Что то особенное

Догги и Трик уже были парой — тёплой, немного ленивой, привыкшей к совместным ритмам. Они обожали валяться вместе, смотреть фильмы, дурачиться, иногда затевать неспешный, почти ленивый секс, после которого засыпали, переплетясь конечностями. Но однажды, лёжа на диване и лениво переключая каналы, Трик вдруг сказал: — А вот если бы к нам кто-то ещё присоединился? Догги поднял бровь, но не потому, что идея казалась ему дикой, а потому, что он уже об этом думал. — Ты про Зоинка? Трик засмеялся, но не отрицал. Зоинк был их общим другом — весёлым, немного неуклюжим, с кудрями, вечно падающими на очки, и странной способностью шутить так, что даже Догги, обычно сдержанный, начинал хохотать. Они трое часто зависали вместе: играли в игры, смотрели аниме, иногда напивались до состояния «ой, всё», и тогда Зоинк, краснея, рассказывал что-то нелепое из детства. Но мысль о том, чтобы пригласить его в их постель, витала в воздухе уже давно. — Он же ещё… — начал Догги, но Трик перебил: — Совершеннолетний, да. И выглядит на все двадцать, хоть и душой ребёнок. Догги задумался. Он представлял Зоинка — его длинные ноги, тонкие запястья, смех, который заканчивался фырканьем. — А если он откажется? — Ну, тогда и ладно, — пожал плечами Трик. — Но мне кажется, он не откажет. И вот они втроем сидят на том же диване, только теперь между Догги и Триком — Зоинк, который пока не понимает, куда всё идёт. Они смотрят какой-то тупой фильм, пьют колу, и Трик неожиданно кладёт руку Зоинку на колено. Тот замирает. — Чё? — выдавливает он. — А чё «чё»? — Трик ухмыляется. — Просто думали… может, попробуем что-то новенькое? Зоинк смотрит на Догги, ища подвоха, но Догги только улыбается — мягко, по-доброму, как умеет. — Вы серьёзно? — Ага, — Догги кивает. Зоинк краснеет, но не отстраняется. — Ну… если вы оба хотите… Трик не даёт ему договорить — наклоняется и целует. Зоинк сначала дёргается, но потом расслабляется, отвечая на поцелуй с неожиданной жадностью. Догги наблюдает, как его парень и их общий приятель сливаются воедино, и в груди что-то ёкает — не ревность, а скорее предвкушение. Потом он тоже тянется к Зоинку, проводит пальцами по его щеке, целует в уголок губ. — Мы же можем остановиться, если что, — шепчет Догги. — Не надо останавливаться, — Зоинк хватает его за руку. И вот они уже снимают одежду — Трик стягивает с Зоинка очки, Догги помогает ему избавиться от футболки, а сам Зоинк, дрожа, расстёгивает джинсы Трика. Они двигаются медленно, пробуя, исследуя. Догги целует Зоинка в шею, Трик пристраивается между его ног, и Зоинк стонет, когда оба касаются его одновременно. — Ну как? — Трик ухмыляется. — Хорошо, — Зоинк запрокидывает голову. — Очень. Догги прижимается к нему, чувствуя, как тот дрожит. — Тогда продолжим? Зоинк кивает. И они продолжают. Трик первым пристраивается между ног Зоинка — его пальцы скользят по внутренней стороне бедер, лаская, растягивая кожу, будто проверяя, насколько тот уже готов. Зоинк вздрагивает, когда холодные от колец пальцы Трика касаются его члена, и тут же вскрикивает — Догги сзади прикусывает его плечо, оставляя красный след. — Тише, — шепчет Догги, обхватывая Зоинка за талию. — Мы же только начинаем. Трик смеётся, низко, хрипло, и наклоняется, чтобы обхватить губами головку члена Зоинка. Тот дёргается, словно его ударило током, и впивается пальцами в диван. — О-о-ох… Догги тем временем скользит ладонью вниз, по животу, к лобку, к тому месту, где Трик уже работает ртом, и Зоинк сжимает веки, когда их прикосновения накладываются друг на друга. — Так тесно… — бормочет он, но это не жалоба, а констатация факта. Трик отрывается, оставляя блестящий след на губах. — Хочешь ещё теснее? Зоинк не успевает ответить — Догги уже тянется к тюбику с лубрикантом, который Трик (как выяснилось) предусмотрительно достал из кармана своих мешковатых штанов. — Кто-то был уверен в успехе, — усмехается Догги, выдавливая прозрачную жидкость на пальцы. — А ты нет? — Трик поднимает бровь. Догги не отвечает — вместо этого он прижимается к Зоинку спиной, целует его в основание шеи и медленно, очень медленно, ведёт руку вниз. Зоинк задерживает дыхание, когда первый палец входит в него. — Расслабься, — шепчет Догги. Но расслабиться невозможно — не когда Трик снова берёт его в рот, не когда его язык выписывает такие чёртовы круги, что Зоинк вот-вот сорвётся. — Я… я не… — он хватает Трика за волосы, но не отталкивает, а притягивает ближе. Догги добавляет второй палец, растягивая, готовя, и Зоинк стонет, когда они находят то самое место. — Б-бля… Трик отпускает его член с мокрым чмоком и поднимается, чтобы поймать губы Зоинка в поцелуй. Они обмениваются слюной, вкусом, прерывистыми вдохами, и Догги в этот момент убирает пальцы. — Готов? — спрашивает он, но это чистая формальность. Зоинк кивает, и Догги, не теряя времени, направляет себя в него. Он входит медленно, но без остановок — Зоинк сжимается вокруг него, горячий, тугой, и Догги издаёт хриплый стон, опуская голову ему на плечо. — Ты в порядке? — Трик треплет Зоинка по щеке. — Да… да, просто… охуенно… — Зоинк хватает его за руку. Трик ухмыляется и наклоняется, чтобы снова поцеловать его, а Догги начинает двигаться — сначала осторожно, потом увереннее, глубже. — Так хорошо… — бормочет Зоинк, и Трик, наконец, снимает свои штаны. — Тогда подвинься. Он устраивается перед Зоинком, и тот, не задумываясь, берёт его в рот. Теперь они соединены все трое — Догги входит в Зоинка сзади, Зоинк опускается на Трика спереди, и ритм их движений становится общим, прерывистым, неровным. Догги держит Зоинка за бёдра, Трик — за волосы, и Зоинк, зажатый между ними, теряет дар речи — только стоны, только прерывистые вздохи. — Я… я скоро… — выдавливает он, и Догги ускоряется, чувствуя, как тот сжимается вокруг него. Трик тоже близко — его бёдра дёргаются, когда он входит глубже в рот Зоинка, и через секунду он кончает, сдавленно вскрикнув. Зоинк отстраняется, облизывая губы, и тут же стонет — Догги хватает его за член, сжатый между их животами, и несколько резких движений — и Зоинк тоже срывается, дрожа всем телом. Догги не останавливается, пока сам не достигает предела — он впивается зубами в плечо Зоинка, когда кончает в него, и затем медленно, очень медленно, выходит. Тишина. Только тяжёлое дыхание. — Ну что… — Трик первый нарушает молчание, облизывая губы. — Повторим? Зоинк, всё ещё красный и запыхавшийся, фыркает. — Дайте хотя бы отдышаться… Догги смеётся и обнимает его сзади, целуя в макушку. — Ладно. Но ненадолго. И они знают — это только начало. . . . . После бурного тройничка все трое были липкими, потными и слегка ошарашенными. Трик потянулся, зевнул и заявил, что пойдет готовить ужин — Парни, после такого надо подкрепиться. Догги кивнул, но в его глазах уже мелькал тот самый хищный блеск, который Зоинк знал слишком хорошо. Зоинк же, всё ещё красный и слегка дрожащий, отправился в душ — отмыться, прийти в себя и, возможно, немного переосмыслить свою жизнь. Но Догги не собирался давать ему такой возможности. . . . . Струи горячей воды омывали Зоинка, когда дверь душевой приоткрылась. — Э-э-э… — он резко обернулся, но Догги уже залезал к нему внутрь, совершенно голый, с мокрой бородой и тем самым взглядом, от которого у Зоинка сразу перехватило дыхание. — Чё, думал, так просто отделаешься? — прошептал Догги, прижимая Зоинка к кафельной стене. — Догги, бля, Трик же… — Трик готовит. Он сконцентрирован. Он нас не услышит. И прежде чем Зоинк успел что-то ответить, Догги уже опустился перед ним на колени и взял его в рот. — О-о-ох… — Зоинк запрокинул голову, ударившись затылком о плитку, но сейчас это было последнее, о чём он думал. Догги работал языком с методичной точностью — не так быстро, как Трик, но куда более основательно, будто изучал каждый сантиметр. Его длинные пальцы сжимали основание, а борода щекотала кожу, и Зоинк схватился за его мокрые волосы, не в силах оттолкнуть. — Догги… я… — Тссс, — тот поднялся, прижался к нему всем телом и прошептал прямо в ухо: — Ты же не хочешь, чтобы Трик узнал, как ты любишь, когда я делаю тебя своим? Зоинк аж подпрыгнул от этих слов, но Догги уже развернул его лицом к стене, плюнул себе на ладонь и без лишних церемоний втолкнул в него два пальца. — А-а-а! — Тише, тише… — Догги прикусил его плечо, одновременно растягивая его изнутри с той же неторопливой уверенностью, с какой обычно чинил технику. Зоинк стиснул зубы, но его тело уже предательски отвечало на каждое движение — горячее, податливое, несмотря на первоначальное сопротивление. — Ты уже такой мокрый… — проворчал Догги, убирая пальцы и заменяя их собой. Он вошёл не резко, а медленно, но без возможности отступить — одним непрерывным движением, пока Зоинк не почувствовал, как тот полностью заполняет его. — Во-от так… — Догги схватил его за бёдра и начал двигаться, сначала размеренно, потом всё увереннее, глубже, будто нащупывая идеальный ритм. Зоинк сжал кулаки, упираясь в стену, но это не помогало — Догги контролировал каждый его вздох, каждое движение, то ускоряясь, то нарочито замедляясь, доводя до безумия. — Ты… чёрт… — Зоинк попытался что-то сказать, но Догги перехватил инициативу, наклонившись и прошептав: — Представь, если бы Трик сейчас увидел… Как ты принимаешь меня… Как дрожишь… Зоинк застонал, и Догги почувствовал, как тот сжимается вокруг него. — О, уже близко? — он ускорился, цепляя каждый раз простату, и Зоинк больше не мог сдерживаться. — Я… я… Догги одной рукой обхватил его член, сжал — и через секунду Зоинк кончил, судорожно сжимаясь вокруг него. Догги не остановился — он продолжал двигаться, пока и сам не достиг предела, впиваясь зубами в шею Зоинка и издавая низкий, хриплый стон. Они стояли под водой, тяжело дыша. — Ну что, чистенький? — Догги похлопал Зоинка по попе с непривычной для него игривостью. Тот только фыркнул, но улыбка выдавала его. — Идиот… — Зато твой идиот. Догги выключил воду и вылез первым, на ходу отжимая бороду. — Главное — ничего Трику не говори. Пусть думает, что ты просто долго мылся. — Ага, особенно с такими отметинами, — Зоинк показал на следы от зубов на своём плече. Догги только усмехнулся. — Ну, значит, придётся придумать историю. И они вышли из ванной, оставив за собой только пар и запах шампуня. А Трик так и не узнал, что его парни устроили тайный шабаш в душе.