Секрет Полишинеля

Вокс должен был признать, что очень любил секреты. Этот азарт тайной, второй жизни, добавлял перчинку в повседневность. Ему хотелось радостно и нетерпеливо ёрзать. Он знает, он все знает, а они — нет. Это чувство он хотел лелеять на груди. В аду всем все было известно так, что желание Вокса обладать чем то личным, вполне было оправданно. Вокс стоял лицом к зеркалу, в комнате Аластора, поправляя жилет, пиджак, и весь свой образ. Он всегда должен выглядеть презентабельно. Оверлорд стоял позади широких плеч, а после повернул телевизор к себе. — Сколько лет прошло, а ты всё так же не умеешь завязывать бабочку. Аластор напустил на себя недовольный вид, но мужчина видел заботливые искры в его глазах. — А может я сам не хочу учиться, чтобы ты всегда завязывал его мне. — Дорогой, не говори ерунду, хотя... — Он приблизил свое лицо к Воксу. — Мне не сложно за тобой ухаживать. Вокс смущенно отвернулся, и поблагодарил, когда работа была окончена. Только Аластор мог вызвать на его мониторе розовые пиксели. Только при нём он мог по-настоящему смутиться. Только при нём, мог быть полностью открыт в своих чувствах. Демон любил это так же сильно, как и ненавидел. — Мы будем сегодня драться? — Боюсь, что нет. Сегодня я занят. Что насчет вторника? — Хм... Вокс порылся в своем расписании. — Как вариант, да. Вторник у меня не так загружен. — Ну, хорошо, беги. В углу комнаты, у Аластора стояла камера, чтобы Вокс всегда мог к нему попасть, без лишнего внимания. Еще стоял раритетный, квадратный телевизор, чтобы Аластор мог наслаждаться, практически мужем, в выпусках различных программ. От предложения Вокса поставить плазму тактично отказался. Да, и оверлорд не наседал, эта коробка напоминала его же голову в далеком прошлом. Когда они только познакомились. Когда он еще был более наивен. Когда мужчина ушел вдоль проводов, и электросвязей, Аластор задумался как разнообразить сегодняшний эфир. Нужно подыскать новых, интересных жертв, и набросать пару черновых сценариев. Попав в свой кабинет, Вокс не мог настроить себя на нужный, рабочий лад. Все его мысли были поглощены красноволосым демоном. Он хотел отдохнуть, попить кофе в приятной компании, и послушать как Аластор читает ему классику в слух. Работа есть работа, он не мог позволить себе отвлекаться от нее. Задача сложна, так как Аластор гуляя по кольцу, не упускал каждой камеры, соблазняя одним взглядом с помехами. Обещая большее, этими ядовитыми усмешками. Вокс сжимал кулаки, и пытался держать себя в руках, чтобы не засматриваться на другого мужчину. Он старался, но после неосознанно возвращался к своим фантазиям, а после понимал, что проиграл. Он хотел почувствовать эти зубы на своей шее, и эти когтистые руки на талии этот обманчиво мягкий шепот у динамиков, и этот любящий взгляд. Он хотел слишком много, жизнь не всегда дает то, чего ты жаждешь. Вокс знал это как никто другой. Этому его научила еще земная жизнь, и отчасти он был ей за это благодарен. Бумаги, электронные документы, расписания. Горело бы все это в аду, жаль, что они и так в нем уже были. Скорей бы день прошел. Скорей бы вернуться в чужие объятия. Из маленького, скрытого в корпусе колонки радио, раздались звуки. Радио, так же как телевизор у Аластора, было ценным и раритетным. Подарок Аластора на их тогда самую первую годовщину в пятидесятых. Их секретный способ связи. Конечно, кто нибудь мог задаться вопросом : "Почему они просто не могут, общаться по радио волнам? Так бы их, вообще никто не поймал.". В этом вопросе есть доля правды но, что в этом интересного? Секрет должен быть почти у кромки воды. Ни в яме, но и не на поверхности. Именно от этого она становится ценней и приятней. Два хитрых дьявола, обвели весь ад вокруг пальца, и никто даже не заметил. Голос с хрипотцой спросил : — Скучаешь по мне, дорогой? Вокс устало простонал : — Каждую секунду своей жизни. Чертовски скучаю. Оверлорд тихо усмехнулся, и Вокс это услышал. — Если будешь хорошо себя вести, я приготовлю на вечер, что нибудь вкусное. Блюда Аластора, были замечательной мотивацией, закончить этот день. От одной мысли о еде, приготовленной опытным в кулинарии демоном, появлялось слюноотделение как у собаки. — Не можешь же ты, вечно питаться одним мусором, энергетиками. Сегодня тебе разрешаю, не больше одной банки. Вокс добродушно заулыбался. — Не знал, что великий радио-демон, теперь мой диетолог. — Не паясничай. — Если в блюдах отсутствует ингридиент, в виде мяса грешника, то я с радостью принимаю твое предложение. — Не переживай, не накормлю же я тебя им тайно, без твоего согласия. Что то подсказывало Воксу, что когда то он уже это сделал. Ладно, не страшно, лишь бы он был доволен. — Не оскорбляй мой изысканный, каннибальский вкус. — Не посмею, любовь моя. Если бы хоть кто-то узнал, как они слащаво нежны к друг другу, разгорелся бы такой скандал. Вокс даже задумываться над этим не стал. Давно уже все в прошлом прополоскал в мыслях. Как нехорошо. На публику вырывали своей любви кишки, оскорбляли до седьмого колена, и клялись, при всех, убить другого самым страшным образом. Вот такая дихотомия. В целом, какая любовь без крови? Любая страсть - страдание, Любая тяга - одержимость. Битвы были их публичными свиданиями. То, чего они ждали с трепетом, с особой химией. Вечер, Вокс встретил с дерганностью СДВГ-шника, и нетерпением ребенка. Он щелкающе, стучал когтем по поверхности стола, и когда часы показали ровно девять, Аластор сам связался с ним. — Я жду тебя. Оверлорд моментально прыгнул в радио, рассыпая искры статики, и материлизовался перед Аластором. Снова придурковато улыбаясь от встречи, он смотрел на демона. — Тяжелый день? Вокс отдышался. — Уже нет. Аластор провел ладонью по узкой макушке, задевая провода, от чего мужчина вздрогнул. Аластор единственный, кто знал все его слабости. Это было интимнее любого секса. Особая эротика обнаженной души, и проводов. — Та-ак, что по ужину? Проводя Вокса сквозь абстрактные леса, Аластор привел его к подготовленному столиику, накрытому багровой тканью, тарелками, и свечами. — Это очень красиво, Ал. — Присаживайся. Взгляд Вокса тут же привлек слабо прожаренный стейк, с листиками базилика и клюквенным соусом, что манил своим сладко-кислым вкусом. Демон, с манерами важными для Аластора, аккуратно сел за стол. Он положил на колени тканевую салфетку, и подождал пока олень присоеденится к нему. Только после Аластора, он принялся за пищу. Нож, как скальпель резал мясо на ломтики, что сразу отправлялись в клыкастый рот. — Как тебе? Прожевав, и промокнув цифровые губы, он поблагодарил сегодняшнего шеф-повара. — Это просто потрясающе. Ты каждый раз, заставляешь меня восхищаться, твоими навыками готовки. Спасибо, дорогой, очень вкусно. Оверлорд сменил всем привычный оскал, на любящую улыбку. — Льстец. — Что? Я просто говорю факты. Ты заслуживаешь всей лести, этого мира. — Жуй лучше. И Вокс жевал, ровно до момента, когда ощутил щупальце, скользящее вверх по голени. — Ал..? — Что-то не так, милый? Этот хитрый прищур красных глаз, Вокс узнал бы даже присмерти. — Нет-нет, все в норме. В эту игру могли играть только двое. Сегодня, по всей видимости, Аластор пребывал в шутливом настроении. Кто такой Вокс, что бы не позволить ему эту шалость? Вокс чуть не поперхнулся, когда щупальце преодолело резинку бо́ксеров. Аластор наблюдал за каждой микро реакцией медиа-магната. Ловил их, как орел ловит горных коз. Вокс пытался держать лицо, чтобы не проиграть их маленькую битву. Олень был настойчив, и уперт в желании сломать его оборону. Мужчина сипло выдохнул, при прикосновении щупальца, к основанию члена. Оно как змея обвивалось вокруг, и пока еще, слобо сжимало. — Мне кажется, или тебя, что-то беспокоит? Ты выглядешь чем-то обремененным. С паузами, Вокс настоял на своем. — Нет. Все хорошо. Не волнуйся. Даже в таких плотских горизонталях, они умудрялись соперничать. Стабильный экономический график их отношениях. Щупальце набирало скорость поступательных движений, и Вокс начинал мелко дрожать. Задача, испытание выносливости казалось уже не таким простым. Вокс тихо, скуляще простонал, и уши Аластора уловили этот жалкий звук. — Уже сдаешься? — Ни в коем случае. Грешник уже знал, чем все это кончится. Что будет дальше. Аластор подведет его к самому обрыву оргазма, а потом резко остановится, желая насладиться мольбами телевизора. Ради контекста стоило уточнить, Аластор как был - так и остался асексуалом. Только, многие почему то думали, что он монашка ахающая от любого намека на секс, что конечно же, правдой не являлось. Плотские страсти... Просто не были ему интересны. Равнодушие ≠ отвращение. Зато он знал, что Вокс любит секс, и он же не изверг, отказывать своей любви в том, что она хочет. Во многом, Аластора не стоило недооценивать. У него всегда была пара тузов в рукаве. Оверлорд давно привык к этому. Он слишком хорошо его знал. От особенно крепкого сжатия, и шевеления тонкого щупальца в уретре, Вокс согнулся пополам, над поверхностью стола. — Аластор! Его голос сорвался на более тонкие ноты. — Все же сдался, зато как красиво. Аластор безусловно ехидничал. — Аластор, пожалуйста. — Терпение, душа моя, терпение. Более толстое щупальце, схватило демона за запястье, и поднимая из за стола, оставило его висеть над землей. Шелест хвойных деревьев, был единственным, не считая радио-демона, слушателем стонов Вокса. Мужчина смехотворно замотал ногами в воздухе. — Ну, что ты так дергаешься, уже не можешь терпеть, или боишься, что я тебя съем? Впрочем, я не отказался бы от такого варианта. Вокс не ответил, но ему и не нужно, олень уже знал ответ. Щупальца порвали пиджак, и задрали рубашку вверх, для удовольствия Аластора. Да, ему было все равно на секс, но это не значило, что ему чуждо эстетическое наслаждение. Этот рельефный пресс заслуживал восторженного взгляда. Аластора, и больше никого. — Какие приятные звуки... Пока он говорил, рот Вокса наполнило щупальце, странной, твердо-желейной консистенции, и с солоноватым вкусом. — Но, мы же не можем допустить, чтобы его еще кто-то услышал, не так ли, дорогой? Вокс мог только кивнуть. Его переполняли разные ощущения. Скользящие отростки оглаживали его ребра, один ласкал член, второй шевелился на языке, а третье протиснулось между ягодиц. Он не мог больше ждать, возбуждение как ток било каждую клетку его тела. Недостаточное давление на член, заставляло лишь желать бо́льшего. — Аластор, я больше не могу. Тот просто покачал головой, и усилил стимуляцию от всех щупалец. — Года идут, а ты все также не умеешь терпеть, и держать себя в руках. Какая поразительная стабильность. Напускной осуждающий тон оленя, Вокс раскусил даже в таком состоянии. Он попытался, что-то промямлить, но вышла лишь неразборчивая каша. — Конечно-конечно, дорогой, я тебя понял. Щупальце проникло внутрь, и тут же ударило по простате, от чего Вокс вскрикнул и увидел звезды под веками. Терпения от этого не прибавилось. Он пытался набрать в грудь воздух, но он лишь вырывался назад сдавленными стонами. — Что,что? Быстрее? Если ты попросишь вежливо, как хороший мальчик, то я подумаю над этим предложением. Аластор очевидно издевался, рот Вокса был занят другими вещами. Вряд ли он смог бы, хоть о чем нибудь попросить. Аластор поулыбался, и ускорил движения. Вокс как то особенно по-блядски вильнул бедрами, от чего Аластор еще довольней защурился. — Я слишком сильно тебя балую. Еще один настойчивый толчок, и Вокс кончил в штаны, что снять с него никто не удосужился. Аластор заботливо усадил его на тот же стул, на которым до этого сидел демон. Вокс судорожно отдышался, и промямлил : — Когда нибудь убьешь меня. — Когда нибудь, но не сегодня, милый. После этого разговора, Вокс телепортировался к себе, а Аластор вышел к своим соседям по жилплощади. Его встретил повышенный тон Вэгги. — Аластор, твою мать! Вы хоть когда нибудь можете трахаться потише? Стоны Вокса мне уже в кошмарах снятся. Аластор чуть не закашлялся, от шока. Его первой реакцией было притвориться "дурачком". — Не понимаю, о чем ты. — Конечно, не понимает он. Еще один такой инцидент, и я выпру тебя отсюда, второго предупреждения не будет. В разговор тут же вклинился Энджел. — Все давно уже знают, что вы трахаетесь, можешь не прятаться, папочка. У Аластора дернулся глаз, но он все так же каменно улыбался. — Кто еще, помимо вас, это знает? Хаск сказал то, от чего волосы оленя почти встали дыбом. — Вся пентаграмма, можешь не сомневаться. Только все молчат, потому что тебя боятся. Мужчина как ни в чем не бывало , продолжил тереть полотенцем бокал. Энджел добил ситуацию неуместной шуткой : — То есть, для тебя привлекательней телевизороголовый, чем я? Аластор, в непривычной для себя манере, прошипел : — Лучше молчи, пока я не превратил тебя в фарш. — Молчу, молчу. Чарли бросилась разряжать колкую атмосферу. — Давайте все выдохнем, и успокоимся. Это личная жизнь Аластора, и нам нельзя туда соваться. Радио-демон превратившись в тень, ушел. Все остальные вернулись к своим делам. Аластор не понимал как на это реагировать. С одной стороны, можно было бы расслабиться и не переживать, что какая нибудь душенка попробует заявить на Вокса свои права. Особенно одна трёхметровая моль. С другой стороны, они с Воксом, оказались двумя идиотами. Как можно было не понять, что их тайные отношения, оказались не такими уж и тайными? — — —