Комната веселой обезьянки

Воскресенье Хлопья снежинок опускались на яркий город. На улицах появлялись первые сугробы, но многих людей это не смущало и не заставляло их переходить на зимнюю одежду. Ноябрь постепенно уходил, освобождая место для своего холодного друга Декабря. Чтобы тому было легче прийти в бушующий город, его товарищ начал посыпать дома и дороги тем снежком, который у него всегда был наготове. Такой поступок Декабрь очень ценил, поэтому наступление зимы часто проходило плавно. Без резких морозов и буранов, что давало горожаном возможность ощутить наступление предпраздничных дней. Все эти мысли мотались в головах двух юных девушек, идущих сейчас в сторону метро. Их сегодняшняя прогулка была первой, организованной вне буднего времени. Инициатором выступила Юля, предложившая кудрявой пройтись и набрать в легкие побольше последних ароматов осеннего воздуха. Катина не возражала, даже наоборот, взяла в свои руки право выбрать место прогулки. После обсуждения всех нюансов, девушки встретились в Парке Горького, откуда решили… просто гулять. Идти туда, куда подскажут их сердца. За многочисленными разговорами и шутками, гимназистки не сразу заметили, что оказались чуть ли не на окраине центра столицы. Поняв, что время до возвращения домой еще есть, Волкова предложила дойти до кафе и перекусить, аргументировав это тем, что за последние полчаса раз 5-10 слышала, как у Лены урчал живот. Немного поспорив, рыжеволосая все-таки согласилась с доводами подруги и они направились в сторону своего любимого заведения. Придя в небольшой вьетнамский ресторанчик, девушки заказали себе порцию супа, который ни одна из них в одиночку осилить не могла, а также несколько жаренных креветок, считавшихся в их гастрономическом мире деликатесом. Получив заказ и усевшись на свободных местах, гимназистки принялись уплетать горячую пищу, изредко перекидываясь шутками в адрес друг друга. Когда с едой было покончено, наступила небольшая тишина. Обе девушки погрузились в свои мысли, в попытках проанализировать весь сегодняшний день. Однако, если у Катиной все вертелось в голове вокруг предстоящей учебы на грядущей недели и возможных вариантов мест посещения во прогулок с Юлей, то у черноволосой все было иначе. Из сознания никак не вытекали те страшные фрагменты сна, которые она словно прожила наяву несколько недель назад. Ее пугало уже не то, что с ней творили, а то, что она до сих пор не нашла никаких ответов на это все. Казалось, что само сознание поддерживало Волк и наотрез отказывалось помогать хозяйке этого тела. Из-за этого, а также постоянных недосыпов и усталости, на лице лохматой виднелись мешки под глазами и осунувшийся взгляд, в котором искра мелькала только при виде рыжего чуда. Заметив, что подруга совсем погрустнела, Лена, немного помявшись, решила все-таки узнать в чем дело. Она давно уже стала замечать, что ее одноклассница все больше начинает походить на героя фильма «Машинист»: взгляд пустеет, спина сгибается, а речи становятся менее живыми. «Юль, можно я задам тебе вопрос?» - Волкова, услышав свое имя, подняла глаза на Лену и коротко кивнула - «Только отвечай, пожалуйста, честно. Иначе я обижусь» «Хех, хорошо. Обещаю» «Скажи, что с тобой происходит? Я все больше начинаю замечать, что тебя сейчас что-то очень сильно беспокоит, но ты не знаешь, как с этим бороться. Из-за этого ты осунулась и начала все больше клевать носом на уроках из-за недосыпа. Так скажи, что происходит?» Юля сидела и смотрела на Катину. Ее мысли прыгали и лопались от неожиданности и непонимания. Ведь как она могла сейчас ответить ей, что она сама и близко не понимает, что с ней происходит. Сердце ей вопило рассказать все как есть: про проблемы в семье, про сны и про вторую личность. Но в то же время сознание уверяло, что время еще не пришло, и что будет лучше, если черноволосая будет хранить все это в секрете. «С одной стороны - я могу ей все рассказать и попросить помощи, а с другой… Нет, даже думать об этом не желаю. Мне стольких трудов стоило начать общение с ней и терять ее из-за того, что она решит, что мое место в психушке я не хочу» - велась в голове лохматой незаметная для всех дискуссия - «Я просто не хочу ее терять… Поэтому решено - сейчас об основных вещах молчим, а когда придет время, все ей расскажу». Решив все вопросы с совестью и сердцем, черноволосая только открыла рот, как по ее сознанию пронеслась фраза: «Молодец, Юлечка. Я горжусь тобой!» - после чего голос затих и испарился так же внезапно, как и появился. «С тобой все хорошо?» - взволнованно спросила Лена «А… Да, прости. Что ты спросила?» - произнесла Волкова, стараясь как можно скорее собрать все свои мысли в кучу. «Я спросила тебя, все ли с тобой хорошо? Просто ты сначала задумалась, а потом, словно увидела призрака, поменялась в лице» «Правда? Честно, я даже сама не заметила, что как-то впала в ступор. Извини что напугала» - отвечала Юля, а сама понимала, как безбожно и нагло она врет своему чуду. «Ладно… Поверю тебе, раз все хорошо» - в правдивость собственных слов Катина не верила, но она понимала, что в данной ситуации лучше не начинать выяснение отношений, а просто продолжать ждать. Ждать, когда человек сам все тебе расскажет и рыжеволосая была готова ждать этого момента еще долго. «Спасибо за беспокойство! Правда, все хорошо. Видимо просто ушла в свои мысли. А отвечая на твой предыдущий вопрос, то все очень банально - дел и домашки много, вот иногда и не высыпаюсь. Но обещаю, что в скором времени исправлюсь и буду лучше спать» - с улыбкой на лице проговорила черноволосая, пока внутри нее все сжималось от собственной лжи. «Но ложь во спасение, как говорится» - успокаивала себя девушка - «Только вот в чье?». Еще немного посидев в ресторанчике, девушки оделись и вышли на улицу, направляясь в сторону ближайшего метро. Снаружи уже обдувал легкий ветерок, а по небу неслись редкие снежинки, которые так и норовили прилипнуть к чьей-нибудь одежде. Пройдя половину пути, Катина неожиданно спросила: «Ты никогда не задумывалась о том, почему же в конце Ноября постоянно начинает идти снег?». Вопрос был больше направлен в воздух, но тот, кто должен был на него ответить, все прекрасно слышал. «Честно? Ни разу мыслей не возникало» - с легким смешком произнесла подруга - «Мне всегда казалось, что это связано с изменением климата и прочей научной чепухой. Но судя по твоему философскому взгляду, у тебя есть иное объяснение всему происходящему» «Научная чепуха… Сказала так, словно вся наука и все к ней прилегающее просто ингредиенты какого-то супа» - с нескрываемым сарказмом ответила Лена, после чего засмеялась. «Ах, значит супа… Ну все с тобой ясно, моя дорогая. Тогда держись» - после этих слов черноволосая начала щекотать подругу, отчего по улице проносился заливистый смех, заставляя все немногочисленных прохожих оборачиваться на звук. Щекотная война продолжалась несколько минут. Итог таков - обе девушки были красными от смеха, плюс было получено несколько замечаний от бабульки из соседнего дома. Отдышавшись, подруги продолжили движение в сторону метро, периодически начиная нервно посмеиваться. «Ты мне так и не ответила» - сказала Волкова «По поводу?» «Что для тебя означает снег в конце Ноября» - напомнила девушка «Ой, да забей. Тебе мои философские размышления сейчас не особо нужны» - с усталостью отвечала рыжеволосая «Эй, ну ты чего? Когда мне было что-то неинтересно слушать от тебя?» - с комично-жалобным видом проговаривала Юля - «Расскажи. Ну пожалуйста!» «Ладно-ладно, кот из Шрека, сейчас все расскажу» - Лена собралась с мыслями и начала свой рассказ. В детстве ей мама рассказывала истории о месяцах года. И самой любимой, у тогда еще младшей-Катиной, была история о дружбе Ноября и Декабря: однажды, еще сотни лет назад, Декабрь никак не успевал вовремя прийти на свое рабочее место, а задерживать начало зимы было нельзя. Люди могли потеряться в сезонах года и все могло пойти наперекосяк. Поэтому, чтобы не гневать всевышнего, Ноябрь тайно взял из небесной кладовой мешочек со снегом, и в последние дни осени начал раскидывать его на Землю, чтобы его товарищ не попал в опалу. Содержимого в мешочке было немного, но этого количества хватило для того, чтобы состоялся переход от осени к зиме и люди ничего не перепутали. Бог был настолько впечатлен этим поступком, что никак не стал наказывать Ноябрь, но немного пожурил Декабрь за безответственность. Тот уже, в благодарность, научил своего старшего товарища создавать снег, чтобы тот всегда мог, в случае чего, начать дарить людям главный зимний атрибут. «Ну, как-то так» - закончила свое повествование рыжеволосая, как раз к тому моменту, как они с подругой подошли ко входу в метро. «Честно, твоя мама гениальный человек. До таких рассуждений я бы никогда не смогла дойти. А у тебя вот, почти с самого детства мозг наполнялся необычными рассуждениями» - с восхищением говорила Юля «Ну засмущала» - легко засмеялась Катина - «Зато теперь тебе есть над чем думать, моя дорогая» «Это уж точно. А теперь, на этой прекрасной ноте, я прощаюсь с Вами, прекрасный Ноябрь. Мне идти на соседнюю ветку» - с серьезностью в голосе произнесла Волкова «Я с Вами тоже прощаюсь, лохматый Декабрь. Надеюсь дорога до дома никак Вашу персону утомит» - с тем же тоном ответила Лена, после чего, по традиции, чмокнула подругу в щеку и убежала на свою ветку. «Лохматый Декабрь… А что, мне даже нравится» - усмехнулась девушка и направилась в нужную ей сторону.

***

Четверг «Евгений Михайлович, простите, можно задать вопрос?» - подошла к преподавателю литературы Юля сразу после того, как все ребята вылетели из кабинета и направились в столовую. Свою соседку девушка предупредила, что ей надо уточнить один момент у преподавателя и что та может спокойно идти с остальными занимать место на обед. «Конечно, Юля, слушаю тебя. Что случилось?» - ответил ей преподаватель, который был в классическом для себя наряде: в черных кроссовках, джинсах, рубашке и синем пиджаке. Благодаря этому и тому, что сам Евгений Михайлович был довольно-таки молод, некоторые ученики до сих пор могли его путать и обращались к нему, как к своему сверстнику. Но сам он на это никогда не обижался, наоборот, его это даже забавляло. «У меня необычный вопрос… Вы задали написать стихотворение, которое бы отражало нас самих или то, что вокруг нас происходит. Но проблема в том, что я вообще не понимаю, как и про что мне писать» «А ты до этого сама что-то пыталась писать?»

«Да, несколько раз в конце лета. Я подступалась к этому и с одной стороны, и с другой. Но все бестолку… Можно мне какое-то другое задание?» - с неожиданным стыдом в голосе закончила Юля. «Честно, я немного удивлен твоей просьбой» - начал Евгений Михайлович - «Ты же пишешь такие интересные и рассудительные сочинения на не самые легкие темы, а тут у тебя не получается. Как так?» «Я не знаю, почему это так… Наверное, я просто не создана для того, чтобы складывать несколько слов в рифму» «Ну для этого я и дал задание всем вам, чтобы каждый смог разбудить внутри себя поэта. Показать, что в каждом лежит творческая составляющая, которая помогает людям создавать прекрасные вещи. Поэтому Юль, не забивай себе голову мыслями о том, что ты чего-то не можешь. Главное найти ТО, что тебя подстегнет творить» - с улыбкой закончил свою речь преподаватель «Ну раз Вы в меня так верите, то ладно, попробую обуздать в себе поэта» - со смешком произнесла Волкова «Вот! Такой настрой мне уже нравится! Я уверен, что у тебя получится лучшее произведение в классе» «Спасибо, Евгений Михайлович!» - с благодарностью произнесла девушка «Не за что, обращайся» - и только черноволосая направилась в сторону выхода из кабинета, как ее окликнули - «Юля, погоди. У меня есть кое-что для тебя» «Что такое?» - с некой настороженностью сказала гимназистка «Вот, возьми. Мне этот сборник недавно дал мне мой друг, но я с ним еще не успел полноценно ознакомиться. А так, может ты из него что-то подчерпнешь» - Евгений Михайлович протянул книгу, Волкова взяла ее и прочитала название: «Шарль Бодлер. Цветы зла». «Спасибо еще раз! Обязательно прочитаю» - произнесла лохматая «Рад это слышать! А теперь - бегом на обед, а то нам ничего не останется» - со смехом добавил преподаватель и они вдвоем вышли из кабинета. Вернувшись домой, Юля обнаружила, что дома в очередной раз никого нет. Грустно выдохнув, она сначала направилась в ванную, где вымыла руки и умыла лицо. Затем достала из холодильника вчерашние макароны с котлетами, разогрела и направилась к себе в комнату, захлопывая за собой дверь. За едой и просмотром различных исторических роликов прошло около часа. Уроков на завтра особо делать не надо было, так как завтра была пятница и это считалось «отгульным» днем в отношении домашней работы. Поняв, что особо больше делать нечего, лохматая достала несколько пластинок с полки и начала по очереди ставить их играть на проигрывателе. После чего подошла к рюкзака и вынула оттуда подаренную ей книгу, обложка которой давала понять, что она повидала уже не один десяток лет. «Ну что же, давайте почитаем, что же это за такие там злые цветочки» - проговорила вслух девушка и уселась в кресло читать. По мере того, как дальше Юля углублялась в содержание книги, тем больше она понимала, какое сокровище ей досталось. Каждая строчка, каждая мысль - ВСЕ ЭТО пробивало в черноволосой осознание того, что был найден тот самый недостающий ключ, который открывал в ее душе дверь вдохновения и переживаний. «Я столько времени искала то, что дало бы мне возможность открыться если не перед людьми, так перед самой собой и листом бумаги. И вот оно теперь в моих руках. И в нем я нашла спасение». Волкова буквально пожирала каждую страницу, словно как голодный зверь, отведавший после долгого простоя кусок свежей плоти. Время перестало играть какую-либо роль. В этой комнате, на пятом этаже, формировался союз из тех, кто до сего момента был разлучен.

***

Облака сгущались. Небо окрасилось в беспросветный черный цвет. На улицах продолжали работать лампы, освещающее все живое на них: бродячую кошку, ищущее теплое укрытие, мужчину, возвращающегося домой после утомляющей работы и юную девушку, из глаз которой лились слезы, в честь утраченного навеки сердца…