Право победителя

Просыпаться было тяжело. Голова гудела как рой растревоженных пикси, а в глаза как будто насыпали песка. Даже ворочаться не хотелось, настолько тяжелым и уставшим ощущалось все тело. Гарри несколько раз погружался в дрему и выныривал из нее, прежде чем собрал достаточно силы воли, для того чтобы открыть глаза. И тут же зажмурился от яркого света из окна напротив. Мерлин, с каких это пор в его комнате так светло? Он ведь специально поставил кровать к стене с окнами, чтобы не мириться с выжигающим глаза солнцем! Стоп… К стене с окнами… В его комнате действительно никогда не было настолько светло! Это… Это явно была не его комната! Парень тут же раскрыл глаза невзирая на раздражение от яркого света. Взгляд моментально выцепил фиолетовые занавески. Такие в его доме были только в одной комнате… Когда Гарри делал ремонт, ему вспомнилась идея, увиденная еще когда-то в детстве по телевизору. Сделать каждую гостевую комнату в своем цвете. Не так, чтобы с обоями вырвиглазного цвета, нет. Просто небольшие акценты. Ковер, вставки в мебели… занавески. Если бы у Гарри был домовик, он бы даже мог говорить: подготовь гостям синюю спальню. Конечно, у Гарри домовика не было, так что идея абсолютно бесполезна, тем не менее парню нравилась. Вот так у него и вышло три гостевых спальни: синяя, желтая и фиолетовая. И в последней жил Том. Как так вышло? Что он делал в комнате Тома??? Голова раскалывалась, а воспоминания вчерашнего вечера были слишком разрознены и шли отрывками. Он помнил «я никогда не», помнил срыв Феликса, помнил, что вроде бы даже они еще во что-то играли. Но потом… пустота… Что было потом? Как он оказался в кровати? Тем более в кровати Тома!!! Драккл, он ведь ничего не сделал? Он так устал, что вряд ли бы стал делать что-то жуткое, но именно на такие мысли и наталкивало пробуждение в чужой кровати!!! И проблема ведь в том, что Том бы не стал сопротивляться. Даже в обычное время не стал бы и тем более побоялся бы, когда Гарри был пьян. А если парень еще и что-то ему сказал… Мордред… Как же он надеялся, что все было не так плохо, как казалось! Неожиданно дверь открылась, и, как будто призванный мыслями о себе, в комнату заглянул Том. Гарри тут же напрягся, выискивая признаки произошедшего. Или не произошедшего… Одежда та же, что вчера, очень заспанный вид. Во всем остальном мужчина выглядел как обычно. Не смотрел слишком испуганно или странно, не попытался тут же уйти, и в общем вроде бы все было в порядке. Было же? Парню очень хотелось в это верить. Но зная, насколько хорошо Том умеет притворяться, рассчитывать на это не стоило. — Доброе утро, Гарри, — с улыбкой сказал мужчина. — Что случилось вчера? — тут же хриплым голосом спросил парень. Внутри все буквально клокотало от волнения, действительно, было совершенно не до приветствий. Том поднял бровь и улыбнулся какой-то хитрой улыбкой. — Ничего не помнишь? — Не помню, что было после игры… Как я оказался здесь… Почему именно здесь… — честно и растерянно признался Гарри. — Что… Что произошло? — с надеждой уставившись на мужчину, спросил он. Мерлин, пожалуйста! Пожалуйста!!! Мордред, если они реально переспали с Томом — это ведь катастрофа! И еще большая катастрофа, что он этого не помнил!!! — Ничего особенного, — притворным тоном сказал мужчина. — Ты просто уснул на мне. — И все, да? Верно? — Потом обнял и рассказывал, какой я красивый. — Драккл, нет!!! — А потом… — Том сделал долгую паузу и изобразил невероятно загадочную улыбку. — Потом мы поднялись к тебе в комнату… Блядь! Нет, нет, нет! — И?.. — сглотнув, спросил Гарри, пусть ему уже совершенно не хотелось узнавать продолжение. — И-и-и, — медленно протянул Том. — И… — он снова улыбнулся. — И мне пришлось тащить тебя еще один мордредов этаж, потому что ты, драккл, не проснулся! Я думал, на утро не разогнусь после такого! Что? Гарри замер, пока его только проснувшийся мозг тщетно пытался обработать сказанное. То есть… То есть все же ничего не случилось?! — То есть я просто уснул? И из-за этого ничего не помню? — с надеждой спросил он. — Да, — кивнул мужчина, подходя ближе. После чего расплылся в хитрой ухмылке: — А ты что подумал? Драккл! Гарри резко громко засмеялся, выпуская скопившееся напряжение. Все действительно было так просто? Мордред, как же он перепугался! И Том еще! Специально ведь над ним издевался! Парень снова легко хохотнул, прежде чем сказать: — Вот это ты загнул! Кто бы мог подумать, что Темный Лорд — такая королева драмы, — прыснул он. Мужчина склонил голову набок, глядя на Гарри так, как будто он сказал что-то безумно глупое и милое. Оу… Неожиданно… Парень впервые встречал у Тома такой взгляд… — Гарри, все Темные Лорды должны быть королевами драмы, как иначе им собирать последователей? — с усмешкой спросил он. Парень снова засмеялся. — И правда, не думал об этом, — весело сказал он, но тут же схватился за голову, когда смех, казалось, только усилил головную боль. Стоило только жуткому волнению немного успокоиться, как Гарри резко почувствовал все последствия вчерашнего дня. Голова ужасно болела и слегка кружилась, в горле застрял ком, а во рту образовалась настоящая пустыня. Мерлин, как же хотелось пить! Гарри тут же засунул руку под подушку, где обычно хранил палочку, но там ее закономерно не оказалось. Зато она оказалась пристегнутой к предплечью, на своем обычном месте. Парень снова тяжело выдохнул. Слишком много подозрений за одно утро. Он тут же наколдовал себе воды, выпивая залпом несколько стаканов и с трудом удерживаясь, чтобы не продолжить пить дальше. Он все еще чувствовал жуткую жажду, но водой тут явно не поможешь. Сосредоточившись сквозь головную боль, что только набирала обороты, Гарри призвал аптечку, сразу же находя там антипохмельное. Правда… оно было только в одном экземпляре. Ну, что поделать… — Будешь? — спросил он у мужчины, протягивая пузырек в его сторону. Всегда можно было разделить пополам и, если не поможет, пойти купить еще. Половины явно будет достаточно, чтобы не чувствовать себя угодившим под Хогвартс-экспресс. Неожиданно Том замотал головой. — Мне не надо, я слишком мало выпил вчера. Можно лучше воды? — спросил он, и Гарри тут же наколдовал ему стакан. Парень неуверенно на него посмотрел… Зная Тома… Не отказался ли он просто чтобы не беспокоить? Видимо, заметив его сомнения, мужчина оторвался от стакана, говоря: — Пей, мне действительно не нужно. Гарри застыл еще на несколько секунд, сомневаясь, но в итоге тяжело выдохнул и сдался. Явно не стоило больше допрашиваться и давить. Все и так жаловались, что он слишком опекает людей вокруг, не стоило доводить до того же и Тома. После зелья действительно стало в разы лучше. Как минимум голова прояснилась, и мысль о том, что нужно будет двигать конечностями, больше не вызывала такого отторжения. — Надеюсь, ты насладился вчерашним днем, — неожиданно сказал мужчина с еще одной коварной улыбкой. — Потому что я больше не дам тебе столько пить. Или пусть твои друзья остаются и, драккл, помогают, — сложив руки на груди, недовольно сказал он. — Да, они меня реально решили споить! — в сердцах сказал Гарри. — Мне чуть ли не после каждого их хода приходилось пить. Хотя ты не лучше, сам ведь так играл, — весело добавил парень, и Том только улыбнулся в ответ. — А они все что? Просто ушли? — удивился Гарри. Это действительно было не очень похоже на его друзей. У всех ведь была магия, могли спокойно разбудить. — Майкл и Луна их очень эффективно разогнали, заверив, что я со всем справлюсь, — закатил глаза Том. — А я явно недооценил сложность задачи. — Драккл, Майкл! — буквально застонал Гарри, откидываясь головой на изголовье. Мотивы его бывшего парня были, конечно, кристально прозрачны. Гарри говорил, что ему нравится Том, и вот он уснул на Томе, пьяный, на свой день рождения — какой, Мордред, прекрасный шанс сблизиться! Явно еще скажет, что Гарри стоит за него поблагодарить. Удивительно, что не остался свечку подержать! Нет, справедливости ради то, что Том так позаботился о нем, было действительно невероятно приятно, но мужчина-то явно не был рад такой ноше. — Прости, пожалуйста, за них, — сказал Гарри, открывая глаза. Том уже обнаружился сидящим на краю кровати, и парень немного подвинулся, давая ему больше места. — Я им скажу, чтобы больше такого не делали, — виноватым голосом добавил он. — Не страшно, — улыбнулся мужчина, и Гарри на мгновение залип. Это ведь из-за алкоголя, да? Почему ему казалось, что Том на него смотрит как-то совершенно по-другому? Бредятина, мужчина прав, надо меньше пить… — Но… Но как вышло, что я оказался в твоей комнате? — спросил парень, и отчего-то Том на секунду замер, а потом улыбнулся особенно тепло. Что происходило? Мужчина хмыкнул: — Потому что кое-кто заверил меня, что все в порядке, и мне не стоит переживать, а сам так и не снял защиту, продолжив дрыхнуть у меня на плече. — Драккл, прости, пожалуйста, — снова извинился Гарри, заливаясь краской. Мерлин, это ведь надо было так умудриться! — Мерлин, почему ты просто не оставил меня где-то пониже? — Где? — Том поднял бровь. — Ближайшая комната с нормальной кроватью как раз твоя, а дальше все на одном расстоянии. — Да нет, — задумчиво ответил Гарри. — На втором этаже есть еще одна гостевая спальня. — Да? — действительно удивился Том. — Я о ней не знал. Думал это та самая комната с гобеленом. — Нет, она как раз здесь. Сейчас смогу встать и покажу, — улыбнулся парень. — Но даже так, это ведь твоя комната! Где ты вообще спал? — пораженно проговорил он. — В соседней, — мотнул головой мужчина. — С желтыми обоями. — Не пойми меня неправильно, большое спасибо, что приволок меня. Это явно было очень и очень трудно, и мне невероятно приятно. Но… Но почему сюда? То есть ты ведь мог притащить меня туда, — непонимающе проговорил парень. — Я слишком устал, чтобы заглядывать и проверять, будет ли там одеяло и подобное. Хотел хотя бы сначала избавиться от ценного груза, — иронически улыбнулся Том, но сердце Гарри пропустило удар. Тон мужчины на слове «ценный» был каким-то совершенно не ироническим… — Но это ведь… Это ведь твоя комната… — Тебе так это неприятно? — нахмурившись, спросил Том. — Нет-нет, — тут же замахал руками Гарри. — Мне невероятно приятно, просто это ведь… — Ну вот и все, — твердо сказал мужчина. — Всегда пожалуйста. — Спасибо, Том, — уловив намек, сказал Гарри. — На самом деле, я действительно счастлив, спасибо тебе. Сейчас я немного приду в себя и добавлю тебя в защиту. — Что? — Глаза Тома шокированно округлились. — Ты… Ты хочешь добавить меня в защиту твоей комнаты? — Конечно, — кивнул парень, потягиваясь и пытаясь собраться с мыслями, чтобы покинуть эту гостеприимную, теплую кровать. — Гарри, — еще пораженней проговорил он. — Но… Но разве это не была защита от… От меня? — Что? — удивился парень. — Нет. Вообще нет, — замотал головой он, удивленно глядя на Тома. Откуда у него вообще взялись такие мысли? — Обычная защита комнаты, чтобы какие-то гости не могли совершенно «случайно» порыться у меня в вещах. Здесь, конечно, редко бывают подобные, но это вроде как норма, — пожал плечами он. — К слову, хорошо, что заговорили, надо тебе тоже сделать, — улыбнулся он, и Том несколько раз моргнул, прежде чем расплыться в очень теплой улыбке и посмотреть на парня этим странным новым взглядом. — Спасибо, Гарри, — действительно… счастливо сказал он? Счастливо? Что? Том? Счастливо?.. — Эм… Том… А ничего еще вчера не было? — аккуратно спросил парень. — Нет? — озадачено посмотрел на Гарри мужчина, явно не поняв вопроса. Мгм. Странно. Проблема была в том, что парень уже встречал такие взгляды. Не раз… И не два… И это точно не было взглядом благодарности, привязанности или дружбы… Не было ни одним из тех взглядов, которыми смотрел на него Том раньше… Это было… Это было попросту невозможным от Тома. Невозможным… Он явно просто разучился понимать эмоции и все эти взгляды мужчины. Да… Явно разучился… *** Так как утро они благополучно проспали, занялись рутиной они уже после раннего обеда, что для них был очень даже завтраком. Они привычно помедитировали полчаса, и, к своему шоку, Гарри обнаружил, что его расхлябанное состояние еще больше отступило, превращаясь в уже привычную концентрацию и спокойствие. Мерлин, знал бы он, насколько это полезно, начал бы заниматься еще годы назад! После Гарри привычно взялся заниматься шрамами Тома. Неделя лечения начала давать свои плоды, и действительно большая часть мелких отметин исчезла, и даже самые большие начали понемногу сглаживаться. Слава Мерлину, что мужчина только поначалу пытался доказать, что Гарри не стоит этим заниматься, и вообще он еще не заслужил подобное, и кучу подобной ереси. Ведь если Том что-то вбил себе в голову, то заставить его успокоиться было делом близким к невозможному, и Гарри уже реально подумывал перейти на ультиматумы, когда тот все же, слава Мерлину, сдался… Парень привычно нанес мазь на обработанные зельями полосы. Как же это было кошмарно. Гарри все еще не мог представить, как кто-то мог хотеть причинять такую боль другому человеку. Хотеть так… изувечить. К тому же настолько красивого человека. Это казалось просто каким-то варварским, кощунственным. Как же парень был рад, что действительно выходило избавляться от этих грубых, и совершенно неподходящих Тому отметин. — Знаешь, — неожиданно заговорил мужчина, прерывая поток мыслей Гарри. — Когда я тебя тащил, то подумал, что за такой труд точно заслужил компенсацию. — Компенсацию? — хохотнул Гарри. — Именно, — так же весело продолжил Том. — А что, я переживал, что вообще сегодня не встану с кровати, — театрально проговорил он, и парень улыбнулся еще веселее. — И что же за компенсацию ты хочешь? — спросил Гарри, нанося крем на очередной шрам. — Ну, ты мог бы, например, пожалеть мою спину и сделать мне массаж, — легко бросил он, но парень уже знал Тома слишком хорошо, чтобы его можно было таким провести. — Это твоя попытка намекнуть мне сделать тебе массаж? — с хитрой ухмылкой спросил Гарри. — Намек? Вроде бы я сказал очень прямо, — не остался в долгу мужчина. Парень весело хмыкнул. — Прямо это если бы ты сказал: «Гарри, сделаешь, пожалуйста, мне массаж?» — проговорил он, тем не менее размазал крем тонким слоем по спине, готовясь действительно сделать то, о чем попросили. И неожиданно, Том повернул голову, повторяя буквально слово в слово: — Гарри, сделаешь, пожалуйста, мне массаж? — Пусть это и было сказано с явным вызовом, под словами почему-то чувствовалась настоящая ранимость. Парень улыбнулся. — Конечно. С радостью. Том резко замер, непонимающе глядя на Гарри, после чего опустил глаза и легко покачал головой. — И это ты говоришь, что не дрессируешь меня. — И где я это делаю? — слегка недовольно спросил парень. Что-то эта тема начала слишком часто появляться… — Ты буквально поощряешь своей реакцией всю честность, открытость, прямолинейность и подобное. И при этом доказываешь мне как идиоту, что я мог бы добиться всего проще, когда я пытаюсь как-то манипулировать или юлить, — неожиданно решил объяснить Том. — Том, в этом нет какой-то «дрессировки», это просто нормальное человеческое поведение! — возмутился парень, начиная мягко разминать плечи. Том при этом легко выгнулся под руками, заметно расслабляясь. И, Мерлин, что же это было за зрелище! Гарри тут же подумал, не зря ли согласился на подобное. — В нормальном человеческом поведении тебе стоило возмутиться и «предложить» твоему рабу сделать тебе массаж, — неожиданно хохотнув, сказал Том. — Что же поделать, если мне нравится делать массаж моему «рабу», — не остался в долгу Гарри, и мужчина только тихо хмыкнул. Несколько минут парень работал в тишине. Он мягко проходился по всей спине, разминая твердые мышцы. Гарри никогда не был гением массажа, но делал подобное не раз и не два. И людям, с которыми встречался, и друзьям, и даже другим игрокам в команде, особенно когда у них что-то зажималось перед крупными матчами. Правда, здесь это почему-то ощущалось по-другому. Весь момент был каким-то магическим, интимным, и Гарри поймал себя на том, что вслушивается в тихое дыхание мужчины, в его вздохи, когда парень разминает особенно проблемное место, в то, как он расслабляется после. И желая хоть немного остановить себя и свою фантазию, которой еще чуть-чуть и будет недостаточно последней встречи с Майклом, Гарри снова заговорил: — Том, на самом деле я серьезно. В этом нет чего-то особенного. Я веду себя как любой нормальный человек. — Гарри, — голосом полным удовольствия сказал Том, и против своей воли парень облизнулся. Да, этот тон появился совершенно по другой причине, да, думать о таком точно нельзя было, но, драккл, мужчина только что практически простонал его имя! В штанах стало тесновато, и Гарри сосредоточился на словах, стараясь хоть немного успокоиться. — Это не так. Для чего существуют объяснения, для чего существуют оправдания? Как раз, чтобы убедить человека что-то для тебя сделать. — Объяснения может, но я о том, что я не пытаюсь тебя переучить или что-то в этом духе, — тут же сказал парень. — Просто мне ведь самому гораздо проще, когда ты говоришь напрямую. Тогда я четко знаю, что ты хочешь, и могу тебе это дать. Поэтому я так и реагирую, в этом нет какой-то манипуляции или, как ты говоришь, «дрессировки», — он буквально выплюнул это слово. — Обычно… — медленно начал Том, — для тебя не будут ничего делать, если ты не докажешь, что тебе это нужно. — Мне не нужны никакие доказательства, чтобы сделать что-то человеку, который для меня важен, — объяснил Гарри, и Том резко замолчал. Он просидел так несколько десятков секунд, совершенно не двигаясь и ничего не говоря, и парень по-настоящему испугался, не сказал ли что-то не то. Может, Том посчитает, что он обязан что-то сказать в ответ или что у этого есть какая-то негативная сторона? Мерлин, мужчина был таким мастером надумываний, что он действительно мог подумать о чем угодно. Гарри уже действительно начал думать, не следует ли извиниться, когда вдруг Том тихо ответил: — Ты тоже мне очень важен. Стоп-стоп-стоп! Что? Мордред, да, конечно важен! Гарри знал о травме и знал о травмической привязанности. Но чтобы Том реально это признал?! Чтобы сказал вслух?! Том!!! И к тому же… К тому же, почему-то это совершенно не ощущалось как травма. Гарри бы даже сказал наоборот… Казалось, как будто это было чем-то большим, как будто под этими вроде бы и не глубокими словами скрывалось что-то чудовищной величины. Итак, он повторится: что вчера произошло?.. — Том… Спасибо, что сказал, мне очень приятно, — честно начал он. — Но у тебя точно все в порядке? — Все чудесно, — удивительно, но ответил мужчина, этим только больше подтверждая подозрения Гарри. — Ты просто… Ты просто очень странно себя ведешь. С каких вообще пор у тебя все не просто «хорошо», а прямо «чудесно»? — аккуратно поинтересовался он. — С тех пор как в моей жизни появился ты, и я перестал глупить, — вдруг ответил мужчина, и глаза Гарри стали совсем круглыми. Что… Просто что происходило? Как человек вообще мог поменяться так сильно за одну ночь? То есть да, Том действительно довольно сильно изменился за этот месяц, он уже говорил подобные фразы, но каждый раз это было завуалировано, скрытно, в меру закрыто и холодно. Когда здесь… Здесь Том ощущался настолько искренним и открытым, насколько это вообще было невозможно получить от бывшего Темного Лорда! Да что Темного Лорда, невозможно от Тома Риддла! От хладнокровного убийцы, что никогда ничем не был доволен, ценил только власть и явно не верил в такие призрачные понятия как эмоции и счастье! А сейчас у него не было ничего. Ни власти, ни статуса, ни нормального будущего. И он говорил, что все у него чудесно? Потому что в его жизни был Гарри? Что это за абсурд?! Парню начало искренне казаться, что он проспал не ночь, а добрый месяц, за время которого Том либо перестал быть собой, либо его попросту подменили. Гарри даже подмывало снять чары гламура и проверить, действительно ли это Том. А вдруг кто-то его похитил и попытался подменить? Тогда он не очень хорошо отыгрывал… Парень, конечно, себя удержал, но решил, что стоит очень внимательно за всем понаблюдать… Очень внимательно… Все еще усиленно думая, Гарри перешел на середину спины, мягко проходясь по очень длинной полоске шрама с неровными краями, проходящей практически через весь торс. Она была довольно странной. Ничуть не похожей на остальные глубокие, но короткие и тонкие отметины от хлыста. И особенно странной она была, потому что никак не хотела исчезать, что бы Гарри ей ни делал! Еще раз проведя по ней пальцами и снова убедившись, что ничего не изменилось, он со вздохом признался: — Никак не могу избавиться от этого шрама… Мне кажется, он останется, прости. Почему-то ничего против него не работает. Неожиданно мужчина фыркнул. — Было бы странно, если бы у тебя вышло от него избавиться. — Что? — Этот шрам у меня с семнадцати лет, — сказал Том. — Но… — Гарри замер. — Но как? Ты ведь сам видел, как ты выглядел, когда был Волдемортом… Как? Мужчина легко пожал плечами. — Не знаю, но это точно он. Я слишком хорошо помню, как его получил, — тихо закончил тот. На несколько десятков минут комната опустилась в неудобную тишину. Том молчал, видимо, не планируя развивать мысль, и Гарри не знал, стоит ли что-то говорить. Но видя, как напряглась спина мужчины, он все же аккуратно спросил: — Что-то очень плохое, да? Тот криво улыбнулся. — Не то чтобы. Это от моего дедушки, — вдруг сказал он. — Что? — абсолютно пораженно выдохнул парень. То есть, Том… Он ведь жил в приюте! И Том… А-а-а… Ах вот в чем дело… — Это когда ты пришел их убить? — осознал он. — Ну, можно и так сказать, — хмыкнув, почему-то ответил Том. — Я «разговаривал» с отцом, когда этот налетел сзади с первым, что попалось под руку. Под руку попалась кочерга. Я раньше даже не знал, что ей можно оставить такую рваную рану, — абсолютно безэмоционально сказал он. — На этом все разговоры закончились. — Мне жаль, — искренне сказал Гарри. — Ну, это было неудивительно. Наш разговор проходил явно не так гладко, как им бы хотелось. Конечно, — саркастически протянул он. — Пришел какой-то бастард и смеет что-то требовать от их дорогого сынули. А то, что этот бастард изначально показал, что волшебник, ну… люди никогда не славились инстинктом самосохранения, — презрительно сказал мужчина. Ладно, похоже, Тома все же никто не подменял. Но что тогда это были за разговоры и взгляды? — И все равно… Ты не планировал их убивать? — Цели прийти, чтобы убить, у меня не было, — снова легко пожал плечами Том. — Я хотел посмотреть этому человеку в глаза и понять, почему семнадцать лет он предпочитал притворяться, что у него нет сына. Почему продолжал как ни в чем бывало жить в своем особняке, пока я выживал в приюте на военных пайках. Мне было интересно, задумался ли он хоть раз об этом. Хоть в какой-то из скучных, холодных вечеров. Хоть раз… Ну, ответ стоило ожидать, — проговорил он, и у Гарри перехватило дыхание. Он действительно не знал, что было хуже, никогда не знать своих родителей как он, или узнать, что они были, но ты им попросту не нужен. Важен не больше, чем любой другой незнакомец, и им все равно, умрешь ли ты завтра или нет. Понимать, что ты буквально никому не нужен в этом мире. Как минимум, Гарри знал, что родители любили его настолько, что отдали за него жизнь. А Том для своего отца был абсолютно пустым местом… Риддла-старшего можно было понять. Меропа буквально его изнасиловала. Кто бы мог любить ребенка, что появился от насилия? Что одним своим присутствием напоминал бы о том, через что пришлось пройти. Напоминал о событии, которое явно разрушило его жизнь. Не просто ведь так настолько красивый и состоятельный молодой человек так и не обзавелся своей семьей за семнадцать-то лет… Но… Но Тому ведь от этого было не менее больно. И, не удержавшись, Гарри мягко обнял мужчину со спины, кладя подбородок ему на плечо и обвивая руками грудь. — Мне… Мне так жаль, что тебе пришлось через это пройти, — честно сказал он. — Я… Наверное, это будет очень неправильно звучать с моей стороны, но я действительно рад, что ты сейчас здесь, среди людей, что действительно тебя ценят. — Парень замолк на секунду, еще крепче сжимая руки. — Я… Я теперь даже лучше понимаю, почему поначалу ты мне так не верил и почему так реагируешь… — Гарри, — очень тепло сказал мужчина и неожиданно накрыл своей рукой перекрещенные ладони парня. Гарри тяжело сглотнул. Мерлин, что же с Томом произошло, что он теперь вел себя так? — Это все неважно, это все в далеком прошлом. И я тоже очень рад быть здесь, — неожиданно добавил он, и парень еще раз сглотнул. Мордред, ему все казалось, что он должен проснуться, все казалось, что эта какая-то… интимная магия должна была развеяться, но почему-то с каждым часом, с каждым витком разговора она становилась только проникновенней и интенсивней. Неожиданно Том огладил пальцем шрам парня и, подхватив его руку, поднес ближе к лицу. Гарри тут же захотелось привычно убрать и спрятать это уродство, но он заставил себя остаться неподвижным. — Ты сводишь мне шрамы, но не избавишься от своих? — неожиданно спросил он. Гарри нервно хохотнул. Он все еще чувствовал себя очень некомфортно из-за того, что Том рассматривал этот кошмар. — Ты мне еще предложи намазать лоб. Мужчина резко развернулся, действительно внимательно посмотрев на голову Гарри, и тот еще сильнее стушевался. Но тот продолжил все с таким же холодным интересом: — Нет, на лбу будет сложновато, но этот ведь спокойно можно свести. Или ты не хочешь? — поинтересовался он. — Том, мы оба прекрасно знаем, что от шрамов от темной магии избавиться невозможно, — нервно и оттого слегка недовольно сказал Гарри, все же забирая руку. Но мужчина слегка повернул голову на сторону, спрашивая: — Почему невозможно? Только со шрамами от добровольного использования проблемы. — Ну, я ведь сам писал тем кровавым пером, очень даже добровольное, — скрестив руки на груди, сказал Гарри, но Том покачал головой. — При добровольном использовании это твоя жертва, которой ты усиливаешь магию. Шрам можно свести, но тогда то, чего ты добивался, может сойти на нет или даже пойти в минус, ведь жертва пропала, — объяснил он. — Твой случай совсем не такой. Так что, конечно, можно свести, — пожал одним плечом мужчина. — Подожди, серьезно? — пораженно спросил парень. — Но мне… Но мне говорили… Говорили, что это невозможно… — тихо закончил он. — Тебе могли сказать так, потому что это темная магия, — как будто это ничто сказал Том. Гарри на несколько секунд замер, после чего легко рассмеялся. — Мерлин, я вот вроде бы и никогда не забываю, с кем говорю, и все равно, оказывается, иногда удивляюсь. Я точно не начну заниматься темной магией только ради того, чтобы свести шрам, — улыбнулся он. — Зачем это делать тебе? — подняв бровь, спросил мужчина. — Мало, что ли, вокруг темных волшебников? Думаю, очень многие справятся. — Ну, знаешь, я не очень доверяю каким-то случайным темным волшебникам, махающим палочками у меня под носом, — уже совершенно весело сказал Гарри. Почему-то ситуация казалась до одури смешной. Том реально предлагал ему пойти куда-то на Лютный! Найти там какого-то темного мага! Темная магия, незаконная, к слову, если вдруг Том не знал. И попросить, чтобы этот без минуты преступник снял самой известной личности магической Великобритании шрам!!! И предлагал мужчина это так, как будто это самое логичное, что только можно было сделать! Как же кардинально они не сходились с Томом взглядами на жизнь. — Ну… Я бы мог предложить свою кандидатуру, но понимаю, что это еще проблемнее, — сказал мужчина, и сердце Гарри замерло в горле. Мерлин, не был ли весь этот разговор затеян ради этого? Ради того, чтобы намекнуть на магию. Как это было с массажем… Том… Том ведь должен был понимать, что Гарри не может разрешить ему колдовать. Тем более не мог разрешить использовать темную магию. Сам парень считал это ужасной идеей, а Министерство так тем более. И все равно он это сказал. Хотел увидеть реакцию парня? Понять, можно ли копать в эту сторону?.. — М-дам, — только и сказал Гарри, от былого веселья не осталось и следа. Как же трудно было жить, когда не можешь верить ни одному слову. Не можешь быть уверен, что это все настоящий интерес, а не манипуляция. Искренняя помощь, а не хитрость. Да, парень верил Тому и очень хотел верить и в таких моментах. Но инстинкт самосохранения еще никто не отменял. А мужчина был не из тех, кто ценит слабости. А как раз из тех, кто знает, как с легкостью обернуть любую слабость против самого человека, да так, чтобы он сам этого не заметил… И вдруг, прерывая мысли Гарри, Том снова взял его за руку. Под совершенно шокированным взглядом парня он поднес ладонь к своему лицу, потираясь о нее щекой. Что?.. Сердце Гарри пропустило несколько ударов, а потом забилось как птица в клетке. Слюна во рту сразу же стала невероятно вязкой, а ноги, казалось, вот-вот и откажут. И когда мужчина поднял на него свои красные глаза, эмоцию в них уже было невозможно спутать ни с чем… Это… Этого просто не могло быть!.. — Не страшно, — тем временем сказал мужчина, смотря на Гарри еще теплее. — Пройдет несколько лет, и потом, думаю, мы уговорим Министерство на небольшое исключение. Потом, — тепло улыбнулся Том, и Гарри тяжело сглотнул. — Несколько лет? — попытался невозмутимо спросить он, но вышло с заметной хрипотцой. — Конечно, — еще теплее подтвердил мужчина. — Наша связь ведь до конца жизни. У нас будет очень много времени, — почему-то невероятно счастливо сказал он, и парень уже совершенно ничего не понимал. Том… Что он делал?.. Что он… Он хоть понимал, как смотрит на Гарри? Хоть понимал, что говорит? Что делает?.. И как он мог быть счастлив от того, что останется в рабстве до конца жизни?! Что за абсурд?! Это травма? Манипуляция? Какой-то новый виток изменений? Мерлин… Что здесь вообще происходило?..