На границе между тобой и им

Я ждал, когда он умрёт. Возможно, это звучит ужасно. Но не смейте кидаться в меня камнями, не дослушав всю историю. Я уже сам не понимаю кто я — монстр или просто человек, который просто устал. Я ждал. Не потому что ненавидел его, а потому что знал — только так я снова получу тебя. Мы с Ким Сону дружили с самой младшей школы. Помню, как мы постоянно соревновались, кто быстрее добежит до магазина за мороженным. Я всегда давал ему выиграть, ведь никакое мороженое за его счёт не делало меня таким же счастливым, как когда я видел насколько искренне он радуется тому, что выиграл. В тот момент я понял, что хочу всегда быть с ним рядом, и делать всё, чтобы он улыбался так же широко как тогда. И я действительно делал всё, и готов был пойти на любой шаг. Даже если бы это было что-то невозможное, как достать ему звезду с неба. Я хотел быть рядом навеки вечные. Люди в нашем окружении постоянно шутили про нас как о сиамских близнецах. Я таскал его сумку и постоянно провожал его до дома. Тогда я ещё не понимал, как сильно любил его. Я действительно думал, что мы что-то по типу друзей, что настолько близки, что смахивают на братьев. Но ведь друзья или братья никогда не хотят поцеловать друг друга, да? Я решил просто не говорить этого. Был уверен, что рано или поздно я его разлюблю, а терять Сону и наши отношения звучало хуже, чем смерть. Так шли долгие годы, но мои чувства не проходили. Наоборот, было ощущение, что с каждым разом, моя любовь к Сону становится всё сильнее. Но вместе с моей любовью рос и мой страх. Именно так и я протянул вплоть до университета. Отпускать его у меня никогда не выходило, так что мы по счастливой удаче поступили в один университет. Казалось, что тогда впервые всё начало налаживаться. Мы делили одну комнату в общежитии, учились, проживая свою молодость. А потом появился он — Пак Сонхун. Сону даже не предупредил меня. Это был обычный день, мы вернулись с очередной занудной лекции, а Сонхун уже сидел на его кровати. Он улыбался так, будто всегда был там. Я не успел даже моргнуть, как он вошёл в жизнь Сону, и мы уже начали гулять втроём. А Сону начал смотреть на него так, как я мечтал, чтобы он смотрел на меня. Ревновал ли я? Конечно же нет!.. Ладно, я врал. Но как бы сильно я не хотел, ненавидеть Сонхуна я не мог. Пак Сонхун был идеальным почти во всех аспектах. Красивый, умный, смешной, богатый и совершенный во всём. У него был только один, огромный изъян, и им было биполярное расстройство. Абсолютно всё, что он не мог вытянуть из тебя в моменты эйфории, он медленно выжигал в депрессии. Сону уверял, что для него это не помеха. Но я видел, как Сонхуна метало из крайности в крайность. Биполярное расстройство рвёт человека на части, а в их случае рвало обоих. Сону оставался с ним даже когда он рушил себя и его, а вместе с ними и меня. Я всегда был рядом с Сону и не мог уговорить себя бросить его, когда он был уверен, что сможет помочь и себе, и Сонхуну. Но Сону тогда не учёл то, что даже сам Сонхун не был в состоянии помочь себе. Пак Сонхун покончил собой в ночь того дня, когда мы получили диплом. Удивительно, как же легко умирают люди. Только утром того дня он улыбался на вручении, а вечером человек как Пак Сонхун уже был мёртв. Если честно, я даже не пустил слезу, когда узнал об этом. Я сидел на полу в кухне, прислонившись к шкафу, а единственное о чём я думал: «Может теперь он вернётся ко мне?». А когда я почувствовал странное облегчение, как будто я только и ждал момента когда Сонхуна не станет, я возненавидел себя ещё больше. А Сону словно умер в тот же день, вместе с Сонхуном. Он практически перестал есть, пить и спать. Из живого в Ким Сону осталась только оболочка в виде тела, чудом работающие органы, и сердце, которое еле качало кровь, что циркулировала по венам, и лилась ручьём каждый раз когда в попытках сделать себе легче, Сону делал себе порезы. Иногда он звонил мне. Это могло быть раз в месяц, или вовсе, три раза в неделю. Но Сону всегда звонил на грани. А из трубки было слышно только хриплое: — «Ники…» — И тишина. Но этого хватало, чтобы я бросил всё. Будь то собеседование на работу моей мечты, семейный ужин или свидание. Лишь бы успеть вовремя выхватить лезвие из его рук, или откачать его, если он опять наглотался каких-то таблеток. Каждый раз я бежал, приводил его в чувства, готовил ему еду, которую приходилось заставлять есть. Я сидел рядом до тех пор, пока он не уснёт, и врал, что всё наладится. Мне не сосчитать сколько раз я это делал. Десятки? Сотни? Но смотреть на то, как человек, которым я дорожу больше всех губит себя было невыносимо. Каждый раз у меня сжималось сердце, а Сону как всегда молчал. Он никогда не отвечал на мои вопросы, так что я утратил смысл их задавать. Но в глубине души, мне очень хотелось хотя бы не узнать причину, а услышать банальное: «Как ты? Как жизнь?». Однажды, произошёл один из самых трудных случаев, что мне пришлось вести его в больницу. Перед тем как приехала скорая, я не выдержал, и со слезами на глазах спросил: — «Почему ты это делаешь?» Но Сону даже не взглянул на меня. Он посмотрел в пространство позади меня, где не было ничего кроме тьмы и пустоты. Сону тогда улыбнулся. Но это была не та искренняя улыбка, которую я любил. Это была самая сумасшедшая улыбка, которую я когда-либо видел на его лице. Даже сейчас, когда я это вспоминаю, меня бросает в дрожь. Затем Сону потянул руки к этой пустоте, и последнее, что вылетело из его уст перед тем как он отключился, было: — «Сонхун-а…» Вот тогда до меня наконец дошло. Каждый раз, когда я вытаскивал Сону из этой тонкой грани между жизнью и смертью, я не понимал почему он туда возвращался. Но причина оказалась проста. Только в таком состоянии, Сону мог увидеть Сонхуна. Будь то его галлюцинация или он действительно видел его призрак. Было ясно лишь то, что Сону постепенно сходит с ума, а вместе с ним, сходил с ума и я. — «Когда ты уже перестанешь мучать себя?» — Спросил я когда в очередной раз мне пришлось обработать его раны. Это зрелище истекающей кровью кожи уже ничего не вызывало во мне кроме усталости. Я думал, что опять останусь без ответа, но на моё удивление, он последовал. — «Ты же знаешь. Только так я могу встретиться с ним» — От этого ответа у меня пошли мурашки по коже. Я наконец сумел выбить из него правду, пусть сам я знал её давно, но услышать признание было куда больнее. — «Почему именно Сонхун?» — Вопрос что мучал меня с самого первого дня его появления в нашей жизни. — «Я люблю его, Ники». — «Но Сонхуна больше нет!» — Мой голос резко сорвался на крик. Увидев перед собой до дрожи испуганные глаза Сону, я сильнее сжал его плечо, и слегка потряс его. Мы никогда не говорили так со дня его смерти, — «Сонхун мёртв, ты слышишь меня? Он уже года два наверное гниёт под землёй. Но ты — жив. И тебе пора двигаться дальше» — «Ники!..» — Сону уже было чуть ли не сорвался на крик. Наверное, хотел накричать на меня за то, что я сказал. Но я не дал ему договорить. — «Ты делаешь вид, что не замечаешь меня. Но тогда зачем звонишь каждый раз когда тебе плохо?» — Что-то тогда больно обжигало мои щёки, только потом я понял, что это были мои собственные слёзы. Я сжал плечо Сону так сильно, что один из недавних его порезов снова открылся, и мои пальцы облились кровью, — «Умоляю, перестань делать вид, что не знаешь почему я всегда бросаю всё и еду к тебе по первой просьбе. За что ты так со мной поступаешь? Кто я для тебя вообще?» — «Ники». — Протянул он после небольшой паузы. — «Давай не сейчас?» — «А когда, Сону? Мы ведь оба прекрасно знаем, что я чувствую к тебе». — Сону отвёл взгляд, не желая смотреть на меня прямо. Но я не сдавался, я больше не мог себе позволить избегать этого разговора. — «Сону, я действительно устал выбирать тебя каждый раз. Я отказался от всего ради тебя. Чёрт, я даже повышение на работе получить не могу, потому что мне нужно будет переехать в другой город, а бросить тебя одного я не могу. Хватит. Пришло твоё время выбирать». — «Что?» — «Либо ты перестанешь жить призраком Пак Сонхуна, отпуская мертвеца, и смотришь на меня» — Моё сердце пропустило удар, когда я увидел с каким ужасом и испугом на меня смотрит Сону, — «Либо ухожу я». Сону молчал минуту, а потом ещё пять. Было ощущение, что это длится целую вечность. Он даже не смотрел на меня, настолько он был растерян. За всю эту паузу, я словно успел умереть и переродится заново, а Сону всё так же молчал. И тогда я всё понял… — «Хорошо» — Улыбнулся я сквозь слёзы. — «Можешь не говорить вслух, я всё понял». Я умыл лицо и старался больше не плакать, а держать эту фальшивую улыбку. В тот день я снова приготовил Сону поесть, и уложил его спать. Но врать о том, что всё наладится и будет хорошо я не стал. Это был последний раз когда я сделал всё. На следующее утро я заблокировал Ким Сону во всех соц. сетях, и забыл адрес его квартиры навсегда. В тот день Сону так и не смог сделать выбор между мной и Сонхуном. Так что я сделал этот выбор за него. Я выбрал себя. И ушёл не потому что я его разлюбил, а потому что я хочу жить. А любить Сону стало бы для меня самой медленной и мучительной смертью, потому что он никогда не полюбит меня в ответ. Сону всегда знал, что я люблю его. Просто ему было удобно притворяться, что он ничего не знает. А мне было удобно делать вид, что мне этого достаточно. Я больше не хочу удобной любви, так что мне придётся разучиться тебя любить, Ким Сону.