влага, как тело Стеллы становится податливым и горячим, готовым к нему полностью. С каждым движением его языка, огонь внутри Стеллы вспыхивал всё ярче, а каждое нервное окончание взывало к большему. Может ли быть это Стелларон?       Низкое, гортанное рычание вырвалось из Дань Хэна, и его вибрации отозвались глубоко в груди. Её собственный стон – высокий, срывавшийся – казалось, был его идеальным дополнением, и два звука слились в один, заполняя пространство вокруг них.       Когда последняя волна отпустила её, Стелла тяжело дышала, приоткрыв глаза и увидев над собой Дань Хэна. Его взгляд был полон… первобытного желания, но в нём светилась и нежность.       – Ты... ты потрясающий – выдохнула Стелла, её голос был хриплым от пережитого.       Дань Хэн медленно поднялся, его горячее дыхание опалило её кожу. Он наклонился, чтобы поцеловать её в губы, поглощая её вздох.       – Мы ещё не закончили, Стелла – прошептал он. Его рука легла на её бедро, нежно раздвигая ноги чуть шире, и он медленно, почти дразняще, выровнял своё тело над ней.       Стелла почувствовала, как что-то твёрдое и горячее упирается в неё, и её сердце забилось чаще от нового прилива предвкушения. Дань Хэн замер, удерживая их в этом напряжённом, электрическом мгновении. Его взгляд, горячий и требовательный, скользнул по её лицу.       – Можно? – прозвучал его низкий, чуть хриплый вопрос, вырвавшийся, несмотря на бушующий и пропитанный внутри нечто, похожее на афродизиак. Стелла не могла говорить. Она лишь коротко кивнула, отчаянно, её глаза молили о большем.       – Как скажешь – прозвучал его ответ, полный глубокого удовлетворения, и он начал медленно, осторожно входить в неё.       Стелла ахнула, когда ощутила первое, медленное давление, растягивающее и наполняющее. Её тело, уже горячее и податливое после его ласк, приняло его с готовностью, но и с легким трепетом. Дань Хэн двигался плавно, глубоко вдыхая её аромат, который теперь смешивался с его собственным, особенным, и с тем самым, дурманящим, сладким запахом, что витал в воздухе, создавая опьяняющую смесь. Каждый миллиметр его продвижения был новым открытием, новым ощущением, на грани….       Её ноги обхватили его бёдра, непроизвольно притягивая ближе, но когда его бедра прижались к её, Стелла почувствовала, как что-то внутри натягивается слишком сильно. Она издала короткий, сдавленный стон, а её пальцы инстинктивно вцепились ему в плечи, пытаясь оттолкнуть.       Дань Хэн замер, его взгляд мгновенно сфокусировался на ней.       – Больно? – прозвучал его тихий беспокойный вопрос, а его руки мгновенно легли на её талию, фиксируя её, но готов ослабить хватку при необходимости.       Стелла выдавила улыбку, которая скорее напоминала гримасу.       – Пока... пока не смертельно. Не волнуйся, в первый раз всегда так, наверное… – ещё немного переводя дыхание, с усмешкой добавляет – Ты двигаешься так, как будто хочешь меня съесть.       Глухое урчание, похожее на смех, вырвалось из Дань Хэна, а уголки его губ дрогнули в подобии улыбки.       – Я бы предпочёл сказать, что у меня просто хороший аппетит – ответил он, но его темп оставался осторожным, хоть и полным сдерживаемой мощи. Он продолжил медленно, но неумолимо заполнять её, растягивая до предела, и сладкая боль смешивалась с невыносимым наслаждением.       Хриплый стон вырвался из него, когда он полностью вошёл в неё, глубоко и до конца. Его руки теперь крепко держали её за таз, прижимая к себе, чтобы она не могла отстраниться.       На мгновение они замерли, слившись воедино, их тела дрожали от напряжения и переполняющих чувств. Стелла ощущала его мощь, его жар, пульсирующий внутри неё, и это было одновременно дико и невероятно маняще. Её пальцы впились в его плечи, а голова запрокинулась в немом экстазе.       – Моя... – прошептал Дань Хэн, его голос был глубок и полон исконной, собственнической страсти, и он начал медленно, но с нарастающей силой двигаться внутри неё, их тела двигались в идеальном, природном ритме, словно созданные друг для друга.       Его движения становились всё глубже, всё стремительнее, словно внутренний дракон Дань Хэна прорывался наружу, жаждущий насытиться. Каждый толчок был мощным, почти диким, и Стелла чувствовала, как её тело растягивается до предела, а мышцы сводит от сладкой, жгучей боли. Она выгибалась навстречу, её стоны смешивались с его гортанным рычанием, создавая симфонию страсти и почти отчаяния.       – Дань Хэн! – выдохнула Стелла, её голос был мокрым от желания и боли, пальцы впились в его спину, оставляя красные следы. Его руки крепче обхватили её талию, прижимая её ещё плотнее, чтобы ни на миллиметр не потерять этой дикой близости.       – Стелла… – прохрипел Дань Хэн ей в шею, его горячее дыхание обжигало кожу, а движения становились всё быстрее, безжалостнее, словно ему всё ещё было мало, недостаточно. Он двигался на пределе, заставляя Стеллу терять контроль над своим телом, её бёдра издавали глухой звук, ударяясь о пол, а голова металась из стороны в сторону.       Вещество, что усиливало их половое влечение, пылало в них обоих, разгоняя кровь, обостряя каждое нервное окончание до предела. Стелла чувствовала, как новое, ещё более мощное волнение нарастает внутри неё, подгоняемое каждым безжалостным толчком Дань Хэна. Мир сузился до их тел, до этого безумного ритма, до этой боли, которая была неразрывно связана с невероятным наслаждением.       Внезапно Дань Хэн застыл, издав глубокий, дрожащий стон. Его тело напряглось до предела, и Стелла почувствовала, как горячий, пульсирующий поток излился в неё, заполняя до краёв, неся с собой волну жгучего тепла. Он обмяк над ней, но его руки по-прежнему крепко держали её, прижимая их плотно прижатые тела друг к другу в полном, изнемогающем удовлетворении.       Но покой был лишь минутным. Стелла, всё ещё словно в трансе от пережитого, её тело горело и требовало большего, неожиданно приподнялась. Её глаза, помутневшие от страсти и отголосков разлитого в воздухе запаха, встретились с его взглядом, полным глубокого блаженства. Дань Хэн не успел и слова сказать, как Стелла, с неожиданной силой, толкнула его на спину, приземляясь на него сверху.       Холодный деревянный пол глухо ударился о его спину, Дань Хэн издал удивлённый, но глубоко довольный стон, когда Стелла нависла над ним.. Его мужская плоть, которая действительно ничуть не "сдулась", а лишь пульсировала новым желанием, мгновенно упёрлась в её влажную глубину.       Стелла, не теряя ни секунды, начала медленно, с наслаждением опускаться на него, насаживаясь на его жар, чувствуя, как он снова заполняет её до краёв. Её стоны смешались с его восхищённым вздохом. Она двигалась инстинктивно, медленно скользя вверх и вниз, определяя свой собственный темп, наслаждаясь каждым миллиметром нового ощущения. Дань Хэн обхватил её бёдра, его пальцы впились в её мягкую кожу, следуя её движениям, но готовый в любой момент подхватить и ускорить их ритм.       Инициатива была полностью в её руках, и Стелла упивалась этим новым чувством контроля и власти, пока жар внутри неё снова начинал разгораться, предвкушая следующий, ещё более мощный пик.       Но Дань Хэн не собирался оставаться покорным. Вздох, полный желания, который больше походил на довольство хищника, он резко приподнялся, одним движением подхватив её бёдра, и начал сам насаживать Стеллу на свою плоть.       Каждое его движение было глубоким, сильным, продиктованным исконным, ненасытным желанием. Стелла ахнула, когда он вбивался в неё с новой силой, её бёдра молотили по его, отвечая на каждый толчок.       Их взгляды встретились. На мгновение в их глазах мелькнуло что-то дикое, первобытное, но тут же сменилось глубоким пониманием и почти безумной радостью.       Их губы столкнулись в жарком, беспорядочном поцелуе, полные стонов и прерывающихся отрывистых вздохов. Они задыхались от поцелуев и нарастающей страсти, их дыхание срывалось, смешиваясь воедино.       Где-то между укусами и влажными прикосновениями губ, послышался короткий, хриплый смешок Стеллы, тут же подхваченный довольным мычанием Дань Хэна. Это был смех от чистого, безудержного наслаждения, от полного слияния душ и тел.       В этот момент, словно повинуясь инстинкту, появился длинный, чешуйчатый хвост Дань Хэна. Он медленно, но уверенно поднялся, обернувшись вокруг талии Стеллы, а затем крепко обхватил её бёдра, прижимая ещё ближе к нему. Каждая чешуйка на хвосте, казалось, вибрировала от возбуждения, передавая ей дополнительный жар и ощущение полного захвата.       – Как же... хорошо – выдохнула Стелла прямо в его рот, её тело выгибалось в немом экстазе, отвечая на каждый толчок.       – Никогда… – прошептал он в ответ, его голос был почти звериным, но полным восхищения, его драконья натура ликовала от этого абсолютного единения.       Темп становился невыносимо быстрым, бешеным, граничащим с болью, но Стелла уже не хотела, чтобы он останавливался. Её тело дергалось в такт, и каждое нервное окончание взывало к кульминации, которая была уже совсем близко.       Внезапно Дань Хэн застыл, его тело напряглось до предела, и Стелла вновь почувствовала, как горячий, пульсирующий поток излился в неё, заполняя до краёв, неся с собой волну жгучего тепла. Оба обмякли, но его руки и хвост по-прежнему крепко держали её, прижимая их слившиеся тела друг к другу.       Сколько времени это длилось – теперь казалось неважным, стёртым из памяти вихрем страсти. Однако в какой-то момент они явно выдохлись от стольких всплесков. Дань Хэн, кажется, действительно долго не мог остановиться. Почти невидимый, сладкий, пряный туман всё ещё витал в воздухе, смешиваясь с запахом их разгорячённых тел, что свидетельствовало о буре, только что пронёсшейся между ними.       Дань Хэн крепко держал Стеллу в обнимку, его тело тоже выдохлось, но он всё ещё был внутри неё, полностью обволакивая её своим телом и хвостом, который теперь нежно, но властно прижимал её к нему. Он чувствовал, как её сердце всё ещё колотится о его грудь, а дыхание постепенно выравнивается.       Несмотря на изнеможение, внутри Дань Хэна всё ещё полыхало ненасытное пламя, требовавшее продолжения. Он медленно тёрся своей щекой о её, вдыхая остатки её пьянящего аромата. Затем нежно поцеловал её в висок, потом в мочку уха, спускаясь к шее, оставляя влажные, обжигающие поцелуи. Его пальцы блуждали по её спине, оглаживая каждый изгиб, словно пытаясь запомнить. Это были ласки уже для него самого, способ продлить это ощущение полного обладания и единения.       Стелла явно выдохлась. Её лицо выражало странную смесь лёгкой боли и глубочайшего удовлетворения, а губы были чуть приоткрыты в беззвучном вздохе. Она обмякла в его объятиях, полностью доверяя ему свой вес, чувствуя каждую клеточку его тела, его тепло, и зная, что сейчас она именно там, где должна быть.       Запах афродизиака, некогда такой всепоглощающий, теперь стал едва уловимым, постепенно тая в воздухе. С каждой минутой, что проходила в тишине, Дань Хэн ощущал, как к нему понемногу возвращается трезвость. Туман страсти рассеивался, но возбуждение всё ещё полыхало в нём, хоть и стало более осознанным, не таким безудержным. Он ощущал Стеллу вокруг себя, внутри себя, и понимание глубины их связи накрывало его с новой силой, заставляя желать её ещё больше, но уже не только телом, но и душой.       Что же это было?

***

      – Так за нами всё-таки пришли… – сказала Стелла, и её голос звучал тише, чем обычно. Она опустилась на свой шезлонг, на котором же недавно очнулась.       Дань Хэн медленно опустился на кровать напротив неё, стараясь сесть как можно спокойнее, но его движения всё равно были тяжёлыми, словно тело ещё не отошло от пережитого.       – Да, – ответил он – не знаю, сколько мы там провели, но Фаэнон сказал, что храм был не единственным, где распространялся этот запах.       Стелла устало вздохнула.       – И никаких зацепок о воре, так?       Наступила резкая тишина, которую же прервала Стелла.       – Что с Мемо?       Дань Хэн кивком указал в сторону кресла.       – Кажется, она просто спит. Фаэнон нашёл её уже в таком состоянии. Возможно, запах подействовал на неё как снотворное….       – А на него самого никак не подействовало? – спросила Стелла, приподнявшись.       – Думаю, он догадался, чем мы занимались. – Дань Хэн ненадолго умолк, и в его глазах промелькнуло лёгкое смущение – Если верить его отчёту Аглае. Да и эта штука не была случайностью.       Судя по всему, возможно, это был какой-то эксперимент, чтобы посмотреть, как чужаки отреагируют на их методы. Но что-то пошло не так.       Стелла тихо засмеялась, тут же прикрыла глаза рукой.       – Как-то... неловко. Представляю, что он там надумал.       Парень отвёл взгляд, скривившись.       – Что ж, нужно идти, так? – сказала серовласка, поднимаясь со своего лежака – Доложить о нашем самочувствии.       Дань Хэн встал, повторяя её действие. Стелла повернулась, чтобы идти к двери. Она сделала несколько шагов, но её руку перехватили.       – Постой – прошептал Дань Хэн. Его голос был обеспокоенным.       Он медленно повернул её к себе, и их взгляды встретились. Дань Хэн выглядел смущённым, почти виноватым.       – Стелла… мне жаль, – начал он – Я... я не должен был терять контроль. Это было неправильно.       Стелла покачала головой.       – Мы оба его потеряли, Дань Хэн. И, кажется, ни один из нас не был против – прошептала она, и в её голосе прозвучало вроде и смущение, и уверенность – В этом виноват тот запах, не мы.       – И всё же…       Дань Хэн кивнул, его взгляд опустился.       – Я помню. Помню, что в какой-то момент я хотел, чтобы это не заканчивалось.       Стелла улыбнулась, и на её лице появилась игривая искорка. Она приблизилась к нему, её палец скользнул по его шее, поднялся к щеке и остановился за ухом, нежно лаская кожу.       – Ну, не скажу, что было плохо. – прошептала она, её улыбка стала шире – Но я думаю, тебе всё-таки нужно было бы поучиться немного нежности.       – Ты шутишь? – Дань Хэн удивлённо поднял бровь.       Она помотала головой, и приблизилась к нему.       – Увы. – ответила Стелла, и её губы уже были совсем близко к его – Я думаю, что тебе есть чему поучиться.       Стелла засмеялась, её смех был немного хриплым. Она уже потянулась к его губам, но в этот момент Дань Хэн сделал шаг вперёд, прижимая её к двери. Он быстро прижал её запястья над головой и поставил свою ногу между её ног, упираясь в стену.       – Тогда, – прошептал он ей в губы – может, начнём урок, учитель?       Ах, что за игривая решимость~