Вампирские приключения

Олег с мрачным, сосредоточенным недоверием принялся собирать разбросанные вещи. Скоро нужно было выезжать — время поджимало, а рана этого странного «нового друга» и его собственная, хоть и пустяковая, нуждались в нормальной, добротной обработке. Ему совсем не хотелось, чтобы ни этот бледный юноша, ни он сам отдали концы прямо здесь, в этом богом забытом, промозглом лесу. Собрав нехитрый скарб, Волков решился наконец нарушить гнетущую, вязкую тишину, повисшую между ними: — И как же тебя зовут, ночной странник? — Сергей... Сергей Разумовский, — ответил тот, и его голос прозвучал глухо, словно он сам не был до конца уверен, стоит ли произносить это имя вслух. — Эту фамилию я уже пару раз где-то слышал, — Олег задумчиво наморщил лоб. — Определённо слышал. — Раньше я работал в городе, там же аптекой владел. Небольшой, но своё дело. — И что же ты, Сергей, посреди леса глубокой ночью в таком растерзанном виде делал? — Волков прищурился, окидывая его изучающим, цепким взглядом. — Весь беззащитный, словно фарфоровая кукла, которую швырнули о стену. — Это долгая история. — А я никуда не спешу, — спокойно, но твёрдо перебил Олег, скрещивая руки на груди. Разумовский заметно поднапрягся, его плечи одеревенели. Увидев эту мгновенную, почти животную реакцию гостя, охотник хотел было мягко перевести тему, но Сергей уже глубоко, прерывисто вздохнул и начал свою повесть: — Семья у меня была небольшая: отец, мать да младшая сестра. Мы отказались от крови полностью, наотрез — я её ни разу, ни единой капли, не пробовал за всю свою жизнь. Знал, как она может на меня повлиять, как пагубно, как страшно... Своё детство мы всей семьёй прожили в бабушкином доме — старом, скрипучем, но таком родном. Но со временем в округе стало слишком много охотников шастать, вынюхивать, выслеживать, и было принято тяжёлое решение переехать в город. Там же мы и открыли аптекарскую лавку — травы, настойки, микстуры. Жили тихо, мирно, никого не трогали. Но... отца выследили. Поймали. И нам вновь пришлось податься в бега, срываться с насиженного места посреди ночи. Пожив пару месяцев в новом, чужом городе, моя мама тяжело, страшно заболела и вскоре скончалась у меня на руках. Остался я один, вместе с сестрой. Но и её я тоже не смог уберечь... На глаза Сергея стали наворачиваться крупные, обжигающие слёзы. Голос его предательски дрогнул и сорвался на полуслове. — Всех, кем я дорожил, всех, кого любил без памяти, — у меня забрали. Просто потому, что мы принадлежим к другой расе. Даже если мы никогда, слышите, никогда не делали людям ничего плохого — вас всё равно найдут и убьют. Просто за то, что мы есть. Он перевёл дыхание, пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями. — Я переехал в другой, очередной город. Снова открыл аптечную лавку — торговал травами, целебными микстурами, помогал людям... Годы шли. Было тяжело, порой невыносимо, но я справлялся. Стиснув зубы, справлялся. — Прости, что перебиваю, — тихо, почти виновато сказал Олег, — но ты будто о чём-то умалчиваешь. О чём-то важном. — Да... Есть ещё кое-что, — Сергей судорожно сглотнул. — То, из-за чего я сейчас здесь. В таком виде. Перед тобой. Он тяжело, надрывно выдохнул. Говорить дальше было мучительно, непросто. Волков, повинуясь какому-то внезапному, нехарактерному для него порыву, подошёл к Серёже и осторожно, почти по-отечески приобнял его за плечи. — Ну всё, ладно, всё нормально, всё хорошо, тише, — начал успокаивать его Олег низким, рокочущим голосом. И это правда помогло. Сергей практически успокоился, его дыхание выровнялось. — Ай! — вдруг поморщился от резкой боли Серёжа, дёрнувшись в сторону. — Что плечо?! — мгновенно заволновался Олег, уже готовый осматривать рану. — Нет... не плечо, — Разумовский мотнул головой. — Порез на ноге. — Что? — Волков на секунду завис, а затем перевёл недоумённый взгляд на ногу гостя. — Погоди... — Это и есть продолжение истории, — горько усмехнулся Сергей. Мне стало смертельно опасно оставаться в этом городе. Слишком многие начали задавать вопросы, слишком многие стали пристально присматриваться. Собравшись в спешке, я выехал в путь. Мой план состоял в том, чтобы подпольно, тайно перебраться через границы России, а там уже — куда глаза глядят, на все четыре стороны. Но на моём пути встал этот проклятый лес. Его можно было аккуратно объехать, но это вышло бы куда дольше, и я, глупец, решил ехать прямиком через него. Хотя кучер настойчиво предлагал объехать, предупреждал, что места здесь глухие и лихие... но я лишь отмахнулся, посчитал это пустой предосторожностью. Как же я чудовищно ошибался. Через минут сорок тряски по разбитой лесной дороге послышался резкий, пронзительный свист, дикие крики и выстрелы. Кучер, в ужасе нахлёстывая лошадей, стал гнать карету, но они настигли нас. Убили кучера на месте, бедные лошади умчались прочь. Я забился в самый угол кареты, дрожа и надеясь на хоть какое-то, самое призрачное спасение, но они силой, грубо выволокли меня наружу. Они злобно, омерзительно хохотали, скаля зубы. Меня вытолкнули на землю. Я упал лицом в грязь. Меня притянули к себе за волосы и принялись мерзко, унизительно приставать. Олег не ожидал столь откровенных, столь жутких подробностей, но ему было странно лестно, что именно ему доверили эту мрачную, сокровенную исповедь. (Момент нападения) — Ну, куда же ты, а? — с гнусной, сальной издевкой протянул разбойник. — Пустите меня немедленно! — грозным, насколько это было возможно, тоном приказал вампир. — О, какой бойкий попался, горячий! — разбойники с гоготом стали стягивать с парня пиджак и практически сорвали рубашку. — О, какой сладкий птенчик! Обещаю тебе, тебе точно понравится, не сомневайся! — Ага, запомнишь на всю оставшуюся жизнь, — подливал масла в огонь другой, скалясь в отвратительной усмешке. «Это всё? Это конец для меня?» — пронеслась в голове Сергея паническая, липкая мысль. Но в следующее мгновение он вдруг осознал всю мрачную, страшную прелесть того, что он — вампир. Серёжа нервно, судорожно вздохнул. План родился в голове из ниоткуда, словно вспышка молнии. Не дожидаясь, Разумовский собрал последние, отчаянные силы и с животным рыком вцепился клыками прямо в руку обидчика. Тот истошно, нечеловечески закричал, пытаясь вырваться из мёртвой хватки. — Ах ты сука! Тварь! — взревел разбойник, брызгая слюной. Он наконец расцепил хватку, но уже ослаб, растерялся. Сергею здесь больше нельзя было оставаться ни секунды. Он судорожно натянул на плечи разорванный пиджак, параллельно поправляя на ходу задранную, измятую рубашку. Пока разбойники копошились и матерились, парень отчаянно попытался сбежать. Но чья-то сильная, железная рука вдруг схватила его за плечо, дёрнула назад и крепко, до боли впечатала спиной в стену кареты. — Ты будешь молить меня о пощаде, — тихо, вкрадчиво прошептал голос прямо в ухо. От такой угрозы у парня по спине пробежал целый табун мурашек. На краткий, тошнотворный миг он почувствовал на шее прикосновение горячих, мокрых губ — это были отвратительные, слюнявые поцелуи. Ему было жутко, страшно и бесконечно гадко. Но вдруг вдали, за спинами разбойников, проявился силуэт, похожий на человека. Они ещё пару раз жестоко, для острастки ударили юношу, чтобы такой красавчик не вздумал снова дёргаться. Одна рука намертво придерживала его за горло, другая шарила у себя в штанах. И тут грянули выстрелы — оглушительные, резкие. Разбойник, державший его, медленно, кулем сполз на землю. От оставшейся шайки не осталось и следа — все в панике разбежались. Отойдя от шока, Разумовский стал лихорадочно оглядываться, в надежде найти загадочного «спасителя», но тот испарился, растворился в ночи, как будто его и не было вовсе. Он снова быстро, дрожащими руками оделся и пошёл прочь. Сел передохнуть под первым попавшимся кустом, и тут — стрела прилетела... — Да, денёк выдался не из лучших, — процедил он сквозь зубы. — Я бы этому гаду кадык вырвал и в одно место ему вставил! — Ха-ха, спасибо тебе. Олег готов был вспыхнуть, как сухая спичка от негодования. Волков понимал, что парень и без него много чего пережил за этот бесконечный, кошмарный день. Он молча встал и аккуратно, бережно взял Сергея на руки и понёс к своему коню. Тот больше не сопротивлялся и спокойно, доверчиво сидел в его руках. — Стоп, мы поедем на этом?.. — Серёжа с откровенным недоверием покосился на коня. Разумовский хоть и вырос в деревне, но практически никогда не катался верхом, а когда переехал в город — тем более. Он всегда мечтал завести коней, овец, коров и прочую скотину, но последние месяцы начисто отбили у него всякое желание. — Не нравится — иди пешком, — прошептал Олег прямо на ухо гостю, и в его голосе не было ни капли злобы, лишь спокойная, непреклонная уверенность. — Решай. Либо ты едешь со мной, получаешь необходимую медицинскую помощь и возможную свободу, либо... — А если не захочу? — То останешься здесь гнить, — жёстко отрезал Волков. — И возможно, твои приятели не так уж далеко и убежали. Я думаю, они будут просто в неописуемом восторге покататься с тобой ещё разок. От этих ледяных, безжалостных слов ком тошнотворного страха и липкой слабости подступил к горлу вампира. — Ладно, так и быть, — выдохнул он обречённо, опуская голову. — Я согласен. — Вот и хорошо)