seven minutes in heaven

★★★

      до концерта оставалось ещё бессчётное количество времени, но солнце неумолимо клонилось к закату, цепляя за собой облака и растормашивая на стрекотание кузнечиков. Ян лениво кумарил в своей гримёрке после саундчека: его команда, — по совместительству — друзья, разбежались коротать время в кафешках и гулять по городу, фотографируя достопримечательности и самих себя. один только Марко, которого Розмановски на свою голову привез с собой, бесил его с самого утра, всячески намекая на вечерний секс. и нет, что вы, Ян не против, но вот так нагло липнуть к нему при друзьях — дорогого стоит, хотя бы для прозорливой задницы самого Марко. и ещё раз нет, Ян с самого начала не собрался реагировать на него, надеясь оставить интимное на номер в отеле уже поздно ночью после концерта, но реакции собственного организма слать его хотели.       — коть, — позвал Марко, сев рядом и закинув свои ноги на колени Яна.       мужчина промычал в ответ и оторвал взгляд от телефона:       — что ты хочешь, солнце? — спросил он, наглаживая чужое колено свободной рукой, телефон отлетел на другой конец кожаного диванчика, а все внимание Яна окончательно переключилось на Марко. — если собираешься меня бесить и дальше, найди себе другую жертву — Петю, например.       — ой, фу, так не интересно, — презрительно выплюнул юноша, — Петя, конечно, классный, но он не даст мне того, что можешь дать мне ты, — он расплылся в улыбке, словно довольный кот, стянувший сметану с кухни.       если бы взгляд Яна мог обладать возможностью говорить, то он бы сказал, что «Марко, ты больной на голову или прикалываешься?», но, увы, передавать свои мысли Ян не умеет, а по сему разговаривать жизненно необходимо:       — слушай, секс в гримёрке — плохая идея, Аня мне потом по первое число вставит, — на выдохе произнес Розмановски. — хотя, клянусь, если ты сам не замолчишь с флиртом ко мне, то рот тебе закрою уже я, — угрожающе прошипел он.       — да, блин, ну, семь минут в раю, знаешь о таком? быстрый секс в гримёрке и никто не узнает, — юноша пожал плечами, будто говорил какую-то повседневную вещь, за которую Яна не будут отчитывать так, будто он нашкодивший котенок. — сам же говоришь, что бешу.       — бесишь. — хмуро выплюнул Ян, явно уже что-то решив для себя, и перетянул Марко на свои колени, — гадёныш.       «да-да» — только и успел выпалить Марко, прежде чем его заткнули в поцелуе. чужие руки пробежали по спине, скатились к пояснице. Ян углубил поцелуй, нагло врываясь в рот юноши, огладил языком ряд ровных зубов, прошёлся по ребристым дёснам, зацепил чужой язык в пылкое танго. головой, может, Ян и понимал, что, если Аня узнает о сексе на рабочем месте в гримёрке, в клубе, в другом городе, то попадет ему в первую очередь, но маленький-говнюк-Марко от него всё равно не отстанет, да и сам Ян не был никогда против близости с ним. он любит Марко.       тонкий мостик из слюны разорвался меж языков, Ян оставил ещё один невесомый поцелуй на губах, прежде чем наклониться к своей сумке на полу и вытащить оттуда смазку — благо, додумался захватить без запаха — и фольгированный пакетик презерватив.       — две-е-е-ерь, — протянул он и в какие-то считанные секунду захлопнул дверь, щёлкнув замком, а, поскольку, сам диванчик находился недалеко от нее, то и вставать не пришлось. — считаю за «да, хорошо, Марко, мы переспим в гримёрке»? — юноша перевел взгляд с лица Яна на презерватив и обратно.       — да, но, сука, не жди, что буду нежным, как обычно, — он хотел бы добавить, что Бошняк его бесит, но знал, что Марко этого и добивался, из принципа теперь не скажет.       мужчина завалил юношу под себя, целуя и вылизывая чужую шею, Марко успел лишь пискнуть, чтобы сразу же поддастся на ласки. юноша довольно улыбался, вытягивая шею для дальнейших поцелуев и засосов, словно это не он выбешивал Яна весь день, а теперь строил из себя прилежного мальчика. проворные пальцы поползли под чужое белье; на вопросительный взгляд юноши Ян бросил, что времени на прелюдия нет, и чтобы Марко в лишний раз не трепал его и так потрепанные нервы и вообще Марко ещё с ночи должен был быть податливым внизу, так что и смысла у прелюдий мало.       чужие черные шорты слетели на пол, являя взору Яна серые боксеры с мокрым пятном естественной смазки на головке вставшего члена. мужчина хмыкнул и продолжил покрывать шею юноши поцелуями, а пальцами пробрался к ложбинке меж ягодиц. жаль, концерт скоро, сейчас бы он с превеликим удовольствием потратил уйму времени на предюдии и римминг или минет. и Марко за день его реально выбесил, что терпеть мочи нет. это ещё нужно уметь — надавить на нервы так, чтобы те визжали, как у 15-тилетки, дорвавшейся до секса. в этих отношениях Ян, в принципе, себя таковым и ощущал, до этого-то он был и остаётся довольно сдержанным человеком.       — Ян, время, — на полустоне выпалил Марко, напоминая о скором концерте.       «угууу» — протянул Розмановски, переключая внимание на растяжку. разогрев в пальцах каплю смазки, мужчина сел на коленях, скидывая чужие трусы и закидывая ноги на свою талию. Ян вошёл одним пальцем, проверяя свою догадку — и оказался прав, вполне хватит.       — тебе повезло, — процедил Розмановски, тут же стаскивая пакет презерватива со столешницы.       Марко ухмыльнулся на фразу, будто хотел что-то ещё сказать, что не стал: возможно, в его головушке победил здравый смысл и он не захотел ещё больше раззадоривать Яна, но сам Ян правды никогда не узнает, потому что мысли читать не умеет. мужчина стянул свои джинсы вместе с трусами, те догнали вещи юноши на полу, устраиваясь рядом. фольга предательски не хотела поддаваться на манипуляции пальцами, нагло игнорируя свое прямое предназначение, Ян разорвал его зубами, пренебрегая смешком Марко:       — как порно актер, — пробулькал смехом юноша, — где фулл с тобой посмотреть?       — так, — Ян хотел бы уже сам засмеяться, но всё-таки раскатал презерватив на члене и размазал остатки смазки по всей длине, — в аймакс качестве от первого лица, — острота была прокомментирована смешком со стороны Марко.       взгляд полный доверия, вместо вопроса «можно?» или «готов?», всегда был спусковым крючком в их сексуальной жизни. Ян вошёл разом во всю длину, игнорируя слабое шипение под ухом — ничего страшного, быстро привыкнет, сам же вывел на нервы, вот, пусть знает цену своим выходкам. на место привычных медленных толчков при проникновении пришли рваные и смазанные, быстрые и глубокие. Розмановски начал двигаться сразу, выбивая из Марко всех бесов и хриплые стоны — в их отношениях такое происходило редко, только после приступов ревности кого-то из них, либо после подобных выходок, но Ян прекрасно знал, что Марко такому сексу будет доволен в том числе. главное, что с Яном, главное, что по любви.       после очередного слишком громкого стона, в след за глубоким толчком, мужчина закрыл ему рот ладонью: не хватало ещё, чтобы кто-то их услышал, потом ведь реально от Ани по самые не балуй получит.       — потише, — прошипел Ян, совершенно не сбавляя темпа, а наоборот — наращивая, словно испытывал нервную систему Марко на предмет неисправности от получения большого количества дофамина и эндорфина.       и юноша хотел бы придирчиво пробубнить, что будь Ян на его месте, то сам не смог бы держать рот закрытым, но кто он такой, правильно? сам делов натворил, теперь получает то, что хотел получить.       быстрыми, размашистыми толчками Ян попадал по простате, ловил скулёж в свою ладонь вместо стонов и он бы правда хотел услышать именно стон, но, увы, во всем клубе они не одни. Марко только сильнее сжимал ногами его торс, притягивая ближе к себе, вот если бы было время на подумать, они бы выбрали другую позу и давно оба бы кончили, просто кто-то слишком нетерпеливый. постепенно мягкие мышцы только сильнее стали сжиматься вокруг члена, означая, что разрядка близка; глаза Марко закатились, ловя звёзды и искры от полученного удовольствия, испарина проступила на лбу и над губой, Ян смазано поцеловал в губы, ускорив темп, добивая оргазм. Марко излился первым с протяжным «Ян» на устах, заляпав в сперме свой живот и край чужой футболки (у самого-то она давным давно задралась выше к груди), сам же Ян финишировал следом, загоняя член глубже, и упал на грудь юноши.       — люблю тебя, — выпалил Марко сразу, как чужая ладонь отлипла от его губ.       — я тоже тебя люблю, котёнок, но бесишь порой невыносимо, — промямлил Ян заплетающимся языком.       юноша не ответил, а мужчина вышел из растраханного ануса, стянул презерватив и, связав в узел, швырнул в корзину.       — фу, я тебе футболку обляпал.