Демон Вонголы

      Ему было жарко, как в печке. Видение расплывалось, и он не мог уловить, что или кого он видел. Нет, не видел… Ощущал.       Что-то касалось его шеи, груди. Пощекотало нос едва уловимым перышком так, что захотелось чихнуть. Чувство касания опять вернулось к шее, будто втянув кожу возле адамова яблока, но, не задержавшись там надолго, вновь начало спускаться вниз. Мотнув головой, он поставил живот этому незнакомому ощущению, обволакивавшему его будто со все сторон, снаружи и изнутри. Ему хотелось поддаваться, окунаться в него с головой…       Тсунаеши боялся вдохнуть. Казалось, что всё могло пропасть, исчезнуть, если бы он хоть на секунду сосредоточился на чём-либо. Хотелось не думать ни о чём. Не думать, не видеть… Однако что-то всё же было различимо — сизая дымка, лёгкими волнами окутывавшая всё пространство, если оно и было. Чуть прозрачной позёмкой она струилась вокруг, размывая всё до неузнаваемости.       Тем временем что-то обхватило его бедро, разводя воображаемые ноги шире, чем они были. Тело свело приятной судорогой. Тсуна хотел было пошевелиться, но что-то мягко остановило его. Но Савада, твердо решив понять, что происходит внизу, всё же опустил голову. Чья-то тёмноволосая голова располагалась на уровне его тазовых косточек, чёрной рукой сжимая его ногу.       «Почему пальцы чёрные?» — Тсуна ещё не решил, придавать значение мелькнувшей мысли или нет, как вдруг его взгляд поймали два ярких разноцветных глаза. До боли знакомых…       — М… Мукуро-кун!.. — распахнул глаза Тсуна, успев испугаться, что его крик услышал весь дом, и что как минимум Реборн пристрелит его за столь неожиданный подъём. И какого было его удивление, когда он осознал, что из его горла не вырвалось ни звука. И что сам он и вовсе не мог пошевелиться, а неудавшийся возглас прозвучал только в его голове.       — Ку-фу-фу, Тсунаеши-кун, — прошептал Мукуро, очень удобно расположившийся рядом на той же кровати. — Мне так понравилось, как ты пытался изгнать меня в наш первый раз. А сейчас? Не понравилось?       Тсуна всеми силами пытался пошевелиться, впрочем, безуспешно. Он надеялся, что находившийся рядом Реборн в менее чем пяти метрах не проснётся от постороннего присутствия. Или наоборот надеялся, что проснётся, и выдворит незваного гостя вон. Он ещё не успел определиться.       — Что же ты молчишь, босс? — прошелестел голос Мукуро совсем близко (хотя куда уже ближе?), губами задевая ушко Десятого, и вдруг спустился к тому самому местечку из сна. Обхватив его шею сзади, Рокудо провел носом по горлу Десятого, глубоко и с чувством вдыхая запах его кожи. Через одеяло Савада чувствовал, что пальцы будто были тяжелее и плотнее человеческих. «Перчатки», — шелохнулась интуиция. Вот почему рука во сне была полностью чёрной.       Тсуна лежал к нему спиной, безумно тараща глаза на лежащего напротив репетитора, и… не шевелился. Рука Мукуро, тягучим движением огладив талию, едва дотрагиваясь, остановилась на тех самых тазовых косточках, и… замерла. Тсуна хотел было уже податься навстречу этому почти сбывшемуся касанию, как вдруг туманник убрал руку. Как будто ничего и не было.       — Однажды ты сам попросишь меня захватить твоё тело, — усмехнулся шепот совсем рядом. — Однажды это случится, и ты сам будешь молить меня об этом.       Ощущение чужого присутствия пропало, и напряжение, всё это время сковывавшее тело, вдруг разом отпустило. Тсуна смог глубоко вдохнуть, и этот глоток воздуха был самым желанным из всех, сделанных им в жизни. Наконец он смог выпрямить ноги, и перевернуться на спину. На оставшейся части кровати никого не было.       Несколько раз сжав руку, Тсуна почувствовал привычную тяжесть кольца. На всякий случай вытащил её из-под одеяла и внимательно, насколько позволяла темнота комнаты, осмотрел каждый палец. Повернул голову в сторону Реборна: тот всё ещё сопел, не потревоженный произошедшим. А произошедшим ли? И что это было? И было ли… Или это опять помутнения сознания от кольца, когда Тсуна мог видеть и слышать то, чего в его реальности не происходило?       Уставший Савада, взбив подушку, без сил рухнул обратно в постель. Нужно попытаться заснуть, пока Реборн давал такую возможность, и пока мысли о Конфликте колец опять не заполонили голову…