Урок танцев от Джона

Лололошка никогда не любил танцы. Ему нравились бои, вес рукоятки меча, звон металла оружия, когда оно сталкивалось в схватке. Иногда он любил проводить бесчисленное количество времени в библиотеке, вновь изучая что-то незнакомое. У него никогда не было как таковых проблем в учёбе: учителя часто хвалили его, бывая ставя в пример. Однако быть идеальным во всём не суждено никому, о чём Ло в последнее время был прекрасно осведомлён. На самом деле, вот так сразу заявлять, что танцы — чистое зло, было глупо. Лололошка прекрасно справлялся с этим предметом на шаткую, но положительную оценку несколько лет своего обучения до чёртового бала. Балы он посещал редко, а однажды договорился с дворецким, который стал покрывать его версию «тяжёлой болезни» перед каким-то праздником. Возможно, Ло не шибко желал этого признавать, но всё же, чисто теоретически, это была исключительно его проблема, которую он создал самостоятельно. — Нет, так нельзя! — возмущался на него учитель танцев. — Воин, вам жизненно необходимо научиться нормально танцевать, не будете же вы стоять у стены, спиной подпирая её. Лололошка подавил желание закатить глаза, потому что — да, собирался, ещё как. В его безнадёжной ситуации это было бы самым лучшим выходом, на который он мог надеяться. Девушка никакая ему не нравилась, а следовательно, и стараться ради кого у него нет причин. — Я постараюсь уделить этому больше внимания, — безэмоционально заявил он. Учителя, видно, такая перспектива не устроила: он нахмурился и посмотрел на него так, словно придушить собрался. На сколько это било по его карьере, не известно, но вот по личному достоинству — сильно. — Это уже чуть ли не сотое заверение с вашей стороны, — процедил он, вдруг хватая Ло за рукав рубашки. Лололошка настолько удивился, что даже забыл воспротивиться такому обращению. Дейвисон лишь молча проследовал за учителем, беспомощно стреляя глазами в поисках хоть какой-то помощи. Ещё такого счастья ему не хватало. — Вот, воин Харрис – прекрасный танцор, поучитесь у него. Если и из этого ничего не выйдет, я умываю руки: вы абсолютно безнадежны. Учитель сразу скрылся, на ходу прикрикивая на какую-то ещё одну безнадёжную пару. Лололошка окинул взглядом Джона, словно видел его впервые. Они учились в одном классе, только не разговаривали вовсе. В том плане, чтобы поспорить с Харрисом на счёт ответа на уроке — это он всегда пожалуйста, а чтобы вне урока, просто так, как со своими друзьями — никогда. В академии одно время шутили, что они потерянные близнецы, настолько высоким было их сходство. Лололошка всегда отделывался тем, что очки и шарф — это не что-то сверхъестественное, чтобы удивляться, что они вдвоём носят такие вещи. И вообще, у них так-то цвет разный и глаза тоже не одинаковые. Они почти не похожи друг на друга. Харрис окинул его непроницаемым взглядом, словно был удивлён самим фактом, что он тут находится. — Я планировал поддержать стену своей спиной, — заметил между делом Лололошка, не переставая искать глазами помощи. Вот когда нужно: так сразу ни одного друга у него нет. — Дейвисон, я не удивлён. Считаю, это очень достойный план для тебя, — усмехнулся Джон, делая шаг вперёд. — Только боюсь, я слишком долго заслуживал хорошие отношения от учителя, чтобы ты своим появлением всё мне испортил. Лололошка закатил глаза. Он хорошего отношения не заслуживал, а действовал по ситуации. Быть подлизой никогда не было в его планах. — Заслуживать? Серьёзно? Мы точно про учителя, а не про...м-м, не знаю, короля говорим? — всё же недовольно выдал он, со своей стороны делая шаг назад. Что это за быстрое сокращения расстояния тут нарисовалось? Джон так тяжело вздохнул, словно помирать вдруг собрался. Его взгляд говорил: «Ты, Дейвисон, слишком безнадежен для понимания таких вещей». — Боюсь, этим пустым спором мы просто потеряем всё время, — Харрис небрежно махнул рукой, снова делая шаг вперёд. — Давай посмотрим, насколько ты плох. Лололошка с таким недоверием покосился на чужую руку, будто там вдруг появилась третья. Танцевать? С этим? Да ни за какие несусветные богатства! — Делать мне нечего, — ощетинился Ло, настолько зло, что чуть зубами на манер собаки не клацнул, мол, пойди прочь, вор, откушу руку по локоть, не подавлюсь. Джон скривился от такого представления. — Серьёзно? Тебе сколько лет, Дейвисон? Пять? С твоим-то будущим статусом можно было успеть привыкнуть к балам. Удивительно, что ты в танцах не как рыба в воде. Лололошка вновь закатил глаза. Ему такое уже говорили, при чём не только учитель, но даже матушка, которая была в курсе, что такие мероприятия он по большей части пропускал. Такое чувство, как будто на балах свет клином сошёлся. Не умеешь танцевать — лети прочь из достойного общества, окаянный. Даже смешно как-то от этого всего. — Слушай, не твоего ума дело, ясно? Я по-тихому ухожу, а ты учителю с честными глазами говори: так и так, Дейвисон безнадежен, танцует как медведь, вообще к балу его не подпускать, король бедный, если увидит, в обморок свалится, — твёрдо стоя на своём, предложил Лололошка. Его план звучал надёжно: учитель, словно фурия, носился между пар, а сейчас вот к каким-то одним пристал, дела до них никому нет. Джон на удивление не стал злиться, а просто рассмеялся над ним, да так заразительно, что на них стали оборачиваться. — «Танцует как медведь»! Это же надо выдумать! — бедный Харрис даже воздух в лёгкие набрать от веселья не мог. — Ты чего ржёшь как конь?! — возмутился Лололошка. Он ему тут про гениальный план действий, а здесь смех да хохот, будто анекдот рассказал. Джон нагло продолжал улыбаться, даже когда Ло пихнул его с силой в плечо, чтобы тот успокоился. — Да ладно тебе, — вытирая невидимые слёзы, ответил Харрис. — Смешно же выдумал. — Сам ты выдумал! — продолжал горячиться Лололошка. — Я же тебе серьёзно говорю. Я ухожу, а ты тут дальше сам. — Одному что ли танцевать предлагаешь? — удивился Джон. — Нет уж, — и умелым жестом перехватил Лололошку под руку, притягивая к себе, чуть ли не лбами сталкивая. — Ты...! — возмутился Ло, пытаясь вырваться, но чужие пальцы сжали его руку так сильно, что стало больно. — Я? — откровенно издевался Джон, при этом умудряясь осторожно повернуть их. — Твоя главная задача: не отдавить мне ноги. Я понимаю, это очень сложно, прошу многого, но без этого в танце никак. — Да ты просто издеваешься надо мной! — Очень наблюдательно, — кивнул Харрис, потянув Ло на себя. Тот, на удивление, сопротивляться не стал, послушно шагнул следом. — Хорошо, пожалеешь – не моя проблема, я такой план предложил. Джон в ответ лишь улыбнулся одними губами. — Да ладно тебе, медведь. Ты же слышал, я прекрасный танцор, значит, и тебе помогу. Дейвинсон лишь вздохнул. Ну да, конечно, возьмёт и научит, нашёлся здесь великий маг, которого только мог увидеть этот мир. Единственная причина не противиться такому исходу событий: когда-то доброта дворецкого закончится или его поймают на горячем. Всё же Лололошка чисто физически все балы пропускать не мог, а каждое наседание матери лишь вынуждало чувствовать себя всё более бесполезным. Танцевать стоило научиться, в особенности не отказываться от такого шанса, когда человек сам желает тебе помочь. Не было вины Лололошки в том, что Джон напрочь отказывался его слушать.

●○●○●

Лололошка мог признать, что из Джона вышел бы очень хороший хореограф. Учитель в основном кричал на него, периодически так агрессивно произнося счёт, словно покрывал ругательствами или шипел на манер змеи. Ло удивился, что его не ударили по ногам, потому что путался он в них уж слишком регулярно. Учитель всё время называл его безнадёжным, но Лололошка пытался исправиться, подтянуть свои знания, чтобы меньше разочаровывать. Честное слово, он даже целых три страницы прочитал из книги «Танцы с нуля: первые шаги для новичков». Да, остановился на истории самих танцев, но главное же было начать. Там остальное приложится само собой. Джон оказался очень терпеливым: раз за разом считал. Он лишь единожды ругнулся на него, когда Лололошка наступил ему на носки ботинок, хотя это произошло далеко не впервые. — Всё же не медведь, — в один момент сказал Харрис, снова плавно разворачивая их. Ло поднял глаза, боясь, что снова наступит, но, похоже, его партнёр давным-давно смирился. — Ты танцуешь не так плохо, как думаешь, Дейвисон. — Это ты меня сейчас тупым обозвал? Джон рассмеялся. — Похоже, ты слышишь, что хочешь. Я хотел заметить, что танцор из тебя не талантливый, однако на бал можно допустить. — Стена без меня упадёт! — развеселился Лололошка. — Что ж, придётся найти кого-то несчастного. Мне нельзя, я слишком хорош, — Джон снова развернулся. Лололошка толком за танцем не следил, действуя, как успел запомнить, главное, что умело следовал: не он вёл и хорошо. О, и на ноги совсем не наступал! Прогресс на лицо. — На тебя надо, как на украшение, смотреть? — Ага. Лололошка покачал головой. Музыка стихла. Джон остановился и...поцеловал его руку, словно Ло был дамой. Дейвисон застыл, чувствуя, как теплеют щёки. — Ты чего сделал? Харрис невинно моргнул, притягивая его к себе, как в самом начале. — Пока ничего, — ответил он, теперь оставляя поцелуй на щеке Лололошки. — А теперь, что хотел сделать. Дейвисон остался глупо моргать посередине зала, смотря, как Джон уходит, сталкивается с учителем, они начинают что-то говорить. Лололошка не слышал, он сомневался, что мог до этого. В ушах зазвенело, а на щеке, в месте поцелуя, словно остался ожог. Напрягало лишь нарастающее тёплое чувство в груди. Джон с бешеной скоростью становился слишком привлекательным, слишком интересным. Ло давно желал найти себе новое занятие, цель, которую необходимо достигнуть. Кажется, кто-то сам напросился на эту роль, даже не догадываясь, что его никто в таком ключе представлять не собирался. Теперь можно было шутить, мол, ясно, почему Лололошка ни разу по собственному желанию не пригласил ни одну даму: он ждал того самого. Белого коня у Джона не было, принцем он так же не являлся, но какое-то отдалённое сходство со сказкой всё же имелось. — Похоже, у меня есть партнёр на бал, — лишь смог еле слышно выдавить из себя Лололошка. К худу или к добру такое счастье, он ещё не знал, необходимо было проверить его везучесть на прочность.