В объятьях Солнц

      Ева схватилась за сердце       Среди Ниндзя что вернулись в Игнассию, появился совсем недавно почивший Ву! Хотя информация про "Почившего" видимо немножечко устарела, поскольку старик с мягкой улыбкой приближался к ней неспешным шагом, как ни в чем не бывало. Девушка на всякий случай ущипнула себя и расширила глаза когда иллюзия резко не исчезла       — М.. Мастер?! Нооооо.... — воскликнула Ева и тут же отошла на пару шагов замахав руками. На лице при этом отразилась огромная палитра эмоций: От испуга, до недоумения и не понятно откуда взявшегося раздражения — Не-Не-Не! Не говорите! Не говорите что здесь и мертвые оживают! Вы же... Я сама видела! — сказала она обвиняющий тоном, тыкая в сторону старика пальцем. Вот нечего добрых людей в заблуждение вводить!       Ву устало вздохнул        Он только что сразился с братом, побывал в преисподней, его ученики использовали торнадо творения, а обратный путь прошел сидя на драконе без седла. Вот последнее что ему надо, это успокаивать нервного подростка       — Тебе стоит успокоиться – кивает головой старик и похлопывает девушку по плечу — Как видишь, я не мертв, а остальное не имеет значения       Ева нахмурилась, раскрыла рот. Закрыла. Выпучила глаза и в конце концов беспомощно встретилась взглядом со светлыми глазами Ву. Мастера явно забавляла реакция подростка       — И все же я не понимаю... — сказала Ева растерянно. Она пару секунд попялилась на него словно на призрака. Моргнула. А потом неловко, словно неваляшка, наклонилась вперед и все так же неловко обняла Ву. Старик вздохнул и тоже приобнял ребенка, участливо постучав по ее спине — Я думала что вы погибли — призналась Ева. В ее голосе слышалось и обвинение, и волнение, и страх. Действительно волновалась, не только потому что если бы он умер то она навряд ли вернулась домой, в свой мир, но и потому что успела привязаться к нему за месяц проведенный в монастыре — Но вы живее всех живых! Чудо — пробормотала она и отстранилась — И я требую объяснений, но позже, так и быть              Ву кивнул, а потом повернулся в сторону пошатывающихся от усталости парней       — Завтра мы вернемся в Монастырь — говорит он и Ниндзя оборачиваются на него. Кай смотрит удивленно и собирается раскрыть рот дабы возразить — А сейчас спать       

***

      — Я. Сказал. Никакого. Монастыря       Громкий шепот разрезал ночную тишину. Северный ветер со стороны горы шевелил траву. В этой же траве тихо стрекотали редкие сверчки, а чуть дальше, вниз по склону, в месте где начиналась деревня, горели редкие огоньки. Кузня уже пару часов назад как погрузилась в темноту, все разговоры стихли, а прибывшие разлеглись везде где только можно было заснуть, не повредив при этом конечности       Вот только две тени уже битые двадцать минут нарушали священный режим ночи своим громким свистящим шепотом. Обе тени были раздраженны       — Ну в кого ты такой упрямый!? — Ния нахмурила брови и со всей силы пнула камень — Кому будет хуже от того что мы там поселимся? Тебе разве не осточертела эта деревня? Постоянная борьба за то чтобы сталь приняла верную форму, а пламя в очаге не погасло зимой. А там, в этом монастыре, там будут люди. Ровесники с которыми можно поговорить!       — Поговорить ты и со мной можешь! — цыкнул Кай шепотом— Ты не понимаешь: это опасно. Там опасно. Да, я отучился у Мастера Ву, получил оружие и бла-бла-бла. Но! Я ввязался в эту авантюру только потому что тебя похитили. Будь моя воля, я бы так и не вышел с Игнасии. Но мне пришлось. Я изначально поставил условие: Как только это все закончится, я вернусь назад, к обычной и размеренной реальности, без живых скелетов — Смит раздраженно вздохнул и потер точку между бровей       — То есть все это ерунда?       — Что "это"?       — Общение, Кай! — Ния повысила голос на пару октав, но тут же опасливо глянула в сторону дома и снова заговорила шёпотом — Разве тебе это не нравилось? Учится новому, общаться со своими ровесниками с которыми можешь найти общий язык, путешествовать по разным местам и жить! Не влачить существование, питая надежды все же стать таким же кузнецом как отец, а быть кем-то другим! — Ее глаза горели, и лунный свет оставлял яркий блик в зрачках. Ния внезапно заглянула в его глаза и сжала пальцы. Слова про отца несильно кольнули юношеское сердце и Кай насупился — Кай, я же видела что тебе нравилось. Тебе нравилось общаться с теми ребятами, шутить с ними и дурачиться, ты... Ты просто упрямый баран который не желает этого признавать! — Ния топнула ногой и Кай умилился бы этому поступку, если бы лицо Нии не приобрело в мгновение печальный вид — Гэ, у меня появилась подруга! Впервые!       — Ты про эту тупицу? — раздражённо фыркнул Смит и закатил глаза. — Да какая из нее подруга!?       — Это я и хочу узнать, Кай! — Ния опустила взгляд на землю, на носки своих потертых сапог — У меня раньше не было возможности. Как и у тебя! У тебя с теми ребятами, с командой, может получится что-то дельное! Вы ведь тоже будете хорошими друзьями! Я в этом уверена        Девушка берет небольшую паузу, глотает воздух и продолжает       — Гэ, я знаю что тебе нелегко бросить наследие отца — Ния делает шаг к нему и опускает руку на его плечо — Но Кай, разве родители хотели бы чтобы мы упускали этот шанс? Хотели бы чтобы ежедневно мысли их сына были заполонены лишь одним: Как раздобыть денег на еду? Они бы были в ужасе — Ния смотрит на него большими глазами и заламывает брови. И лицо у нее при этом такое открытое и печальное, что невольно колит сердце. — Это наш единственный шанс, Кай. Единственный!       Кай с плотно сжатыми губами смотрел на сестру. Она права. Он знает. Он понимает. Но гораздо сложнее признаться себе в том что он тоже этого хочет. Хочет придуриваться, шутить и разговаривать с кем-то помимо сестры. Хочет на пару секунд почувствовать себя подростком, а не взрослым с детским лицом. И в Монастыре будет такая возможность. И Ния сможет жить спокойно       За пару секунд он делает решение и громко вздыхает       — Ты знаешь, что способна кого угодно переупрямить? — Бормочет скорее для вида, чем из полноценного раздражения — Хорошо. Ладно. Отправимся в Монастырь с остальными — Ния радостно взвизгивает и бросается к нему на шею