Трагедия в Новолунную Ночь. Глава 5.

      Новый день встречает город. Солнце, пусть уже и взошедшее над крышами домов, обогревает недостаточно для того, чтобы на улицу хотелось выходить в лёгкой осенней или весенней ветровке. Когда в эти времена года температура держится от тринадцати до шестнадцати градусов, многие не знают, что надеть, поскольку в куртке уже жарко, а без неё продувает морозящий ветер. Даниэлю, недавно попавшему в клетку без конкретных объяснений, впрочем, не надо было волноваться по этому поводу, ведь его вещи должны были принести только через несколько часов и выбирать между весенней ветровкой и курткой ему бы не пришлось...       Часы текли долго, как бы лев не пытался их не замечать или коротать за чем-нибудь. Просто не за чем. Ко всем неудобствам добавился подъём по расписанию в семь утра, который он невзлюбил сразу, как оказался в клетке. Охранник приходил к этому времени в помещение, где он содержался и требующим голосом будил его. Поговорить Дэни также было не с кем, ведь Вальмиствилль – небольшой город, и заключённых, находящихся в таком же “переходном” или скорее “подвешенном” статусе, как оно водится, немного. Все преступники в пределах юрисдикции Вальмиствилльского городского округа либо на данный момент сидят в тюрьмах в соседних городах, либо не пойманы, либо же, что редко, но бывает, отпущены под сроки условно. Даниэль же находится в статусе задержанного. Из хорошего, если на него не будет заведено никаких дел городским судом в течение оставшихся одинадцати с половиной часов, то полицейский департамент будет обязан его отпустить к вечеру этого дня, но Дэну казалось, что дело так легко не кончится. У него было много времени обдумывать свой вчерашний разговор с Гартом и сейчас он чувствовал себя не так, как тогда. Он чувствовал себя подавленно из-за того, что не дал адекватно ему и слово дать. Несомненно, Дэн был зол на него, но сейчас злость отошла и остались только обида и сожаление. У Даниэля давно было неординарное отношение к себе: он чувствовал себя хуже других, чувствовал свою позицию вечно догоняющего несмотря на то, как его поддерживали друзья из школы и его друг-волк. Несмотря на крепкое тело и уверенный голос, надменное отношение к тем, кого он не считает своими друзьями и смелость открыто в лицо оскорблять незнакомцев, он всё так же был неуверен в себе и своих силах... коих на самом деле было много. Часы разглядываний зверей через зарешётченое окно смогли немного позабавить льва. Кого он только не наблюдал оттуда: страшных и воняющих пьяней, группы молодых подростков, гуляющих по городу и распивающих сладкие газированные напитки, идущих по делам работяг в пальто и рубашках, а потом их же оттуда возвращающихся. Были и те, кто привлекал внимание сильнее: например, студент-медик в сплит-образе, в глазах Дэна не похожий ни на кого, но, нельзя отрицать, привлекающий взгляд.       Пока Даниэль пытался выспаться в далеко не самой удобной кровати, время подошло к семи утра и с опозданием в две минуты зашëл охранник-овчарка в обычной полицейской форме со стаканом кофе и двумя бумажными пакетами в руках. Пëс положил еду на стол, за которым он и должен сидеть, наблюдая за заключёнными, и стал будить бедолагу: “Э-эй, а ну вставай! Если я сейчас подойду и увижу, что твоё смазливое личико всё ещё спит, я не поскуплюсь на холодную воду!” От этих возгласов Дэн проснулся и медленно, упёршись руками в матрас, сел и стал приходить в себя. Острый запах кофе ударил в нос и ободрил его. Сам лев кофе не пил и его острый аромат для него был почти что сродни смраду. “Где-то через час приедут твои пожитки и одежда, так что можешь немного порадоваться”. (Начинает пить кофе). Дэн, всё ещё приходящий в чувство, спросил с полузакрытыми глазами: “А что, если меня отпустят? Если на меня ничего не заведут, то зачем сюда надо было тащить мои вещи?” “Отпустят тебя или нет - дело не моё, но просьбу твою выполнить мы должны, какими бы обстоятельства ни были”. (Делает глоток). “Если отпустим, то заберёшь свои вещи сам. Коробку, в которой они приедут, так и быть, отдадим бесплатно, ха-ха-ха-ха-ха!” “Что ж... это обнадёживающе...” Дэн уже начинал думать над тем, как будет разговаривать с Гарретом и что ему скажет, когда вернётся домой.       Как и было обещано, Даниэлю в районе восьми утра принесли большую коробку с его вещами, взятыми из комнаты вчерашним вечером. Там была его оранжевая толстовка, с которой он редко расставался, и посуда: две тарелки, миски, три невысоких стакана, похожих на барные, а также комплект ложек и вилок с парой ножей, взятых ещё из дома Даниэля, что находится не в Вальмиствилле. Разная канцелярия, подушки, одеяло и на дне коробки записка, которую вытащил лев, приняв её за фотографию. “Прости”, – всё, что было на ней, помимо маленькой подписи снизу: “Я приду сегодня в 16:00”. Дэну стало ещё хуже, он всё меньше чувствовал, что делает правильные вещи. Деваться, впрочем, было некуда и, пока он разбирал свои вещи, ему принесли завтрак, состоящий из покупной еды, поскольку никакого подобия кухни в участке не было. Пачка солёных крекеров, маленькая бутылка воды, две упаковки сэндвичей с ветчиной и сыром, на дессерт два небольших красных яблока. Сказать, что такие пайки были для него унизительными, это ничего не сказать, но приходилось терпеть. К счастью, терпеть осталось недолго. После еды лев снова лёг на кровать, закинул ногу на ногу и принялся читать новую книгу, которая была в числе привезённых вещей.       В это время Гэри проводил своë утро в аудитории с видом то ли сонным, то ли безразличным, то ли расстроенным: понять было невозможно. Всё, чего ожидал волк за этот день, это встретиться со своим другом и поговорить, пусть в прошлый раз и не получилось. Его настроение омрачали мысли о псе с коробкой в руках, зашедшем к нему вчера вечером из участка. “Здравствуйте. Простите, что беспокою вас так поздно, но я должен забрать все вещи, принадлежащие Даниэлю Мизлору, которые здесь есть”. “Эм... хорошо, но зачем? Это какая-то конфискация?” “Ха-ха, нет, что вы, месье Мизлор сегодня днём просил принести свои вещи к нему в камеру содержания, пока он задержан до завтрашнего дня”. “А-а-а... так вот оно как...” “Вы будете любезны помочь мне сложить их?” “...да конечно, проходите”. Пока складывали вещи льва, Гаррет не сдержался и решил спросить: “А можно у вас поинтересоваться кое о чём?” “Конечно”. “Вы не знаете состояние Даниэля?” “Простите, я вас не особо понимаю...” “Ну какую работу вы выполняете в участке?” “Ох, так вот вы о чём. Нет, я не знаю, что с месье Мизлором и не знаю ничего о внутренних делах в участке. Я простой сортировщик. В участок время от времени поступают разные вещи: от стульев и новой клавиатуры до пачек бумаги, моющих средств, посуды и кофеварок. Меня сегодня попросили выйти на работу по “небольшому делу, за которое ты получишь половину своей дневной зарплаты”. Я согласился, пришёл и меня попросили выполнить просьбу заключённого и приехать сюда за вещами”. “А-а-а, ха-ха, да… Тогда всё встаёт на свои места. Простите, вы работаете в участке, я вот и подумал, что вы сотрудник”. “Да нет, я-то сотрудник, но не тот сотрудник о котором все привыкли думать, ха-ха”. Это был задорный лабрадор в возрасте, которому, по оценке Гарта, было где-то сорок пять лет. Он часто посмеивался, выкидывал шутки и неплохо поддерживал разговор, но после слов, что он не сотрудник и не знает, как себя чувствует Дэн, Гэри слегка потускнел, чего, правда, пёс не заметил.       Сегодняшний день у Гаррета прошёл почти так же, как и вчерашний: уроки, обед, одиночество. Даже болтовня с новыми друзьями ощущалась далеко не полной, не той болтовнёй, которая была с Дэном. Но всему приходит конец, и урокам тоже. Гэри быстро собрался, пошёл в сторону дома, чтобы перекантоваться и снова двинуться в сторону участка. Время близилось к четырëм часам, когда Даниэль готовился к освобождению, а Гаррет - к разговору с ним. Сегодня была пятница, и поэтому, чем ближе становился вечер и чем ниже двигалась стрелка часов, тем больше зверей возвращалось с работы, что нагружало транспорт. Волку пришлось стоять, держась за поручень сверху, но его всё равно продолжало трясти вплоть до остановки неподалëку от полицейского участка. В этот раз он ощущал гнетущее ощущение, что за ним следят. Было ли это было от поездки в автобусе или от простой тревожности, сказать было тяжело, но это чувство его не покидало до самых дверей здания. Часы показывали 16:46, когда Гэри начал заполнять ещё одно заявление на очное свидание с Дэном. Как и вчера, ресепшионистка быстро расписалась в паре мест на документе, положила его в сторону и провела волка в то же место, что и вчера. Он стал ждать. Через пять минут она вернулась со старыми указаниями и проводила Гарта в комнату. Точно так же сделал и надзиратель Дэна.       Они снова встретились вместе – пусть и разделённые перегородкой, но с возможностью видеть лица друг друга и говорить. Несмотря на это... Дэн молчит с опущенной головой, не думая и начать разговор. Гарт немного подождал, чтобы друг начал первым, но, прождав так минуту, волк спросил: “Эй...? Дэн?” Тут со стороны льва послышалось учащённое дыхание через рот. Гарт понял, что что-то не так. “Что с тобой? А ну говори!” Дыхание на миг прекратилось, после чего Дэн поднял голову и с глубоко испуганным видом сказал: “Меня не отпустят. На м-меня завели уголовку и... и назначили д-дату... суда”. Было бы перед кем, Гарт бы поклялся, что доселе никогда, сколько знает своего друга, не слышал его голос столь дрожащим и не видел его глаз такими напуганными. “Чего?!” “Ты всё слышал. Я могу рассказать, как это было”. Дэн недолго помолчал. “Буквально за час или меньше до того, как ты пришëл, я сам готовился к освобождению, но тут ко мне подошёл надзиратель...” “И что дальше?” “Он сказал, чтобы я “не торопился собираться” и зачитал решение от суда:”Вальмиствилльским городским судом обвиняется Даниэль Мизлор в совершении похищения студента Вашмордского университета города Вальмиствилль Джеральда Морреса. Дата судебного заседания по этому делу ставится на воскресенье шестого мая в восемь утра по местному времени”.”. “Ох, блять...” После своих слов Дэн пару раз протёр лицо и глаза, чтобы отойти от чувств: (Трёт глаза). “Я... не буду признавать, что вчера был не прав, но и делать маленькое извинение за то, что так по быдлячески себя вёл, тоже не буду...” “Я понимаю... это абсолютно справедливо...” “Ты мне поможешь разобраться со всем этим?” “Конечно помогу, спрашиваешь ещё”. “Можешь считать мою победу в суде твоим прощением. Конечно... если мы победим”. “Победим, победим. Я больше ничего от тебя не буду утаивать, обещаю”. “Хорошо”. “Отлично, тогда жди здесь, а я сейчас же подключу своих... э-э-э... новых друзей”. (Даниэль дал Гарту презрительный взгляд). “Сукин сын, иди, пока я не отказался от своих слов”. “Ха-ха, оке! Я побежал! Удачи!” “Да... удачи...” На этих словах двое снова разошлись, однако, уже на более приятной ноте, чем вчерашним вечером. Следующие несколько часов глаза обоих сияли энтузиазмом. Гэри на пути домой, несмотря на заново появившееся чувство, что за ним наблюдают, на радостях зашёл в пекарню и купил себе несколько классических пончиков с глазурью, которые были одними из самых дешёвых в пекарне и одной из самых доступных сладостей там. Лев, пусть и с тяжестью предстоящего на душе, всë же почувствовал большое облегчение воссоединения. Гаррет, проходя по улицам до дома, снова учуял рассеяный, до боли знакомый запах… Запах фруктового парфюма или какого-нибудь бутилированного ароматизатора. В моменте поднялся слабый аромат персиков. Хоть и почувствовав его, Гаррет будто не обратил на него внимание из-за поднятого настроения и пакета пончиков в руке.       Наступил поздний вечер, и время близилось к полуночи. Волк, только что получивший надежду на примирение с другом, знал, что делать. Он позвонил Рокки: “Привет, ты уже спишь?” “Нет, пишу домашку, что хотел?” После Гарт сообщил своему кошачьему другу, что Дэнни не освободили и ему нужна помощь, а точнее - идеи. “Уф-ф, да-а... вот это, конечно, наш пациент влип. Ну я совру, если скажу, что у меня сразу не появилась одна идейка...” “Какая?” “Я же рассказывал тебе за обедами, что мои родители и другие родственники находятся в других городах, так?” “Ну-у да. Ты говорил, что у тебя есть дядя и две тётушки, если мне память не изменяет”. “Именно. Дядя работает адвокатом в Лионе и может попробовать приехать сюда, чтобы нам помочь”. (Гарт увёл взгляд и задумался). Рокки продолжил: “Решайся быстрее, сейчас и так очень позднее время”. Гаррет ответил: “Звони ему. Если сможет помочь, то отлично. Если нет, то будем искать другие способы решения”. “Хорошо, тогда иди сюда, будем разговаривать вместе. Кей тоже не спит, он сейчас в душе”. (Гарт немного поколебался). “Х-хорошо. Я иду”.       Спустя пару минут трое сидят на кроватях в комнате, а Рокки ищет своего дядю-адвоката в контактах. Через пару секунд: “Нашёл!” Рокки ткнул в строку с его номером и все замерли в ожидании. Первый гудок... второй... третий... четвертый... и на пятый он ответил: Дядя: ”Кто это?” Рокки: “Дядя Андреа?” Андреа: “Рокки, это ты?” Рокки: “Да, я, Дядя Андреа”. Андреа: “Ха-ха-ха! Рад слышать своего внука!” Рокки: “Да-а-а, я тоже рад тебя слышать, дядь. Мы не поздно позвонили случайно?” Андреа: “Не-ет, вообще нет. Я ещё даже не собирался ложиться спать. А кто “мы?”” Рокки: “В общем, здесь у меня с друзьями есть одно дело и я хочу, чтобы ты нам помог”. Андреа: “Дело? Какое же дело может требовать моей помощи-то?” (Рокки объясняет всю ситуацию с пропадающими зверьми и обвинением в сторону Дэнни, не добавляя, что он сам разбирается с этим). Андреа: “Ух-х... угораздило же вас в эти дебри. Хорошо, я помогу вам, но для этого мне нужно лично встретиться с вами и наладить контакт. Я приеду к вам завтра к полудню и тогда же начну работать, а пока меня нету, попробуйте накопать побольше информации о деле, включая улики, которые можно будет использовать в суде. Ясно?” Гаррет: “Ясно, месье”. (Рокки удивлённо посмотрел на Гарта) (Кей тоже удивлённо посмотрел на Гарта) Андреа: “О! Ты, полагаю и есть один из друзей Рокки?” Гаррет: “Да. Меня зовут Гаррет, месье, я недавно подружился с Рокки и именно моего друга нужно спасать. Помогите, пожалуйста, если можете”. Андреа: “Ох-ох... вижу дело и впрямь серьёзное! Я помогу вам, когда приеду. Обязательно помогу”. Гаррет: “Спасибо большое вам, месье Андреа”. Андреа: “Да не за что. Ради своего внука и благого дела я пойду на многое. Удачи вам и до завтра, спокойной ночи!” Рокки и Гаррет: “И вам спокойной, Андреа!” Рокки отключился от звонка и Кей, наблюдавший за всем действом со стороны, вздохнул с облегчением. Позже трое друзей ещё недолго переговаривали детали завтрашней встречи с Андреа – как, например, они встретятся с ним в “Буш Де’Телле”, а также то, что завтра вся команда не пойдёт на занятия в университет под предлогом неотложных дел и семейных обстоятельств.       Субботнее утро обычно ассоциируется с тем самым еженедельным моментом, когда после тяжёлой работы, в какой бы форме она ни была, ты получаешь отдых, встаёшь попозже и начинаешь день в своём темпе, спокойном и степенном. По правде говоря, иногда субботний день можно даже не начинать, а продолжить спать сколько душе угодно. Однако это не реальность для троицы хищников, вставших в полвосьмого утра и начавшей работу по высвобождению льва Дэна. Рокки, занимающему видное место в команде, было дано поручение самолично встретиться с обвиняемым в полицейском участке и известить о том, что найден ему адвокат, а также ввести в курс дела. Кей и Гаррет, в свою очередь, в это время должны будут пройтись по месту  преступления, чем является коридор и комната к нему прилежащая в здании общежития, чтобы выявить максимум информации оттуда.       Пока Рокки был на задании, Гэри и Кей дождались начала занятий, чтобы как можно большее количество животных находилось на в школе, а не у себя в комнатах. Будучи студентами, звери могли ходить по общежитиям, кроме чужих, но заходить в комнаты к другим зверям, разумеется, было запрещено, поэтому волк и гиена начали осматривать только коридор около комнаты. Осмотр не привёл к чему-то существенному: увидеть следы на двери или на ручке двери было очень тяжело. Неудивительно, что за несколько дней дверь трогали другие звери и любые улики стёрлись. Ни на полу, ни на стенах нельзя было ничего найти. Тогда, поняв, что миссия зашла в тупик, Кей достал из чёрных шорт ключ от комнаты, в которой он живëт с Рокки. Гэри спросил: “Что ты делаешь?” “Хочу открыть дверь, не видно?” “Но это же взлом!” “Тихо ты. Хочешь, чтобы твой друг уехал в тюрячку хер знает куда?” “Нет”. “Тогда не мешай. Тем более я сам не знаю подойдёт ли ключ”. Сразу после гиена бережно вставляет ключ в замочную скважину, пару раз пытается его повернуть туда-сюда, и неожиданно для обоих слышится быстрый щёлчок. Кей сказал тихо с улыбкой: “Подошёл”. Гарт не знал, чему удивляться больше: тому, что он сейчас стал свидетелем взлома или тому, что ключ каким-то образом подошёл. С удивлённым видом оба молча зашли и закрыли за собой дверь. “Ха-ха, нужно будет взять на заметку, что ключ для всех комнат единый. Теперь проникну к тебе в комнату ночью и что-нибудь стащу, хе-хе”. Гаррету шутка не понравилась и, презрительно повернувшись к гиене, он ответил: “Занимайся делом, а то я сам тебя сдам, сучара”. Серьёзность волка привела Кея в чувство. Друзья начали осторожно осматривать комнату, стараясь не оставить никаких признаков присутствия. К удивлению волка, на стене всё ещё был виден след руки. Похоже, похититель тоже действовал осторожно во время праздника и опирался на стену, чтобы не создать лишнего шума. Следы не исчезли полностью, но были видны скорее пятна, чем какие-то конкретные формы, однако, реконструировав с помощью своего воображения картину целого, размер руки был похож на размер руки Дэна. Почти ничего, что помогло бы делу, из этого вывести было нельзя. На полу было много засохшей грязи, создавалось представление, что вор шёл сюда без обуви. В конце-концов чуткий нос волка уловил очень слабый, но узнаваемый запах парфюма. К Гарту в голову тут же пришла идея: “Кей, ты не видел здесь каких-нибудь духов или других пахучих вещей?” “Ммм... вспомнил! Видел я один флакончик здесь в столике”. Кей сразу пошёл его доставать. “Давай его сюда”. Тот немного покопался в столике у кровати и нашёл прозрачный стеклянный флакончик с духами и отдал его Гаррету. Волк снял крышку и выпустил благовоние перед собой один раз. (Принюхивается). “Хм... не тот”. “Что “не тот”?” “Запах этих духов... не тот, который я много раз чувствовал раньше”. “Ты о чём вообще?” “Почти с самого начала всей этой вереницы событий я время от времени натыкался на места, в которых я чувствовал один и тот же фруктовый запах... только... скорее не духов, а-а...” (Гаррет пытается подобрать слова). “Если не духи, может какой-то одеколон? Не знаю, шампунь?” - предположил Кей. “Да! Запах очень похож на те, которые у шампуней. Такой же неестественный, но очень пытающийся походить на аромат настоящих фруктов”. “И-и ты хочешь сказать, что здесь ты учуял его?” “Да, здесь. Правильнее будет сказать, что не учуял, а уловил секундный рассеяный аромат. Несколько дней прошло с инцидента и это чудо, что я его почувствовал”. “Хм-м-м... интересно. Нужно будет рассказать это Рокки, когда мы встретимся”. “Тогда уж и его дяди, раз на то пошло”. “Да”. Друзья ещё порыскали в надежде найти маломальски значимые зацепки, но этим ароматом их успех и кончился. Они вернулись по своим комнатам и стали систематизировать информацию, попутно собирая материал по готовящемуся делу Дэна.       Тем временем Рокки, проделав похожую цепочку действий, как Гарт вчера, вошёл в здание участка с решительным видом. Будучи отличного характера от волка он немного разговорился с работницей. Ему удивительно удавалось создавать вид уверенности в себе. Зайдя, тигр увидел, что никого нету и здесь же с порога начал: “Здравствуйте! Доброго утра вам, какая досада, что сегодня день начинается пасмурно”. Ему в ответ: “Да, обидно. Чем я могу вам помочь?” Такой резкий переход чуть было не выбил его из колеи, но выглядеть робко, как минимум с незнакомцами, было не присуще тигру в полупрозрачной майке и тёмно-серых джинсах с клетчатой чёрно-красной рубашкой, завязанной на поясе. Он не растерялся: “Могу ли я наведаться к недавно осуждённому Даниэлю Мизлору?” “Он находится в статусе обвиняемого, но, впрочем, это неважно. Какая цель вашего визита к нему?” “Цель...?” “Да, цель. До того, как против него вчера выдвинули обвинения, с ним мог написать заявление на свидание каждый желающий, чем один месье примерно вашего возраста и пользовался. Сейчас же к нему допускаются только родственники или лица с везкой причиной для такого посещения”. “Ну-у... мне нужно передать ему важную информацию”. “Передайте через меня, я его оповещу сразу же”. “Нет, вы не поняли. Мне нужно передать ему важную информацию”. Тигр сказал это так настойчиво и угрожающе, что уже ресепшионистка-кошка была в недоумении. (Она пару раз фальшиво прокашлялась). “Раз это конфидециальная информация, то можете писать. Держите бланк”. “Премного благодарен”. Рок быстро написал заявление на очное свидание, подписался в паре мест и вернул заявление обратно кошке. Она какое-то время его рассматривала, сама расписалась рядом с подписью Рокки и отложила лист в сторону, встала из-за своего столика и провела тигра до двери. Протерев очки специализированной салфеткой, репепшеонистка сказала, что сейчас подойдёт к Дэну и осведомит о том, что пришёл гость. Уйдя направо по коридору, она скрылась за углом, и Рокки остался ждать.       К заключённому Мизлору подошла знакомая кошка в очках и пиджаке, немного пошепталась с надзирателем Дэна, после вернулась к его камере и сказала: “Месье Мизлор, с вами хочет поговорить некий Рокки Рэлстон с целью передачи сверхконфидециальной информации. Вы принимаете его просьбу?”       Даниэль слышал это имя впервые. На миг его смутило происходящее, но он руководствовался тем, что, если к нему пришли за передачей некоторой сверхконфидециальной информации и это не Гэри, то стоит всё таки согласиться. “Да, я согласен”.       Как обычно, его вывели из камеры, охранник провёл до двери, снял наручники и стал ждать. Рокки также оповестили, что лев принял просьбу и он может входить. Оба вошли в комнату и, даже не усевшись на стулья и не включив переговорное приспособление, посмотрели друг другу в глаза с удивлением и легкой настороженностью. Даниэль тут же вспомнил, что в среду видел именно его лицо за одним столом с Гарретом, хотя с ним тогда была ещё третья персона, которую, однако, Дэн не смог достоверно запомнить. Тигр и лев сели за стулья перед перегородкой, Рокки включил принимающее звуки устройство и начал говорить: (Рокки рассматривает Дэна и слегка улыбается). “Так вот значит кого наш друг вызволяет из плена…~” “Поболтай мне тут, уëбище. По-хорошему ты должен меня благодарить за то, что я не вышел из комнаты в момент, когда увидел твою рожу”.       Вспомнив тигра из столовой в тот день, Дэн был очень аггрессивно настроен против него. Такое приветствие ошеломило Рокки во второй раз за последние полчаса и ему нужно было начинать подыгрывать. (Голос Рокки повысился и стал более тревожным). “Э-э-эй, ты чего-о? Я всего лишь оценивал тебя на вид. Это наша первая встреча в лицо, не так ли? Это ненормально”. (Дэн скрестил руки на груди и с прикрытыми глазами продолжил говорить). “Оценивал на вид? И что же ты нашёл во мне за эти полторы минуты? Хочешь знать, что я думаю? Я думаю, что ты соучастник предательства, которое совершил наш общий друг, и, если с ним я хотя бы договорился на примирение и мне есть о чём жалеть, касательно, непосредственно, наших разговоров, то на тебе я могу оторваться по полной”.       Встретив такого же уверенного, хоть и немного в другом аспекте понимания этого качества, оппонента, Рокки лавирует в словах и выбирает их осторожно, несмотря на то, что Дэн всё равно находит поводы для нападок. “Да пойми уже, что я пришёл не для насмехательств, а для того, чтобы помочь!” “Хм? Удиви меня, сволочь!” “Да заткнись ты хоть на минуту и дай сказать, ты задрал кидаться оскорблениями!” “Хочу и кидаюсь. Пусть я ограничен во всём в этом помещении, но порычать на тебя я могу ещё как!”       Двое начали разговаривать на высоких тонах. “Сука, дай мне шанс! Тебе так сильно хочется уехать на несколько лет?” (Впервые за разговор глаза Даниэля открылись полностью). “Хм... говори”.       Рокки так и подталкивало сменить настроение разговора, сказать что-нибудь по типу “Ну наконец-то” или “Ура” (естественно, с сарказменным подтекстом), но он воздержался и перешёл к делу. (Рокки глубоко вдохнул и выдохнул, поставил руки на стол). “Так вот. Вчера, после того, как ты говорил с Гарретом, мы переговорили между собой, как можно обеспечить тебе победу в завтрашнем суде”. “И что наговорили?” “Сегодня в город приедет мой дядя, он адвокат из Лиона, но согласился нам помочь и после того, как я уйду отсюда. Мы пойдём в чайный домик и будем собирать материал и улики о деле”. “Ну так... в чём цель твоего визита тогда?” “Очень скоро тебя должны вызвать на оформление некоторых документов, предстоящих для произведения суда. Одним из них будет документ, в котором ты укажешь своим адвокатом моего дядю. Как я помню, тебе нужно будет записать так: “Частный адвокат, г. Лион, А. Рэлстон” и, может, что-то ещё. Разберёшься”. “Мгм”. “Суд свяжется с ним, доделает все формальности к завтрашнему дню, и мой дядя будет защищать тебя в суде, понял?” “Думаю, понял”. “Также, это личный совет, но подготовься морально к этому. Судейская процессия это дело сугубо фактическое. На тебя не будут намеренно давить, но чрезмерные эмоции там излишни”.       Дэн посчитал, что это скрытый упрёк за его агрессивность ранее. “Пф. Спасибо, наверное”. (Отвёл глаза). “Я серьёзно говорю. Готовься отбиваться от прокурора и поверь, это будет тяжело”. (Глаза Дэна вернулись к Рокки). “Ладно, спасибо... наверное”. “Под конец я всё же скажу от себя комментарий по этому разговору: ты не плох, чуть ли не впервые за долгое время кому-то удалось пошатнуть мою уверенность в себе. Ты сильный и физически, и духовно, и я рад познакомиться, пусть и первое общение оказалось полным обоюдным оскорблений, ха-ха”. (От неожиданного изменения тона Рокки и от слов про силу лев немного засмущался и покраснел). “Лучше иди, пока я не прогнал сам”. “Ладно, ладно... пока!” “Пока...”       Прощаясь, Рокки отошёл, закрыл за собой дверь и с воодушевлёным видом вышел из комнаты, после Мизлор пошёл обратно к себе в клетку. Первый разговор льва и тигра оставил обоих в некотором замешательстве, но сквозь всю неопределённость оба могли бы сказать, что Рокки понравился Дэну, а Дэн - Рокки.       Вернувшись домой к тринадцати часам, как и было установлено, и переведя дух от свершений, вся команда направилась в чайный домик. Рокки пришёл чуть раньше остальных, чтобы поговорить с дядей, а Кей и Гэри по воле случая вышли в одно и то же время и шли вместе. После того, как двое отдали пару минут на приветствие члена семьи Рэлстонов, все начали обсуждать задания. Это не был строго деловой разговор, десерты и чай на одном столе с небольшой папкой документов Андреа не давали беседе принять неприятный или молчаливый оборот. Все решили внести свой вклад, заказав, что им нравится: Гаррет взял три сэндвича с плавленным сыром, Рокки – большой стакан газировки со льдом и кусок черничного торта, а Кей – большой банановый милкшейк. Андреа заказал несколько чашек чая ранее и уже успел их выпить. Через час или два активных рассуждений и вкусных закусок все, кроме Андреа, разошлись с новыми задачами, которые должны быть сделаны перед судом.       Через какое-то время команда выдвинулась. На этот раз все трое находились в пределах ограждений университета, Кею было поручено всеми возможными способами получить разрешение администрации Вашморда на просмотр записей с видеокамер, развешанных по всей территории ограждений. Территория университета представляла собой квадрат, обнесённый ограждениями с камерами наблюдения, но внутри камер было немного, что создавало немало слепых зон. Внутри территории находился фонтан в центре, два корпуса с общежитиями, небольшое пространство с лавочками, высокими кустами и беседкой неподалёку, создающее уютную атмосферу. Там можно было посидеть и поработать на ноутбуке, чем иногда пользовались студенты. Также была небольшая коморочка на отшибе территории, где обычно располагался инвентарь для уборщиц, механиков, сантехников и прочих мастеров своего дела. Каждое утро её кто-то открывал, на протяжении дня в коморочке никого не было видно, а к вечеру она закрывалась. Кей, как ему и было велено, выдвинулся к зданию университета и поднялся на третий этаж, где располагались несколько кабинетов с подписями на дверях “Администрация университета”, “Деканат”, “Медицинский пункт” и ряд личных кабинетов для директора, деканов, заместителей администрации и прочих, – почти весь третий этаж был посвящён так называемой “Управляющей вышке”. Кей постучался в кабинет администрации, услышал через дверь глухое “Входите!”, открыл дверь и зашёл внутрь. Только закрыв за собой дверь, Кей понял, в каком виде сюда пришëл. В стороне сидел кто-то уткнувшийся в компьютер. Комната была обустроена таким образом, что основное рабочее место для персонала было установлено вне зоны видимости для тех, кто входит в помещение. Дверь находилась в нижней правой части комнаты (если смотреть сверху), что было обыденно в классных кабинетах. Кей прошёл чуть дальше и обернулся в сторону того, кто мог его сюда впустить. “З-здравствуйте?”       Из-за компьютера показался бегемот в костюме и очках. Он посмотрел на Кея и тут же снова установился в экран. Кей, почувствовав небольшой дискомфорт от нахождения в столь важном месте, оробел, но он помнил свою цель и спросил: “Уделите мне пару-тройку минут?” “Да, конечно, спрашивайте”. “Спасибо вам большое”. (Кей подошёл поближе к столу, где работал бегемот, и сел на свободный стул). “Я хотел бы спросить, здесь ли обрабатывается работа комплекса охраны университета? Я имею ввиду, что, как мне показалось, именно здешние сотрудники могут за такое отвечать. Я могу получить доступ к записям камер видеонаблюдения за последнюю неделю?” (Бегемот призадумался). “Уф-ф-ф-ф... комплекс безопасности... да, здесь за него отвечают, но здесь обычно сидит рядом со мной один волк, ответственный за это. Он смотрит, как всё работает, пишет отчёты, когда надо, и прочее, но, как видишь, сейчас его нету, и вообще я один пока что здесь в комнате, так что можешь подождать, когда он вернётся”. “Хмм, хорошо, а могу спросить как раз, где все? Я имею ввиду, да, сейчас уже не все работают и сейчас обеденный перерыв, но... хех...” “Сам не знаю, так получилось, ха-ха-ха! Все, кроме меня, отошли отдохнуть на полчасика, а я решил остаться здесь, закончить со своими делами пораньше”. “Понятно, спасибо”. “Не за что, можешь остаться здесь, скоро все вернутся и тот, кто тебе нужен, тоже, ха-ха!” “Хорошо, спасибо вам большое, месье!”       Кей прождал в комнате один на один с приветливым месье порядка минут двадцати, пока работники не начали возвращаться на места. Кто-то нёс с собой ягодный чай, кто-то – бургеры, кто-то – кофе, несмотря на то, что время уже близилось к вечеру. Наконец вернулся и “волк в черном костюме с красным галстуком-бабочкой”, как его описывал доброжелательный месье-бегемот, пока Кей скитался по помещению.       Вернувшись на место, Кей сразу подошёл к волку и спросил: “Добрый день, не могли бы вы мне помочь?” “Добрый, с чем помочь?” Деловитого вида месье-волк только вернулся, а случайный студент сразу начинает его дёргать. “Как мне здесь рассказали, за комплекс безопасности на территории университета отвечаете вы?” Такой вопрос немного удивил и насторожил месье. “Да, я. Я отвечаю за работоспособность камер, за работу охранников и прочее. Зачем вам это?” “Мне нужно получить доступ к архиву записей камер”. (Волк с подозрением посмотрел в глаза Кею). “Это конфидециальная информация университета, которою я никому не предоставляю, только если на то нету особой причины”. “Ну...” Кей какое-то время подумал, говорить ли правду месье-волку или нет, но посчитал, что лучше промолчать. “Хмм... хорошо, спасибо. Буду знать”. “Хорошего вам дня”. “И вам тоже, месье”.       Всё ещё в раздумьях о том, как получить желаемое, и с лёгким ощущением грусти зверь вышел из кабинета и встретил знакомого Свастона Лиера, незадачливого и невысокого программиста. Серо-синеватый кот познакомился и подружился с гиеной, когда его лучшим другом перестал быть Рокки. Они много не общались, но иногда пересекались в коридорах университета или на обеде, что бывало реже. Сви, как называл его Кей, стало впоследствии вторым именем кота. В этот момент оба зверя оказались свободны, им удалось приятно разговориться. Кей почти начал забывать о своём невыполненном задании, как тут подошла Лия, и они разговорились втроём. Кей и она не были знакомы, так что Сви их представил друг другу. С самим котом лиса дружила. Впервые они встретились на университетском праздновании, где у них завязался разговор, они друг другу понравились и обменялись номерами. В разговоре Кей упомянул, что сейчас возвращался к себе из администрации, не добившись никакого успеха, и двое это подметили: Лия: ”Кстати, Кей, а что ты тут вообще делаешь? Я, например, хотела подойти в администрацию, чтобы попросить кого-то ответственного за это убрать моё место в общежитиях, я всё равно не пользуюсь своей комнатой, ха-ха”. Кей: ”Не поверишь, но я как раз оттуда. Я хотел получить от одного волка доступ к камерам, которые здесь везде развешаны, но мне отказали”. Сви: ”Зачем тебе они?” (Кей поколебался). Кей: ”Ну... ммм... короче, поклянитесь оба, что никому не расскажите”. (Сви и Лия переглянулись и положили руку на грудь). Сви & Лия: ”Клянусь!” Сви: ”Ах-ха-ха-ха! Как синхронно то вышло, заметила?” Лия: ”Хех, да, прикольно”. Кей: ”Раз уж поклялись, то скажу. Я и пара других моих друзей помогаем нашему общему другу в его предстоящем суде. Его осудили, несмотря на то, что кто-то его точно подставил, и мне нужны записи с камер, чтобы посмотреть не было ли чего-то подозрительного в день, когда потихили того енота”. Лия: ”В предстоящем суде... говоришь...” Сви: ”У-у-у-у... раз такое дело, я мог бы попробовать хакнуть их систему, чтобы получить доступ сам”. Кей: ”Нет, нет, нет, нет, не-е-ет, так точно не пойдёт, да и доказательства, полученные незаконно, в суде не рассматриваются, если не знал”. (Кот свёл руки на груди, а Лия отвела глаза и задумалась). Сви: ”Нет, а что ты тогда предлагаешь?” Кей: ”Пока не знаю, но я что-нибудь придумаю, время у меня есть, а тебя о помощи я и не просил”. Сви: ”Пф, ну и ладно”. (Свастон ушёл). Кей: ”Ты о чём-то задумалась?” (Лия не слушает его). Кей: ”Лия...?” (Кей взялся  за её руку). Лия: ”Э-а-э-а... что?” Кей: ”С тобой всё нормально? Ты задумалась и, походу, даже не слышала наш разговор с ним”. Лия: ”Ой, прости! Неумёха я конечно, я просто задумалась кое о чём и, видно, задумалась так глубоко, что в какой-то момент перестала вас слушать. Прости, ха-ха, я случайно”. Кей: ”О чём задумалась?” Лия: ”Ой, да неважно, ха-ха!” (Кею показался тон лисы наигранным). Кей: ”Эм-м... ладно... наверное?” Двое попрощались, разошлись, и гиена снова стал думать над тем, как заполучить желаемое.       Кей отошёл в кафетерий почти на час и вернулся в половину четвёртого к кабинету администрации. Он подумал, что может просто выдумать какую-нибудь случайную, пусть и несуразно звучащую, причину. Он постучался, не стал дожидаться ответа изнутри и зашёл снова. Как и при его первом посещении зверей осталось мало, но волк в костюме всё ещё был здесь. Услышав открывшуюся дверь, он поднял голову и, увидев Кея, сказал: “О-о-о! Это вы, здравствуйте! Будьте добры, пожалуйста, подойти сюда”. Воодушевлённый голос волка привлёк гиену и он не успел понять, что что-то не так, а подошёл к его столу и сказал: “Да, здравствуйте, опять. Рад вас видеть”. “Ох, присядьте, можете взять вот этот стул, чтобы не стоять. Готов спорить, это утомительно!” (Месье указал на стул, стоящий рядом со столом. Это был стул другого рабочего, который уже ушёл). “Оу, не надо, спасибо вам... эм... месье, за такое гостеприимство, однако я ненадолго”. “Хорошо, как пожелаете, чем могу помочь вам?” (Кею показалось, что он должен был помнить, зачем ученик сюда приходил полутора часами ранее). “Ну... если помните, то я уже к вам приходил где-то полутора часами ранее, я за этим же”. "О-о-о-о! Так вы об э-этом! Точно, как я мог забыть, вы же уже здесь были! Давайте ещё раз вы мне скажете, зачем вам это нужно”. “Эм... об этом... мне нужны архивы записей камер, чтобы... кхм... чтобы передать их охраннику на посту! Да, передать. Сегодня утром, когда я был в университете, я случайно столкнулся с охранником, и он попросил меня попросить вас дать мне архивы записей, чтобы я передал их ему”. “Хм-м-м, охраннику, вы говорите? А почему он не попросил меня передать ему их лично?” (Кей продолжал придумывать на ходу). “Ой, простите, я этого не узнал, но он уточнил у меня, чтобы конкретно я их ему отдал”. “Ну раз так, что поделать! Подождите минутку, я напишу своё разрешение вам, чтобы ни у кого не возникало вопросов, а после я перекину их, как вам удобно”. “Хорошо, я подожду”. Парень отошёл от рабочего стола волка и, пока тот составлял письменную расписку от своего имени, Кей начал всë обдумывать. Он заметил, что поведение сотрудника к нему изменилось на абсолютно противоположное. При прошлой встрече он был немногословен, немного неловок и с нежеланием смотрел в глаза гиене, в то время как сейчас он с распростёртыми объятиями приветствует Кея, предлагает присесть, постоянно посмеивается. “И-и-и-и... готово! Ваша расписка готова, сохраните её на какое-то время себе и не выбрасывайте! Может быть, она вам понадобится”. “Хорошо, благодарю. Что насчёт файлов?” “Ах да, файлы. Момент, сейчас перекинем...” Месье какое-то время копался в компьютере, пытаясь найти нужную папку или архив с папками, и в итоге нашёл. Он попросил Кея дать какую-нибудь электронную почту, куда он мог бы отослать файлы, отослал, они в шестой раз обменялись любезностями и благими пожеланиями, после чего Кей удалился из комнаты с радостным видом, что задание выполнено. Он пошёл домой сортировать файлы и дожидаться следующей встречи в кафе, которая должна была начаться через три часа.       К часу дня тигр и волк также не скучали: они вернулись в университет и начали искать сожителя пропавшего. Двое ещё раз подошли к комнате, где было совершено преступление, и посмотрели на входную табличку, какие прибиты к каждой заселëнной комнате в общежитиях. Как было понятно по надписи, комнату с Джеральдом Морессом делила некая Мадлен Маррилье. Что это за дама, ни Рокки, ни Гарт, не знали, и поэтому стали думать, как понять, кто это. Рокки предложил идею: (Положив одну руку на другую, Рокки задумался). “Хмм... у меня нету идей, давай Кею позвоним, что-ли?” “Давай, терять нам нечего”. (Рокки достал телефон и начал звонить гиене). Кей ответил: “Рокки? Что случилось?” “Слушай, друг, ты не знаешь, кто такая Мадлен Маррилье?” “Кто, ещё раз?” “Ладно, понятно. Мы пытаемся понять, кто она такая и где искать”. “А-а-а-а, понял. Нет, я не знаю, кто это, и слышу впервые”. “Ладно, тогда удачи и пока”. “Покеда”. Не добившись успеха, они продолжили думать, и Гэри решил рассказать Рокки, как у него проходила миссия с Кеем в этом же месте парой-тройкой часов ранее. Рэлстон очень удивился, но не было похоже, что он был сильно против такого подхода. Ему хотелось помочь Даниэлю не меньше Гаррета, пусть они и виделись один раз. Гэри достал ключ от своей комнаты, покрутил его в скважине и медленно открыл дверь. Парни стали искать какие-то зацепки по тому, кто такая Мадлен. Облака на небе не давали солнцу слепить глаза через окно, и поэтому в небольшой комнате было довольно темно, но достаточно светло, чтобы различать вещи и цвета. Гарт выдвинул полку в тумбе около кровати и нашёл там уже знакомые духи. Он понял, что это и есть кровать Мадлен. Гэри не исключал, что сама Мадлен может быть причастна к похищению енота, но ему казалось, что, чтобы провернуть такое и оставить экспертизу в недоумении и каким-то образом обвинить Дэна в преступлении, она должна была бы лучше замести следы. Когда волк перебирал всё, до чего мог дотянуться в мелкой тумбочке, ему повезло найти распечатанную фотографию двух выдр, сидящих за столом с праздничным тортом, с видом на лес позади. “Одна из них точно должна быть ей”, – подумал волк и показал фотографию Рокки. Вместе они её рассмотрели и заметили, что одна из выдр намного старше и слегка выше, чем вторая. “Это, скорее всего, что-то типа фотки со дня рождения, а вот эта справа – это её мать”, – предположил Рок. “Ммм, правдоподобно”, – сказал Гаррет. Волк очень аккуратно сложил все вещи назад в выдвижной ящичек, и двое двинулись в университет, искать возможного свидетеля и информатора для дела. Время уже перевалило за два часа дня, когда парни пришли и стали осторожно стучаться в кабинеты и аудитории даже посреди занятий, чтобы посмотреть, где она может быть.       Удача была на стороне хищников: им удалось найти милую маленькую выдру, сидящую на лекции по истории. Они учтиво зашли в аудиторию, прервав преподавателя, и сказали, что их прислали из медицинского пункта, якобы “они срочно попросили мадам Маррилье к себе”. Преподавателю ничего не оставалось, кроме как побыстрее разобраться с проблемой и продолжить вести занятие для первокурсников. Мадлен была в небольшом замешательстве от такого, ведь обычно медсёстры сами приходили на занятия и брали тех, кто им нужен был для заполнения какого-нибудь документа, справки или для быстрого осмотра. Все трое вышли за дверь, и тогда выдра посмотрела на хищников, которые были в среднем в два раза выше неё, и спросила: “Ну, идём?” Волк и тигр переглянулись, и последний ответил: “На самом деле мы попросили тебя не за медпунктом". Гаррет вздрогнул из-за того, как беспечно это сказал Рокки, и сказал сам: “Не слушайте его, мадам. Он просто отсталый и не может нормально говорить с незнакомцами”. (Рокки сзади). “Эй!” Мадлен прекратила это собачество: “Так, мне скажут, зачем меня вывели сюда или нет?” Гэри упёрся руками в колени и сел на корточки, чтобы было легче говорить. “Да, да, простите. Нам хотелось бы спросить, не знаете ли вы что-нибудь о вашем сожителе? Его, вроде бы, зовут Джеральд Моррес”. “...да, я знаю его. Зачем вам знать о нём?” “Ну... это очень важно для нас. Мы хотим знать о нём из благих намерений, клянусь”. “Из благих намерений, значит...” Рокки вмешался: “Поверьте нам. Мы похожи на полицию под прекрытием или на каких-то охранников? Мы такие же студенты, как и ты. Мы ничего не замышляем”. (Гаррет обернулся на него). “А по-деликатнее можно?! Нет?!” После недолгих раздумий Мадлен сказала: “Хорошо, я расскажу вам всё, что сама знаю, но пообещайте, что не расскажите ничего никому, и даже самому Джеральду. Договорились?” (Гарт и Рокки произнесли обещания). “Отлично, тогда слушайте”. “Слушаем”. “Моррес был таким же первокурсником, как я, но о нём я сказать очень много, к сожалению, не смогу. Мы не были в отношениях, однако были хорошими друзьями, жили в одной комнате и я могла видеть, что он делает. Он был обычным енотом, ничего привлекатеющего глаз”. Рокки прервал Мадлен: “Прямо таки ничего?” “Ну он учился средне, не пил, не курил, но любил надолго уходить со своими друзьями на прогулку или сидеть и общаться в какой-нибудь кафешке в черте города”. Для волка этой информации было недостаточно. “А вы можете что-то сказать по поводу прошедшего вечернего праздника в университете? Вы не видели в тот вечер ничего странного, выбивающегося из повседневности?” “Дайте-ка подумать...” “Нам интересно, было ли что-то неожиданное? Что-нибудь, что для него было неестественно?” “Вспомнила! В тот день он пошёл с друзьями гулять после уроков, вернулся незадолго до начала и сказал, что очень устал и не пойдёт на праздник. Он, как это обычно делает, снял футболку и накрылся одеялом. Сколько мы живём вместе, он всегда спал с голым торсом. По его виду было ясно, что он и правда был измотанным”. (На Рокки невольно появилась ухмылка). “Хмм... хорошо, очень хорошо. Что-то ещё?” “Да. Когда праздник уже вот-вот начинался и все звери стали собираться у сцены, то я зашла в комнату, чтобы забрать телефон и заметила, как он скинул с себя одеяло и заново надел футболку. Может быть, это звучит немного натянуто, но он всегда спал без неё!” “Странно... и не поспоришь”. Следующие десять минут мадам Маррилье объясняла всё, что видела и помнила в тот злополучный вечер. Выдра сама была на улице и, следовательно, не могла никаким образом похитить его самостоятельно. После детальных пояснений от студентки оба поблагодарили её и пошли по своим делам. Новое собрание команды по освобождению Даниэля прошло вечером того же дня. В полседьмого все четверо собрались и, снова заказав напитки и закуски для комфорта и атмосферы, начали рассказывать о своих приключениях. Первым начал гиена – он рассказал всем об успехе и показал файлы всех архивов с камер наблюдения за последний месяц и, под редкие глотки своего мохито со льдом, перекинул их дяде Андреа на его стильный ноутбук для работы. После него с подвигом явились Гарт и Рок. Они, поочерёдно, перебивая друг друга, рассказали Кею и дяде о своём разговоре с выдрой Мадлен, после чего, впрочем, тигр похлопал сидящего рядом Гарта по спине в знак примирения.       Рокки сам по себе был натурой жизнерадостной, часто блестающей энергией и лидерскими чертами. Со школы в Лионе он дружил с большим количеством других зверят, учавствовал во множестве школьных событий и присутствовал на разных совернованиях в составе команды. Его активность радовала родителей и особенно отца Габриэля, однако никакое счастье не длится вечно. В старших классах к Рокки стали относиться хуже, он стал всем надоедать. Когда все одноклассники потеряли свой детский пыл и стали преследовать свои цели и строить индивидуальность, тигрёнок остался большим ребёнком, который любил бегать, прыгать, общаться и учавствовать везде, где только можно было. К выпуску из школы Рокки остался один, после чего Андреа предложил его родителям и самому выпускнику переехать учиться в соседний городок – Вальмиствилль. Он искренне верил, что там у него будет новый шанс и всеми силами хотел помочь с переездом. На первом для Рокки собрании первокурсников, проходившем в начале сентября почти два года назад, он по воле случая нашëл Кея, который выглядел растерянно и не знал к кому примкнуть на фоне местных, которые стояли в группках по несколько зверей и, по видимому, хорошо знали друг друга. Так гиена и тигр подружились, и с тех пор Кею больше не требовалось других друзей, а Рокки больше не чувствовал себя одиноким. Единственное воспоминание, которое осталось у тигра со школьных лет – спортивный зал, который в своё время помог ему достичь здорового и подкаченного тела за счёт всех тренажёров и совместных активностей, которыми он когда-то занимался. В начальных классах ему нравилось играть в догонялки, прятки и учавствовать в самых разных самодельных совернованиях с одноклассниками. Штанги, гири, гантели, грифы, всё это было ему знакомо и он никогда не был против позаниматься ещё.       Подведя итоги двухчасовой беседы адвокат Андреа пришёл к выводу, что каких-то вещественных или фактических сведений и улик было недостаточно, чтобы можно было убедить судью в невиновности льва Мизлора, и тогда они вместе начали смотреть записи с камер наблюдения за вечер первого мая. Из изморительно скучного просмотра, в основном, всё, что можно было подметить, это довольно банальные и предсказуемые факты: Тройка из Кея, Гаррета и Рокки находилась в пределах поля зрения камер почти всё время. Гарт наблюдал за всеми со стороны, Рокки веселился и танцевал, Кей какое-то время болтал с котом Сви, но потом последний ушёл и всё остальное время не появлялся; Мадлен Маррилье, которую опрашивали ранее днём, также была в эпицентре событий, как сама и уверяла. Гаррет почувствовал небольшое облегчение от того, что она не стала врать; Милая розовая лиса также пребывала рядом со столиками с закусками и напитками большую часть времени, хоть в моменте и зашла в общежитие, откуда похитили енота, но почти сразу же оттуда вышла. Сказать, что команда просматривала каждую запись детально и по несколько часов будет преувеличением, так как в этом случае им понадобилось бы очень и очень много времени, которого у них не было.       Записи просмотрены, любых веских улик нету, зато есть улики против обвиняемого. Положение вещей складывается не в пользу защитников Даниэля. В этот момент Гаррет понимал, что чего-то не хватает, преступник не мог уйти, не оставив за собой ничего, что можно было бы подметить. Он нахмурился и начал думать, что все могли упустить. Пока трое обсуждали просмотренное, Гэри взялся за челюсть и начал думать: (“На камерах нету ничего сверхъестественного, все, кого мы знаем, были в пределах досягаемости обзора камер, хоть некоторые и исчезали...) – картина не складывалась у него в голове, – Кей... Рокки... Свастон... стоп! Свастон!” Глаза волка засветились мыслью, и он потянулся за ноутбуком: “Секундочку, секундочку! У меня есть одна мысль! Что если это всё Свастон? Кей, ты же его знаешь, я прав? Позвони его и спроси, где он был тогда”. Кей и остальные немного остолбенели от внезапного озарения Гарта, но гиена всё же набрал номер кота: “Да? Кей? Ты что-то хотел? Уже поздно”. “Прости, что тревожу, но я хочу знать, куда ты уходил в праздник пару дней назад”. “В праздник...? А-а-а-а-а... я понял! Ты достал записи камер и теперь думаешь, что енота похитил я, да? Огорчу, но нет. Пусть я и исчез из универа почти сразу и цвет моей шерсти был бы удобен для этого, хах, но я так и не появился там до следующего утра, когда менты уже сделали всё дело. Сам подумай и поймёшь, что это не мог быть я”. (Миг неловкого молчания, все смотрят в телефон гиены). “Ладно, я понял. Я просто тупой, извини”. “Вот так вот. Не бойся, я не обижен. Спокойной ночи”. “И тебе...” (Сви повесил трубку). “Что ж, вы всё слышали, друзья!” Обсуждение зверей продолжилось, а Гарт продолжил размышлять дедуктивно: (“Хм... хорошо, если это не Свастон, что, кстати логично изначально, то кто?.. Если брать за основу, что Дэн тоже был где-то на празднике, а кот ушёл куда-то на всю ночь...) – волк-сыщик зашёл в непроглядный тупик, – То...” (“Подождите, если камеры установлены на каждом входе на территорию универа и раз енота похитили там, то хотя бы одна из камер должна была что-то заметить, нет..?”) Гаррет засиял следующей идеей, но уже с небольшим сомнением в глазах. Он попросил дядю Андреа ещё раз бегло пересмотреть записи с двух камер у широких стальных заграждений, где были входы. И вуаля! Одна из камер заметила какое-то перемещение вдоль кустов и заграждений. Время было 21:39:50. Гаррет упрёк всех, включая дядю, в том, как они это не заметили, но про себя списал это на усталость команды и скукоту от просмотра, даже в беглом темпе с перематыванием и ускорением записи. Он запомнил эти три цифры и попросил Андреа переключиться на камеры, улавливающие толпу зверей перед зданием университета, ровно на это время, и стал жадно вглядываться в экран ноутбука. Он заметил там льва и вскрикнул, тыкая рукой в монитор: “Смотрите! Смотрите! Это не он! Он здесь, в толпе других, смотрите!” (Все посмотрели на камеру и увидели различимую гриву и рельеф Дэна). “Если он в этот момент находится здесь, то некто, в эту же секунду пробирающийся вдоль заграждений, не может быть он!” От второго возгласа волка все впали в небольшой ступор второй раз за последние пятнадцать минут. Тигр с сединой, и в классической полосатой рубашке вернулся на камеру рядом с выходом и начал смотреть, что происходило. Из-за далёкого тусклого освещения нельзя было понять, кто точно тащил бедного енота волоком к выходу, пока тот, по-видимому, не реагировал ни на что. Похитителю заняло какое-то время дойти с тушей енота до выхода и вынести его за пределы университета. Он шёл в одной майке, также напялил себе на лицо тёмного цвета футболку и через каждые несколько десятков секунд поправлял её, чтобы она продолжала скрывать лицо. Это был крупный зверь, но недостаточно для того, чтобы привлекать внимание или создавать шум, даже наоборот: он двигался очень тихо, почти бесшумно, и на других камерах ничего в это время не было заметно. Ни с того ни с сего уже практически у ворот футболка на миг почти что слетела с его головы, но этого мгновения было достаточно. Футболка обнажила часть гривы и чуть не обнажила лицо преступника. Он удержал её на себе и продолжил движение, но всем теперь было понятно, кто единственный мог быть с такой гривой и иметь такой же габарит. Кей нахмурился и стал вглядываться в зрелище, которое уловила камера, Рок отвёл взгляд и начал почёсывать волосы, словно задумавшись, а адвокат Андреа поперхнулся чаем. Это были двое Даниэлей, в одно и то же время занимающиеся разными вещами. Атмосфера за столиком в чайном домике, что парой секунд ранее становилась напряжённой и безнадёжной, заменилась на полное недоумение защитников Дэна. Через пару минут, когда все более-менее отошли от шока, Рокки предложил остальным посмотреть место, записанное камерой, и попробовать найти что-то стоящее.       Время поджимало команду не на шутку. За то время, что они горбатились в заведении перед ноутбуком, часы пробили девять вечера и стремились к десяти, что было неприятно для четвëрки. К десяти часам ночная мгла спустится на землю, что значительно осложнит поиск зацепок по делу. Команда спешила: шли быстрым шагом, что позволило проделать путь от кафе до университета примечательно быстро, выиграв небольшое время, пока свет ещё не полностью сменился непроглядным чёрным полотном. По мере приближения к месту команда невольно рассредоточилась по дорожке: Рок и Кей шли сзади и болтали, Андреа шёл впереди, и время от времени была слышна его небольшая одышка от темпа ходьбы, (нагрузка может сказаться на здоровье, всё же дядюшке Рокки было чуть больше пятидесяти лет), а Гарт шёл немного впереди Андреа с серьёзным видом, настроенным добиться своего. Несмотря на определённую робость и, можно даже сказать, тщедушность, которую он иногда источал, в тот момент гиена был силëн духом как никогда; он чувствовал долг перед Даниэлем за всё, что сейчас происходит, и очень хотел помочь ему.       На месте похищения, как и было показано на камере ранее, было много кустов, невысокая подстриженная трава и металлическое чёрное ограждение, создающее между растительностью и заграждением удобный узким проём, через который енота Морреса и протащили, пока он был без сознания. Рэлстоны, Саверель и Грей вместе начали всматриваться в траву и кусты, которые с каждой минутой было всё сложнее осматривать из-за уходящего света. Прохладный ночной ветер навевал чёрствость и злобу, которую чувствовал Гэри к тому, кто совершил это, из-за кого Дэна обвинили в этом преступлении. Найти что-то было тяжело также в силу того, что само похищение произошло четыре дня назад и любые остатки могло просто напросто замести или их мог убрать ничего не подозревающий садовник. “Ох боже-е! Я чуть не упал!” – раздался голос дяди сзади. “Смотрите, ребят, я что-то нашёл!” (Все подбежали к нему). “Давайте-ка посмотрим, на что я тут наткнулся... хммм...” (Андреа поднимает грязный ботинок). “Ух ты! Ботинок! И чей он?” С помощью фонарика телефона Гэри все его осмотрели и Гэри узнал: “Стойте! Это же ботинок Даниэля! Он обычно такие носит”. (Все посмотрели на него в ожидании продолжения). “Короче, я живу с ним и знаю, где он кладёт свою обувь. Так вот, эти ботинки такие же, какие у него, и, если меня память не подводит, то, когда ко мне приходил сортировщик, он забирал эту единственную пару!” Рокки спросил: “Хочешь сказать, они у него одни такие были?” “Именно, Рокки. Одни”. Гаррет поискал в этом месте второй ботинок и почти сразу же нашёл. Чтобы убедиться, что это его ботинки, он даже понюхал их изнутри, чем вызвал отвращение тех, кто это увидел. Запах, однако, был его. Коричневые походные ботинки с высокой чёрной подошвой. Гарт почти что требовательным голосом сказал Андреа сохранить их где-нибудь до завтра в максимально неприкосновенном виде. Ещё десять минут они пытались отыскать что-нибудь, что мог оставить похититель, но не нашли более ничего. Все разошлись к себе по домам восстанавливать силы и ожидать завтрашний важный день...       *Гудок*...*гудок*...*гудок*...*гудок*... Настойчивые попытки дозвониться были первым, что услышал взъерошенный и желающий спать дальше волк. Он потянулся за телефоном на тумбочке вслепую, нащупал его и зевая ответил на звонок: “Ммм... да...” “Гарт, ты спишь?” “Да, сплю”. “Ты в курсе, что слушание через два часа?” “Я... ме... я да... я…” – мямлил Гарт. Рокки это взбесило и он прокричал: “Вставай! Вставай, говорю! Не я должен тебя будить, соня!” Волк открыл глаза. Крики из телефона его взбодрили. “Ладно, всё, встаю я, господи, отстань”. “Через сколько ты будешь у назначенного места?” “Ну... ну щас 6:00... значит, буду через минут сорок... пятьдесят...” “Ладно, я буду ждать тебя там. Не смей уснуть, а то дверь выломаю! Понял?!” “Понял я... понял”. “И тебе доброе”. (Рокки повесил трубку). Подобное пробуждение, однако, стоило того. Через пару минут пересиливаний желания спать из ванной комнаты послышалось тихое журчание воды и шуршание одежды. Сегодня имело смысл одеться официально и строго, поэтому взор Гарта пал на тёмно-синюю рубашку, завалявшуюся в общем с Дэном шкафу, чёрный галстук-бабочку и чёрные брюки. Он отряхнул пыль с них, отмыл небольшие пятна водой, и они стали вполне приемлемого вида. Волк накидал в рот первое, что попалось на глаза, чтобы более-менее насытиться и не страдать от голода во время процессии. Пара стаканов молока, сэндвич с арахисовой пастой и мандаринка – таков был его завтрак в это воскресное дождливое утро. Увидя за окном идущий дождь и непроглядные тучи, Гаррет взял зонтик и надел высокие зимние ботинки вместо привычных кроссовок, так как ничего другого у него не было.       Утренний дождь не был ни моросящим, ни тёплым – всё, что он делал, это создавал аккомпанемент на пути к первому и, возможно, самому грандиозному в жизни Гаррета Грея судебному слушанию, слушанию над его ближайшим другом – Даниэлем Мизлором, где он, вместе с Рокки, будет выступать в защите льва, чтобы снять с него все обвинения и оправдать. Стоило ему выйти за порог своего общежития и раскрыть зонт, тут же он проснулся и начал без конца раздумывать над тем, как это пройдёт и что ему говорить. Всю дорогу через пешеходные переходы и параллельно другим идущим животным его взгляд поднимался лишь изредка: большую часть времени волк смотрел на бетон и плитку, вплоть до здания вальмиствилльского суда.       Вблизи здание было небольшим, но очень красивым и ухоженным. Деревянные застеклённые двери красовались подле белокаменных ступеней, по бокам стояли каменные статуи волков в мантиях и с завязанными глазами. Они глядели в небо, держа в левой руке меч у ног, а в правой вознося весы к небесам. Дождь переливался с руки статуи к носу, после к завязанным глазам и падал вниз, создавая иллюзию того, что статуи плачут через повязки. Гаррету, будучи самому серым волком, лицезреть такое было некомфортно. Он закрыл зонт перед входом и прошёл внутрь. Первым делом волка встретил каменный вестибюль с люстрой на потолке и парой ламп на полу. Они светили несильно и поэтому не мешались посетителям и сотрудникам, работающим здесь. Налево от входа вывеска над дверьми приглашала в буфет. Все позиции в небольшом меню имели скидку в 50% для всех сотрудников суда, а для поситителей предусматривалась полная цена. Зал маленьких столиков, укрытых скатертями, и деревянные стульчики заполняли эту комнату так же элегантно, как её заполнял аромат варящегося чая, когда волк зашёл посмотреть на цены. Они были выше рыночных. За стойкой продавались эклеры с шоколадной начинкой, несколько видов чая, кофе же на стойке закусок не было. Гаррет поздоровался и спросил за стойкой продавщицу, заваривающую чай, почему нет кофе. Копошащаяся с пакетиками и чайником антилопа в фартуке ответила: “Доброе утро, месье. Кофе у нас, к сожалению, не подают уже давно. Это связано с тем, что запах кофе всегда очень резкий и некоторым посетителям может быть неприятен, а будучи теми, кто исполняет правосудие, было принято решение предоставить всем равные условия и никого не смущать запахом кофе”. “Так вы не думаете, что не подавать кофе является также неравенством?” (Антилопа задумалась, выкидывая чайные пакетики). “Ха-ха, знаете, а это хороший вопрос! Сколько работаю здесь, кофе никогда не появлялся в меню, и сейчас его также нету. Простите”. “Ох, ничего, можете не извиняться. Я хотел заказать кофе в стакане для своего друга, который должен быть здесь, но, видно, не судьба”. “Подождите огорчаться! Я могу предложить вам несколько классических видов чая: чёрный, каркаде, зелёный, кимун и…” “Нет, спасибо. Лучше дайте мне, пожалуйста, два эклера с кремом и два кекса с клубничной начинкой”. “Как скажете, месье! С вас двадцать два евро, пожалуйста”. “Боже мой...” – прошептал Гаррет и расплатился. “Можете пока занять один из свободных столиков, я принесу ваш заказ в течение пары минут!” “Большое спасибо!” Месье Грей выбрал столик у занавешенного полупрозначными шторами окна и хотел просто поглядеть в него, ожидая заказ, но решил посмотреть время в телефоне. Было почти семь утра. Как говорил Рокки, он должен был встретить волка ещё у входа в здание суда. В замешательстве Гарт немного поосматривал помещение, но в итоге встал, попросил антилопу оставить заказ на столике и пошёл искать незадачливого тигра. Волк направился в зал ожидания, который находился рядом с буфетом, где, как казалось Гаррету, мог быть его компаньон. Он прошёл через коридор, но почти никого не встретил. Небольшое помещение с лавочками, украшенное живописными фикусами в горшках, которые навевали безмятежную атмосферу. Волку было не до безмятежности: Рокки там не было.       Он вернулся в буфет так же быстро, как и ушёл, встал и сильно задумался, где ещё он может быть. Тут по другую сторону комнаты открылась дверь и зашёл он, затерявшийся Рокки. Гэри стремительно подошёл к нему с каким-то недовольством и одновременно с волнением на лице и начал расспрашивать, где тот был. Рок сказал, что, пока был дома, забыл проверить есть ли у него подходящая для дождя одежда. Так вышло, что он пятнадцать минут искал тёмно-зелёное пальто, в котором сейчас стоял перед своим другом. Весь мокрый, с учащëнным дыханием и с зонтиком в руке, с которого стекает вода, он оправдывался перед ним. Гарту в один момент стало жалко тигра, он помог ему снять пальто и пригласил перекусить перед судом. Тот поблагодарил Гэри, и друзья сели за стол.       Гэри взял стул от соседнего столика и повесил на спинку пальто, после чего начал разговор о насущном и предстоящем. Эклеры с кексами были быстро съедены, и два друга так и продолжили бы обсуждать Дэна, дядюшку Андреа и яства, которыми Гаррет угостил Рокки, однако между слов волк узнал, что по их совместному плану Даниэлю таки удалось подать два ходатайства в суд на вызов свидетелей. Ни сам Рокки, ни даже Андреа не знают, как ему это удалось со всей страшной бумажной и информационной волокитой, но отныне в этом суде они оба могут выступать свидетелями защиты, которые будут стоять подле подсудимого и помогать ему говорить. “Некто”, как выразился Рокки, должен будет совсем скоро попросить волка и тигра оформить некоторые документы в помещении справа от входа, которое предназначено для подобных процессуальных издержек, куда приглашённым посетителям вход воспрещён. Неожиданная новость едва не ввела Гарта в ступор, но он быстро оклемался. Они продолжили болтать у окна за изысканным столом в прекрасной мирной атмосфере, пока Даниэль ехал в полицейском автомобиле на суд... Время летело незаметно и для обвиняемого льва, и для свидетелей защиты, и для адвоката. К середине семи часов утра буфет и само здание заметно пополнилось новыми лицами, на слушание была приглашена университетская и городская общественность, друзья и родные, знакомые и коллеги, собаки, кошки, лисы, волки, гепарды, скунсы, еноты, пумы, львы и ещё большое количество зверей для аудитории, составляющей массовку для этого страшного и великого суда. Некоторые голоса и выражения лиц волк узнавал, некоторые были ему в новинку. Не только впервые для Гаррета Грея и Рокки Рэлстона, но и для половины пришедших процессия была большим предвкушением: шёпот и гул множества голосов сливался в единый неумолкающий фон заинтригованных животных, ожидающих начала.       Оставалось пять минут. Всех посетителей стали пропускать внутрь, чтобы те занимали места для зрителей. Всех участников судебного процесса попросили собраться в другом месте, в комнате для персонала. Перед началом великой дискуссии и свидетели, и судья, и обвиняемый, и все остальные фигурирующие лица были прошены оставаться там. Охранник, обычно сидящий у входа и проверяющий посетителей на разные запрещённые вещества и оружие, приоткрыл служебную дверь в зал суда, выглянул, убедился, что все пришедшие на месте, прикрыл дверь рукой и всем стоящим в коридоре и в комнате сказал: “Ваша честь, можете проходить. Зал готов для слушания”. (Судья зашёл). “Сторона обвинения, можете проходить. Вставайте за ближайшие стойки от входа в помещение”. (Прокурор и свидетель обвинения зашли). Увидев, что обвинение заняло своё место, доберман сказал защите: “Сторона защиты, можете проходить. Вставайте за дальние от входа в помещение стойки”. (Адвокат и двое свидетелей защиты зашли). Защита заняла своё место. “И наконец... уважаемый подсудимый, можете проходить. Занимайте стойку между сторонами обвинения и защиты, напротив судьи”. (Даниэль зашёл). Оставшимся экспертам было сказано пройти в буфет или оставаться вне комнаты суда. Если их слово понадобится, то их пригласят лично. Сам охранник также вошёл в помещение и встал у одного из выходов.       Заседание вальмиствилльского суда официально началось. Как ожидалось, громкая толпа смотрящих не стихла сама собой по наступлению ровно восьми часов утра и судье пришлось успокаивать всех лично: “Тишина! Тишина в зале суда!” Строгий голос лося раздался по всему помещению, и массовка вмиг стихла. “Так-то лучше”. За то небольшое время, что было у волка, он смог оглядеть всë помещение, аудиторию, Рокки, Даниэля и Андреа рядом с собой. Он заметил напротив себя сидящего Кея в компании Лии и Сви, гиена начал махать рукой ему, как знак поддержки, а кот и лиса разговаривали о своём. Присутствие Лии удивило волка и он сразу же понял, что должен найти её после окончания слушания, каким бы ни был исход, и поговорить с ней. Ему было что ей сказать. Лось в чёрной мантии и в очках поднялся из-за стола и начал говорить: “Кхм-кхм... Хочу поприветствовать всех присутствующих на сегодняшнем заседании в это воскресное утро! Как уполномоченный судья вальмиствилльского городского округа, я хочу принести свою клятву о честности и беспристрастности в зале этого суда в отношении сегодняшнего фигуранта – Даниэля Мизлора, стороны обвинения и, конечно, в отношении стороны защиты”. (Все встают и закрывают глаза, пока судья произносит клятву). “Для меня честь проводить это слушание. Для тех, кто не знает моего имени, представлюсь заново – Стефан Фемцор. Все приглашённые лица на местах. Сторона обвинения, вы готовы начать?” Жермано Бажильери & Бернард Кларкс: “Я готов, ваша честь!” “Сторона защиты?” Гаррет & Андреа & Рокки: “Я готов, ваша честь!” “Подсудимый?” Даниэль Мизлор: “Я готов... ваша честь...” Гэри почти что смог прочитать неуверенность Дэна в чём-то, он был взволнован. “Тогда... объявляю слушание открытым!” (Стук молоточка). Судья: “Месье Бажильери, как представитель полиции, можете, пожалуйста огласить всем присутствующим ваши обвинения в сторону месье Мизлора?” Прокурор: “Конечно, месье судья. Надеюсь, большинство из присутствующих знает дело об исчезновении молодых сограждан, студентов вальмиствилльского университета Вашморд. Оно имело место быть пять лет назад, но недавно обострилось вновь. Несколькими днями ранее, на праздновании своей годовщины в универе был похищен ещё один студент, законопослушный гражданин Джеральд Моррес. Основываясь на рассказах очевидцев, экспертизе и всей другой информации, которую полиция собрала за эти несколько дней, я могу с уверенностью заявить, что Даниэль Мизлор – виновник всех исчезновений!” (Некоторые из аудитории ахнули). Судья: “Обвинения приняты”. Судья: “Месье Мизлор, вы признаёте свою причастность к этому делу или непосредственную вину?” Даниэль: “Нет, ваша честь, я не признаю никакую вину и никакую причастность к этому всему. Я невиновен!” (Аудитория в заворажении). Судья: “Месье Бажильери, у вас есть при себе какие-либо доказательства вашего заявления?” Прокурор: “О да, ваша честь! Конечно есть!” Судья: “Говорите”. Прокурор: “За время пребывания на месте преступления полиция привлекла команду криминалистов, обыскавших и оцепивших комнату, откуда исчез енот. Они запросто нашли следы рук, схожие с размером руки льва, а также, помимо этого, термальная экспертиза выявила отпечатки пальцев на дверной ручке той же комнаты!” После недолгого молчания: Судья: “Сторона защиты и подсудимый, вам слово”. Гаррет: “Месье представитель полиции, а могу ли я узнать у вас, прогоняли ли вы эти самые “отпечатки” по базе данных жителей города? Есть ли какой-то документ, подтверждающий эту экспертизу?” (Волк свёл руки на груди). Прокурор: “Э-э... кхм... ну, секунду...” (Орёл стал колебаться). Судья: “Месье прокурор?” Прокурор: “Хорошо, сейчас с собой этого документа нету, но я сам присутствовал на том месте и видел всё расследование своими глазами!” Даниэль: “А ну-ка молчать! Если у тебя нету ничего, чтобы подтвердить твою так называемую “экспертизу”, то и не стоит об этом ничего говорить”. Гаррет: “Как интересно, заведующему полицейской структурой во всём городе не хватило нескольких дней, чтобы составить один простой документ”. Прокурор: “Это ничего не значит! Это простое недоразумение лишь отсрочивает очевидность виновности месье Мизлора!” Рокки: “Да неужели? Тогда предъяви нам ещё что-нибудь, надеюсь, уже более обоснованное”. Судья: “Слово подсудимому, вам есть, что добавить к этому заявлению?” Даниэль: “Есть, месье судья. Я могу рассказать вам свою версию произошедшего тем днём”. Судья: “Говорите, мы вас слушаем”. Вид судьи был задумчивым. Он говорил уверенно и без каких-либо эмоций, но на лице и в глазах можно было увидеть глубокое раздумие. Даниэль: “Благодарю. Так вот, тем вечером мой друг Гаррет был в команде подготовки праздника, другими словами, он занимался установкой украшений, раскраской скатертей и плакатов, подготовкой столов и прочим. Я был на занятиях в университете весь учебный день, с восьми утра и до пятнадцати часов. Когда все лекции и семинары закончились, я вышел из университета, по пути до своей комнаты в общежитии встретил его, мы немного поговорили и оставшееся время до начала праздника я просто находился в своей комнате и отдыхал. Гаррет заходил пару раз проведать меня и незадолго до начала празднования он находился вместе со мной”. Гаррет: “Подтверждаю, так и было”. Рокки: “Подтверждаю”. (Гэри и Даниэль вопросительно посмотрели на него). Рокки: “Я также был на семинарах и вышел чуть-чуть ранее Даниэля. Я видел Гаррета на его месте, раскрашивающим украшения”. Судья: “Понятно...” Прокурор: “Уважаемый судья, могу ли я получить слово?” Судья: “Конечно, говорите”. Прокурор: “Спасибо. Не кажется ли вам всем такое развитие событий хорошим подспорьем для похищения? Ха-ха, не кажется ли вам, господа и дамы присутствующие, что подсудимый только что дал показание против себя же?” (На лице Жермано появилась ухмылка, он указал пальцем на Дэна). “Пока вы, месье Мизлор, как вы сами сказали, находились в своей комнате, не может ли быть такого, что вы похитили Джеральда ещё до начала празднования?” Даниэль: “Нет! Я никого не похищал!” (Аудитория громко зашепталась). Судья: “Тишина! Тишина!” (Стуки молоточком). Андреа: “Кхм-кхм, уважаемый месье судья, мне есть, что сказать по этому поводу”. Судья: “Одну секунду, адвокат. Сторона обвинения, у вас есть, что ещё добавить?” Прокурор: “Нету, ваша честь”. Судья: “Ваше слово, месье Рэлстон”. Андреа: “Премного благодарен. Я хотел бы высказать опровержение данного заявления от месье представителя” (Андреа собрал бумаги перед собой в порядок и поправил воротник). “Как я смею подозревать, здесь, в составе приглашённых зрителей, есть и представители университетской общественности, и, как мне удалось узнать, все комнаты в вашмордских общежитиях устроены на двоих жильцов”. Прокурор: “И что из этого?” Андреа: “Секундочку, дайте мне, пожалуйста, закончить мысль. Так вот, и поскольку они устроены на двоих, вместе с Джеральдом Морресом должен жить кто-то другой, я ведь прав?” (Гаррет, Даниэль и Рокки подтвердили слова адвоката). Андреа: “Мне удалось встретиться с сожительницей Морреса и поговорить с ней. Я узнал, что до начала мероприятия енот находился в комнате и также отдыхал после уроков! По её словам, свидетельница также была на праздновании и енота похитили только к его окончанию, что напрочь исключает возможность его похищения до начала праздника!” Прокурор (почти не слышно): “Будь ты проклят...” Судья: “Это объективно и резонно, теория опровергнута”. Гаррет уже долго разглядывал некого невысокого лиса, который стоял подле Жермано, и пытался его узнать. По росту и возрасту было ясно, что он точно должен был учиться в университете, но почему-то волк его не мог вспомнить... Судья: “Сторона обвинения, учитывая презумпцию невиновности, действующей в отношении подсудимого, у вас есть ещё какие-либо причины полагать, что месье Мизлор виновен?” (Месье Бажильери уже не выглядел так уверенно, как в начале суда). Прокурор: “Да... есть. Прошу свидетеля событий предоставить вам всё, как он видел с его точки зрения”. Свидетель обвинения: “Благодарю за возможность слова и от судьи, и от представителя Бажильери”. Судья: “Конечно, можете говорить. Вам слово”. Свидетель обвинения: “Тем вечером я очень поздно вышел из своей комнаты на праздник из-за того, что я был слегка болен и вообще думал не выходить. Пока я шёл к месту разгара событий, я случайно услышал вдалеке от себя какой-то продолжительный скребущийся звук, как будто кто-то что-то тащил, и я был прав. Я подошёл поближе к месту, откуда исходил звук и за кустами увидел этого льва, тянущего тело Джеральда вдоль заграждений, где, разумеется, никого в тот момент не было, а дальше я…” Рокки: “Секундочку! Попрошу секундочку!” (Стук молоточком). Судья: “Рэлстон! Ждите, пока вашей стороне или вам лично будет дано слово!” Стоящие справа от него Гарт и Андреа хорошо знали, что он хотел сказать, но перебивать процесс всё же не стоило. Дядя косо посмотрел на внука, дав понять, что так не надо делать. Рокки: “Извините, судья...” Свидетель обвинения: “Могу я продолжить говорить?” Судья: “Конечно”. Свидетель обвинения: “Спасибо. Дальше я попытался получше разглядеть, что он тащил в это время и явно с нехорошим умыслом, и уже почти на выходе за заграждения я заметил, что это был Джеральд! Он тащил его, пока все развлекались при свете фонарей в шуме танцев!” Судья: “Благодарю за ваш рассказ, месье Кларкс. Мы учтём его при вынесении финального вердикта по делу, когда все стороны скажут всё, что имеют при себе”. (Судья обернулся к Даниэлю). Судья: “Подсудимый, вам есть, что сказать в оправдание этому рассказу?” Дэнни немного поколебался, но понял, что если он просто скажет, что его там не было, это не будет веским доказательством, как вдруг... Гаррет: “Эм-м... уважаемый судья, можно, пожалуйста, передать защите слово?” Судья: “Месье Мизлор, вы согласны?” Даниэль: “Конечно, согласен”. Судья: “Сторона защиты, можете говорить”. Гаррет: “Благодарим, ваша честь. Я хочу сказать, как свидетель защиты, что, учитывая рассказ подсудимого минутой ранее, этот рассказ и правда является подлинным и, тогда у заграждений, Даниэль и правда протаскивал тело енота”. (Аудитория ахнула ещё раз). Удивлённый зритель: “Что это? Я только что стал свидетелем великого предательства или... или я не понимаю, что это!” Недоумевающий зритель: “Господин Грей, как это понимать?!” Гаррет: “Но! Прошу меня дослушать!” (Шум снова поднялся). Судья: “Молчать! Тишина! Говорит сторона защиты!” (Стуки молоточком). Гаррет: “Так вот, дело в том, что это был не единственный Даниэль в тот момент, а, говоря начистоту, их было двое!” Судья: “Простите, но, я полагаю, я вас не так понял...” Рокки: “О нет, уважаемый судья, вы поняли всё правильно!” (Обвинение глядит на троих в недоумении). Андреа: “Позволите ли вы кое-что показать публике?” Судья: “А что у вас есть?” Андреа: “На моём рабочем ноутбуке есть архивы записей с камер видеонаблюдения, которые запечатлели месье Мизлора ровно в 21:39, но также они запечатлели второго месье Мизлора в это же время”. Судья и сторона обвинения почувствовали, будто почва затряслась под их ногами от таких резких заявлений защиты. Жермано собирался использовать записи с камер как ещё одно доказательство вины Дэна, но первой о них заговорила защита и, подобно игре в карты, инициативу перехватили именно Гарт и Рэлстоны. Судья: “Кхм-кхм... ну... показывайте”. Адвокат открыл сумку, достал беленький ноутбук с глянцевой задней крышкой и подключил его к проектору у судейского стола. Картинка появилась на стене, и судье пришлось отодвинуться, но он был совсем не против. Андреа: “Как вы все можете видеть, если перемотать запись с того дня на 21:39, то можно заметить почти что чёрный силуэт месье Даниэля, да?” (Переключает камеры). Андреа: “А теперь посмотрите сюда и заметьте того же месье Мизлора в толпе зверей!” Все впали в шок, кого-то пробирала дрожь от такого зрелища и сам Даниэль остался в огромном недоумении, однако не потерял речи: Даниэль: “Вот, да! Я помню, как я был там!” Через короткое время дядюшка выключил проектор, взял ноутбук и вернулся на своё место. Судья: “Так, давайте вернёмся к обсуждению дела. Сторона защиты, вам есть, что ещё добавить к своему оправданию рассказа свидетеля обвинения?” Андреа: “Нет, уважаемый судья”. Судья: “Сторона обвинения, вам есть, что добавить, как доказательство причастности месье Мизлора к преступлению?” Прокурор: “Нет, месье судья”. Судья: “И наконец, подсудимый, вам есть, что добавить к своему оправданию вашей невиновности?” Даниэль: “Нет, я думаю, нету”. Судья: “Тогда решено. Мы можем переходить к следующей фазе суда”. После слов судьи началась передышка, в которой судья листал различные журналы и документы. Остальные разговаривали друг с другом. Через пятнадцать минут такого антракта судья угомонил всех и начал говорить вердикт: “Прошу внимания всех присутствующих!” (Все замолчали). “Взяв во внимание все вышеперечисленные доводы и рассказы очевидцев, а также документацию от медицинского эксперта, предоставившего суду информацию по физическому и ментальному состоянию подозреваемого, суд не имеет достаточных сведений, чтобы полностью восстановить хронологию событий с похищения на территории университета Вашморд. Однако также суд не имеет достаточных доводов, чтобы признать месье Мизлора виновным!” И лев, и волк, стоящие рядом друг с другом, хотели бы подпрыгнуть от счастья, но вердикт на этих словах не закончился. “Суд не может признать месье Мизлора виновным, но также не может назвать иного предполагаемого виновника этого похищения, опираясь на это слушание. За чем следует вердикт…” (Дэн и Рокки затаили дыхание). “Даниэль Мизлор признаётся невиновным в похищении Джеральда Морреса и не несёт никаких наказаний и ограничений от суда!” Массовка и все друзья Дэнни взорвались восторгом и радостью за льва. Рок и Гарт сорвались со своих стоек и понеслись обнимать его в порыве счастья. Рокки воскликнул: “Да!! Да!! Ура-а-а-а!!! Всё разрешилось!” Восторженные крики заполнили комнату, посреди которых судья сказал своё последнее слово: “Слушание окончено!”       Через пару-тройку минут радость всего судебного зала не утихла, но все стали расходиться. Кто-то остался после процессии в буфете со своими знакомыми и друзьями, чтобы обсудить победу Дэна и всех его друзей. Тот, кто подставил его, оплошал в своём намерении избавиться от льва и поставить Гаррета в уязвимое положение. Впятером они вместе пришли в участок, быстро собрали вещи победителя в коробку и пошли к нему и Гарту домой. Всё, кажется, возвращается к тому, как и должно быть. В львиных глазах не было больше ни обиды, ни злости, он был так же рад, как и все, и простил волка. Андреа к вечеру того же дня попрощался со всеми и уехал назад в Лион. До конца дня они вчетвером гуляли по городу, сидели в чайном домике и рассказывали друг другу истории. Даниэлю, в особенности, понравился тигр. А Кей начал подговаривать между слов о том, что они полюбят друг друга. Говорил он это, конечно же, в шутку.       Вечер. Звёздное тёмно-синее небо за окном. Волку впервые за долгое время было тепло на душе от такого облегчения, как, впрочем, и льву напротив него. Второпях он снял всю верхнюю одежду, чтобы не перегреться ночью, так же сделал и Дэн. “Спокойной ночи, Дэнни. Может, странновато прозвучит, но после всего того, что мы прошли за последнее время, я всё равно рад, что мы победили и что всё снова на своих местах”. Даниэль слегка удивился и поглазел на близкого друга, но сам сказал в ответ: “Я тоже очень рад... Гэри...” Постепенно двое заснули.       Гарт спал на редкость сладко, но в районе двух часов его разбудили повторяющиеся вибрации телефона. С полуоткрытыми глазами в покрове ночи он потянулся за телефоном, разблокировал и увидел то, чего не мог ожидать. Он хотел было не спать далее, но знал, что наутро будет без сил. Сообщения от Лии ему в личный чат стали для волка-неодиночки новый сюрпризом, с которым ему ещё предстоит столкнуться лицом к лицу... Спасибо, что прочитали, ваша оценка очень важна! Телеграм-канал: https://t.me/TragedyOnTheNewMoonNight