Богатый отчим после забивания на всё вдруг стал популярным

После того как Хо Цзихань всё объяснил Линь И, он спросил: — Значит, вопрос можно считать закрытым? Он хотел точно понять, что сейчас думает Линь И. Линь И кивнул: — Да, закрыт. Если быть честным, когда он впервые узнал о Цюй Цзин, в его сердце действительно промелькнуло лёгкое неприятное чувство. Однако после ясного и детального объяснения Хо Цзиханя, он больше не держал зла. Убедившись, что Линь И и правда больше не придаёт этому значения, Хо Цзихань наконец почувствовал облегчение. Он тут же спросил: — Где твой телефон? Линь И указал на куртку, лежащую на камне неподалёку: — Вон там. Сказав это, он вдруг осознал: — Ты звонил мне только что? Хо Цзихань кивнул: — Да, но теперь всё в порядке. Он не стал упоминать, как запаниковал, не сумев дозвониться до Линь И, он не хотел лишний раз тревожить его или создавать внутреннее напряжение. Услышав это, Линь И и правда решил, что Хо Цзихань просто позвонил по какому-то пустяку, и не придал значения. Вскоре после этого Хо Цзиханю нужно было заняться другими делами, и он ушёл первым. Линь И остался ловить рыбу. Примерно через десять минут подошёл сотрудник виллы, неся рыболовную сеть: — Господин Линь, господин Хо попросил передать вам это, чтобы вам было легче ловить рыбу. Линь И слегка опешил — он не ожидал, что Хо Цзихань даже об этом позаботится. На самом деле, Линь И и сам думал об этом, но ему было лень возвращаться за инструментами. Теперь всё было идеально. С сетью он стал ловить рыбу гораздо эффективнее — быстро поймал две или три крупных. Он с улыбкой сказал Хо Мяньмяню: — Малыш, сегодня вечером у нас будет много рыбы! Сидящий на берегу Хо Мяньмянь радостно отозвался: — Здорово! Я люблю рыбу! В этот момент Линь И заметил, чем занят Хо Мяньмянь. Хо Мяньмянь держал в руках несколько травяных листьев, аккуратно вырезая из них формы треугольника и сердечек, а потом клал их в поток, позволяя воде уносить их вниз по течению. Линь И с любопытством спросил: — Малыш, что ты делаешь? Хо Мяньмянь ответил с детской наивностью: — Я делаю из листиков лодочки. Маленький папа, кто-нибудь найдёт мои лодочки вниз по реке? Линь И не ожидал от ребёнка такой невинности и романтичности, и рассмеялся: — Обязательно найдёт. Ведь Хо Мяньмянь вырезал на листьях такие заметные узоры, поэтому когда они поплывут дальше, кто-нибудь, играющий у воды, вполне может их поднять и удивиться этим «узорчатым» листочкам. Это была сцена прямо как из аниме — красивая и завораживающая. Воодушевлённый словами Линь И, Хо Мяньмянь с ещё большим энтузиазмом занялся созданием листовых лодочек. Он набрал много травяных листьев, вырезал на них разные узоры и опускал их в поток, надеясь, что кто-нибудь их найдёт. Линь И поймал в общей сложности шесть-семь рыб. Они были разного размера, но вполне хватало на ужин. Подняв вёдро, он вышел на берег и сел рядом с Хо Мяньмянем, дожидаясь, пока капли воды на теле высохнут. К тому времени солнце уже коснулось горизонта, почти полностью скрывшись. Золотой свет озарял небо, окрашивая облака в алый цвет. Закат был завораживающим и прекрасным. Линь И сидел на траве в расслабленной позе, руки по бокам поддерживали тело, он чуть откинулся назад, наслаждаясь прохладным ветерком. Хо Мяньмянь стоял на коленях рядом с ним, всё ещё старательно мастеря свои листовые лодочки. Золотистый свет окутывал отца и сына, создавая момент абсолютного покоя. Линь И лениво сидел ещё какое-то время, пока солнце полностью не скрылось за горизонтом, а последние лучи не угасли. Надвигалась ночь. Наконец, Линь И встал, обулся и набросил куртку на плечи. Он поднял вёдро и позвал Хо Мяньмяня: — Малыш, пойдём обратно. Хо Мяньмянь сладко ответил: — Хорошо. Он поднялся, стряхнул с себя травинки и взял Линь И за руку. Линь И в одной руке нёс вёдро, а другой держал Хо Мяньмяня, направляясь к их прежнему небольшому деревянному домику. У домика их уже ждал сотрудник. Увидев возвращающегося Линь И, он поприветствовал их: — Господин Линь, вам что-нибудь нужно? Линь И передал ему вёдро: — Можете, пожалуйста, приготовить из этой рыбы уху? Сотрудник кивнул: — Конечно, пожалуйста, подождите немного. Ужин скоро будет готов. Линь И и Хо Мяньмянь остались ждать ужин в деревянном домике. За окном висело низкое ночное небо, усыпанное мерцающими звёздами. Линь И сидел непринуждённо на ковре, ел вишни с небольшого столика. Эти вишни были крупные и круглые, каждая сладкая и сочная. Линь И съел довольно много. Хо Мяньмянь, уставший после целого дня игр, уже склонил голову набок и уснул, положив её на стол. Линь И переживал, что спать вот так за маленьким столом будет неудобно, поэтому осторожно поднял его и перенёс в спальню, уложив на кровать. Если бодрствующий Хо Мяньмянь и так был мягким и милым, то во сне он выглядел и вовсе как маленький ангел. Глаза были закрыты, длинные густые ресницы спокойно лежали, он крепко спал, а щёчки слегка порозовели. Линь И не удержался и легонько ткнул его в щёку — на ощупь она была, как мягкое желе. Он потыкал его ещё несколько раз, наконец удовлетворился, после чего вышел из спальни и тихо прикрыл дверь. Линь И вернулся к небольшому столику, сел и продолжил есть вишни. В этот момент снаружи послышались шаги. Затем кто-то постучал в дверь деревянного домика. Линь И, всё ещё жуя вишню, беззаботно сказал: — Входите. В следующую секунду дверь открылась, и на пороге появился Хо Юнь. Линь И слегка удивился, увидев его. Почему Хо Юнь здесь? Хо Юнь стоял у двери, с мягкой улыбкой на своём утончённом лице: — Можно войти? Линь И безразлично кивнул: — Конечно. В конце концов, это был всего лишь временный домик, тут не было ничего личного. Услышав это, Хо Юнь вошёл внутрь. Линь И всё ещё недоумевал, зачем он пришёл. Хо Юнь, кажется, заметил это и объяснил: — Я приехал сюда вместе с одним из старших из семьи Хо. Тут и другие члены семьи собрались, они обсуждают изменения в семейных предприятиях. Будучи внебрачным сыном семьи Хо, он, разумеется, не имел права участвовать в подобных делах. Хоть номинально он и был членом семьи Хо, на самом деле всегда оставался чужаком, живущим в тени. Линь И кивнул с пониманием, услышав объяснение Хо Юня. Неудивительно, что Хо Цзихань был занят и ещё не вернулся, похоже, в этот раз обсуждалось много важных вещей. В этот момент Хо Юнь спросил Линь И: — А ты? Разве не хочешь участвовать в этих обсуждениях? Линь И приподнял бровь: — В чем участвовать? Хо Юнь: — В некоторых делах семьи Хо. Линь И был в недоумении: — Почему я должен в этом участвовать? Что общего это имело с ним? Хо Юнь собирался что‑то ещё сказать, как в дверь вошёл неожиданный гость. Это был Хо Ипин. Сначала он заглянул в окно, удостоверившись, что и Линь И, и Хо Юнь находятся внутри, затем неторопливо вошёл, лицемерно улыбаясь: — Вот вы где. Я вас уже давным‑давно искал. Линь И холодно посмотрел на Хо Ипина: — Я тебя сюда звал? Хо Ипин замер, затем наклонил голову, дерзко‑угрожающе прикусывая губу: — Ты хочешь тут показать свою власть? В конце концов, он член семьи Хо, и где бы он ни появился, его боготворили. Со временем это вырастило в нём глубоко укоренившуюся высокомерность. Поэтому он был крайне недоволен отношением Линь И. Кроме того, в прошлый раз он потерпел поражение от Линь И. В ту ночь старший Хо пнул его в пруд с лотосами, и он пролежал там всю ночь, чуть не потеряв силы, а затем месяц восстанавливался в больнице. Старые и новые обиды смешались, и Хо Ипин смотрел на Линь И с палящей яростью. Но Линь И сидел спокойно, безо всякой реакции, лишь холодно встречая взгляд. Хо Ипин усмехнулся, произнося ядовито: — Хорошо, очень хорошо. Слова вежливы, а выражение лица говорило о желании разорвать Линь И на куски. Однако он остерегался Хо Цзиханя, стоявшего позади Линь И, и не решился на опрометчивость. Вместо этого он поднял голову и сказал Линь И: — Зачем притворяться? Скажу тебе вот что. Сегодня в этой вилле будет одна девушка, её зовут Цюй Цзин. Старейшины семьи Хо признают эту госпожу Цюй как его потенциальную невесту. Думаешь, ты всё ещё сможешь оставаться рядом с Хо Цзиханем, когда она приедет? Линь И безразлично улыбнулся: — Как неожиданно, я как раз слышал про Цюй Цзин. Хо Ипин ошарашено переспросил: — Что? Линь И спокойно посмотрел на него: — И узнал я о ней от самого Хо Цзиханя. Так кому же ты предлагаешь верить, тебе или ему?» Хо Ипин: «…» Чёрт побери! Такого он не ожидал! Хо Цзихань сам заговорил с Линь И о Цюй Цзин? Что за хитрость? Ума у Хо Ипина было немного, и как бы он ни пытался, он не мог понять причину. Чем сильнее он не понимал, тем яростнее становился. Когда Хо Ипин разъярялся, он любил применять силу. Но при Линь И он не решился. Взревев, Хо Ипин вдруг вцепился в Хо Юня за воротник, бросил его на пол и несколько раз пнул кожаными ботинками. Внезапный всплеск насилия от Хо Ипина ошеломил всех присутствующих. Хо Юнь, похоже, уже привык к такому обращению — он свернулся, прикрывая руками жизненно важные места. Линь И вздрогнул и мгновенно поднялся с ковра, холодно спросив Хо Ипина: — Что ты творишь?! Хо Ипин пнул Хо Юня ещё два раза и остановился. Он посмотрел на Линь И и вызывающе ухмыльнулся: — Что, вмешаться решил? Когда я бью Хо Юня? Не твоё дело! Линь И холодно уставился на него: — С чего это ты решил, что имеешь право кого-то бить? Хо Ипин нахально и бездумно бросил: — Почему? Потому что Хо Юнь всего лишь внебрачный сын семьи Хо. Он для меня просто собака, и я могу бить его, когда захочу! Сказав это, он занёс ногу, собираясь снова ударить. Но в тот же миг Линь И молниеносно отреагировал и ногой пнул табурет. С гулким «бам» табурет ударил Хо Ипина по ноге. Острая боль пронзила Хо Ипина, он едва не потерял равновесие. Пошатываясь, он отступил на несколько шагов, гневно уставившись на Линь И: — Линь И, ты, сукин сын… Линь И холодно спросил: — Что я? В отличие от Хо Ипина, на лице Линь И не было ни ярости, ни злобы, но его холодная аура заставила того на мгновение онеметь. Хо Ипин вновь понял, что Линь И не тот, с кем можно легко справиться, особенно пока за ним стоит Хо Цзихань. Он сдержал ярость, чувствуя, будто кровь подступает к горлу. Пальцем указал на Линь И и сидящего на полу Хо Юня: — Хорошо, это ещё не конец. Вы оба, держитесь! С этими словами он, пылая злобой, вылетел из домика. Линь И не обратил внимания на его угрозы и подошёл, чтобы помочь Хо Юню подняться: — Ты в порядке? В доме есть аптечка, я сейчас принесу. Несмотря на побои, Хо Юнь не выглядел подавленным или испуганным, за долгие годы он привык к такому. Но его волновало не это. Когда Линь И повернулся, чтобы принести аптечку, Хо Юнь, всё ещё сидя на полу, схватил его за рукав. Линь И обернулся: — Что такое? Хо Юнь сидел на полу, в глазах его горело безумие: — Линь И, ты ведь видел, да? Линь И нахмурился: — Что видел? То, как Хо Ипин избивал его? Хо Юнь выглядел возбуждённым до предела: — Линь И, такие, как мы, всегда стоим ниже всех, живём в аду день за днём. Мы должны подняться и заставить этих людей испытать то же самое! Иначе это слишком несправедливо, правда?! Линь И поразился безумию в его взгляде, чувствуя, что тот стоит на грани срыва. Он спокойно сказал: — Да, нельзя позволять другим издеваться над собой. Но нужно сохранять ясный рассудок — понимать, что делаешь, а не поддаваться ненависти и творить глупости. Хо Юнь всё ещё держал его за рукав: — Конечно, я понимаю, что делаю. Это именно то, чего я всегда хотел! Линь И, ты ведь должен понять меня, правда? Линь И удивлённо спросил: — Кажется, ты немного ошибаешься насчёт меня. В глазах Хо Юня сверкнуло безумие, он смотрел на Линь И, словно видя в нём родственную душу: — Какая ошибка? Линь И, я слышал, что ты тоже жил под огромным давлением в семье Линь. Эти люди никогда не считали тебя человеком. Они издевались над тобой, мучили, выжимали из тебя всё до последней капли. Разве тебе не было больно? На фоне безумия Хо Юня, Линь И оставался спокоен: — Да, они не считали меня человеком. Но я сам считал себя человеком. А значит, я знаю меру и знаю, что должен и чего не должен делать. Только теперь Линь И понял, почему Хо Юнь тогда сказал, что они с ним одного рода. Обоих несправедливо обошли, жизнь у каждого была полна подавленности и отсутствия надежды. Но между ними всё же была огромная разница. Первоначальный владелец тела привык сдерживать всю боль внутри, и даже если бы у него был нож, он бы направил его на себя. А вот Хо Юнь, напротив, похоже, выбрал совершенно иной путь. Услышав слова Линь И, Хо Юнь с тревогой посмотрел на него: — Что ты имеешь в виду? Ты презираешь меня? Он ещё сильнее сжал рукав Линь И, будто боялся, что тот вот-вот уйдёт. Но Линь И не уходил. Он спокойно сказал: — Я не презираю тебя. Я просто надеюсь, что ты будешь мыслить ясно и не впадёшь в крайности. Хо Юнь будто не слышал и продолжал: — Ты даже не считаешь меня настоящим союзником. Он слишком долго сдерживал свои чувства, слишком долго блуждал в темноте в одиночестве. И вот наконец появился кто-то, кто мог бы пойти рядом. Но теперь казалось, что этот человек не хочет идти с ним. С этим Хо Юнь не мог смириться. Линь И посмотрел на него и, понимая, что Хо Юнь сейчас не в лучшем эмоциональном состоянии, сказал: — Отпусти сначала. Я принесу тебе аптечку. Нанесёшь мазь, немного успокоишься, тогда и поговорим. Услышав это, Хо Юнь медленно отпустил его рукав и опустил руку. Линь И развернулся и пошёл в комнату, вернувшись вскоре с аптечкой. Он открыл её, порылся и достал мазь от ушибов и синяков, передав Хо Юню: — Держи, ты сам сможешь намазать? Хо Юнь, опустив голову, молчал, затем немного подумал, поднял взгляд и сказал: — Смогу. Линь И передал ему мазь. Хо Юнь взял тюбик и задрал рубашку. Хо Ипин недавно пинал его со всей силы, и на животе уже проступили несколько больших синяков. Линь И невольно нахмурился при виде этого. Этот Хо Ипин вёл себя просто запредельно. Хо Юнь заметил выражение лица Линь И и, намазывая синяки, спокойно сказал: — Такое со мной постоянно. Я уже привык. Его мать умерла вскоре после родов, а самого его, ещё младенцем, забрали в семью Хо, и с того дня начался кошмар. Не только Хо Ипин, но и многие другие презирали его за то, что он внебрачный сын, они приказывали ему, били. Сначала Хо Юнь просто боялся, но постепенно в сердце зародилась ненависть. Почему? Почему с рождения его должны были вот так унижать? Что сделала не так его мать? Почему её изнасиловали, заставили родить, а потом она умерла в мучениях? Он так и не смог этого понять. И, наверное, никогда не поймёт. Но с возрастом он научился прятать свои настоящие чувства, а его лицо всегда украшала улыбка, даже когда его ругали или били. Потому что он знал: однажды он всё вернёт. Кто дал семье Хо право смотреть на него свысока? Пусть они все сгинут в том же аду, где жил он! А теперь Хо Юнь нашёл себе напарника. Он верил, что Линь И — сильный и надёжный союзник. Вместе они смогут построить свой собственный мир. В этот момент персонал принёс ужин. Заметив это, Хо Юнь прекратил мазать синяки и опустил рубашку. Линь И спросил: — Поужинаешь с нами? Хо Юнь покачал головой: — Нет. Он боялся встретиться с Хо Цзиханем. Из всей семьи Хо, по-настоящему он боялся только его. Вот почему ему и был нужен такой союзник, как Линь И. Хо Юнь поднялся и направился к двери. Но сделав несколько шагов, он остановился, махнул мазью и сказал: — Спасибо за лекарство. Линь И равнодушно ответил: — Не за что. Хо Юнь в последний раз кивнул ему и окончательно ушёл. Персонал тем временем расставил блюда на обеденном столе. Линь И прошёл в спальню и мягко разбудил Хо Мяньмяня: — Солнышко, просыпайся. Время ужина. Хо Мяньмянь послушно сел на кровати. Он не капризничал, просто потёр сонные глазки. Линь И протянул к нему руки: — Иди сюда, маленький папа тебя понесёт. Хо Мяньмянь, словно мягкий комочек счастья, прыгнул ему в объятия. Линь И понёс своего малыша за стол, и усадил Хо Мяньмяня на стул. Малыш, всё ещё немного сонный, проснулся окончательно, когда увидел еду на столе. Линь И с улыбкой спросил: — Проголодался, Мяньмянь? Хо Мяньмянь кивнул. Его голос после сна был особенно мягким: — Я голодный. Линь И поставил перед ним миску с рисом: — Ешь. Только осторожно, еда горячая. Ужин был довольно богатым, а главное блюдо — суп из рыбы, стоящий в центре стола. Суп приготовили из рыбы, которую поймал сам Линь И. Бульон получился наваристым и белым, а также туда добавили водоросли, тофу, грибы… Суп выглядел аппетитно и источал насыщенный аромат. Линь И наложил по миске себе и Хо Мяньмяню. Он поднял свою миску, зачерпнул ложку супа, попробовал и тут же распахнул глаза от удовольствия. Этот суп был почти без приправ, его вкус держался на натуральности ингредиентов — невероятно свежий и вкусный, такой, что невозможно было остановиться. Линь И выпил две миски супа, прежде чем перешёл к другим блюдам. И в этот момент вернулся Хо Цзихань. На нём был чёрный костюм, он вошёл внутрь, неся на себе прохладу ночи. Однако как только он увидел Линь И, его холодная аура мгновенно растаяла. Линь И удивлённо посмотрел на него: — Уже закончил с делами? Я думал, ты не придёшь на ужин. Хо Цзихань снял пиджак и, направляясь к столу, ответил: — Почти закончил. Решил зайти повидаться с тобой и Мяньмянем. Без пиджака он был в рубашке цвета железа, строгий и внушительный. Линь И небрежно подал ему миску с рыбным супом и поставил перед ним: — На, попробуй. Услышав это, Хо Цзихань взял ложку, зачерпнул суп и попробовал. Линь И с интересом наблюдал за ним: — Ну как? Я сам эту рыбу поймал. Хо Цзихань похвалил: — Правда? Неудивительно, что вкус лучше, чем обычно. Линь И не удержался от смеха: — Хахаха! В конце концов, кто не радуется похвале? После ужина Хо Цзихань поднялся, взял пиджак, будто собирался уходить. Линь И спросил: — Не останешься? Спросив это, он тут же понял, что вопрос был глупый. В маленьком деревянном домике не было лишних спален — конечно, он не останется. Но Хо Цзихань вдруг улыбнулся и поддразнил его: — Хочешь, чтобы я остался? Линь И: «!!» Когда он это говорил?! Он тут же поспешил ответить: — Я ничего не говорил. Увидев его смущение, Хо Цзихань перестал дразнить и сказал: — Спокойной ночи, хороших снов. Линь И поспешно ответил: — Спокойной ночи. А когда Хо Цзихань уже собирался выйти, он добавил: — Надеюсь, в следующий раз получится остаться. Линь И: «!!» Он уставился на него с широко распахнутыми глазами, не зная, что сказать. Хо Цзихань с лёгкой улыбкой вышел и закрыл за собой дверь. Только тогда Линь И выдохнул с облегчением. Слишком долгое пребывание рядом с Хо Цзиханем иногда приводило к учащённому сердцебиению. *** На следующей день, после ночёвки в вилле, Линь И с другими собрался возвращаться домой. Перед отъездом отец и сын взяли с собой несколько банок мёда и полдерева черешни, возвращаясь с полной загрузкой. Вернувшись домой, жизнь снова вошла в привычное русло. Линь И каждый день заботился о Хо Мяньмяне, ел, пил, веселился и жил свободно. И вот однажды вечером отец с сыном обнаружили новое увлекательное занятие. Они стали использовать голубей с территории виллы для отправки писем. Линь И стоял на балконе второго этажа виллы. А Хо Мяньмянь — внизу, на газоне. Линь И написал послание на небольшом листке бумаги, привязал его к лапке голубя и отпустил того лететь к Хо Мяньмяню. Хо Мяньмянь подражал ему: тоже записал свои слова на бумажке. Отец и сын с энтузиазмом играли в эту игру, будто и правда пробовали древний способ голубиной почты. В какой-то момент Хо Мяньмянь сел на газон и с помощью акварельных ручек нарисовал на листке двух человечков. Меньший из них складывал ладошки сердечком в сторону большего — это значило, что Мяньмянь любит своего папу. Закончив рисунок, он аккуратно сложил листок, привязал к лапке голубя и бросил его в воздух. Белокрылый голубь вспорхнул и полетел к Линь И на второй этаж. Линь И поймал голубя, снял записку и его сердце тут же растаяло. Он немедленно взял чистый лист и написал: «Я тоже тебя очень люблю». После слов он ещё и сердечко нарисовал. Подготовив послание, Линь И отпустил голубя вниз. Голубь замахал крыльями, направляясь к Хо Мяньмяню. Но именно в этот момент вернулся Хо Цзихань. И голубь спокойно опустился… прямо в его руку. Линь И: «!!» Хо Цзихань посмотрел сначала на Линь И, потом на голубя в своей руке. Линь И поспешно заговорил: — Это для… Но не успел договорить, как Хо Цзихань уже снял записку с лапки голубя и развернул её. На ней чётко было написано: «Я тоже тебя люблю». А ниже нарисовано сердечко. Глаза Хо Цзиханя слегка дрогнули при виде содержимого. Он долго смотрел на эти несколько слов, прежде чем наконец отвести взгляд. Линь И: «…» Он ещё может что-то объяснить? Только бы Хо Цзихань не понял всё неправильно!! Линь И поспешно объяснил: — Это было для Мяньмяня!! Хо Мяньмянь тоже посмотрел на папу, надеясь, что тот вернёт ему записку. Кто бы мог подумать, что Хо Цзихань просто убрал бумажку в карман и ровным голосом сказал: — Уже поздно. Теперь она у меня. Линь И: «??» Что вообще происходит?! Хо Мяньмянь: «…» Папа такой вредный! Это же мне предназначалось! Верни!! QAQ!!