Последний восход

Человек замер, глядя на тело Фелдикса, в голове у него стоял гулкий звон, будто внутри черепа включили сирену. Он не моргал, смотря в одну точку, туда, где из маленькой дырочки на виске всё ещё сочилась тёмная кровь. Она медленно растекалась по траве, пропитывая сухие стебли. От этого казалось, что земля вокруг тела темнеет. По щеке его потекла липкая струйка. Он провёл по лицу рукой и увидел, что пальцы в крови. Брызги крови Фелдикса попали ему на лицо в тот самый миг, когда Тюфель нажал на спуск. Парень взглянул на свою ладонь, на тёмные пятна, на разводы, которые оставляли пальцы, когда он сжимал и разжимал их. Та ночь всплыла в памяти сама. Полная луна стояла над заброшенной стройкой, её свет был таким ярким, что всё вокруг отбрасывало чёткие тени. Тогда было так же тихо, и так же пахло кровью. Кертауз лежал с арматурой в шее, а он стоял рядом и смотрел, не в силах ни помочь, ни уйти, ни даже отвернуться. Не мог выдавить из себя ни звука, только смотрел, как кровь растекается по бетону, и глаза ещё смотрят на звёзды, а губы шевелятся, пытаясь что-то сказать. Теперь он снова здесь, и снова смотрел, как из тела вытекает жизнь. Звон в голове становился всё громче, перекрывая все остальные звуки, кроме этого противного и непрерывного гула. Он не слышал, как Тюфель выругался, и не слышал, как тот сделал шаг назад, прикрывая лицо руками, как ребёнок, который не хочет видеть то, что натворил. Человек видел только его скрюченные пальцы, закрывающие глаза, и что-то внутри него поменялось. В следующую секунду парень уже шагнул вперёд, замахнулся и ударил его, даже не успев подумать. Кулак вошёл Тюфелю в скулу с глухим, мясным звуком. Тот охнул и выронил пистолет, рухнув на землю. – Зачем?! – заорал Человек, голос его сорвался, превратившись в хриплый, звериный рёв, который он держал в себе слишком долго. – Нахрена ты это сделал?! Ты блядь понимаешь, что наделал?! Человек размахнулся и с глухим, злым звуком врезал брата ногой в бок. Тюфель слегка отлетел в сторону, и перекатился на бок, хватаясь за ребра, он поднял голову. – А ты чё думал? – заорал он в ответ, медленно поднимаясь на колени. – Он бы нас так отпустил?! Мы бы проиграли, а дальше? Чё мы ему отдавать должны были? У нихрена нет, ты же сам блядь сказал, я тебя послушал! Человек молча опустился на корточки рядом с телом. Он провёл рукой по лицу, стирая кровь, но кажется только размазал её сильнее. Парень смотрел на Фелдикса, на его открытые глаза, которые больше ничего не видели, на застывшую улыбку. Смотрел на неестественно вывернутую руку, на пальцы, всё ещё сжатые, как будто он продолжал держать револьвер, будто бы не заметил, что умер. – Он же был нормальным, – тихо сказал Человек, не оборачиваясь. – Вёл себя нормально, дружелюбно... Думал, нам можно доверять. Думал, мы теперь... – Он замолчал, сжав зубы и лишь покачал головой. Он протянул руку и осторожно закрыл Фелдиксу глаза, придавив веки кончиками пальцев, чтобы они больше не смотрели в лес. – Брат. Ты мне говорил, что Кертауз тоже поначалу нормальным казался... – сказал Тюфель, своим жёстким голосом, но в этот раз, в нём проскальзывало что-то, похожее на неуверенность. – А этот... Этот нас убить мог, в любой момент. Кто знает, что у него в башке. Человек резко поднялся. Лицо его перекосилось, брови нахмурились а кулаки сжались. Тюфель увидел этот взгляд, и выставил руки вперёд. – Эй, эй... – начал он, пятясь назад. Но Человек лишь вздохнул, и махнул рукой, снова опускаясь на корточки возле трупа. Звон в ушах не стихал. Он слышал не только его, где-то далеко, на границе слышимости, начинал нарастать другой звук. Сначала это был просто низкий звук, но с каждой секундой он становился отчётливее. Тюфель поднял пистолет который выронил, молча сунув его за пазуху. Он посмотрел на тело, а затем перевел взгляд на брата. Мужчина провёл рукой по лицу, вытирая кровь с разбитой братом губы, и только потом шагнул вперёд. Осторожно опускаясь на землю рядом с Человеком. Они сидели молча, тишина затягивалась, превращаясь из секунды в минуту. Тюфель провёл рукой по волосам, и взъерошил их, а потом шумно выдохнул. – Жалко его, – сказал он тихо. Голос его был другим, не тем, которым он только что орал. – Мне правда... жаль. Я не хотел... Очень не хотел. Человек ничего не ответил. Он без отрыва смотрел на тело, на кровь, на лицо, которое пару минут назад улыбалось. Потом потянулся к револьверу Фелдикса, лежащему в траве. Он поднял его, и сунул за пояс. – Нужно его чем-то прикрыть, так нельзя. – сказал он, а затем встал и отошёл к опушке. Там, под деревьями, валялась огромная сухая ветка, но с густыми, ещё зелёными листьями. Он подхватил её и потащил к телу, волоча по земле. Тюфель тем временем опустился на колени рядом с Фелдиксом и протянул руку в карманы его брюк. В одном было пусто, а в другом он нащупал что-то твёрдое, и прямоугольное. Он вытащил это. В руке у него лежала старая фотография с выцветшими краями, загнутыми уголками, почти рассыпающаяся по сгибам. На фотографии, трое сидели за столом. Ещё молодой парнишка Фелдикс, он улыбался широко, и открыто. Рядом с ним мужчина постарше, с сединой в волосах, в очках, держал в руке кружку. А по середине стола, между ними, сидела женщина. Наверное, мать. На столе стоял торт, горели свечи, все улыбались, и смотрели в объектив камеры. Тюфель смотрел на эту фотографию. На лица людей, которые не знали, что их ждёт. Которые просто праздновали день рождения. Он перевернул снимок, надеясь увидеть что-то ещё, но обратная сторона была чистой. Глаза заблестели снова, он поднял глаза к небу, и проморгался, будто в них что-то попало. После этого сунул фотографию в свой карман. Человек опустил ветку на тело, закрывая его от света. Зелёные листья легли на тело, на тёмное пятно крови, расползающееся по траве. Стало похоже на то, как спящего человека накрывают одеялом. Они стояли над ним, и молчали. Звон в ушах у Человека начал стихать, и тогда он отчётливо услышал два резких выстрела. Они прозвучали совсем рядом, со стороны дороги, откуда они пришли сюда совсем недавно. Оба вздрогнули и резко обернулись на звук выстрелов. На краю поляны, у самой кромки деревьев, стоял мужчина. Он был среднего роста, в коричневом плаще, и чёрной шляпе, из под которой выглядывали и ложились на лоб такие же черные, сальные волосы. В его руке был большой револьвер, направленный прямо на них, рука, державшая его, не дрожала. – Руки вверх. – крикнул он, громким голосом. – Быстро! Братья быстро подняли руки. Человек чувствовал, как сердце снова начинает колотиться где-то в горле. Мужчина шагнул вперёд. Он наклонился, шляпа бросила тень на верхнюю половину лица, оставляя видимыми только сжатые губы, и волосы. – Одна глупость, и я стреляю, – произнес он спокойно. – Поняли? Человек кивнул, Тюфель стоял рядом, так же не опуская рук. Над ними, где-то в густых ветвях, каркнула ворона. А мотоциклетный двигатель, который минуту назад наливался тяжёлым гулом, наконец стих.